dial in

В комнате Джисона тусклое освещение, и слабый свет лампы отбрасывал тень на стену. Он сидел на краю кровати. В одной руке у него был телефон, а в другой — помятый листочек. Он смотрел на корявый почерк Чанбина и на написанные на бумажке цифры. Что за издевательство над ним. 850-001-4562 оператор Он резко выдохнул и вспомнил разговор с Чанбином. — Не парься ты так, чувак. Я звонил туда кучу раз, прежде чем мы с Чаном начали встречаться. Ты звонишь, занимаешься сексом по телефону, дрочишь и спокойно продолжаешь жить. — Ты мерзкий, хён. — Просто попробуй, Джисони. Так он и начал об этом думать. Он думал, стоит ли ему позвонить, сильнее сминая бумажку в кулаке. Хочется. Боже, пиздец как хочется. Желание застряло у него где-то в груди. Оно карабкалось из груди к горлу, обжигая. Удушающее, всепоглощающее желание. Оно оставляло синяки на коже, которые цвели и горели. Отстой. Джисон уже попробовал всё. Свидания с намёками на что-то серьёзное проходили ужасно. Его последнее закончилось неудачной стыдной попыткой поцеловать партнёра. Интрижки? Сразу мимо: все сбегают, как только узнают, что он девственник. Даже порно не помогало. Как бы сильно он ни старался, сколько бы разных видео он не смотрел — ракурсы не те, стоны наигранные. По итогу он всегда просто лежал злой, неудовлетворенный, а член болел. Он смотрел кучу туториалов, в точности следуя инструкциям на видео. Сжимал член сильнее, экспериментировал со смазкой, пока его руки и кровать не были полностью в ней. Он даже пробовал согревающие смазки и с эффектом покалывания, которые должны были ему помочь. Он пробовал всё, что могло бы помочь достичь пика. Но ничего не работало. Его терпение было на исходе. Номер будто издевался над ним: сможешь ли ты позвонить или продолжишь свои никчёмные попытки? Он простонал и с раздражением откинул голову назад. — Ладно, Джисон, давай. Это просто телефонный звонок. Всё нормально. Люди постоянно туда звонят. Слова звучали неубедительно, но всё-таки смогли подтолкнуть его к действиям. Он взял телефон и ввёл цифры. Руки немного тряслись. Он это сделает. Он позвонит, подрочит, кончит, а потом испарится с лица земли. Он долго смотрел в экран, большой палец навис над кнопкой «позвонить». Неуверенность словно текла по венам. И прежде чем он успел накрутить себя сильнее, он выдохнул и нажал на кнопку. И поставил звонок на громкую связь. Он дозвонился, на другом конце трубки раздался голос автоответчика: — Спасибо, что позвонили в «Sweet Talks». Пожалуйста, оставайтесь на линии, и мы соединим вас с одним из наших операторов. Его сердце забилось сильнее, и каждый стук грозился перекричать чувственную мелодию, которая играла во время ожидания. Музыка будто бы сразу располагала к горячей обстановке. Он сильнее обхватил телефон, его ладошки вспотели. Вдруг музыка оборвалась и раздался бархатистый и низкий голос. — Здравствуйте! Добро пожаловать в «Sweet Talks». Как дела? Джисон в недоумении нахмурил брови. — Эм, хорошо. А вы как? — Джисон выпалил, а его голос уже дрожал. — Хорошо! Спасибо, что спросили. С кем вас соединить сегодня? — А… — его язык будто завязался в узел, а голова гудела, будто её набили ватой. Оператор снова заговорил: — Алло? Ещё со мной? — Ага! Да. Я здесь, — Джисон выпалил, запинаясь. Он прокашлялся и попытался успокоиться. — Извините, эм… я звоню в первый раз. — Не переживайте, — спокойно ответил оператор. — Всё бывает в первый раз, да? Получается, вы новый клиент? — спросил оператор, на фоне слышен звук клавиатуры. — Новый клиент. Точно первый раз, — пробормотал Джисон, глядя на мятую бумажку в руке. — Понял. Отлично, прежде чем мы продолжим, мне ещё кое-что от вас нужно. Можете продиктовать данные своей банковской карточки? Деньги спишутся только за время звонка — никаких дополнительных списаний. За одну минуту четыре доллара двадцать пять центов. Также у нас есть пакеты услуг, если вы заинтересованы. — Не нужно! — ответил Джисон, его голос сорвался, а щёки покраснели. Он сглотнул, пытаясь вернуться к спокойному тону. — Я имею в виду… я просто заплачу за минуты, проведённые в звонке. — Без проблем. Пожалуйста, продиктуйте данные своей карточки, и я перенаправлю вас. Джисон пошёл за кошельком. Телефон остался лежать на кровати, и трясущимися пальцами он еле как достал карточку. Он выдохнул и продиктовал цифры. — Готово! У вас есть какие-то предпочтения? Мы можем подобрать кого-то по характеру, стилю разговора. Также мы предлагаем ролевые игры, если вы это любите! Или… Джисон взял телефон в руки: — А… Нет, мне подойдёт кто угодно. Только можно, пожалуйста, парня? — пискнул Джисон, кончики ушей горели. — Я новичок в этом, так что, — он остановился, смущаясь сильнее с каждым словом. Оператор хмыкнул: — Понял. Я соединю вас с тем, кто хорошо работает с новичками. Примерно через тридцать секунд вас перенаправят. Спасибо, что выбрали нас, наслаждайтесь! Снова включилась лёгкая и чувственная музыка для ожидания. По телу пробежали мурашки. Его телефон чуть не выпал из рук, потому что ладошки вспотели. Он взял его покрепче. Джисон сглотнул и откинулся на спинку кровати. Он был весь в предвкушении, по лбу скатилась капля пота, которую он неуклюже вытер. Джисон сейчас упадёт в обморок. Или его вырвет. Может, и то, и то. Музыка действовала на нервы. Когда песня уже стала невыносимой, она резко выключилась. Джисон затаил дыхание. Раздался новый голос. — Приветик. Я Ли Ноу. Чем я могу помочь тебе сегодня? Джисон замер. Он сильнее сжал телефон, а в голове будто произошло короткое замыкание. Он не ожидал, что голос будет таким… ласковым. Он занервничал. — Я, эм… привет, — Джисон заикнулся, щёки стали пунцовыми. — Привет, — ответил Минхо лёгким, чуть ли не дразнящим тоном. — Нервничаешь, малыш? Не переживай, я с тобой, — он говорил мягко и убедительно, но с небольшой насмешкой, отчего по спине Джисона побежали мурашки. — Начнём с чего-то лёгкого? Расслабим тебя. Скажешь мне своё имя? Или сразу к делу, как хочешь. Сердце Джисона билось так громко, что казалось, что Минхо слышит это через трубку. — Я Джисон, — он прошептал. — Джисон, — повторил Минхо, его голос похож на мурлыканье. — Приятно познакомиться, Джисон. Звонишь в первый раз, да? — Ага, — прошептал Джисон, в горле резко пересохло. Он беспокойно заёрзал на кровати, пальцами играясь с бумажкой. — Это заметно? Минхо хихикнул. Тепло разлилось в груди Джисона от нежного звука. — Немного, но всё хорошо. Первые разы всегда должны быть неловкими. Ты втянешься, обещаю. Джисон выдохнул, чувствуя смесь спокойствия и смущения. — Ладно. — Итак, — начал Минхо. — Расскажешь, о чём думаешь? Почему позвонил сегодня? Джисон замешкался, и слова застряли в горле. А что говорить? Что он постоянно возбуждён, но не может кончить? Что ему нужно, чтобы кто-то его направлял? Чтобы ему помогли кончить? Что он девственник? — Я… а, — Джисон запнулся, нерешительно начав. Слова застряли в горле. — Не торопись, — мягко сказал Минхо, успокаивая. — Не торопись. Дыши. Джисон сделал глубокий вдох. — Просто… у меня не получается. Типа ну… ты понял. — А, — понимающе ответил Минхо, — Понял. Нужна небольшая… помощь? Щёки Джисона запылали, и он так сильно сжал телефон, что костяшки побледнели. Он кивнул, но понял, что Минхо его не видит. — Да. Типа того. — Нет проблем, — сказал Минхо, его голос успокаивал. — Мы начнём медленно, Джисон-а. Я буду направлять тебя, хорошо? В груди Джисона разлилось тепло из-за нежного голоса Минхо. Он откинулся на спинку кровати, ладонью крепко сжимая телефон. Его сердце громко стучало, а пальцы бесконтрольно дёргались. — Ладно, — он прошептал. — Хорошо, — ответил Минхо, меняя тон голоса. Теперь он более низкий, более страстный и ему хочется подчиняться. — Начнём с простого. Сними штаны. У Джисона перехватило дыхание, и в горле стало очень сухо. — На мне спортивные штаны, — пробормотал он, откинув в сторону бумажку с номером и телефон. В руки он взял завязки на штанах и медленно неуклюже их развязал. Сердце стучало очень быстро, в голове стало пусто. Минхо усмехнулся: — Хорошо, малыш, — он промурчал, голос полон предвкушения. — Снимаешь свои спортивки, м-м? — Да, — прошептал Джисон, сглотнув. Его пальцы схватились за резинку штанов, ткань вытерла мокрые ладошки. Он спустил их вниз. Его движения неловкие. — Снял? — спросил Минхо, а по спине Джисона побежали мурашки. С голыми ногами ему стало холодно. — Ага, — еле как сказал он, штаны были стянуты примерно до лодыжек. Он вылез из них и пнул в сторону. Они упали на пол рядом с кроватью. — Молодец, — промурчал Минхо. Слово кружило вокруг Джисона, и от похвалы снова стало жарко. — Теперь ляг. Устройся поудобнее. Джисон подчинился и лёг на подушку, выдыхая. Прохладная ткань простыней коснулась его ног. — Готово, — он еле слышно прошептал. Все его тело болело в ожидании разрядки. — Видишь? Ты так хорошо справляешься, — сказал Минхо тягучим, как мёд, голосом. — Начнём медленно. Я хочу, чтобы ты погладил себя по низу живота. Лёгкое касание. Сделаешь это ради меня? Джисон засомневался, рукой приподнимая худи. Его сердце билось так часто, что казалось, что оно остановится. Но чёткий и уверенный голос Минхо спустил его на землю. — Не думай слишком много, малыш, — пробормотал Минхо. — Просто дотронься до себя. Представь, что это я. Джисон закрыл глаза и с шумом выдохнул. Трясущейся рукой он провёл по ткани худи и опустился к открытому животу. Холодные пальцы двигались по тёплой коже, и у него снова появились мурашки. — Именно так, — пробормотал Минхо бархатным голосом. Это опьяняло. — Чувствуешь, какая у тебя мягкая кожа там? Наслаждайся. Джисон приоткрыл рот, задерживая дыхание. Он продолжал трогать себя. Пальцы медленно двигались по животу, касаясь небольшого углубления талии. Его касания были лёгкие, почти что дразнящие, искры пробегали по коже. Когда в животе расплылось тепло, он начал дышать быстро, сбито и неровно. Так много, так будоражит. Сносит голову. С каждой секундой он будто всё больше и больше терял контроль. — Ты хорошо справляешься, — задабривал Минхо, хваля, голос окружал Джисона. — Но я слышу, что ты сдерживаешься, малыш. Ты чувствительный? Я слышу это в твоём дыхании, в каждом маленьком вздохе. Расскажи мне. Джисон сглотнул, его пальцы дотронулись до резинки боксеров, а затем отступили, возвращаясь на бёдра. Там себя трогать ещё не сказали. С каждым движением его худи задиралась, пока не оказалась на груди, оголяя живот полностью и