Тонкие границы между начальником и врачом

Звон будильника прервал отрывистый кашель, от которого, стоило Антону открыть глаза, болезненно сжималась грудь. Парень приподнимает голову с подушки, откашливаясь. Горло и грудная клетка болят как от продолжительного ночного кашля. Встав с постели, Антон, сдерживая позыв откашляться вновь, выходит из комнаты сразу на кухню, чтобы смочить раздраженное горло. Как же ему не нравились его симптомы, как же они его пугали. Ничем хорошим не могли обернуться ни тяжелая голова, ни странный холодок в теле, ни раздраженное от сильного кашля горло, наверняка очень красное. Руки задрожали то ли от бессилия — может, страха — то ли от озноба. Приглушенный звук телевизора из комнаты хозяйки бил по ушам, а выпитая вода почему-то вызывала тошноту, как обычно при высокой температуре. В дом Арсения Антон планировал вернуться пораньше утром, потому и ставил будильник на такую рань. Но, видя свои дрожащие руки и садясь на стул, так как ватные ноги совсем не держат, он понимает, что никуда сегодня не доедет и о попутках с автобусами стоит забыть. Вернувшись в комнату, парень находит под подушкой почти полностью разряженный телефон и, разблокировав, набирает номер Арсения. Голос врача кажется на удивление совсем не сонным, хотя на часах еще не было и восьми. — Здравствуй, Антон. Я жду тебя сегодня хотя бы вечером, ведь завтра… — начал мужчина, стоило поймать соединение. — Арсений Сергеевич… — снова сдерживает кашель, отчего хриплый голос звучит еще болезненнее. — Мне придется остаться дома… — Дома? Сегодня или…? — мужчина на том конце звенит столовыми приборами. Обычно он не берет трубку за столом и вовсе откладывает смартфон во время еды, но Антону не хотелось сейчас думать о том, почему он стал исключением. — Что с голосом, Антон? — Если нужно… Да, точно нужно… Я принесу справку от врача, все будет официально… — парень сжимает холодную электронку в руке. — Что с тобой? — даже не обратил внимание на фразы Антона. — Когда ты… Все-таки усугубил ситуацию, да? — голос в трубке стал строже. Антон приготовился, что его, как бесполезного работника, снова оттаскают за воротник и отругают за непослушание. Однако не успел он ответить, врач продолжил. — Когда ты проснулся? Что болит? Мурашки пробежались по телу Антона, пришлось ответить немного уклончиво. — Немного горло… Ну, от кашля. Еще температура, наверное… Не мерил пока… Антон пытался заверить мужчину, что обязательно посетит кабинет экстренной помощи — на самом деле парень просто собирался поднять свои старые знакомства, чтобы выбить справку без унизительных процедур осмотра, странного лечения, тревоги и нервотрепки, как обычно делал до этого и как собирался получить медкнижку. — Я постараюсь выйти через неделю… — закончив, Антон все же срывается на кашель, не додумавшись выключить микрофон. Опомнившись, он пытается нажать на кнопку сброса звонка, но спазмы от кашля заставляют согнуться пополам, поэтому он не попадает пальцами по телефону. По ту сторону слышится тяжелый вздох. Приступ все же прекращается через несколько секунд, когда Антону удалось дотянуться до стакана воды. — Господи боже, — слышится раздраженное от врача. «Спаси и сохрани наши грешные души» — про себя продолжает парень фразу Арсения Сергеевича, не представляя как теперь оправдываться, когда мужчина услышал его симптомы во всей красе. — Еще больше проблем теперь, — ругается в трубку врач. — Быстро приезжай сюда, немедленно, — для большего эффекта Арсений повышает голос. — С моим состоянием это будет проблематично, — отчаянно цепляется за остатки надежды болеть дома. — Боюсь, мне станет хуже, если я еще буду час трястись в автобусах. — И слышать ничего не хочу! — строго прерывает мужчина. — Я должен быть осведомлен о здоровье моих сотрудников. Зная тебя, ты только при смерти пойдешь к врачу, поэтому лечиться будешь строго под моим контролем. Просто будешь жить в своей комнате, Игоря я отселю, тебе мешать не будут. — Не стоит лишних переживаний, я сам смогу вылечиться от обычной простуды, — слабо пытается возразить Антон. — Я не уверен, что это именно она, ты, возможно, заразился от Василисы. Парень раздосадовано вздыхает. Именно этого он и боялся. — Если ты не хочешь, чтобы пятница стала твоим последним рабочим днем, то я тебя жду, — продолжает Арсений. — Адрес мне напишешь сейчас, водителя своего за тобой отправлю. Надеюсь, ты меня услышал. Антон выключает микрофон и нервно затягивается, пытаясь осмыслить информацию. Пар, попавший в легкие, тут же вызывает новый приступ кашля. — Ты меня слышишь, Антон? — снова слышится голос Арсения Сергеевича. — Я все еще жду от тебя ответа. Шастун делает несколько глотков воды, чтобы подавить кашель и включает микрофон. — Да, извините, я вас слышу, просто связь плохая, — спешит оправдаться он. — Я приеду к вам, только доберусь сам как-нибудь, такси там… — Да что же ты будешь делать, а? — откровенно злиться мужчина. — Ты дурак, Антон? Или прикидываешься? — не выдерживает. — Что из моих слов тебе было непонятно? Я же сказал, что приедет водитель. Это сейчас самый оптимальный вариант. У него аптечка гораздо шире по ассортименту, чем у таксистов. «Кто бы сомневался…» — раздраженно думает про себя парень, однако вслух говорит: — Уж с этим я точно справлюсь сам, — психует Антон. Последние несколько фраз весьма задели его. — Я сейчас не шучу. Я просто тебя уволю, если ты сейчас же не начнешь меня слушаться. — Хорошо, сейчас напишу адрес, — сквозь зубы говорит Антон, заходя в чат с Арсением Сергеевичем. — Жду тебя. После того как приедешь, сразу пойдем в мой кабинет, — зачем-то добавляет врач, заставляя Антона нервничать теперь еще больше, хоть и сказанные Арсением слова были очевидны. — До свиданья, — тихо отвечает Шастун, стараясь не сорваться. — До встречи, — поправляет мужчина и отключается. «Дурак, надо было писать, а не звонить ему» — думает Антон, отправляя Арсению Сергеевичу сообщение с адресом. Посидев несколько минут на кровати, пытаясь смириться с дальнейшим, Шастун пошел проверять свои собранные вещи с мыслями о том, что он мог бы отказаться от этой работы, но зарплата… Водитель приезжает уже через полчаса, о чем уведомляет Арсений Сергеевич в мессенджере.

