Сопротивление

Офис находился на последнем этаже старого здания в Ёнсане. Из окон открывался вид на вечерний Сеул, но шторы были задвинуты. Свет тёплый, приглушённый, как в похоронном зале. Запах дешёвого кофе, табака и холодного металла. Атмосфера как перед бурей. За длинным столом собрались семеро. Каждый из них проверенный годами. Люди, с которыми отец в девяностые делил кровь и деньги, а теперь делят с его сыном новое время. Слева — Хан До Джин, бывший боксер, сейчас заведует нелегальной арендой клубов. Морда вся в шрамах, кулак размером с кирпич. Напротив него — Чо Ми Ён, женщина за сорок, держит потоки через Пусан, разбирается в оружии лучше, чем в людях. Рядом с ней — Мин Джэ, молчаливый и злой, отвечает за бухгалтерию и отмыв через крипту. И ещё трое. Старые, но не бесполезные. Они пили, курили, слушали. Сигарета догорала в пепельнице. Лёд в стакане виски давно растаял. Нам Гю смотрел на каждого по очереди. Комната гудела низким напряжением. Густой запах табака, кожаные сидения, старый дубовый стол. Длинноволосый сидел во главе, опираясь локтями о стол. Лицо каменное. Он смотрел, как сигаретный дым поднимается к потолку, и думал о том, насколько глубоко пустили корни крысы, сливающей информацию. — Кто-то из вас слил склад, — начал он. Спокойно, но так, что у Ми Ён дрогнула рука, подносящая сигарету к губам. — Нас могли перехватить по цепочке. Через связных, через поставщиков, — осторожно сказал Мин Джэ. — Цепочка у нас короткая, как поводок у питбуля. Все маршруты замкнуты на нас, — отрезал Нам. — Никто извне не мог знать, что внутри. Кто, сколько, когда. Это утечка. Отсюда. Тишина. Только звук вентиляции и клацанье ногтя о стакан. Хан До Джин заговорил. — Если бы кто-то хотел тебя подставить, выбрали бы не склад. Слишком шумно. — Если бы хотели убрать меня, то уже лежал бы. А пока просто крадут, — Гю кинул на стол несколько распечаток, фото с места, допросы, кадры с камер. — Ушли быстро. Без лишнего шума. Но знали куда идут. Там, где должна была быть охрана никого. Камеры вырублены за час до налёта. — Думаешь, это кто-то из нас? — на что Чо Ми Ён с недоверием прищурилась. — Я уверен. Он встал. Медленно прошёлся вдоль стола. Неугрожающе, почти вежливо. Но воздух в комнате стал плотнее. — Я не мой отец. Я не устраиваю публичные казни и не бросаю людей в багажники. Я даю один шанс, — обводя взглядом комнату произнес кареглазый. — И что, по-твоему, крыса сама выйдет? — усмехнулся Мин Джэ. — Нет, — главарь посмотрел прямо на него. — Но когда я найду, я вырежу его имя у него на груди и сожгу вместе с машиной. — Я проверю всех, — говорит Нам, поворачиваясь. — Начну с отдела доставки. Там первый сбой. — Это займёт недели, — хмурится Хан. — Лучше неделями, чем работать по догадкам. Чо Ми Ён кивает в сторону Хана. — Но пока ты проверяешь, нас сожрут. Нужно вынести грязь быстро. Сухо, с гарантией. Тишина. — Тогда, может, стоит дать это Чхве Су Бону? — Хан До Джин вкидывает на свой взгляд самое разумное решение. Нам резко вскидывает голову. — Что? — Его люди не касаются наших дел напрямую. Он независим. И жёсткий, — говорит Хан. — Ты сам говорил, — поддерживает Мин Джэ. — крысу лучше ищет тот, кто не замешан. А Бон снаружи, но не чужой. Нам сжимает кулак. — Вы серьёзно? Этого придурка? — начинает злится наследник. — Он не тупой, — сухо отвечает Ми Ён. — Он резкий, но результат даёт. Погляди, весь восточный сектор держится только за счёт того, что он давит на всех, как пресс. — Так это я теперь на пресс посажен? — с усмешкой бросает Гю. — Это вы мне говорите? Своему? Молчание. — Нам Гю, ты хочешь правду? Сейчас ты нужен живым и не загруженным паранойей. А если ты погрязнешь в подозрениях, ты развалишь дело. Дай это ему. Он грязь любит, — произносит Хан, тихо, но с нажимом Долгая пауза. — Кто ещё за? Все молча поднимают руки. Гю смотрит на них. Каждый из них проверенный, каждый с ним с самого начала. И каждый только что выбрал не его метод. — Ладно, — выдыхает он. — Пусть будет по-вашему. Он выходит из комнаты, захлопывая за собой дверь.