немного соски. — Немного, — он пробормотал низким трясущимся голосом. — Мило, — хмыкнул Минхо, по голосу слышно, что его это забавляет. На линии слышен слабый, но заметный треск, однако снова раздался голос Минхо. — Я думаю, что ты можешь рассказать мне больше, Джисон-а. Расскажи, что ты чувствуешь? — Минхо подсказал медовым и сладким тоном. Джисон засомневался, языком проводя по сухим губам, в разуме туман. — Мне… Мне жарко, — он стеснительно признал. — В животе такое тепло, это… — он остановился, лицо горело от стыда, пальцы схватили ткань кофты. — Это что, малыш? — надавил Минхо, тон голоса терпеливый, но дразнящий. — Не стесняйся. Хочу услышать. — Возбуждает, — прошептал, наконец, Джисон. — Я не смогу думать по-нормальному, пока не… — Пока не…? — прервал Минхо, голос наполнила пошлость. — Пока не получишь желанного? Пока не кончишь? Джисон простонал, его пальцы снова опустились ниже, касаясь резинки боксеров. Его пульс ускорился. Он засомневался, трогать ли себя там: он на грани между страхом и желанием. — Я не знаю, — выпалил он. Минхо ворковал: — Нет, ты знаешь. Давай, расскажи мне, Джисон-а. Джисон снова простонал, звук с лёгкостью добрался до Минхо. — Ты хочешь, чтобы тебя направляли, Джисон-а? — похотливо спросил Минхо. — Да, пожалуйста, — Джисон простонал, голос сорвался. Его грудь вздымалась и опускалась. — Пожалуйста, Ли Ноу… — Ш-ш, — сказал Минхо, и по спине Джисона побежали мурашки. — Хорошо, малыш, я тебе помогу. Ты все ещё в боксерах? Джисон хмыкнул в ответ. — Засунь руку под них, Джисон-а. Аккуратно и медленно. Начни дрочить. Я хочу услышать, насколько сильно ты в этом нуждаешься, — твёрдо сказал Минхо. Он ожидал, что Джисон будет слушаться без лишних вопросов. И Джисон слушается. Его пальцы тряслись, но он подчинился. Они проскользнули под ткань. Он затаил дыхание, проводя пальцами по волосам, которые вели ниже. Его член дёрнулся: он уже почти встал. Джисон издал тихий стон, когда пальцы дотронулись до основания. — Вот так, — сказал Минхо, его голос наполнен трепетом. — Трогай свой член, малыш, аккуратно и медленно. Рука Джисона интуитивно двигалась, пальцы обвили основание его члена. Он прикусил нижнюю губу, небольшой стон вырвался из его покрасневших губ. — Расскажи, что ты чувствуешь, — потребовал Минхо, — И не смей сдерживать свои звуки, я хочу тебя слышать. — Так… хорошо… — Джисон вздохнул, а его голос сильно дрожал. Он захлопнул глаза, прекращая смотреть на мир вокруг. Его рука двигалась ниже, пальцы вели по длине члена, бёдра двигались в такт прикосновениям. — Хорошо, — простонал Джисон, и у него получилось выпалить только это слово. Его пальцы снова провели по длине, в этот раз увереннее. От трения сжимался живот, а ноги дрожали. Он обхватил член сильнее. — Очень хорошо. Ли Ноу, я, ах, ах… Он толкался в свой кулак, член дрожал в его хватке, уже выделяя предэякулят. Дыхание сбилось, и он сконцентрировался на движениях рукой. — Идеально, — прервал Минхо, говоря полушёпотом, низко и горячо. — Ты так стараешься для меня, Джисон-а. Такой хороший мальчик, трогаешь себя так, как я тебе говорю. Ты, блять, идеальный. Джисон громко выдохнул, напряжение росло с каждым словом, произнесённым Минхо. Он сжал член сильнее: немного больно. И снова ослабил хватку, а затем вновь начал трогать нежную кожу: живот, ляжки, бёдра. Он хныкал. — Вот так вот, — сказал Минхо голосом полным одобрения. — Ты так хорошо звучишь, малыш. Я слышу, как сильно ты в этом нуждаешься. Такой хороший мальчик, не правда ли? — Пожалуйста, Ли Ноу, — Джисон простонал, водя рукой по члену. — Ещё. — Ещё? — хмыкнул Минхо, голос нежный, как шёлк, но всё равно дразнящий. — Конечно, малыш. Ты такой хороший для меня. Обхвати свой член рукой. В этот раз сильнее. Я хочу услышать твой стон, когда ты это сделаешь. Джисон тут же подчинился. Пальцы дрожали, когда он снова обхватил член. Он издал тихий вздох, но Минхо услышал. — Вот так? — он выпалил. — Идеально, — пролепетал Минхо с одобрением. — Начни медленно. Проведи по длине один раз для меня — аккуратно и без напора. Двигай кулаком вверх-вниз. Не торопись, малыш. Джисон мягко выдохнул, начиная двигать рукой в неровном темпе. Мокрое прикосновение ладони к члену так вскружило голову, предэякулят делал всё более мокрым и горячим. Его руки мокрые, такие мокрые, предэякулят стекал по его ладоням. Он затаил дыхание, живот сжало тепло. Он прикусил губу, пытаясь сдержать стоны, которые грозились вырваться наружу, но не получилось. — А-а, — мягко ругал Минхо, голос наполнен недовольством. — Не смей сдерживаться, Джисон. Я хочу тебя слышать. Я хочу знать, как тебе хорошо. Всхлипы вырывались изо рта Джисона. Рука двигалась быстрее, и он внимательно слушал Минхо. — Так хорошо, — он вздохнул, а голос дрожал. — Ли Ноу, боже. — Конечно тебе хорошо, — промурчал Минхо. — Но можем сделать ещё лучше, да? Сними трусы, малыш. Хочу, чтобы ты лежал голый. Джисон сомневался только секунду, а потом стянул боксеры вниз. Он вздрогнул от резкого холода на коже. Джисон снова обхватил член, в этот раз его не сковывала никакая ткань. Он резко выдохнул. — Умница, Джисон-а, — похвалил Минхо. — Такой идеальный. Продолжай двигаться. Чуть разжимай кулак у основания и сжимай сильнее по длине. Нужно найти место, где тебе приятнее всего, малыш. Джисон послушался, рука двигалась, он чуть поменял угол толчков. И вот. Нашёл. Место, от прикосновения к которому всё тело вздрогнуло. — О, блять. — Вот, — удовлетворённо сказал Минхо, — Нашёл, да? Продолжай двигать рукой так, как тебе больше приятно, Джисон. Ты хорошо справляешься. Джисон откинул голову назад, ударяясь о изголовье кровати, потому что подушка осталась где-то на уровне шеи. Он начал терять контроль, толкаясь бёдрами в свой кулак. Его бёдра двигались сами по себе, вбиваясь в кулак. Отчаяние на грани безумия. — Ты издаёшь потрясающие звуки, — прошептал Минхо. — Такой нуждающийся. Проведи большим пальцем по головке несколько раз, Джисон-а. Будет приятно, обещаю. И Джисон беспрекословно подчинился словам Минхо. Он сильнее сжал член, одним пальцем проводя по отверстию уретры. Когда Джисон провёл пальцем по чувствительной головке, с его губ сорвался громкий стон. Он собрал предэякулят и продолжил распределять его по длине. Его бёдра дёрнулись вперёд, желая большего. Его толчки стали более быстрыми и плавными. В животе разливалось тепло, а дыхание сбилось. — Молодец, — пробормотал Минхо приторным голосом. — Хороший мальчик. Блять, ты звучишь так отчаянно. Ты такой чувствительный. Джисон хныкал и извивался, рука так сильно сжимала член, почти до боли. — Ли Ноу, — он простонал имя, слёзы потекли из глаз. — Мне так хорошо, но мне нужен… — Что тебе нужно, малыш? — Минхо раззадоривал. — Скажи мне. Используй слова. — Мне нужен ты, — всхлипнул Джисон, голос сорвался на последнем слове. Его рука начала двигаться быстрее, он снова провёл большим пальцем по головке, так скользко и беспорядочно. Непристойный звук прикосновений кожи о кожу раздавался по комнате. — Пожалуйста. Пожалуйста, помоги мне. — Ты так хорошо справляешься, — низко с придыханием сказал Минхо. — Продолжай, малыш. Сожми член ещё сильнее, поиграй с головкой. Из тебя течёт предэякулят? Уверен, что да. Ускорь темп. Дай мне услышать, как ты хочешь кончить. Джисон подчинился и издал стон, хаотично двигая рукой, член пульсировал. — Так… так много, — он хныкнул, голос задрожал, и слёзы блестели на ресницах. Другой рукой он вцепился в простыни, всхлипы срывались с губ: — Ли Ноу, я не могу… — Нет, ты можешь, — Минхо успокаивал, резкий голос раздался в комнате. — Ты очень близко, Джисон-а. Я слышу это в каждом твоём звуке. Джисон издал высокий отчаянный вскрик, толкаясь в кулак, пытаясь достичь разрядки. — Я так близко, — он сказал, слёзы скопились в уголках глаз и грозились потечь по щекам. — Так много. Я не знаю… я не смогу… — Ты сможешь, — Минхо убеждал его через трубку. — Ты такой хороший, малыш. Потерпи ещё чуть-чуть. Продолжай толкаться в кулак. Почувствуй, как ты близко, и кончи. Джисон всхлипнул, кулак сжался сильнее по длине. Тело вздрогнуло от волны удовольствия, нахлынувшей на него. Толчки замедлились, у него начали кончаться силы. Джисон толкнулся бёдрами в свою хватку и взял ткань худи в рот, чтобы заглушить свои всхлипы. Но это оказалось бесполезным: ткань выскользнула изо рта, и Джисон продолжил стонать. —Ли Ноу… Блять, нгх-х, я, о боже… — Продолжай, — мягко и довольно промурлыкал Минхо. — Расслабься. Кончи для меня, хочу тебя услышать. Всё тело Джисона напряглось, спина выгнулась. И вдруг всё это напряжение улетучилось. Всхлип вырвался из него, и он кончил. Сперма вылилась горячими липкими волнами и запачкала его руки и живот. Он медленно провёл ещё пару раз, его рука склизкая и липкая. Грудь вздымалась, в ушах звенело, сердце громко стучало в груди, ноги холодные и потные, сперма у него на руке, животе и бёдрах. — Молодец, — прошептал Минхо мягким нежным и гордым голосом. — Ты хорошо справился, Джисон-а. Такой хороший мальчик. Джисон расслабился на кровати. Тело не слушалось, он очень устал. Он выпустил член из рук и лежал, смотря в потолок. В голове пусто, щёки красные. — Я не верю, — пробормотал он чуть громче шёпота. — Ш-ш, — успокаивал Минхо, его голос привёл Джисона в чувства. — Ты был идеальным. Просто дыши, малыш. Наслаждайся моментом. Джисон хихикнул, его губы расплылись в небольшую усталую улыбку. Тело такое тяжёлое и расслабленное одновременно. — Ладно, — пробормотал он чуть хриплым голосом. — Ага, — ответил Минхо. — Теперь приведи себя в порядок, малыш. Щёки Джисона покраснели сильнее, и он инстинктивно кивнул, и только потом понял, что Минхо его не видит. — О… а, ага. Да. Я сделаю это. — Хорошо, — сказал Минхо с ноткой удовольствия. — Надеюсь, мы поговорим ещё, Джисон. Может, в следующий раз я научу тебя чему-то новому. Джисон выдохнул. В душе смесь смущения и предвкушения следующего раза. — Да… Было бы круто. Спасибо, Ли Ноу! Минхо хмыкнул, низкий приятный звук раздался только на долю секунду. И повесил трубку. Джисон моргнул, на место резкой тишины включилась музыка, как из лифта. Прежде чем он успёл всё осознать, раздался автоматический голос. — За сессию вышло сто двадцать семь долларов. Деньги спишутся с карты, номер которой заканчивается на 2348, в течение одного рабочего дня. Спокойной ночи. Звонок закончился, и Джисон остался лежать, глядя в потолок. Лицо красное, сердце стучит. Он тихо выдохнул.