♦︎♦︎♦︎

Арсений уже в третий раз проверяет свой кабинет, в частности медикаменты, беспокоясь о том, что каких-то лекарств может не хватить. Водитель отписался о том, что забрал Антона, уже несколько минут назад, поэтому совсем скоро они должны были приехать. Убедившись, что все необходимое у него точно в наличии, Арсений садится за свой рабочий стол, решая немного скоротать время. Пока есть возможность следовало разобраться с поставщиками и отчетами по закупкам. Стоило ему только отпустить все тревожные мысли и наконец вникнуть в документы, как зазвонил телефон. Арсений тяжело вздыхает, когда видит, что звонит его водитель. Явно никаких хороших новостей не будет. — Слушаю, Сергей, — как обычно строго отвечает он, приняв звонок. — Арсений Сергеевич, у нас тут проблемы, — по ту сторону трубки слышится надрывный кашель Антона. «Следовало ожидать…» — про себя думает Арсений, прикрывая глаза от раздражения, чтобы не сорваться на ни в чем не повинного водителя. — Что у вас там случилось? — отвечает врач через долгие секунды молчания. — Антону, кажется, очень плохо, мы не можем дальше ехать, — Сергей на секунду замялся. — Он попросил остановиться, его укачивает, что ли, — предполагает водитель. — Говорит, что тошнит. Не знаю, что это с ним. Еле живой. — Антон говорить-то может? — уточняет мужчина, прежде чем попросить: — Передай ему трубку, пожалуйста. В динамике слышатся небольшие помехи, поэтому Арсению приходится ненадолго убрать телефон от уха. — Что вы хотели? — прозвучал совсем осипший и жалкий голос парня. Мужчине пришлось напрячь слух, чтобы расслышать тихие слова, а потом, психанув, он все же ставит телефон на громкую связь — так лучше. — Сергей сказал, что тебе совсем плохо. Что тебя беспокоит? — привычно строго интересуется Арсений. — Я сказал, чтобы он вас не беспокоил, — раздраженно отвечает Шастун, после снова заходясь в новом приступе кашля. — Меня сейчас стошнит, кажется… — сам себе бормочет парень, но врачу удается расслышать. — Рвота была? — уточняет Арсений. — Но он вам зачем-то позвонил… — продолжает Антон, игнорируя вопрос мужчины. — Я сказал… — он замолкает. Мужчина слышит тяжелое дыхание парня. Арсений предполагает, что парню не хватает воздуха, поэтому снова повышает голос: — Антон, твою налево, я не про водителя спрашиваю, — откровенно ругается он. — Ты мне можешь сказать, что с тобой происходит? Как я могу тебе помочь, м? — Нет… — совсем тихо отвечает Антон. Голос слишком сильно хрипит, что еще больше настораживает Арсения. — Не знаю… Мне плохо… — Дай трубку водителю, быстро, — требует врач, понимая, что из Антона он сейчас ничего не вытянет. В телефоне снова раздаются негромкие помехи. — Сергей, ты меня слышишь? — Да, Арсений Сергеевич, — тут же отзывается мужчина. — Что делаем? Ему хуже вроде становится. — Вези его ко мне, быстро, — командует Арсений, с тихим вздохом присаживаясь на стул. — У тебя же в бардачке в машине есть пакеты? — не дожидаясь ответа, продолжает: — Дай Антону парочку на случай, если его начнет рвать, потом сразу вези. Понятно? — Вполне, — коротко отвечает водитель. — Тогда едем. — Жду, — Арсений отключается и идет звать Игоря, чтобы ему помогли встретить Антона. Он предполагал, что идти сам Шастун не сможет.

