Мыльная опера

В Мо Вэйюе бесславно погибал исключительный талант блистательного разведчика. Словно герой кинофильма, он мог бы щеголять в дорогих костюмах, выполнять секретные задания и эффектно стрелять из револьвера со своими инициалами. Хотя нет, не со своими. Мо Жань обязательно бы взял какой-нибудь псевдоним — «Тасянь-Цзюнь» или что-то вроде, — и одно лишь его звучание заставляло бы трепетать весь преступный мир. Увы, уникальный дар приходилось тратить не на покорение Вселенной или, на худой конец, киноэкранов — а на то, чтобы выведать номер квартиры Чу Ваньнина, не вызывая подозрений. К счастью, у Мо Жаня имелось идеальное прикрытие: тот самый набор отверток, который с вечера стоял в углу квартиры Мо Жаня и словно насмехался над ним. Перед выходом Мо Жань угрожающе не него зыркнул, предупредив о том, что не стоит пытаться отрастить конечности и сбежать, подхватил и поспешил навстречу приключениям. Фортуна сегодня явно готова была проявить благосклонность к одному безумцу, решившему сигануть из самолета без парашюта. Мо Жань, честности взгляда которого могла бы позавидовать добрая сотня пухлощеких младенцев, заявился к дяде аккурат спустя полчаса после того, как Сюэ Мэн выпорхнул из дома в направлении квартиры Юйхэна. Мо Жаню не пришлось врать о причине своего визита, стоило Сюэ Чженъюну увидеть, какой ценный груз удерживал племянник. — Жань-эр, ну как же так, — Сюэ-старший всплеснул руками. — Вы чуть-чуть разминулись с Мэн-эром. Он ушел совсем недавно, а так бы мог передать наш подарок. — Дядя! Но ты же поручил это мне! Я думал, что и вручать тоже моя обязанность! — почти искренне возмутился Мо Жань. — Или я тебя неправильно понял? — Нет, что ты! Я просто не хотел тебя лишний раз обременять. Но если ты хочешь, я не стану мешать! Так будет даже лучше. Вы толком еще не знакомы с Юйхэном, а пересекаться будете часто. Поэтому давай, дуй к ним с Ши Минцзином. И смотри мне, чтобы оставил о себе хорошее впечатление, хах! Мо Жань и бровью не повел по поводу мнения дяди о степени их с Чу Ваньнином знакомства, а также умении Мо Вэйюя впечатлять соблазнительных ученых. Заполучив в распоряжение координаты интересующей его жилплощали, Мо Жань устремился туда на всех парах и с грацией прущего на врага танка. Пять лестничных пролетов он преодолел в мгновение ока. Мо Жань даже запыхаться не успел, как оказался перед нужной дверью, хотя все же одарил добрым словом Чу Ваньнина, забравшегося в «Пике» на предпоследний этаж. Разгладил складки на рубашке, небрежно взъерошил волосы, выпятил могучую грудь и собрался стучать. Его настигли сразу два сюрприза. Сначала он обнаружил, что дверь не заперта и приоткрыта. В «Пике Сышэн» это по умолчанию означало, что входить может любой. Но вряд ли Чу Ваньнина о таких дружеских правилах оповестили. Да и знай он, толка не было бы никакого. У Мо Жаня начинало складываться определенное представление об этом человеке, и оно позволяло предположить: в такие «порядки» Чу Ваньнин способен вписаться примерно как товарный состав в гараж для мотоцикла. Поэтому из вежливости постучаться все-таки стоило. О том говорил здравый смысл. Но недолго. На прощание подсказав Мо Жаню, что стоит поискать быстродействующее лекарство от сердечного приступа, он устроил грандиозный бойкот и функционировать отказался. Потому что с той стороны порога несколько голосов вели оживленный диалог крайне двусмысленного содержания. — Учитель, но я был уверен, что смогу его вставить. Не думал, что он окажется таким большим. Я боюсь что-нибудь повредить. — Не смеши меня, Сюэ Цзымин. Или вставляй, или уступи место Ши Минцзину. — Сюэ Мэн, давай я попробую? Тут нужно изловчиться и сначала помочь пальцами, щель совсем узкая. Я знаю, как это делать, Учитель показывал мне. — Когда это? А я где был? — Молодой господин Сюэ, — в голосе, без сомнения принадлежавшем Ши Мэю, слышны были тепло и нежность. — Но индивидуальные практики Учитель ведь проводил не только для тебя. Душа Мо Жаня была готова вылететь из его бренного тела и