***

— Итак, давай по порядку, — сказал Чонин в полном замешательстве, откидываясь на спинку стула. Они сидели в столовой университета. — Ты позвонил на линию секса по телефону? Потому что не мог… кончить? — он так поднял брови, что они чуть ли не оказались на линии роста волос. Джисону захотелось исчезнуть. Вместо этого он воскликнул: — Туда многие звонят! Бля, даже Чанбин туда звонил! — Да, но Чанбин… — Чонин сделал паузу, ища правильные слова, — другой. — Мы сейчас про тебя говорим — добавил Хёнджин с усмешкой, тыкая в морковку вилкой с такой силой, как будто она его самый главный враг. Зачем он вообще принёс контейнер с морковкой на учёбу, если он ненавидит морковь? Джисон недовольно посмотрел на него, щёки порозовели: — Да в смысле? Хёнджин пожал плечами, отодвигая контейнер с порезанной морковкой в сторону. На лице выражение отвращения. — Ты, Хан Джисон, позвонил на линию секса по телефону, потому что ты не мог… — он водил вилкой в воздухе, уголки губ дёрнулись, потому что он пытался сдержать смех, — подрочить. Джисон показал пальцем в сторону Хёнджина, лицо уже красное: — Я могу подрочить сам, спасибо, — он сказал это громче, чем ожидал, и вдруг все люди вокруг умолкли. Джисон застенчиво улыбнулся и наклонил голову в знак извинения, уши горели. Хёнджин и Чонин посмотрели друг на друга. — Конечно, можно кончать и без звонков на линию секса по телефону, прямо как ты и делал всю жизнь, — сказал Чонин с сарказмом. Он взял морковку из контейнера Хёнджина и проигнорировал возмущённый взгляд Джисона на себе. — Отстань, — пробормотал Джисон и отвернулся, надув губы. Он скрестил руки. Чонин прожевал морковь и хмыкнул: — Тебе хоть понравилось? Джисон покраснел сильнее и закрыл лицо руками. — Было потрясающе. Хёнджин поднял бровь с любопытством глядя на него. Он наклонился, подпирая рукой подбородок: — Что значит «потрясающе». Джисон засомневался, теребя кофту в руках: — Я не знаю. Он просто был… хорошим. — Хорошим? — скептично повторил Чонин. — Ага, — Джисон выпрямил спину, щёки снова горели. — Он не просто… ну вы поняли. Он реально говорил со мной. Подсказывал, как двигать рукой. Чонин скорчился, сморщил нос, как будто ему не хотелось продолжать разговор: — И во сколько тебе это обошлось? Джисон замер и поднял взгляд: резко потолок стал таким интересным. — … Сто двадцать семь долларов. Чонин наклонился к нему, нахмурив брови: — Что? — Сто двадцать семь долларов, — повторил Джисон чуть ли не шёпотом. Хёнджин взвизгнул. Он лёг на стол, удивлённо распахнув глаза. — О боже, Сони. Что за хуйня. Зачем? Чонин усмехнулся и чуть не разлил воду: — Хён, ты мог бы купить продукты на целую неделю! Откуда у тебя деньги? Джисон раскинул руками, вся его уверенность ломалась под их вопросами. — Я хожу на стажировку, помните? Семнадцать часов в неделю. — Ага, — выпалил Хёнджин. — И денег тебе хватает только на аренду квартиры. Круто финансы распределяешь. Джисон закатил глаза и сконцентрировался на своей еде: — Неважно. Что-нибудь придумаю. Не проблема, возьму дополнительные часы. Хёнджин сузил глаза, на лице смесь раздражения и удивления. — Ты идиот. Ходячая финансовая катастрофа, Джисон-а, — он сделал паузу и вздохнул, покачав головой. — Ты ведь позвонишь снова, да? Джисон пожал плечами, у него не было сил это отрицать. Хёнджин прав. — Наверное, — сказал он со смирением в голосе. Чонин сморщил нос: — Только не говори, что ты в него влюбился. — Неправда, — быстро сказал Джисон, но понимал, что врёт. Он заставил себя засмеяться, пытаясь звучать убедительно. — Я же его не знаю. Это просто голос… очень крутой голос, вот и всё. Но он врёт. Один звонок, а он уже по уши влюблён, постоянно воспроизводя голос Ли Ноу в голове. Он не понимал, что хуже: что он уже к нему привязался или что ему плевать на то, как это плохо. Его пальцы дёрнулись с желанием достать телефон и снова набрать номер. Пиздец. Ему очень стыдно.

