Тонкие границы между начальником и врачом

— Учитывая твое состояние, это не может быть лишним, — возражает врач. — Присядь обратно в кресло. Я должен проверить хотя бы общие показатели, чтобы убедиться, что с тобой все в порядке. Антон тяжело вдыхает, пока не спеша следовать указаниям. Он думает о том, что Арсений Сергеевич все же слишком странный, даже какой-то озабоченный в плане медицины. — Не тяни время, ты у меня не последний пациент на сегодня, — нетерпеливо говорит мужчина, доставая тонометр из шкафчика. — Мне правда лучше, — предпринимает последнюю попытку Антон, перед тем как окончательно сдаться под натиском строгих глаза Арсения. — Отлично, но мне нужны более объективные данные, чем твои слова. — А мои слова не являются объективными? — Антон позволяет себе чуть поязвить начальнику. Нервы были уже на пределе. Он все еще не отошел от пережитого стресса. — Нет, — Арсений Сергеевич отчего-то усмехается. — Твои слова — это субъективные данные, а я за свой опыт и стаж работы, что больше, чем твоя жизнь, привык верить результатам исследований. — А как же расположить к себе пациента? Может, элементарное чувство такта со стороны врача? — ерепенится парень. — А может, и нет, — Арсений перестает улыбаться и снова строго смотрит на Антона. — Не тебе меня учить, не домработнику. Парень с трудом сдерживает в себе яд. Как же Арсений любит указывать всем своим подчиненным на их статус. — Сядь, — требует врач снова. — И сразу рукав закатай, мне нужно померить давление. Антон, стискивая кулаки, возвращается в кресло, понимая, что других вариантов у него нет. Начальник просто не отстанет. Арсений измеряет давление, температуру. Показатели оказались вполне себе приемлемыми, учитывая произошедшие обстоятельства. — Могу идти уже? — Нет, — мужчина берет в руки из ниоткуда появившийся фонендоскоп — по крайней мере, Антон не уследил за моментом, когда прибор появился у Арсения, — и жестом показывает парню, чтобы тот задрал кофту. В свою очередь Антон откровенно морщится от такого. Это точно был перебор. Может, ему вообще раздеться? Чтобы Арсений мог полностью во всей красе его рассмотреть. — На это я точно не согласен, — твердо говорит парень. — Я уже это слышал, не тяни время, — в тон отвечает врач, надевая фонендоскоп. — Это перебор, — Антон уступать точно не собирался. — Для меня, возможно, такая процедура слишком личная. — Думаю, такой травмирующий опыт ты сможешь пережить. Парень как-то слишком резко поднимается с кресла. С трудом удается подавить агрессию, стискивая зубы уже до боли. — Со мной все в порядке, — медленно и четко произносит он. Частично Антон не соврал: после таблетки стало чуть лучше, но по-прежнему слабость и ломота в теле оставались. Немного першило горло, но это можно было терпеть. Он понимал, что, скорее всего, заболевает, потому что с его капризным иммунитетом немудрено было снова подцепить какую-то заразу. Да и подозреваемый источник вируса в доме был — Василиса. Однако в голове четко было и понимание того, что это никаким образом не должно дойти до Арсения Сергеевича. Он и так знатно перенервничал, боясь, что показатели температуры будут выше нормы. С этим, конечно, повезло, но Антон не был уверен, что результаты аускультации тоже окажутся хорошими. Парень видит, как Арсений Сергеевич, готовый возразить, неожиданно замолкает, не успев даже ничего сказать. — Что ж, — Арсений вздыхает, смотря на часы. Антон осознает, что, кажется, мужчина сдается. В этот момент он был готов победно заулыбаться и похлопать в ладоши, но удерживается от таких жестов. — Я тебя отпускаю, но я с тобой не закончил, Антон. Мы продолжим завтра, поэтому не планируй ничего на выходные. Сейчас ты идешь отдыхать, за тебя все закончит Лиза. Антон кивает, не до конца даже понимая смысл сказанного. — Хорошо, я тогда пошел, — зачем-то предупреждает, до сих пор не веря в то, что все так резко закончилось. — Иди, — напоследок врач одаривает парня серьезным взглядом. — Не удивляйся, сегодня ты будешь не один в комнате. С тобой будет спать Игорь. Антон чуть погрустнел. Не самая хорошая новость. Но с этим еще можно было смириться, в отличие от компании Арсения и его врачебного кабинета. — Только я завтра все же уеду к себе на квартиру, чтобы перевести вещи, — тихо говорит он, отчасти не желая быть услышанным, и быстро закрывает дверь, покидая кабинет, в котором он надеется больше никогда не оказаться. Это мысль отозвалась сомнением даже в собственном сердце Антона. Было четкое предчувствие, что все только начинается. Парень попытался отогнать плохие эмоции, пока возвращался в свою комнату. Сейчас ему представиться возможность чуть отдохнуть и все обдумать, пока не наступит отбой и не придет Игорь. Но до этого еще было время. — Только не вытворяй глупостей, — вздыхает Арсений. — Не прислушиваясь к советам тех, кто знает лучше, ты делаешь хуже только себе, — выдерживает секундную паузу и внезапно спрашивает. — Что там с медосмотром? Потихоньку разбираешься с этим вопросом? Антон мысленно хлопает себя по лбу. Забыл. — Послушай, я тоже не буду ждать вечно, — скрещивает руки на груди. — Решай вопросы, по-взрослому. Антон кривит лицо, вздыхая. — Решу, — идет к двери. — Я разберусь со всем. Дверь захлопывается за уходящим в свою комнату Антоном.

