Ты был в моей голове.

Вечер. Кафе. Он просто хотел тишины. Несколько страниц по психоанализу, чашку американо и ни одного взгляда в свою сторону. Кампусный шум выматывал. Но стоило Сухо войти в кафе за углом, как его планы рассыпались. Шиын сидел у окна. Наушники торчали из телефона, но в ушах их не было. Книга раскрыта, взгляд — острый, внимательный, как сканер. — Ты следишь за мной? — бросил Сухо с полуулыбкой, подходя ближе. — Ты слишком красив, чтобы не следить, — ответил Шиын просто. — Садись. Ты мешаешь мне читать на расстоянии. Сухо опустился напротив. Он не знал, зачем. Может, устал от избегания. — Знаешь, — сказал Шиын, не отрывая взгляда, — люди — это довольно скучные механизмы. Все их эмоции предсказуемы. Раздражение, страх, желание. Особенно желание. Оно всегда видно по глазам. — А по твоим что видно? — усмехнулся Сухо, но внутри сжался. — Мне интересно. Всё. Особенно ты. Он говорил спокойно, почти лениво. Как будто описывал структуру нейронных связей. — Ты всегда такой… собранный. Это правда? Или ты боишься сорваться? Сухо напряг челюсть. — Я просто не трачу силы на бессмысленные вспышки. Шиын на секунду прикрыл глаза, будто смаковал ответ. — Но ведь внутри ты пылаешь. Я это вижу. — Он подался чуть ближе, облокотился на стол. — Мне интересно, что будет, когда ты вспыхнешь. Сухо бросил взгляд на Шиына и резко отвел глаза. — Этого не случится - бросил он и ушел не оборачиваясь. ⸻ Кампус. Утро. Сухо шёл по коридору, направляясь в другую аудиторию к следующей паре. Он почувствовал что, кто-то смотрит на него и не трудно понять кто именно. Сухо не искал его взгляд. Но и не мог не заметить. Шиын стоял в коридоре с каким-то парнем с другого курса. Смеялся, почти нежно дотрагивался до его запястья, что-то шептал на ухо. Тот наклонялся ближе. Слишком ближе. И тогда Шиын — будто по сценарию — резко посмотрел на Сухо. И улыбнулся. Медленно, лениво, словно пробуя его терпение на вкус. Потом взял стакан кофе, сделал глоток — медленно, демонстративно — и снова коснулся руки того парня. Сухо развернулся и ушёл. «Это не моё дело. Это не моё дело. Это просто… тупая игра.» — говорил он сам себе, однако знал, что это уже не так.  И внутри, где обычно было холодно и тихо, что-то неприятно зудело. ⸻ Квартира Сухо. Вечер. Совместная работа. Шиын пришёл поздно, не извинился. На нём была белая футболка и небрежно расстёгнутая тёмно-синяя рубашка, которая пахла сигаретами и мятой. Он сел на диван, вытянул ноги, открыл ноутбук и сразу начал без темы: — А ты думал, что будет, если нас поставят вместе? — Нет, — сухо ответил Сухо. — Я просто хочу сдать работу. — Не хочешь проиграть? Сухо не отреагировал. — У тебя всё завязано на контроле, да? В речи, в теле, в дыхании. Даже твой взгляд — выверенный. Это красиво. Но это скучно. — Может, ты просто ищешь, за что укусить? Шиын усмехнулся и наклонился ближе. Его голос стал ниже. — Если я укушу — ты запомнишь. Он поднял глаза — и в них было что-то другое. Нечёткая грань между желанием и вызовом. — Ты ведь живёшь, как будто тебя кто-то всё время оценивает, — сказал Шиын почти шёпотом. — Но я думаю, ты боишься только одного: потерять контроль. Потому что тогда… ты сломаешься. — Замолчи, — тихо бросил Сухо. — Или… наконец-то станешь собой? Последняя фраза сорвала тормоза. Сухо резко шагнул вперёд, прижал Шиына к спинке дивана. Его ладонь вжалась в горло того, крепко, но не до боли. Пальцы дрожали. Глаза горели. Шиын не вырывался. Не моргал. Только медленно провёл языком по губам. — Заткнись. - прошипел Сухо, бросив взгляд на губы Шиына.  — Вот ты где, — прошептал он. — Настоящий ты. И он улыбнулся. Так, как будто именно этого и ждал. В его зрачках вспыхнуло возбуждение, не прикрытое. Явное. Он смотрел Сухо в лицо — в губы, в глаза — как в огонь. Сухо на миг замер. Сердце билось так сильно, что гудело в ушах. — Уходи, — хрипло сказал он и отступил. — Сейчас же. ⸻ Ночь. Сон. Он не мог заснуть. Долго стоял под душем, опершись лбом о кафель. Лёг в постель с мокрыми волосами, закрыв лицо ладонью. Когда пришёл сон — он был чётким. Как фильм. Он снова стоял у дивана, держа Шиына за горло.  Только теперь — не остановился. Он вжимал Шиына в холодную обвивку мебели, прижимался губами к его шее, к линии подбородка, потом — к губам. Слишком яростно, слишком жадно. Шиын тянулся в ответ, выгибался, царапал его спину сквозь ткань, стонал. Проснувшись, Сухо резко сел, тяжело дыша. Почувствовав боль ниже пояса, и понимая что возбужден. Закрыл рукой глаза и глубоко вздохнул. На губах был вкус. Чужой. Реальный. Слишком реальный.