***

Прошло восемь дней с разговора с Хёнджином и Чонином, и Джисон сломался и снова набрал номер. Он не мог успокоиться. Его тело гудело и вибрировало от чего-то настойчивого — от боли, которую он не совсем понимал, но не мог от неё избавиться. Ему не просто хотелось разрядки. Ему хотелось такой разрядки, чтобы его трясло, вымотало и опустошило, но в то же время наполнило. Чтобы кто-то его контролировал. Чтобы кто-то над ним навис, направлял, пока мыслей в голове не останется, и он будет чувствовать приятное сладкое расслабление. Помог ему кончить. С каждым днём всё хуже и хуже. Поток мыслей сводился к одному и тому же имени, голосу. Ли Ноу. Его мозг не замолкал, и желание заползало под кожу, шепча в его уши: «Возьми телефон. Позвони». Чувство сжимало грудь и крутило желудок. Он пытался сопротивляться, действительно пытался. Пять дней попыток догнать удовольствие, попыток дотянуться до чего-то недосягаемого. Его член болел, кожа была стёрта до крови, а в голове только голос Ли Ноу. Низкий, бархатный, полный контроля. Малыш, сказал бы он, и Джисон бы сошёл с ума. В отчаянии он купил смазку. Он пытался растянуть себя трясущимися мокрыми руками. Он дошёл до двух пальцев, всё тело горело, слишком туго. Он был слишком чувствительный. Его дыхание сбилось, вырывались тихие вздохи. Он подгибал пальцы ища кое-что, о чём только читал. Свою простату. Но не получалось. Его запястье болело. Тело слишком сопротивлялось и не получалось протолкнуться дальше. Слёзы скопились в уголках глаз: всё бесило. Пальцы продолжали выскальзывать и было больно. Не получалось. Он сдавался и ложился на грязные простыни неудовлетворенный. Так он тут и оказался. Крайняя мера. Телефон лежал в руке, холодное стекло успокаивало. Он набрал номер. Его сердце колотилось, предвкушение обвило его шею как проволка. Пара гудков, и раздался голос автоответчика: — Спасибо, что позвонили в «Sweet Talks». Пожалуйста, оставайтесь на линии, и мы соединим вас с одним из наших операторов. В трубке что-то поскрипывало, слышался статический шум. Он задержал дыхание, считая секунды, и тут. — Здравствуйте! Добро пожаловать в «Sweet Talks». Что привело вас сегодня? От резкого голоса на другом конце он чуть ли не подпрыгнул, издав тихий вздох. Он сглотнул и сильнее сжал телефон. Он задумался. Потому что он искал Ли Ноу. Хотел только Ли Ноу. Джисон засомневался и вцепился в телефон, будто бы от этого зависит его жизнь. Тихим еле слышным голосом он сказал: — Здрасте, эм… можно мне Ли Ноу, пожалуйста? Он стыдился своего трясущегося голоса. Слова вылетели быстро, он звучал отчаянно. Хотелось бы забрать их назад, но уже слишком поздно. Оператор хмыкнул. Он вёл себя как профессионал, как будто бы Джисон только что не опозорился перед ним. — Ли Ноу сейчас занят, может, направлю вас к кому-то другому? — Нет, — выпалил Джисон, голос сорвался. Он кашлянул и попытался сказать это менее жалко. — То есть… нет, спасибо. Мне бы хотелось его, если можно. Оператор ответил «а-а-а», и Джисон покраснел. — Вам придётся подождать Ли Ноу около двадцати минут. И, даю вам знать, что за время ожидания тоже нужно платить. Ничего страшного? — Хорошо, — без сомнений сказал Джисон, слово вылетело быстрее, чем он успел подумать. Он не успел даже задуматься. Джисон знал, что не стоит — нельзя — так разбрасываться деньгами, учитывая то, сколько у него осталось на карте. Но сейчас это неважно. Сейчас мысль о том, что он услышит голос Минхо, заглушала разум. Его пальцы уже горели желанием начать мастурбировать. — Ладно. Оставайтесь на линии. Резкий щелчок. Тишина. Джисон секунду посмотрел на телефон, сердце билось очень быстро, и трясущимися руками включил громкую связь. Он кинул телефон на кровать, а сам лёг на подушки. Двадцать минут. Всё тело трясло, горело, его будто сковали. Горячая кожа покалывала под его пальцами. Он не мог ровно сидеть. Здраво мыслить. Он мельком взглянул на бутылочку смазки на тумбочке, она словно насмехалась над ним. Его член дёрнулся — он уже стоял, уже болел. Долго он не думал. Трясущимися руками он схватился за пояс штанов и одним резким движением стянул их вниз. Он откинул их куда-то в сторону: сейчас плевать куда. Он потянулся к бутылочке, чуть ли не уронив её на пол. Он нанёс смазку на пальцы, почувствовав холодок. Первый толчок заставил его вздрогнуть, и резкий вздох вырвался из горла. Слишком много, слишком быстро. Член был слишком чувствительный из-за накопленного раздражения за последние дни, но эта боль приятная. Он не мог по-нормальному держать член, то расслабляя руку, то слишком сильно сжимая. Он не мог решить, хочет ли он растянуть удовольствие или просто кончить. Его бёдра дёрнулись в поиске удовольствия. Отчаянно. Мокрые звуки заполнили комнату, и голова закружилась. Голос Минхо раздавался в голове — нежный, командующий, до ужаса приятный. Малыш, сказал бы он. Слово крутилось в голове Джисона, сбивая дыхание. Он сильно прикусил губу. Попытался заглушить жалкие тихие стоны, которые он издавал. Не получилось. Бёдра продолжали двигаться, предэякулят делал каждый толчок невыносимее. Нет, он не будет кончать. Не сейчас. Нельзя. Он продолжал держаться на грани, чтобы когда Минхо взял трубку, он был готов. Какое же это мучение. Ниточка терпения грозилась оборваться. Его член дёргался, потяжелел в руке, будто бы сейчас сломается. Свободной рукой он вцепился в простыни, костяшки белели, пока он пытался держаться. Голова кружилась, он весь вспотел. Желание кончить скручивалось в желудке, поглощало его и… Наконец-то трубку подняли. Джисон остановился посреди толчка. Он вздрогнул от резкого звука, будто бы его поймали, словно даже телефон мог видеть, в каком он состоянии. И тут: — Алло? Приятный, низкий голос, словно мёд на лезвии ножа, вытолкнул воздух из лёгких Джисона. — Ли Ноу? — выпалил он дрожащим шёпотом. Неловкая пауза, и послышался низкий, дерзкий, уничтожающий смешок. По спине Джисона побежали мурашки. — Слышал, что ты ждал, — промурчал Минхо. — Не получалось кончить, да? Джисон затаил дыхание, лицо горело от стыда, как будто бы Минхо мог видеть его в таком состоянии, член всё ещё дрожал в руке. Он сглотнул ком в горле. — Я, эм, да, — он пробормотал. Он дрожал, он был слишком возбуждён, чтобы болтать. Слишком возбуждён, чтобы притворятся, что не нуждается в голосе Минхо. В инструкциях от Минхо. Его член снова дёрнулся, он толкнулся в кулак. Он сжал длину сильнее и издал звук, больше похожий на всхлип, чем на вздох. Минхо хмыкнул, будто бы он наслаждался, впитывал каждый вздох Джисона. — Нервничаешь? — пробормотал он, слова звучали нежно, но о них словно можно было поцарапаться. У Джисона закружилась голова. Джисон открыл рот, но не смог ничего ответить. Он словно потерял дар речи, слова заглушило сердцебиение. Минхо не ждал ответа. — Извивался от мысли про меня, — низко и сладко пробормотал Минхо. Будто рука сжала горло Джисона. — Дрочил пока ждал, да? Вот и всё. Это была последняя капля. Жалкий, пронзительный, нуждающийся стон сорвался с губ. В ту же секунду он в ужасе раскрыл глаза, закрывая рот рукой, но уже поздно. Минхо мягко и низко засмеялся, слишком довольный из-за этого. Это было слышно даже через телефон и ласкало Джисона, который уже на пределе. — О, — промурчал Минхо. — Приму это как «да», Джисон-а. Джисон кивнул, словно Минхо может его видеть. Словно это движение значит хоть что-то. Рука оставалась на члене, желая продолжить двигаться, водить пальцами, но нет. Нельзя. Минхо должен его направлять. Повисла неловкая пауза. — Что ж, — сказал Минхо уже более резким голосом, что сводило Джисона с ума. — Что ты делал, пока ты ждал меня? Джисон замер. Он понимал, какого ответа ждёт от него Минхо, но не мог сказать ни слова. Сердцебиение заглушало мысли. Стыд расплылся в желудке, но выбора нет. Надо ответить. Он всегда отвечает. Дыхание дрогнуло. Его пальцы сжали член, предэякулят стекал на бедро. Тепло, грязно, медленно. Он так возбуждён, что ему было больно. Он сказал шёпотом. — Я… я дрочил, — признался Джисон, слова резко вылетели из него. Его щёки горели, ему было стыдно. Говорить правду расслабляет. Рассказывать всё Минхо. Минхо мягко хихикнул, уничтожая Джисона. Будто он залезает в самую душу, заставляет рассказать все постыдные тайны. — Я уже понял, малыш, — сказал он, по-доброму насмехаясь. — Но как конкретно? Джисон захлопнул глаза, стон вырвался из горла. Ему жарко, и он очень возбуждён. Он не мог поверить, что это реально, и как сильно Минхо на него влияет. Но пути назад уже нет. — Водил рукой по члену, — отчаянно выпалил Джисон. Его голос сорвался. Смущение и возбуждение так плотно сплелись друг с другом, что он не мог их различить. Минхо хмыкнул. От мягкого звука по спине Джисона побежал мурашки. — А, — пробормотал Минхо. — Что ж. Не буду тебя сдерживать, — сказал он командным голосом, что даже не хотелось спорить. — Продолжай. Дрочи. Прямо как уже делал. От слов Минхо у Джисона закружилась голова. «Продолжай», — разрешение, которого он так ждал. Его рука тут же двинулась, мокрые пальцы сильнее сжали член, и от первого движения он дёрнулся. Он уже зашёл слишком далеко. Он чувствовал, что может кончить в любую секунду. Каждое движение накрывало с головой, толчки в кулак были быстрыми и отчаянными. Слишком мало. Слишком много. Голова кружилась. — Молодец, — пробормотал Минхо мягким, но страстным голосом. — Такой нетерпеливый, и всё это только для меня. Джисон простонал и прикусил губу, пытаясь сдержать жалкие всхлипы. Другой рукой он вцепился в простыни до белых костяшек, пытаясь держаться в реальности. Но это не помогало. Он зашёл слишком далеко. Он мог только думать о волнах жара внутри, боли во всём теле и голосе Минхо. — Приятно? — нежно спросил Минхо. — Расскажи, насколько тебе приятно. Джисон еле проговорил слова: — Очень хорошо. Мне… очень хорошо, Ли Ноу. Пожалуйста. Близко. Он очень близко. Он ускорил толчки и почувствовал, как контроль ускользает. Всё тело дрожало, ноги напряглись, давление внутри становилось всё сильнее и сильнее… — Остановись, — раздался холодный, жёсткий голос Минхо. Джисон замер. Всё его тело вздрогнуло от резкой остановки. Он уже почти кончил, ещё бы пару секунд. Но он не мог не подчиниться, несмотря на всё желание продолжить двигаться. Член расстроенно дёрнулся в руке, всхлип сорвался с губ. — Ли Ноу, — хныкал Джисон, его рука дрожала, потому что он пытался не двигать ей. — Пожалуйста, я так близко. Но Минхо только усмехнулся. — Я разве разрешал тебе кончить, малыш? — спросил Минхо шёпотом. Джисон откинулся на подушки и издал раздражённый всхлип. Его член снова дёрнулся, он болел от резкой остановки, предэякулят стекал по длине, пачкая простыни. Каждая мышца в его теле жаждала разрядки, но он не двигался. Нельзя. — Нет, — наконец выдохнул Джисон, — нет, не разрешал. — Хороший мальчик, — сказал