♦︎♦︎♦︎

Арсений быстро прибирает кабинет после незапланированного пациента, только тогда позволяя себе заглянуть в телефон. Там оказалось целая куча пропущенный сообщений часовой давности от Розы о том, что она сегодня вынужденно задерживается на парах, поэтому опоздает. Мужчина на все эти бессмысленные оправдания только закатывает глаза. Сегодня явно все работники решили довести его до белого каления своим поведением. Арсений замечает на главном экране телефона иконку с часами и начинает еще больше переживать. Он катастрофически не любил, когда все идет не по плану. Когда он не может все контролировать. А сегодня все было именно таковым. Арсения это невероятно выбивало из привычной колеи. Время уже доходило до четырех, первый клиент на сегодня придет ровно к началу приема. Врач, не теряя времени, бежит вниз по лестнице на кухню, сталкиваясь в дверях с Елизаветой. — Арсений… — она внезапно застывает на месте. — У вас прием в четыре! Мужчина не обращает на нее внимания, проходя на кухню, где застает болтающую ногой на стуле Розу, окунувшуюся с головой в электронную книгу. — Роза, — он скрещивает руки на груди. — За мной. Быстрее. Растерянная, девушка встает изо стола, следуя за Арсением на второй этаж. — Переодевайся, — приказывает он и переводит взгляд на зачем-то бегущую вслед Лизу. Идея приходит сама. — Сегодня роль у тебя будет другая, — он указывает домработнице на свободное место за компьютерным столом, где в прошлый раз сидел Антон. — В силу времени, проведенного за работой в доме, кое-что ты все-таки об этом знаешь, — он включает компьютер. — Разберись тут перед началом приема, сегодня ты пришла на смену Антону. И соответственно… — вздыхает, едва не качая головой. — Сегодня, только сегодня, за главную в доме ты. Глаза Лизы чуть заметно загораются. Она гордо садится за компьютер, провожая взглядом Арсения, уже уходящего в кабинет.

