Невидимые узы луны

Холодные пальцы зари только начали раздвигать ночную тьму, когда в дверь Феликса врезался резкий стук. Он проснулся мгновенно - годы жизни в стае научили спать чутко. Дверь распахнулась, и в комнату ворвался Минхо, его обычно невозмутимое лицо было искажено холодной яростью. Лунный свет, пробивавшийся сквозь шторы, рисовал на его скулах резкие тени, делая черты похожими на каменную маску. - Одевайся. Сейчас, - голос брата звучал как скрежет стали по камню. За окном стая уже кипела, как потревоженный осиный рой. Ликс, натягивая черную тактическую рубашку, видел через окно, как альфы собираются у главных ворот. Хенджин, освещенный дрожащим светом фонарей, выглядел как древний бог войны - его темные глаза горели в полумраке золотом, а бергамотный аромат смешался с резкими нотами пороха и стали. Крис проверял оружие, его каштановые волосы, обычно аккуратные, сейчас торчали в разные стороны, как у разъяренного льва. - Что случилось?- омега ловко поймал брошенный ему бронежилет. - В трех часах езды - гнездо шакалов. Держат омег в клетках, как скот, - его пальцы сжались в кулаки, и Феликс услышал, как хрустнули костяшки. Крис щелкнул затвором, и этот звук прозвучал как приговор:  - Сегодня мы вынесем им смертный приговор.

***

Черные внедорожники мчались по извилистой горной дороге, поднимая за собой хвосты пыли, которые на фоне розовеющего неба выглядели как кровавые шлейфы. Ли младший сидел рядом с Хенджином, чувствуя, как каждые несколько минут взгляд альфы скользит по нему, проверяя ремни безопасности, бронежилет, состояние. - Ты не должен был ехать, - прошипел Хван, его пальцы сжимали руль так, что кожа на костяшках побелела. Ликс наблюдал, как за окном мелькают сосны, их вершины позолоченные первыми лучами солнца.  - А кто будет лечить раненых? - его голос звучал спокойно, но под бронежилетом сердце билось учащенно. Альфа не ответил, но его запах стал гуще, насыщеннее - бергамот смешался с чем-то темным, животным, что заставило волосы на затылке Феликса встать дыбом. Поселение предстало перед ними как гниющая рана на теле земли - несколько покосившихся домов, обнесенных ржавой колючей проволокой. Воздух здесь пах затхлостью, мочой и страхом. Первые выстрелы прогремели еще до полной остановки машин. Феликс остался у внедорожника, наблюдая, как четверо альф движутся как единый смертоносный механизм. Хенджин ворвался в центральный дом, его силуэт на фоне горящего дверного проема выглядел как видение из кошмара. Крис и Чанбин очищали фланги, их движения были отточены годами тренировок. А Минхо... Минхо исчез в темноте, как тень. Через двадцать минут Бан Чан вышел, ведя за собой первую группу омег - изможденных, с потухшими глазами, но живых.  Феликс, твоя очередь,- его голос звучал хрипло от напряжения.

***

Минхо стоял у последнего дома, его мощное тело дрожало мелкой дрожью, как у пса, учуявшего дичь.  - Там... он там,- альфа сглотнул, и Феликс увидел нечто невероятное - слезы в глазах всегда невозмутимого воина. Кристофер схватил его за плечо:  - Он напуган до смерти, друг. Дай ему время. Ликс вошел без стука. Внутри пахло плесенью, мочой и кровью. В углу, на грязном матрасе, свернулся калачиком худой паренек. Луч солнца, пробившийся через щель в ставне, выхватил из полумрака его лицо - огромные карие глаза, покрытые влажной пеленой страха, вздернутый носик, усыпанный веснушками, и каштановые волосы, торчащие в разные стороны, как у испуганного бельчонка. - Они... они говорили, что другие альфы придут и... и... - При виде Ликса омега вжался в стену, его пальцы вцепились в рваное одеяло, а голос сорвался на писк. Ли младший медленно протянул руку, ладонью вверх - жест, который омеги использовали веками, показывая, что в руке нет оружия.  - Те, кто снаружи - они другие. Они не причинят тебе вреда, - Феликс старался звучать как можно нежнее, - Как тебя зовут?  - Джисон… Хан Джисон.  Джисон посмотрел на его пальцы, потом в окно, где виднелась мощная фигура Минхо.  - Он... он пахнет лесом после дождя, - прошептал омега, и в его голосе впервые появился проблеск чего-то, кроме страха. Феликс почувствовал, как уголки его губ дрогнули: - И он ждал тебя очень долго. Когда они вышли, Минхо сделал импульсивный шаг вперед, но тут же замер, увидев, как Джисон прячется за Феликса. Альфа выглядел так, будто его ударили под дых - его обычно твердые черты смягчились, а в глазах читалась такая натяжная нежность, что его брату стало почти неловко наблюдать это. - Он... боги, он похож на того бельчонка, что я спас в детстве, - пробормотал Минхо, его бас дрогнул. Крис хлопнул его по плечу: - Давай, старик. У вас будет целая вечность, чтобы узнать друг друга. Пока они рассаживались по машинам, омега поймал на себе взгляд Хенджина. Альфа стоял у внедорожника, его профиль четко вырисовывался на фоне восходящего солнца. - Что? - спросил младший. Хван лишь покачал головой, но в его глазах горело что-то новое - не ярость, не собственничество, а что-то более глубокое.  - Ничего. Просто... спасибо. Солнце, наконец, поднялось над горизонтом, окрашивая небо в багряные тона. Но впервые за долгое время Феликс почувствовал, что этот цвет не предвещает беды, а символизирует новое начало.