Минхо, награждая Джисона за его страдания. И Минхо замолчал. Гнетущая тишина. Было слышно только тяжёлое дыхание Джисона, а в воздухе звенело раздражение. Член дёргался на животе, каждая пульсация только напоминала, как близко он был и как быстро Минхо это у него отобрал. — Расскажи мне кое-что, — мягко, словно кот, начал Минхо, — Ты когда-то пытался растягивать себя? Вопрос выбил воздух из лёгких Джисона. Всё тело вздрогнуло, и член в очередной раз дёрнулся. Он открыл и закрыл рот. Он пытался что-то сформулировать, но получилось только «нгх-х-х». Минхо щёлкнул языком. — Подожди, — сказал Минхо, — Называй меня хёном. Дыхание Джисона сбилось, губы приоткрылись и сорвался тихий стон. Его пальцы шевельнулись, желая продолжить двигаться. Но нельзя перечить Минхо. — Зачем? — выпалил Джисон. Минхо вздохнул так, как будто Джисон задал самый очевидный в мире вопрос. — Мне это нравится, — пробормотал он, — Будь хорошим и скажи это. Джисон выдохнул. Всё его тело горело и дрожало, но он заставил себя собраться. — Хён, — прошептал он. — Хороший мальчик, — довольно сказал он. — А теперь ответь на мой вопрос. Джисон зажмурился, щёки очень сильно покраснели. — Я пытался, — он признал, — двумя пальцами. Ммнхо хмыкнул, думая об этом признании. — Два пальца, — повторил он. — Тебе понравилось? Сердце Джисона колотилось. — Не особо, — ответил он, чувствуя стыд, — Мне кажется, я делал это неправильно. Секунда молчания, и Минхо тепло хихикнул. — Конечно неправильно, — сказал он. — Но не переживай малыш, мы это исправим. Джисон задержал дыхание: — Мы? — Ага, — сказал Минхо. — Будь хорошим мальчиком и возьми смазку. Джисон тут же потянулся к тумбочке за бутылочкой, будто бы он марионетка. Он открыл крышку, смазка чуть не упала у него из рук, но он взял её крепче. — Готово, — ответил он. — Хорошо, — сказал Минхо. — А теперь слушай внимательно. Джисон сглотнул, его член всё ещё дрожал, а бёдра и живот были испачканы в предэякуляте. — Нанеси смазку на пальцы, — инструктировал Минхо. — Много смазки, малыш. Она будет тебе нужна. Джисон дрожащей рукой наклонил бутылку и смотрел на то, как густая и холодная смазка капает ему в руку. — Теперь, — Минхо звучал мягче, но всё ещё давал команды, — Раздвинь ноги. Джисон без сомнений подчинился. Теперь его ничего не прикрывало, и ему стало немного холодно. Он опустил пальцы ниже, задержал дыхание и остановился прямо рядом со своей дырочкой. Он ждал приказа Минхо, потому что он мог двигаться и делать себе приятно только с его помощью. — Один палец, — сказал Минхо, будто бы знал, где находятся пальцы Джисона. Слова затуманили его разум. — Начинай, малыш. Аккуратно и медленно. Джисон вздохнул, сомневаясь. Он водил там кругами, всё никак не решаясь. Он уже это делал, по крайней мере, пытался. Но это ощущалось совсем по-другому. Сейчас он с Минхо. — Немного неприятно, — выдохнул Джисон. Он вошёл только по одну фалангу. Внутри так узко, всё так сопротивлялось, мышцы пытались вытолкнуть кончик пальца. Минхо хихикнул. — Ты слишком напряжён, — сказал он с каким-то садистским удовольствием в голосе. — Так возбуждён, так хочешь кончить, но держишься. Джисон пискнул, член вновь дёрнулся. Каждое движение напоминало о том, как близко он был, прежде чем Минхо так грубо отнял это у него. — Расслабься, — пробормотал Минхо. — Засовывай палец медленно. Не торопись. Ты же хочешь, чтобы тебе было хорошо? Джисон тихо хныкнул, засовывая палец — только одну фалангу — и это достаточно большее давление. Неизвестное, странное давление. — Молодец, — похвалил Минхо. Мягко, чувственно. — Ты такой хороший мальчик. Джисон взвыл от этих слов, тело мгновенно отреагировало. Будто Минхо был рядом с ним, сжимал его бёдра, оставляя синяки на загорелой коже. — Как тебе? — спокойно спросил Минхо. — Так много, — выпалил Джисон, — не знаю. Минхо засмеялся. — Только один палец, а тебе уже много? Джисон покраснел. Стыд и возбуждение так тесно сплелись, что он уже не мог их различить. — Неудивительно, что у тебя ничего не получалось, — он размышлял, голос полон фальшивой эмпатии. — Ты такой узкий, малыш. Ты хоть хорошо растянул себя в прошлый раз? Джисон покачал головой, всхлип застрял в горле. — Нет, я не думаю… я не знал, как. — Конечно не знал, — напевал Минхо. — Для этого я тебе и нужен, да? Член Джисона дёрнулся из-за того, насколько слова справедливы. И из-за того, как Минхо это говорит. —Да, — выдохнул он. — Ты мне нужен, хён, пожалуйста. Минхо хмыкнул и замолчал, слушая стоны и вздохи Джисона. — Добавь второй палец, — наконец, сказал Минхо. — Медленно. Хочу слышать твои стоны, когда ты будешь это делать. Джисон послушался. Он медленно ввёл второй палец внутрь. Отверстие горело, растягиваясь. Стон сорвался с губ, а раздвинутые бёдра дрожали. Его стенки плотно обхватили пальцы, и он всё ещё был очень узкий. Он заставил свои пальцы двигаться, растягивая себя, ведь этого хотел Минхо. — Раздвинь свои пальцы, двигайся вперёд-назад, — пробормотал Минхо. — Растяни свою узкую дырочку, Джисон-а. Джисон простонал, медленно толкаясь в себя пальцами. Его нетронутый член дёргался на животе, с каждым толчком из него вырывался новый вздох. Продолжая аккуратные движения пальцами он почувствовал, что растягивается. Два пальца теперь комфортно ощущались внутри. Его член покраснел, и из него вытекал предэякулят, пачкая живот. Очень хочется кончить, но он не мог. Нельзя. — Приятно, да? — спросил Минхо, было слышно, как он ухмыляется. — Я же говорил, что ты делал это неправильно. Джисон всхлипнул, откидывая голову на подушки. — Так много, — он хрипло простонал, — Я не могу… — Можешь, — резко, но спокойно прервал Минхо. — Ты хорошо справляешься, малыш. Ты же хочешь быть хорошим, да? Джисон вздохнул, наслаждаясь похвалой: — Да, да. Минхо удовлетворённо хмыкнул: — Добавь третий палец. Джисон замер. Он не мог дышать. А затем он громко всхлипнул. — Ты меня услышал, — намеренно мягко сказал Минхо. — Будь хорошим мальчиком и продолжай. Я хочу слышать твои стоны. Затуманенный разум Джисона еле работал, но он подчинился. Дрожащей рукой он нанес смазку на третий палец. Его грудь вздымалась и опускалась. И медленно, очень медленно, он добавил третий палец, толкаясь в колечко мышц и растягиваясь. Из-за жжения он громко простонал. — Нгх-х-х, блять, — крикнул Джисон, его тело дрожало от сильной растяжки. — Больно… — Тебе больно, потому что ты напрягаешься, — сказал он, как будто бы это самая очевидная в этом мире вещь. — Расслабься, малыш. Голова Джисона кружилась. Одновременно его тело пронзила резкая боль, и удовольствие скручивало живот. Из его члена всё ещё вытекал предэякулят, и он сжимался вокруг своих пальцев, заставляя себя слушаться Минхо. — Двигайся, — приказал Минхо. — Сначала медленно, потом быстрее. Раздвигай их, хорошенько растягивай себя. Джисон простонал, толкаясь пальцами глубже и глубже, раздвигая стенки так, как только мог. Немного больно, немного жжёт. Но из-за этого в его животе всё нарастало возбуждение. Каждое движение вырывало из него отчаянные всхлипы. В комнате раздавались грязные звуки. Мокрые, непристойные. Он ещё сильнее раздвинул пальцы, а потом начал двигать их вперёд-назад в мучительном темпе. Он не мог продолжать в таком медленном темпе и, сам того не осознавая, ускорился. Он двигался бёдрами навстречу своим движением. Мозг затуманен желанием. Он сам насаживался на все три пальца, всё сильнее себя растягивая с каждым толчком. Он тяжело дышал и всхлипывал. Он отчаянно сжимался, потому что хотел большего. Хотел Минхо. — Как же тебя легко довести, — пробормотал Минхо, будто бы он развлекался. — В тебе уже три пальца. Ты плачешь. Всё потому что я приказал тебе. Джисон всхлипнул, пытаясь догнать удовольствие. Его все ещё не тронутый член пульсировал с каждым толчком пальцев. Он тяжело дышал, толкаясь всё глубже, раздвигая пальцы и… Ой. Нашёл. Он надавил на простату, тут же чувствуя волну удовольствия. Он вцепился свободной рукой в бёдра, оставляя следы, его зрение затуманилось. — Да-да-да, пожалуйста, — слова быстро сорвались с его губ. Он даже не понял, что говорил. Минхо лишь потакающе хихикнул. — Чего ты хочешь, малыш? — промурчал он. — Используй слова. Джисон простонал, тело дрожало. Его мышцы дрожали, удовольствие нахлынуло. — Кончить, — его голос сорвался. — Пожалуйста, хочу… пожалуйста… Минхо прошептал: — Нет. Джисон вскрикнул. Он выгнул спину. Запрет ощущался как удар под дых. Он продолжал медленно двигаться, но этого было мало. Напряжение в животе росло всё сильнее, и он очень хотел кончить. — Ли Ноу-хён, — он всхлипнул. — Пожалуйста, м-м-х-м, больно. Голос Минхо слишком спокойный. — Кончишь, — сказал он твёрдо, но мягко. — Ты такой хороший, малыш. Потерпи ещё чуть-чуть. Джисон дрожал, и по лицу стекали слёзы. Его пальцы двигались быстрее, толкались глубже. Мокрые пошлые звуки хлюпанья смазки раздавались в комнате. Они были достаточно громкими, чтобы его щёки горели от стыда. Он тяжёло дышал, и грудь вздымалась. — Мне нужно, — выпалил он, — мне нужно кончить, пожалуйста, хён, я сделаю всё, что угодно. Минхо медленно хмыкнул, задумываясь: — Всё, что угодно? — Да, — отчаянно простонал Джисон. Его член жалко лежал на животе. Его уже давно никто не трогал. — Пожалуйста, я буду хорошим, очень хорошим. Пауза. Джисон в предвкушении затаил дыхание. И, наконец, Минхо заговорил, голос наполнен одобрением. — Кончай. Слова будто ударили Джисона. Всё его тело вздрогнуло. Ему не нужно говорить дважды. Он подогнул пальцы и прижал их к простате. Джисон закатил глаза, и другой рукой наконец-то обхватил член, отчаянно двигая ей. Через несколько секунд он кончил. Удовольствие нахлынуло волнами, и всё его тело напряглось. Он всхлипнул, кончая на руку и на живот. Он не мог шевелиться и откинул голову на подушки. Через несколько секунд он вытащил липкие пальцы и положил руку в сторону. Несколько секунд тишину нарушало только сбитое дыхание Джисона и звук его сердцебиения. И затем через туман послышался голос Минхо. — Ты хорошо справился, Джисон, — он пробормотал, из-за похвалы по спине Джисона побежали мурашки. — Ты идеальный. Джисон хмыкнул. — В следующий раз, — продолжил Минхо дразнящим голосом, — Я хочу, чтобы ты использовал дилдо. Джисон распахнул глаза, жар тут же подступил к щекам. — Что? — проговорил он. — Дилдо, — повторил Минхо, на этот раз более внятно, будто бы Джисон не понял с первого раза. — Представь, как тебе будет хорошо. Растянешь себя, он заполнит тебя. Тебе будет очень приятно. Джисон затаил дыхание. — Да, — хрипло прошептал он. — Я буду хорошим. Минхо довольно хмыкнул: — Знаю. Отдыхай, Джисон. Ты этого заслужил. Минхо положил трубку, и Джисон выдохнул, закрывая глаза. Его разум затуманен, а тело не слушалось. Единственная вещь, которая испортила момент, это голос автоответчика, который озвучил итоговую сумму денег.