♦︎♦︎♦︎

Врач, накинув плащ, выбегает из дома, когда видит через окно подъезжающий черный автомобиль. Игорь уже был во дворе, пиная ногами сухие ветки кустов, обрезанные вчера садовником. Сергей паркуется ближе к дому, выходя из машины. Арсений сам срывается и открывает заднюю дверь авто. Воздух в салоне автомобиля спертый, и Антон морщится от холодного осеннего ветра с улицы. — Вылезай скорее! — мужчина тянет его за руку, насильно заставляя выпасть из душного салона. — Застегивай куртку. Он поддерживает парня под подмышки, пока Игорь, подбежав, застегивает молнию на ветровке до верха, помогая довести его до дома. Мальчишка выглядел катастрофически плохо. Даже Игорь, не отходящий ни на шаг, видел печаль ситуации. — Арсений Сергеевич, у него волосы мокрые… — Накинь капюшон, — Арсений вновь оценивает состояние мальчишки. Скрытое капюшоном лицо покрыто малиновыми пятнами; Арсений прикасается к руке и хмурит брови, ощущая жар, исходящий от тела. — Ты его таким забирал? Сергей отрицательно качает головой, вытаскивая из салона пакеты — вещи, ради сбора которых Антон и поехал к себе. — Забирал я его нормальным, — Арсений смеряет его недоверчивым взглядом. — Нормальный он был, улыбался даже че-то. Погрузил ему вещи, он в салоне посидел. Ну был бледный, да, кашлял отрывисто так, как ребенок. Ну ехали нормально, потом все, началось. И машину останови, и тошнит, и жарко… В дом заходят всей группой, и Игорь сажает Антона в коридоре, чтобы помочь ему разуться и снять куртку. — Рвало по дороге? — Нисколько даже, — Сергей прислоняется к гардеробной системе, складывая руки на груди. — Как мы после звонка тронулись, так и сразу доехали… Прервав диалог мужчин кашлем, Антон, дождавшись, пока Игорь стянет с него ветровку, уперся лбом ему в плечо. — Ма-амочки… — протянул сочувствующе. — Какой горя-ячий… Присев рядом с парнями, Арсений заметил тяжелую отдышку. Антону не хватало воздуха находиться в сидячем положении, поэтому он и норовил опереться о что-то или о кого-то. — Пошли в комнату, Антон. Не услышав ответа, Арсений сам как можно более аккуратно поднял его на ноги, ведя прямиком к незаправленной кровати. Игорь заходит следом, неся за собой вещи. — Окно открой на откидную, на всю холодно, — просит мужчина, усаживая парня на кровать. Игорь спешит прикрыть немного раскрытое, переводя форточку на откидной режим, а Арсений смотрит на комнатный термометр: почти двадцать градусов, самый оптимальный режим — что надо. — Ложись и не укрывайся. Врач откидывает одеяло на изножье кровати. — Жарко… — едва слышно жалуется парень, задирая толстовку и обнажая промокшую от пота футболку под ней. Врач, нетерпеливо вздыхая, стягивает кофту через голову. Кожа груди и рук была такой же болезненно красной, как и лицо. — Игорь, иди и налей воды в две кружки. Сырую из кулера не неси, прокипяти сначала и налей, пусть стынет. Арсений, только увидев состояние парня на улице, уже понял, каковыми будут его действия. — И, если за раз унесешь, налей в небольшой таз воды и возьми у Лизы в прачечной чистое полотенце. В следующий момент Арсений замечает слезу, катящуюся по разгоряченному лицу. Он сочувственно заламывает руки, но не комментирует.