***

Машины с ревом въехали на территорию стаи, поднимая тучи пыли. Рассвет уже полностью вступил в свои права, заливая двор золотистым светом. В воздухе витал запах хвои и свежеиспеченного хлеба — стая готовилась к завтраку, не подозревая о ночной вылазке.   Феликс вышел первым, его спина ныла от напряжения последних часов. За ним осторожно вылез Джисон, его карие глаза расширились при виде огромной территории стаи и новых запахов. Омега пошатнулся, и Феликс тут же подставил плечо для опоры.   — Полегче, бельчонок, — прошептал он, чувствуя, как худое тело дрожит под его пальцами.   Хо, выпрыгнувший из машины как выпущенная пружина, замер в двух шагах, его мощные руки непроизвольно сжались в кулаки.   — Ему нужен врач, — прорычал он, ноздри раздуваясь от запаха страха, исходящего от  его омеги.   Хенджин и Крис тем временем организовывали встречу освобожденных омег. Их голоса, привыкшие командовать, теперь звучали нарочито мягко:   — Сюда, через эту дверь. Там вас накормят и осмотрят.  

***

Лазарет быстро заполнился. Ликс работал быстро и молчаливо, его пальцы перевязывали раны, а губы шептали успокаивающие слова. Джисон сидел в углу, закутавшись в одеяло, его глаза неотрывно следили за дверью.   — Он ждет Минхо, — заметила Соён, подавая Феликсу бинты. Ее голос звучал неожиданно мягко для обычно язвительной волчицы.   Феликс кивнул:   — Альфа дал ему пространство. Мудрое решение.   В этот момент дверь приоткрылась, и в щели показалась огромная тень. Минхо стоял на пороге, в руках он держал тарелку с дымящейся кашей и медом — традиционное блюдо для больных в их стае.   — Можно? — его бас звучал неуверенно, как у подростка.   Джисон замер, его пальцы вцепились в одеяло. Но когда старший Ли медленно, как перед диким зверем, опустился на колени в трех шагах от него, что-то изменилось.   — Я... я принес еду, — альфа протянул тарелку, его обычно грозные черты смягчились до неузнаваемости. — Мед... он помогает от шока.   Ликс наблюдал, как тонкие пальцы Джисона дрожащими движениями принимают подношение. Их пальцы не соприкоснулись, но момент был наэлектризован чем-то невидимым.   — Спасибо, — прошептал омега, и это было началом.  

***

Позже, когда основные дела были закончены, Феликс застал Хенджина на кухне. Альфа стоял у окна, его мощный силуэт вырисовывался на фоне утреннего неба. В руке он сжимал стакан виски, хотя было только утро.   — Ты должен отдохнуть, — сказал омега, доставая две чашки кофе.   Хван повернулся. В его глазах читалась усталость, но что-то еще — что-то теплое и незнакомое.   — Ты сегодня спас не только их тела, но и души.   Феликс протянул чашку, их пальцы ненадолго соприкоснулись.   — Мы спасли. Это была командная работа.   Альфа ухмыльнулся, наклонился чуть ближе, и его голос стал низким, почти вкрадчивым:   — Тогда, может, стоит отпраздновать? Только вдвоем.   Феликс приподнял бровь, но уголки его губ дрогнули.   — Виски и кофе — странное сочетание для праздника.   — Я могу предложить что-то получше, — Хенджин сделал шаг вперед, и теперь между ними оставалось совсем немного места.   Феликс не отступил, только слегка наклонил голову, будто изучая его.   — Обещаешь, что это не очередной твой способ заставить меня делать бумажную работу?   Хенджин рассмеялся, и вдруг его рука легла на талию Феликса, уверенно, но без давления.   — Нет. Это способ сказать «спасибо».   Они замерли на мгновение, дыхание почти смешалось, но...   За окном раздался смех — Джисон, завернутый в огромный свитер Минхо (как он умудрился его уговорить?), робко улыбался чьей-то шутке. Альфа стоял рядом, его обычно суровое лицо светилось глупой, счастливой улыбкой.   — Похоже, у нас появился новый член стаи, — хмыкнул Хенджин, отстраняясь, но его пальцы еще на секунду задержались на Феликсе.   Тот сделал глоток кофе, наблюдая, как первые лучи солнца освещают двор. После ночи, полной ужаса, мир снова казался правильным. Не идеальным. Но правильным.