***

Слова Минхо неустанно крутились в голове Джисона. Он думал и думал об этом, и через пять дней написал Хёнджину. Стыда не осталось.

Джисон:

купи мне дилдо

Хёнджин: И ТЕБЕ ПРИВЕТ для твоих сексуальных похождений?

Джисон:

заткнись

можешь просто помочь

Хёнджин: я расскажу обо всем чонину ладно какой тебе нужен?

Джисон:

эмммм

что-то, что в меня поместится???? наверное??? хз???

они бывают разными?

Хёнджин: о зай ага

Джисон:

ладно эм…

закажешь мне?

что-то что не…. разорвёт мою жопу, но мне будет приятно

Хёнджин: окей ненавижу что мы лучшие друзья, иди нахуй но куплю тебе обычного размера что подойдет твоей девственной попе))) Джисон послал его на три буквы. Десять минут спустя Хёнджин скинул фотку дилдо, который купил. Неоново розовый. Джисон его убьёт.

***

Прошло две недели. Джисон чуть ли не позвонил Минхо в ту же секунду, когда посылка пришла. Его пальцы висели над телефоном, желая набрать номер, услышать голос Минхо, рассказать ему всё. Он открыл коробку и увидел его — гладкий, толстый, большой. Жар разлился в животе. Хотелось рассказать Минхо. Но он каким-то образом ждал. И пытался игнорировать, что дилдо неоново-розовый. Эта мысль гудела под кожей целый день, и у него не получалось сконцентрироваться на чём-то другом. В каждом небольшом движении, в каждом вздохе, оно его преследовало. Это неустанное гудящее желание нависало над ним. И он ждал. Пока не наступила ночь и его сосед не ушел. Пока единственным звуком в комнате не стало его собственное дыхание и гудение от желания и страсти. И он не спешил. Он начал медленно растягивать себя, двигая пальцами вперёд-назад. К тому моменту когда три пальца легко входили, а его тело горело и стало податливым, он понял, что готов. Его телефон был рядом. Кожа горела. И прежде чем он успел немного успокоиться, он набрал номер. Джисон дозвонился, его сердце громко стучало. Он выпалил быстрое «здрасте», прежде чем оператор прервал его. — Джисон-а! — слишком радостно сказал оператор. — И снова здравствуй! Соединяю тебя с Ли Ноу. Наслаждайся! Джисон замер, его пальцы все ещё были в нём. Жар охватил его тело. — Спасибо, — пробормотал он, еле держась. Оператор низко понимающе хихикнул и перевёл его на другую линию. С каждой секундой ему было все хуже. Он глубже вошёл пальцами, сжимаясь вокруг них, а другой рукой схватился за простыни, пытаясь не издавать ни звука. Он весь горел и был слишком возбуждён, чтобы оставаться в здравом уме. И, наконец, раздался голос. — Джисони. Голос Минхо словно волной накрыл его. В одном слове слышно предвкушение. Он помнит. Он точно помнит. — Что за повод? — спросил Минхо, уже зная ответ. Будто бы он ждал звонка от него. Грудь Джисона вздымалась и опускалась. Он вытащил пальцы, и его бёдра дёрнулись. Он сильнее раздвинул ноги, желая большего. — Хён, — прошептал он. Минхо мягко хмыкнул: — Ты что, дрочишь? Джисон говорил через стоны и вздохи. — Я уже растянул себя, — пробормотал он, щёки покраснели. — Но я решил позвонить тебе, прежде чем попробовать… — он выдохнул. — Я купил дилдо. Минхо выдохнул. Джисон чувствовал, что Минхо тоже возбуждён от мысли о нём. — Ты меня доведёшь, — хрипло ответил Минхо, а по спине Джисона побежали мурашки. Он прикусил губы, сжимая бёдра, ощущая, как растянул себя пальцами. Его нетронутый член дёрнулся на животе. — Можно его использовать? — прошептал он с желанием. Минхо отчаянно и низко зашипел, и Джисон замер. — Блять, — пробормотал Минхо, еле сдерживаясь. — Да, малыш. Руки Джисона дрожали. Он достал коробку, в которой хранил его. Он слышал дыхание Минхо, отчего возбуждение только росло. — Достань дилдо, — сказал Минхо низким голосом, больше похожим на приказ, чем на предложение. Джисон открыл коробку и взял игрушку в руки. Дилдо больше, чем он ожидал, намного толще его пальцев, а неоново-розовый цвет смешил. Но как только Минхо заговорил, ему снова стало не до смеха. — Какой он? — сладко спросил Минхо. Джисон сглотнул. — Большой, — выдохнул он. — Очень большой. Минхо усмехнулся. — У тебя получится, малыш. Ты же уже растянул себя? Хорошенько подготовился? Джисон пискнул от голоса Минхо, сильнее раздвигая ноги. — Ага, — выпалил он. — Я готов. Я очень хотел. Минхо цыкнул. — Погоди, — сказал он. — Плюнь на него. Чтобы он не был сухим. И Джисон послушался, высунул язык и облизал игрушку, слюна смешалась со смазкой на его пальцах. Он еще раз плюнул на дилдо, слюна стекала по нему. — Можно я на него сяду? — хрипло и с желанием спросил Джисон. Игрушка блестела в приглушённом свете комнаты. Минхо попытался сдержать вздох, но у него не особо получилось. — Пока что нет, малыш. Нам нужно убедиться, что он достаточно мокрый. Не хочу, чтобы тебе было больно. Возьми смазку. Джисон потянулся за смазкой, открыл её трясущимися руками и нанёс на игрушку. Он отложил бутылочку и провёл по игрушке рукой. Игрушка была полностью в смазке, капли стекали по запястьям Джисона. — Теперь, — низко и твёрдо сказал Минхо. — Только кончик. Прижми его к себе. Пока что не толкай внутрь. Джисон подчинился, лёг на спину, подложив под себя подушку. Он придвинул игрушку к своей дырочке. — Хён, — вздохнул он, бёдра бесконтрольно дрожали. — Ш-ш, — Минхо успокаивал, но звучал так, как будто сам потихоньку сходит с ума. — Медленно и аккуратно. Начни вводить его в себя. По чуть-чуть. Джисон затаил дыхание, когда игрушка прижалась к нему. От такого размера всё горело, он выгнул спину. Свободной рукой он вцепился в простыни, пытаясь себя заземлить. Но всё, что он слышал — голос Минхо. — Хороший мальчик, — прошептал Минхо. — Ты так хорошо справляешься, Джисони. Продолжай, малыш. Джисон откинул голову назад, издавая тихий стон, проталкивая игрушку глубже. У него немного закружилась голова. Сначала было больно, его тело просило остановиться, но он попытался успокоиться и расслабиться, входя сантиметр за сантиметром. Боль превратилась в удовольствие. Он почувствовал себя наполненным до краев, будто бы игрушка была где-то у горла. В животе было так тепло и приятно. — Тебе больно? — за твёрдым голосом Минхо слышно беспокойство. Джисон покачал головой, но понял, что Минхо его не видит. — Нет, мне хорошо, — выдохнул он. — Так много. — Боже, — прошипел Минхо, теряя контроль. — Продолжай. Не торопись. Джисон подчинился, входя игрушкой до конца. Каждое движение очень остро ощущалось. Его член дёргался, капая предэякулятом на живот. Дыхание Минхо стало тяжелее, будто бы он еле держался. — Вот так, малыш. Именно так. Джисон прикусил губу, громко вздыхая с каждым движением. — О боже, пожалуйста, — скулил он, кругами двигая бёдрами. — Пожалуйста что? — Минхо будто бы издевался. — Скажи мне, что ты хочешь, Джисони. Джисон плохо соображал. Игрушка была так глубоко, его будто разрывало на части. Каждый сантиметр тела Джисона горел, удовольствие текло по венам. Он держался благодаря голосу Минхо. — Двигаться, — отчаянно взмолился он. — Пожалуйста, расскажи мне, как двигаться. Минхо хмыкнул, и Джисон услышал ухмылку в его тоне. Он наслаждался таким беспомощным, возбуждённым состоянием Джисона. — Двигай бёдрами вверх-вниз. Немного, — слишком мягко сказал он. — Почувствуй его внутри. Как он тебя растягивает. Бёдра Джисона дёрнулись, словно по команде. Он начал медленно и осторожно двигаться. Игрушка упиралась в его стенки и была глубоко. Стон сорвался с его губ. — Вот так, — похвалил Минхо. Джисон услышал, как дыхание Минхо сбилось. Он терял самообладание. — А теперь, — пробормотал Минхо. — Вытащи дилдо, почувствуй пустоту внутри. А потом снова толкнись внутрь. До конца. Джисон громко простонал. Он последовал указанием, и всё его тело затряслось. Он медленно вытащил игрушку, чувствуя холодный воздух, и засунул её обратно. Живот скрутило от приятного жжения. Он неровно тяжело дышал. Каждое движение заставляло его гореть. Удовольствие накалилось, будто бы в любую секунду он кончит. Минхо издал тихий стон, и Джисон понял: он тоже возбуждён. — Блять, Джисон-а, — горячо прошептал он. — Ты так хорошо звучишь. Я бы хотел увидеть тебя сейчас. Увидеть, как хорошо ты принимаешь член внутри себя. Джисон всхлипнул, ноги сильно тряслись. — Я бы хотел, чтобы ты тут был, — выдохнул он, голос был вообще не похож на его обычный. — Чтобы это был ты. Минхо матернулся себе под нос. — Я тоже этого хочу, малыш. Джисон простонал, двигая бёдрами вперёд, глубже насаживаясь на игрушку и сжимаясь вокруг неё. — Хён, — вздохнул он, слово было наполнено желанием. Его пальцы дрожали до белых костяшек сжимая простыни. — Мне нужно больше. Пожалуйста. Хриплый низкий голос Минхо вызвал у Джисона мурашки. — Больше, да? Ты такой ненасытный сегодня, Джисони, — с ухмылкой сказал он. — Ты хочешь, чтобы я научил тебя скакать на члене? Так, чтобы тебе было хорошо? — Да, — тихо выдохнул Джисон. — Пожалуйста, хён. Пожалуйста. — Ладно, — сказал Минхо в командующем тоне. — Сядь, малыш. Привстань на колени. Джисон без сомнений подчинился. Он вытащил игрушку с громким вздохом, сжимаясь вокруг пустоты. Он почувствовал себя таким пустым. Он встал на колени, бёдра дрожали. Кожа была мокрая из-за пота, он весь горел и не мог сдержать стоны. Минхо потакал: — Хороший мальчик. Похвала словно пронзила Джисона. — А теперь приподнимись, — инструктировал Минхо более низким и страстным голосом. Каждое слова ощущалось как приказ: Джисону нельзя было не подчиниться. — Поднеси игрушку к себе. Джисон всхлипнул, уже предвкушая ощущения. Он схватился за свои бёдра так, что там могли бы остаться синяки. — А теперь, — выдохнул Минхо, — Начни садиться. Медленно. Чувствуй, как он тебя растягивает. Джисон сел только кончик игрушки, дразня самого себя, и издал стон. Его дыхание стало тяжелее. С резким выдохом он сел ниже. Игрушка вошла в него, наполняя. От сильного жжения он вцепился ногтями в кожу. Возбуждённый всхлип сорвался с его губ. — Вот так, — одобряюще пробормотал Минхо. — Именно так, малыш. Продолжай. Покажи мне, насколько ты можешь сделать себе приятно. Джисон простонал, продолжая двигать бёдрами. Он вставал и садился в отчаянном темпе, трясясь от такой растяжки. Дилдо толкалось внутрь жестче и глубже. Но Минхо всё ещё был с ним и говорил твёрдым голосом. — Глубже, Джисони. Джисон уже не думал, а просто подчинялся, всё сильнее насаживаясь на игрушку, заставляя себя открываться сильнее. Жжение было приятным и посылало мурашки. И вдруг игрушка задела его простату, прижимаясь именно в нужное место, вырывая из него громкий вздох. Всё его тело вздрогнуло, и в глазах потемнело. — О, блять, хён, я не могу, нгх-х-х. Его голос звучал слишком отчаянно. Минхо низко прошипел. Так грубо, что от одного этого звука Джисон мог кончить. — Блять, Джисон-а, — выдохнул Минхо. — Ты так хорошо звучишь. Он начал терять контроль: — Ты бы звучал ещё лучше, если бы был на мне… так сильно сжимал бы мой член. Джисон громко простонал, снова садясь вниз. Он пытался догнать свое удовольствие, свой оргазм. Бёдра устали, мышцы кричали, но он не может остановиться — и не остановится — потому что голос Минхо помогал ему держаться и продолжать. Он уже полноценно катался на этой игрушке, быстро двигался, садясь на скользкую большую игрушку. Мокрые, пошлые, громкие звуки заполнили комнату. Он знал, что Минхо всё слышит. Каждый вздох. Каждый мокрый толчок. Каждый бесконтрольный всхлип. — Нгх-х-х, ах, — стонал Джисон, голос срывался. Он почти плакал. — Вот так, — низко сказал Минхо. — Продолжай двигаться. Прямо как двигался бы на моём члене. Джисон всхлипнул, голова кружилась, и он слишком громко дышал. — Хочу, чтобы… — выпалил он, — Хочу, чтобы ты меня трахнул, хён, пожалуйста. Минхо затаил дыхание, а затем слишком громко выдохнул. Звук был похож на стон. — Боже, Джисон. Я бы поставил тебя на четвереньки, — сорвался его голос. — Держал бы тебя… заставил бы тебя принять меня полностью. Джисон хныкал, выгнул спину. Его член бесполезно лежал у него на животе. Всё тело дрожало, ноги горели, пальцы вцепились в простыни. Слова Минхо проникали под кожу. Слишком горячо. Слишком много. — Я бы не остановился, — продолжил Минхо, с каждым словом всё сильнее доводя Джисона. — Я бы трахал тебя так, что ты бы забыл, кто ты такой. Так, чтобы ты плакал. Джисон отчаянно простонал. Он дёрнулся и снова сел на игрушку, сжимаясь вокруг неё так сильно, будто бы она помогала ему оставаться в здравом уме. У него потемнело в глазах, удовольствие накрыло волнами. Он знал, как далеко зашёл и как он близок к оргазму. — Ли Ноу, — выдохнул Джисон, зрение размыто из-за слёз. — Ах-х-х. Минхо тихо простонал. — Ты кончишь прям так, малыш? С игрушкой внутри себя, с мыслями, что это я? Джисон отчаянно кивнул, хоть Минхо и не мог его видеть. Каждый сантиметр его тела горел, каждая клеточка перевозбуждена. Его желудок скрутило, давление внутри хотелось выпустить. — Скажи мне, — грубо приказал Минхо. — Скажи мне, что ты мой. Джисон ахуел. Будто бы эти слова ударили его током. — Я твой, — всхлипнул Джисон. — Я твой, Ли Ноу, пожалуйста. Минхо прорычал, и от этого Джисон ещё сильнее захотел кончить. Он слышал, как Минхо тоже возбуждён, что он рядом с ним на грани потери контроля. — Хороший мальчик, — радостно выдохнул Минхо. — Кончай. И Джисон кончил. Его тело сжалось, удовольствие вытащило воздух из лёгких. Он выгнул спину, громко застонал и кончил. Горячо, грязно, пачкая живот и бёдра. Игрушка вошла глубже, потому что его стенки сжимались и разжимались, отчего его тело снова дёрнулось. Его бёдра дрожали, мыщцы болели. Он будто бы плыл. Или тонул. Удовольствие тянуло его вниз, и он превратился в трясущийся вытраханный комок. Его пальцы легко дрожали, и он вытащил из себя игрушку. Телу это не понравилось, и он вздрогнул от слишком большой стимуляции. Он лёг на матрас, и сил абсолютно не осталось. Все конечности дрожали, а в голове остался только белый шум. Долго они просто дышали друг другу в трубку. — Блять, — скрипуче пробормотал Минхо. — Ты в порядке? Джисон сглотнул. — Ага, — пискнул он. Минхо немного восстановил дыхание. — Ты хорошо справился, малыш, — мягче сказал он. — Принял всё, что я тебе дал. Мой идеальный мальчик. Сердце Джисона сжалось. Голос Минхо слишком нежный, словно он сейчас собирает Джисона по кусочкам. Джисон хмыкнул и закрыл глаза. — Приберись и отдыхай, малыш, — сказал Минхо. — Надеюсь, скоро услышу тебя снова. Сердце Джисона пропустило удар. — Ага, — сказал он, и щёки покраснели. — Надеюсь. Спокойной ночи, хён. — Спокойной ночи, — сказал Минхо и положил трубку. Джисон просто лежал под спокойную музыку в трубке. Он ожидал голос автоответчика, который скажет ему стоимость за сегодня, но вместо этого он снова услышал оператора. — Спасибо, что воспользовались нашими услугами, Джисон-ши. Стоимость этой сессии покрыл Ли Ноу. Спокойной ночи. Глаза Джисона расширились. Ли Ноу? Прежде чем он успел всё осознать, оператор уже положил трубку, и он остался в тишине. А?