чудом держалась на тоненьком, но очень крепком волоске, пока мировоззрение совершало один за другим кульбиты. Это что это? Это как это? Какая там щель у Чу Ваньнина узкая? Почему Ши Мэй знает, как вставить в нее пальцы? Чем они там вообще все сейчас занимались?! И почему это все похоже на оргию?! Пока мозг Мо Жаня пребывал в блаженном анабиозе, его ладонь толкала дверь, а ноги сами пошли вперед. — Всем привет! — мрачно оповестил он, ввалившись в чужой дом. — Профессор Чу, а я от дя… В каком-то смысле увиденное Мо Жанем имело право называться порно. Но только тем его вариантом, что идет с приставкой «фуд». Мо Жань заметил несколько пищевых контейнеров, упаковок с готовой едой — и согнувшихся возле холодильника Сюэ Мэна, Ши Мэя и Чу Ваньнина. Не оставивших появление Мо Жаня без внимания. На него воззрились три пары глаз: радостные, настороженные и еще одни, сначала удивленные, а потом откровенно недовольные. Вид обладателя которых отозвался легким онемением в затылке Мо Жаня. На этот раз Чу Ваньнин был одет в простой домашний костюм. Снова светлый, ничего примечательного — если бы не короткая футболка с глубоким вырезом. Тут тебе и тонкие, но явно натренированные руки, и отчетливо различимая под тканью талия, и ключицы такие острые, что на расстоянии порезаться можно. И шея, мать его, белая, длинная, которая так и зовет укусить. — А-Жань? Откуда ты здесь? — Ты что тут забыл? — Господин Мо, чем обязан вашему визиту? Залипнувший Мо Жань растерялся, не зная, кому отвечать, но быстро пришел в себя и сориентировался по ситуации. Он очаровательно улыбнулся и посмотрел на Чу Ваньнина. — Профессор Чу, я принес вам приветственный подарок от семьи Сюэ, — он намеренно выделил два последних слова и с удовлетворением заметил, что Чу Ваньнин поджал губы. — В «Пике Сышэн» существует традиция так приветствовать новых жильцов. — Ты-то с какого перепугу это делаешь? — вскинулся Сюэ Мэн. — Почему папа мне ничего не сказал? — Цзымин. Холодный и мрачный голос сразу же заставил его замолчать, и Сюэ Мэн стыдливо потупился. Догадался же в доме Учителя разборки устраивать! Благо рядом был чуткий Ши Мэй — и он поспешил разрядить атмосферу. — Сюэ Мэн, если твой отец поручил это Мо Жаню, значит, была причина. Но мы можем выяснить ее позже. Зачем Учителю слушать нашу неинтересную болтовню. Мы ведь здесь вовсе не для того, чтобы мешать ему, а для помощи. Сюэ Мэн что-то неразборчиво буркнул себе под нос и вернулся к начатому занятию. Ши Мэй покачал головой и вновь обратился к Мо Вэйюю: — А-Жань, подарки — это всегда прекрасно. Профессор Чу, вы позволите ему войти? Чу Ваньнин сдержанно кивнул, а поразительно спокойный Мо Жань улыбнулся еще шире, приблизился к Чу Ваньнину и протянул пакет. «Только отвернись, горло тебе перегрызу», — читалось на лбу Юйхэна. «Не получится, у нас уговор по поводу представителей семьи Сюэ, я ничего не нарушал. Я, кстати, тоже из этой семьи», — сверкнуло в двух ямочках на щеках Мо Жаня. Он не сомневался: останься они с Чу Ваньнином вдвоем, тот попробовал бы придушить его лентами от пакета. Однако, в наличии были свидетели, и Чу Ваньнину оставалось лишь принять подношение. Внутрь он даже не взглянул и поставил пакет на кухонный стол, но Мо Жаню сейчас было все равно. Счет уже гласил два ноль в его пользу, что невероятно подняло ему настроение. Откусив палец, он решил цапнуть сразу по локоть и подошел к брату. Там выяснилось, что «вставить» у Сюэ Мэна не получалось один из контейнеров — коробка будто натыкалась на невидимую преграду и не помещалась на нужное место в холодильнике. — Дай-ка. Произнес Мо Жань тоном, не подразумевающим отказа и споров, и перехватил контейнер. Сюэ Мэн даже возмутился не успел, как тот легко вошел на положенное ему место благодаря паре ловких движений. Сюэ Мэн застыл, Ши Мэй прыснул в кулак, а Мо Жань повернулся к Чу Ваньнину, и в его чуть раскосых глазах успела мелькнуть искра уважения. Увы, ей суждено было погаснуть, стоило Мо Жаню заново открыть рот. — Не к тем парням вы обратились с