♦︎♦︎♦︎

Затянувшись еще раз, Антон переворачивается на спину, снимая телефон с зарядки. Свой «отдых» вплоть до темноты он провел за болтанием ногой на кровати и сидением в телефоне. Занятые работой, никто его не тревожил, позволяя успокоиться и прийти в себя после нервного дня. Включив на телефоне музыку, парень привычно откладывает один наушник в кейс, чтобы сэкономить его заряд, так как дешевый гаджет разряжается с космической скоростью. Вечер пятницы проходил в мыслях о завтрашнем дне. Первые свои выходные Антон на днях решил провести за перевозом вещей. Платить аренду за место — ту самую маленькую комнатку — без которого можно спокойно обойтись, оставаясь на выходные здесь, очень затратно. Так он никогда много не заработает и не отложит. Антон кивает сам себе, дергая ногой в такт музыке и затягиваясь. Завтра он поедет в квартиру и соберет остатки вещей в своей комнате и предупредить хозяйку о выезде. Дверь комнаты внезапно открывается и Антон задерживает дыхание, пряча под подушку сигарету. Зайдя в комнату, Игорь лишь добродушно улыбается. — Все, все окей, правда! — он театрально поднимает руки в жесте капитуляции. — Я не против. Антон закашливается, выдыхая пар, а Игорь садится на свою пустую заправленную койку, кладя свой телефон рядом на тумбочку. — Ты только Арсению на глаза не попадайся, — продолжает улыбаться, уже немного неуютно. — Заругает за курение в доме. Антон кивает, но несмотря на спокойную реакцию откладывает сигарету в ящик тумбочки. — А ты, Игорь… — убавляя музыку в наушнике, неловко начинает Антон, невольно наблюдая за переодевающимся мужчиной. — Чего здесь ночуешь…? — Уже привык один? — смеется Игорь. — Я очень далеко живу, неудобно поздно уезжать и приезжать ни свет ни заря, — Антон понимающе кивает. — А где ты живешь? — услышав ответ на свой вопрос, Антон скривил лицо. — Жесть, и правда далеко… Поближе снять не получилось? Или у тебя своя хата? Игорь возвращается на кровать, роясь в своем пакете. — У меня там мама живет, — пожимает плечами. Смотря на застывшее от неловкости лицо Антона, все же продолжает. — Я тут обычно только на выходных подменяю Василису, поэтому нет смысла здесь снимать что-то ради ночи… А тут подвернулась возможность подольше поработать, пока Васька заболела, — он достает странный белый флакончик, похожий на лекарство. — Ну, мама так посоветовала… Неловко кашлянув, Антон снова кивает, уже менее уверенно. — Н-ну да… — он смотрит на баночку, которую открыл Игорь. — А это… — Витаминчики, — мужчина показывает упаковку. На немой вопрос Антона, поясняет. — Мама — фармацевт, говорит, это очень хорошие. Комплекс самых ходовых, осень все же… — П-понятно… — скрывая свою неловкость за Игоря кашлем, Антон продолжает кивать болванчиком. — Ты не приболел после сегодняшнего? — заботливо интересуется Игорь, протягивая баночку. — Не пьешь ничего подобного весной и осенью? Попробуешь? — Н-нет, спасибо… — Антон накрывается одеялом, отворачиваясь к стене, уставший. — Игорь, выключи лампочку, плиз… Свет в комнате тухнет, и Антон слышит, как Игорь также укладывается в кровать. Через секунду слышны звуки множества видео из соцсетей. — Игорь, — все-таки решил спросить Антон. — М-м…? — протянул неохотно, скроля ленту в темноте так, что лежащий спиной к нему Антон видел свет телефона. — А ты не думал там… Про сепарацию типа…? Ну, от мамы… — Про что? — поставил видео на паузу. — Ну, про сепарацию. От родителей нужно сепарироваться, иначе… Плохо будет… — А что это? — Игорь заинтересованно посмотрел на Антона. — Сепарация, это что? Антон подавил раздраженный вздох, прикрывая глаза. — Забей… — он укрывается одеялом с головой, завершая диалог.

♦︎♦︎♦︎

Вечером следующего дня Антон, предупредив только Игоря, все же едет за вещами. Это все же его выходной и только ему решать, как его проводить. В течение дня с Арсением он не столкнулся, поэтому не пришлось даже оправдываться ни перед кем. Открывая ключом дверь в квартиру, он прислушивается, чтобы понять, есть ли дома еще кто-то. Обычно он всегда надеялся, пусть и напрасно, что квартира пуста. Но сегодня ему было необходимо застать хозяйку дома, чтобы передать ключи и предупредить о съезде. Тишину коридора разрывает внезапный кашель Антона. — Ну, приперся, ну молодец! — язвительный хриплый голос пожилой хозяйки доносится с кухни. — Хер пойми где шляются, а потом наркоманы становятся и проститутки! Антон игнорирует старуху, разуваясь и забегая в комнату. В пакеты он покидал свою немногочисленную одежду, уложил ноутбук в сумку, забрал кое-какие документы, среди которых пылились толстая медкарта, диплом, какое-то выписки. Из глубины шкафа он достал черную небольшую коробочку, которую всегда прятал, зная, как любит хозяйка рыться в его комнате, пока его нет. Он приоткрыл ее, убеждаясь, что все на месте, и, неловко выдохнув, захлопнул, суя ее на дно пакета с одеждой. Ночевать Антон решил остаться тут, так как улица уже осветилась фонарями, а автобусы, переполненные людьми, в маленьком городке стали ездить очень редко. Вернуться домой к ночи — идея отвратительная. Пусть Арсений и выдал заблаговременно ключи от дома, приходить в двенадцатом часу ночи в дом будет странно. Кроме того Антон чувствовал себя просто отвратительно уставшим. Голова ныла, ломило ноги и немного руки, и даже не от заживающих царапин и ран. Скорее будто от озноба, хотя в квартире всегда было душно: старуха не давала даже проветрить дом за пределами его комнаты, а в комнате проветривать можно было только в ее отсутствие. Списав все на усталость сейчас, Антон был неприятно ошеломлен, проснувшись утром воскресенья в просто убитом состоянии.