***

Джисон не ожидал, что сегодня его мир перевернётся. Боже, он вообще не хотел сегодня никуда идти. Но Хёнджин чуть ли не за руку вытащил его тусить, потому что, по его мнению, секс по телефону не считается за секс. И Джисону нужно было, цитата «поебаться с реальным человеком». А Чанбин не умолял его пойти, а угрожал, рассказывая, что с ним будет если он не пойдёт. Поэтому он сейчас тут, на веках тени, на губах блеск, а на нём довольно секси аутфит, который подобрал Хёнджин. В клубе громко, много людей и нечем дышать: в воздухе запах пота и дешёвых духов. Прошёл где-то час, а Джисон всё ещё пил тот же фруктовый коктейль, который впихнул ему Чонин. Лёд уже растаял. Он уже хотел найти Чана или кого-то ещё, чтобы сказать, что уходит домой. Но Чан сам его нашёл и притащил с собой двух парней. Джисон сделал глоток напитка. — Привет! — перекрикивал Чан музыку. — Сон-а, это Минхо и Феликс. Ребята, это Джисон. Джисон кивнул. Минхо улыбнулся, мило наклонил голову и сказал: — Привет, Джисон-ши. И мир Джисона пошатнулся. У Джисона словно выбило воздух из лёгких. Он знает этот голос. Он часами слушал его по ночам. С трясущимися пальцами в смазке. Этот голос эхом раздавался у него в голове. Именно с ним он перевозбуждался и стонал. Минхо проводил его через оргазмы со своими грязными сладкими словечками. Он слышал его десять дней назад. Когда он использовал дилдо, трахал себя, пачкал живот спермой, когда его бёдра дрожали. Голос Минхо шептал ему что-то на ухо, хваля за каждое движение. — Приятно познакомиться, — сказал Джисон после небольшой паузы. Сердце громко стучало. Взгляд Минхо на секунду стал более пристальным, но затем его выражение лица снова стало нейтральным и вежливым. Да, Феликс. С яркими глазами, широкой улыбкой. Похож на солнышко. Но его голос оказался тоже очень знаком: — Привет, приятно познакомиться. У Джисона закружилась голова. Оператор. — Ага. Тоже, — фух, его голос не задрожал. Феликс улыбнулся, как будто его не узнал. Или притворился, что не узнал: — Напитки за мой счёт? Джисон натянуто улыбнулся: — Как скажешь. Звучит весело. На самом деле, не особо весело. Ночь продолжалась, биты от музыки ощущались вторым сердцебиением. Но Джисон не мог перестать слышать голос Минхо. Не мог не вспоминать, что было между ними. Джисон будто тонул. Музыка слишком громкая, дышать нечем. Но каждый раз когда Минхо говорил хоть что-то, в сердце что-то зажигалось, вспоминая, в какие моменты Джисон слушал его голос. Нечестно. Ли Ноу. Минхо. Почему у Минхо такой голос? Такой мягкий и тёплый, как мёд. Будто бы он предназначен для того, чтобы шептать пошлые штучки на ухо Джисону в два часа ночи, пока Джисона поглощало возбуждение. А сейчас Минхо прямо рядом с ним. Так близко, что Джисон видел текстуру его кожи. Минхо вёл себя спокойно, как будто бы его голос не вызывал мурашки у Джисона. И самое худшее? Минхо даже не смотрел на него. Ну, не прям игнорировал. Он вёл себя вежливо. Отвечал Джисону, когда он что-то говорил, улыбался ему, когда их взгляды пересекались. Но он вообще не похож на того Минхо, с кем Джисон разговаривал по телефону. Тот Минхо нежно мурчал его имя, давал ему команды. Джисон просил у него разрешения кончить. Этот Минхо ведёт себя спокойно, отстранённо, нейтрально. Бесит. Джисону это не нравится. Это не должно его так сильно беспокоить. Но беспокоит. Очень сильно беспокоит. С каждой секундой желание сказать что-то про это Минхо росло. Блять, как же хотелось на пару минут увести его в уединённое место. Хотелось схватить его за запястье и потребовать объяснений. Хотелось, чтобы Минхо снова вёл себя так же, как когда помогает Джисону дрочить. Поэтому Джисон ждал. И ждал. И ждал, пока в разговоре будет пауза. Минхо замолчал и выглядел отстранённо. И Джисон не стал мешкать. Он встал и взял Минхо за запястье и потянул. — Пойдём, — он сказал низким голосом, грубее, чем ожидал. Минхо моргнул и испугался, но Джисон не дал ему время на раздумья. Он уже тащил его через толпу, пробиваясь сквозь танцующие тела и пьяные смешки. Его сердце билось громче, чем музыка в заведении. Они зашли в туалет, где, на удивление, было пусто и тихо. Только глухо звучали басы. Дверь за ними закрылась. Джисон облокотился на раковину, скрестив руки на груди. Он взглянул на себя в отражении: как же устало и раздражённо он выглядел. Минхо расслабленно стоял в паре метров от него, но взгляд был острым. Он ждал, что Джисон ему что-то скажет. На несколько секунд воцарилась тишина. — Итак, — начал Джисон, прерывая неловкую паузу, — ты просто будешь стоять и делать вид, что ничего не было? Минхо поднял бровь, уголки его губ слегка приподнялись. — Это ты меня сюда притащил. Разве не ты должен что-то спрашивать? — Не в этом суть, — огрызнулся Джисон. — Ты мог хотя бы, не знаю, сделать вид, что узнал меня. А то ты на меня смотрел и вёл себя так, как будто… — Как будто не я проводил с тобой часы в звонке, помогая тебе дрочить? — закончил Минхо, словно он развлекался. У Джисона что-то перевернулось в животе, а лицо покраснело. — Заткнись. Минхо хихикнул и подошёл ближе. Слишком близко. Джисон сглотнул и резко осознал, какой Минхо красивый. Широкие плечи, мышцы. Его футболка прилегала там, где надо. — Я тебя не игнорирую, — сказал Минхо более мягко, почти снисходительно. — Я просто подумал, что ты бы не хотел, чтобы все знали, чем ты занимаешься, Джисон-а. Джисон открыл рот и снова закрыл. Его сердце колотилось, и кожа горела. — Ну да! Я не хочу, чтобы об этом знали все, но не значит, что мы должны вести себя как незнакомцы. Минхо наклонил голову, его глаза блестели: — Но мы и есть незнакомцы. Джисон вздохнул: — Ты серьёзно? Минхо выдохнул и прикрыл глаза, как будто бы он пытался что-то объяснить упрямому ребёнку: — Мы друг друга не знаем, Джисон-а. Ты звонишь, Феликс переводит тебя ко мне, и я отвечаю. Вот и всё. Раздражение Джисона смешалось с чем-то странным. С чем-то, что не хочется признавать. — Пиздишь, — шикнул он. — Ты говоришь со мной как, как… — Как? — Минхо сделал шаг вперёд. Джисон понял, что неосознанно пятился назад, когда спиной ударился о раковину. Пальцами он держался за неё, холодная плитка помогала стоять на ногах. — Как будто ты единственный? — низко пробормотал Минхо. — Как будто ты особенный? Джисон затаил дыхание. — Я… Минхо понимающе хмыкнул, взглядом изучая лицо Джисона. — Ты регулярный клиент, Джисон-а. Вот и всё, малыш. Джисон рассердился. Это прозвище, которое он слышал сотни раз в полутьме спальне сейчас ощущается абсолютно по-другому. Острее. Холоднее. Или это потому что Минхо непроницаемо и отстранённо смотрел на него. Как будто только Джисона всё это беспокоит. Может, так и есть. Но в этом виноват Минхо. Его голос звучал как грех, на который пошёл Джисон. — Ты не звучал так холодно, когда мы разговаривали в прошлый раз, — ответил Джисон. Во взгляде Минхо на секунду что-то поменялось. Но потом он снова взял себя в руки, но Джисон заметил эту перемену. Выражение лица Минхо снова стало нечитаемым и бесстрастным. — Это просто моя работа. Джисон стиснул зубы. — Неправда. Минхо подошёл ближе. Джисон ненавидел своё тело за то, как оно на это отреагировало. Как он затаил дыхание, как дёрнулись его пальцы, как будто они хотели потянуться и схватить его. Он был так близко, что Джисон видел все родинки на его лице и чувствовал смесь запахов парфюма, алкоголя и клуба на его коже. Нечестно. Пиздец как нечестно. Голос Минхо немного поменялся: — Что ты хочешь, чтобы я сказал, Джисон-а? Джисон сглотнул. — Ты хочешь, чтобы я притворился, что ты не просто клиент? Что ты особенный? — ухмыльнулся Минхо, наслаждаясь реакцией. Джисон хотел оттолкнуть его… или всё-таки притянуть к себе и… — Хочешь, чтобы я сказал, что я думаю о тебе после звонков? — пробормотал Минхо, его глаза блестели. — Что только благодаря твоему голосу у меня получается кончать? Джисон тяжело вздохнул: — Заткнись. — Задел за живое? — посмеялся Минхо. Джисон со злобой посмотрел на него, но это не особо получилось. Его руки так сильно сжимали раковину, что костяшки пальцев побелели. Минхо щёлкнул языком: — Нечего сказать? — Ты такой мудак, — пробормотал Джисон. Минхо просто улыбнулся. — Малыш, ты сам меня сюда притащил. Джисону хотелось поспорить, сказать, что всё не так просто. Что голос Минхо — настоящая зависимость, единственное, благодаря чему у него получается кончить. И сколько бы раз он не клялся, что это было в последний раз, он всегда звонит ему снова. Но сказать это вслух означало признать, что Минхо прав. А Джисону этого не хотелось. Ухмылка Минхо стала нежнее. Холодное напряжение во взгляде улетучилось, и его заменило что-то другое. Что-то, что Джисон не мог определить. Минхо тихо вздохнул и перешёл на шёпот: — Ты такой милый, когда смущаешься. В животе Джисона что-то перевернулось. Он нахмурился: — Я не смущаюсь. Минхо хихикнул, изучая его лицо и каждую малейшую реакцию: — Врёшь. Джисон рассердился сильнее. Минхо смотрел на него, улыбнулся и поднял руку к лицу Джисона, словно случайно не сдержался. Джисон не успел это осознать, как пальцы Минхо начали гладить его подбородок. Несильно. Простое лёгкое касание. Но Джисон вздрогнул. Минхо заметил. Конечно он заметил. Большим пальцем он дотронулся до уголка губ Джисона, и Джисон резко вздохнул. Минхо довольно хмыкнул. — Ты всегда такой чувствительный? Джисону хотелось его ударить, убрать его руку, хотелось… Палец Минхо надавил на нижнюю губу и немного оттянул её. Джисон затаил дыхание. Его сердце очень громко билось. Минхо тёмным взглядом смотрел на него, большой палец водил круги на его губе. — Я часто думал, — сказал Минхо, — как ты выглядишь, когда кончаешь. Джисон замер. Минхо наклонился к уху Джисона и прошептал: — Думаю, теперь я знаю. Джисон издал писк, его ноги подкашивались. — Ты… — Я что? — Минхо отстранился так, чтобы смотреть ему в глаза. Джисон нахмурился, но это не помогло. Его кожа горела, в груди что-то сжалось, мысли крутились. А Минхо. Минхо уже не ухмылялся. Он смотрел на него с жаром, с голодом, с чем-то отчаянным и животным. Джисон перестал дышать. Взгляд Минхо опустился на губы Джисона, и он это заметил. Джисон больше так не мог. Он схватил Минхо за воротник его тупой обтягивающей футболки и притянул к себе. И Минхо позволил ему. Их губы горячо и отчаянно столкнулись. Джисон попытался вложить всю свою злость в этот поцелуй. И Минхо принял всё это и отдался с такой же страстью. Джисон почувствовал, как Минхо улыбнулся в поцелуй. Уголки губ самодовольно приподнялись, и он наклонил голову и углубил поцелуй. Рукой он обхватил Джисона за шею, удерживая там, где ему хотелось. Джисон вздрогнул и растаял в поцелуе, цепляясь за футболку Минхо так, как будто боялся, что он исчезнет. Затем Минхо прикусил нижнюю губу Джисона и тут же лизнул это место. Джисон не сдержался и издал тихий стон. Блять. Джисону пиздец. Минхо издал низкий довольный звук, похожий на мурлыканье, и прижался ближе. Одной рукой он сильнее схватил Джисона за шею, а другую опустил вниз, поглаживая его по талии, надавливая так, что Джисона сводило это с ума. И Минхо подвинулся. Он поставил своё бедро между ног Джисона и надавил. Джисон открыл рот от удивления, и Минхо не мешкал, проникая языком внутрь. Горячо, мокро, пошло. Грязно, голодно. Прикусывая чужие губы. Руки хватались за одежду так, как будто им хотелось быть ещё ближе. Джисон чувствовал вкус алкоголя, всё ещё цепляясь за футболку. Минхо низко прорычал, и Джисон это почувствовал всем телом. Его живот скрутило в узел, всё его тело горело. Его член дёрнулся. Он тёрся о джинсы и накаченную ляжку Минхо. Джисон простонал, не выдерживая. Нелепо. Глупо. Минхо, который звучит как грех и целуется так, как будто хочет его уничтожить. Минхо, который продолжал притягивать его ближе, как будто бы он тоже этого отчаянно хочет. А блять, может и