просьбой помочь вставить, профессор Чу. О, этот румянец, окрасивший мочки ушей Юйхэна! Он стоил крошечной шалости! Чудесный цвет еще при первой встрече в самое сердце поразил Мо Жаня, а сейчас бурной весенней рекой смыл все до единого следы обиды. Ни Ши Мэй, ни Сюэ Мэн двусмысленность сказанного не уловили, чего точно нельзя было сказать о Чу Ваньнине. Органы чувств Мо Жаня работали достаточно хорошо, чтобы он не пропустил чужой судорожный вдох. Всего на секунду Чу Ваньнин потерял самообладание. Пусть он очень быстро и вернул его, Мо Жаню этого хватило. «Не так-то ты прост, Чу Ваньнин», — мелькнула у него мысль. — «Становится интереснее. Что же ты скрываешь за своей грозной маской?». Это было последнее, о чем он успел подумать до того, как Чу Ваньнин лихо выпроводил всю троицу, сославшись на «срочные дела, о которых он забыл». Ши Мэй и Сюэ Мэн не высказали никакого сопротивления, будто подобное для них было в порядке вещей. Они синхронно кивнули, но Ши Мэй все же заботливо уточнил: — Учитель, вы справитесь тут сами? Или зайти чуть попозже? — Не надо, Ши Минцзин, — ответил Чу Ваньнин, и Мо Жань поразился, как смягчился его голос. — Не тратьте время. В этот раз тоже не стоило. Как прикажешь мне управиться со всем, что вы принесли? — Сложите в морозилку. Тогда не придется ни о чем хлопотать. А потом мы снова вам поможем. Мо Жань скосил на друга глаза. Так, как сейчас с Чу Ваньнином говорил Ши Мэй, с Мо Жанем он не общался никогда. Что-то странное, непонятное витало вокруг него и вызывало подозрения. Но Мо Вэйюй не стал над этим заморачиваться и предпочел сосредоточиться над беглым исследованием квартиры и выводами из него. Правда, ничего стоящего обнаружить не удалось. Обычная обстановка только что переехавшего человека —даже коробки все еще не распакованы. Все безликое, только готовая еда и выделяется, привнося намек на оживленность. Никаких подсказок о том, что Чу Ваньнин любит и как проводит время. Мо Жаня не принесло разочарования, вовсе нет. Наоборот, в нем с новой силой проснулся азарт, а с ним и желание наведаться сюда через пару дней. Осталось только придумать, по какому поводу. Но за этим дело не станет, он уж сообразит. — Учитель, я забегу вечером, — прервал его измышления радостный донельзя Сюэ Мэн. — Мама пообещала приготовить для вас кое-что особенное. Думаю, вы понимаете, о чем я. За сим он выволок за собой своих спутников и направился к лифту. По пути Сюэ Мэн хотел выпытать у Мо Жаня, какого хера только что вообще было, — как и Мо Жань хотел осведомиться, что там за «эксклюзив» такой госпожа Ван сооружает для кое-какого белого бедствия. Однако, обоим благим намерениям было суждено разбиться о реальность, воплощенную в младшем Мэй Ханьсюэ. Только звон его браслетов Мо Жань с Ши Мэеем и слышали: один раз моргнули, а Сюэ Мэна уже утащили в неизвестном направлении. О потере товарища они горевали недолго: им было, о чем побеседовать. Впрочем, вскоре они разошлись, полчаса поболтав ни о чем. Ши Мэй в принципе вел себя рассеянно и несобранно, и Мо Жань не стал еще больше утомлять его после командировки — как и выпытывать подробности о Чу Ваньнине. Это можно было смело отложить, потому что одну важную зацепку Мо Вэйюй уже получил: у Чу Ваньнина имелись серьезные проблемы с готовкой, что приводило к локальным бедствиям и давало другим шанс о нем позаботиться. — Как же тебе повезло, Чу Ваньнин, — посмеивался Мо Жань, перебирая продукты на своей кухне. — Ты встретил такое сокровище, как я. Ах, но ты же еще не в курсе, как я готовлю. Но не переживай, недолго тебе осталось мучаться в неизвестности. Тебя ждет невероятное открытие. После него твоя жизнь точно не будет прежней! Мо Жань определенно был прав. Жизнь Чу Ваньнина уже на следующий день и впрямь перестала быть прежней. У тех, кто был знаком с ним раньше, — тоже. Ведь они и представить не могли, что уважаемый профессор Чу способен так виртуозно изъясняться грубым портовым матом. А Мо Жань впервые за свою жизнь в полной познал значение слова «фрустрация».