хочет. Они отстранились, чтобы вздохнуть. Губы зацелованные, дыхание сбитое. Джисон еле как открыл глаза, всё его тело горело. Минхо широко открыл глаза и смотрел на него. Несколько секунд никто из них не двигался. — Мы просто… — сглотнул Джисон, — проигнорируем это? Минхо выдохнул, пытаясь собраться с силами. Затем он наклонил голову, изучая его пару секунд, и пробормотал: — Не-а. Джисон опешил. Руки Минхо всё ещё у него на талии, его пальцы вжимались в ткань футболки Джисона, успокаивая и заземляя. Его голос хриплый. Он выпалил: — Я хотел тебя ещё с того момента, как ты позвонил впервые. Джисон замер. И Минхо тоже замер, осознавая, что сказал это вслух. Его глаза на секунду расширились, прежде чем он снова успокоился, но понял, что уже слишком поздно. Джисон это услышал. И ахуел. Потому что Минхо должен был всё контролировать. На него это не должно было влиять. Он же смотрел на Джисона так, как будто бы это просто очередной его клиент. А сейчас он стоит здесь, поцеловал его и выпалил то, что не хотел признавать. Сердце Джисона колотилось. В горле пересохло. Его тело слишком горячее. — Ты… Минхо закрыл лицо руками: — Блять, забудь, я… — Нет, — прервал Джисон дрожащим голосом. — Повтори. Минхо горячо посмотрел на него. И на секунду Джисон забыл, как дышать. Потому что Минхо хотел его. Всё это время. И блять. Джисон в такой жопе. Потому что он тоже хочет Минхо. ☼ Джисон и Минхо об этом не говорили. Они вытерли рты, поправили одежду и волосы, словно это сотрёт воспоминания о том, что случилось, и, как ни в чем не бывало, вышли из туалета клуба. Как будто бы они только что не были друг на друге и голодно не целовались, как будто кожа Джисона не горела от прикосновений Минхо. Его сердце очень громко билось, и он говорил самому себе успокоиться и двигаться дальше. Это просто была минута слабости. Они вернулись к друзьям, и Минхо на него даже не смотрел. И Джисон тоже не смотрел на Минхо. Всё в порядке. Всё должно быть в порядке. Он сказал самому себе, что всё кончено. Это ничего не значило. Надо просто притвориться, что ничего не было. Но на следующее утро Джисон проснулся и увидел, что Минхо уже просочился в его жизнь. Минхо: привет, малыш. Два простых и уже привычных слова выбили воздух из лёгких Джисона. Его желудок скрутило, и он смотрел на сообщение. Он не помнил, что давал Минхо свой номер. Этого точно не было. Хёнджин. Его номер точно дал Хёнджин. Джисон сглотнул, и его пальцы зависли над клавиатурой, но он ничего не напечатал. Его пульс ускорился. Почему это так сильно на него влияет? Почему он чувствовал призрачное прикосновение губ Минхо к его, фантомные пальцы, сжимающие его бёдра. Почему он слышал голос Минхо в голове. Такой же дразнящий и страстный, как по телефону, но теперь всё ещё хуже. Ведь он услышал его вживую. Теперь он знал, как чувствуются губы Минхо на его собственных, как ощущаются руки Минхо на его теле, как его вес прижимал его к стенке. Он уже на крючке. Но он боялся отношений с ним. Поэтому они решили быть друзьями. Это произошло легко и натурально. Они начали постоянно переписываться, постепенно проникая в жизни друг друга, как будто они предначертаны друг другу судьбой. Джисону это нравилось. Нравилось болтать с Минхо, потому что он смешной, интересный и с ним легко. Он смешил Джисона в его плохие дни, называл его малыш, когда Джисон жаловался на всё подряд, и каким-то образом помогал чувствовать себя не таким одиноким. Но чувства никуда не ушли. Потому что теперь Минхо везде. В сообщениях на телефоне Джисона, его голос крутился в голове, во снах. Его голос слышался когда Джисон проводил ночи один в кровати, пытаясь дрочить, но ничего не получалось. Ему нужна помощь. Но не от кого-то непонятного. А от Минхо. Хочется услышать его низкий голос, который даёт ему команды, помогая кончить. Хочется того же голода, который был прошлой ночью, как Минхо легко довёл его, словно знал все его слабые места. Словно уже знал, что Джисон принадлежит ему. Нельзя его хотеть. Ничего кроме дружбы не будет. От этого Джисону ещё хуже. Поэтому он сделал единственное, о чём додумался. И начал его игнорировать. Он прекратил отвечать. Оставлял сообщения Минхо на значке «прочитано». Пытался убедить себя, что Минхо ему не нужен. Но он нужен. Джисон говорил самому себе, что всё хорошо. Что он просто немного отстранился. Не потому что без него ничего не получалось. Что бы он ни делал, у него не получалось кончить без голоса Минхо и его команд. Его тело предало его, содрогаясь из-за любой мысли о нём и его голосе. Он был зависим и знал это. Стыд опоясывал с ног до головы, но даже он не помогал одуматься. Он немного возбуждался просто от того, как Минхо говорит, особенно когда его голос становится ниже и он называет его «малыш», будто бы это ничего не значит. Будто бы это не уничтожает Джисона. Он мог думать только о Минхо. Минхо, который всегда знал, как ему помочь. Минхо, который, наверное, заметил, что что-то не так, потому что пару дней спустя его телефон завибрировал. Ему звонил Минхо. Он засомневался, но поднял трубку. — Джисон-а, — легко сказал Минхо, но в его голосе слышна какая-то обида. — Ты так себя ведёшь из-за того, что произошло? Джисон затаил дыхание. Он схватил телефон сильнее, и его сердце забилось чаще. — Обычно я себя веду, — сказал он, защищаясь. Он сморщил нос от того, как грубо это звучало. Минхо хмыкнул, и Джисон понял, что он ему не верит. — Ты меня игнорируешь, — сказал он, пытаясь говорить спокойно и легко, но слышно, что он притворялся. — Ты всегда мне отвечаешь. Я сделал что-то не так? У Джисона ком в горле. Он хотел сказать да. Хотел обвинить Минхо в том, как сходит с ума, как чувствует, будто всё его тело горит. Но не мог. — Нет, — шёпотом пробормотал он. Он притянул колени к груди и положил голову на них. — Ты не сделал ничего плохого. — А что тогда случилось? — голос Минхо смягчился и стал более осторожным, пытаясь найти проблему. — Ты можешь поговорить со мной, помнишь? Мы же друзья. Друзья. Слово как удар под дых. Друзья. Да, так же они и договаривались. Они должны быть друзьями. Но как можно быть друзьями, если каждый раз, когда Минхо говорит, в голове Джисона всплывает то, как они целовались в клубе? Или то, как Минхо сжимал его талию, губы Минхо на его. Так горячо, отчаянно и очень-очень хорошо. — Джисон-а, — тише сказал Минхо, словно он прямо тут, шепчет ему это на ухо, хотя между ними километры. — Поговори со мной, пожалуйста. Джисон тяжело сглотнул, сжимая телефон. Он хотел. Боже, он очень хотел. Хотел рассказать всё Минхо: что ему больно, его тело перестало работать и что он постоянно думает о той ночи. Что он не мог перестать думать о звонках. О Минхо, который был рядом во время каждого оргазма. Как он устал пытаться растягивать себя пальцами или дилдо, пытаясь достичь удовлетворения. Но в итоге просто бесился и не мог кончить. Как он хочет, чтобы это произошло снова. И прежде чем он успел остановиться, подумать, сдержаться, он открыл рот и выпалил: — Я не могу кончить. Тишина. Джисон замер. Его собственное дыхание звучало слишком громко, сбито, униженно. Он захлопнул глаза, желая забрать свои слова назад и исчезнуть, желая, чтобы Минхо никогда этого не услышал. Но, конечно, Минхо услышал. Несколько секунд они молчали. Джисон успел начать ёрзать, чувствуя подступающий стыд. И затем Минхо многозначительно хмыкнул. — О, — сказал он. Так, как будто до него что-то дошло. Джисон покраснел. — Ш-ш, — голос Минхо тёплый и терпеливый, но достаточно твёрдый. — Всё хорошо, малыш. Джисон сглотнул, пальцами играясь со шнурками на штанах. Минхо выдохнул: — И как давно? Джисон снова положил голову на колени. — Не знаю, — тихо сказал он, — Неделю. Или больше. С нашего последнего звонка. Минхо цокнул. — Так долго? — недовольно сказал Минхо, и Джисон слышал ухмылку в его голосе и мог ясно представить, как он выглядит сейчас. — Понятно, почему ты так странно себя вёл. Джисон шикнул и откинул голову на подушки: — Не начинай. Минхо хихикнул: — Мог бы и позвонить… Джисон прикусил губу. — Я бы тебе помог. Его тело моментально отреагировало. Оно так привыкло возбуждаться от голоса Минхо, слишком привязалось к его грязным разговорчикам. Сердце громко билось. Минхо вздохнул, уже зная, что будет дальше. — У тебя встал? Джисон сжал свои бёдра вместе. Свободной рукой он вцепился в простыни. — Минхо… Минхо резко выдохнул. Это было даже не так громко, но Джисон всё равно уловил смену его настроения. Всё из-за имени. Наверное, потому что Джисон впервые сказал реальное имя Минхо в таком контексте. — Отвечай. Джисон засомневался. Но Минхо тихо и терпеливо ждал, словно он уже знал ответ, но просто хотел, чтобы Джисон сказал это вслух. Джисон выдохнул, и его пальцы вздрогнули. — Ага. — Хорошо, — хмыкнул Минхо. Джисон занервничал. — Сделай мне одолжение, — пробормотал Минхо, — Сними штаны. Сердце Джисона пропустило удар. — Я… — Ш-ш. Просто сделай это. Он очень сильно нервничал. Он дотронулся до резинки штанов и просунул руку под неё. Нижнего белья не было, только голая кожа. Он немного сомневался, но потянул их вниз. Он снял штаны со своих плюшевых бёдер, и его кожа покрылась мурашками из-за холодного воздуха. — Хороший мальчик, — пробормотал Минхо. Джисон закрыл глаза, прикусив губу. — Минхо-хён. Минхо успокаивал. — Всё хорошо, малыш, — сказал он, — Я с тобой. И Джисон мог бы кончить только от этих слов. Он стянул штаны до лодыжек, обнажая налитый кровью член, который теперь лежал на животе, капая предэякулятом на загорелую кожу. — Так лучше? — спросил Минхо. Джисон сглотнул, его кожа горела, а тело сжалось с желанием. — Я, — он подвинулся, сжимая ноги вместе. — Не знаю. Минхо хмыкнул. — Ты всё ещё не можешь расслабиться, — пауза. — Бедняжка. Тебя, наверное, так всё бесит. Джисон выдохнул. — И не представляешь. — О, малыш, представляю, — пробормотал Минхо. — Ты мучался в одиночку, да? Так сильно пытался подрочить, вёл себя так отчаянно… — он цокнул. — И ничего не помогало. Джисон пискнул, цепляясь пальцами за простыни. — Не помогало… — Конечно нет, — сказал Минхо чуть ли не с жалостью. — Потому что я тебе нужен. Джисон вздрогнул. Минхо выдохнул, думая, что бы заставить делать Джисона сегодня. — Ты же мне доверяешь? Джисон не задумываясь кивнул: — Ага. — Тогда слушай меня, — нежно, но твёрдо сказал Минхо. — Ты будешь делать то, что я тебе скажу, хорошо? Пальцы Джисона дрожали: — Хорошо. — Хороший мальчик, — пробормотал Минхо, слова пошло слетели с языка. — Раздвинь ноги. Джисон засомневался, затаив дыхание. Его сердце колотилось, но он подчинился и раздвинул бёдра, полностью обнажая себя. Он вздрогнул из-за холодного воздуха, его член дёрнулся на животе. — Именно так, — тепло похвалил Минхо. — Сделай глубокий вдох, малыш. Медленный. Я хочу тебя услышать. Джисон тяжело вздохнул, его грудь вздымалась и опускалась. Его член болел, и он прикусил губу до боли, чтобы вернуться в реальность. Голос Минхо был как бальзам на душу. — А теперь, начинай дрочить. Джисон замер. Минхо снова цокнул: — Не думай слишком много. Просто возьми свой красивый член в руку и начинай двигаться. Джисон вздрогнул. Его рука наконец-то начала двигаться, перемещаясь ниже. Он погладил свой живот и обвил рукой член. Как только он его обхватил, то он издал сдавленный стон, а его бёдра толкнулись в кулак. Он такой чувствительный, что простое касание ладонью так сильно на него влияло. — Вот так, — подбадривал Минхо. — Именно так. Медленно и аккуратно. Джисон сдержал стон: — Хён. — Я с тобой, малыш, — пробормотал Минхо. — Я рядом. И блять, Джисон готов кончить только от этого. Его дыхание сбилось, и рука двигалась быстрее, сжимала сильнее. Мокрые непристойные звуки наполнили комнату. Его бёдра толкались в кулак, все мышцы напрягались. Он был готов кончить в любой момент. Джисон издал всхлип, и его член пульсировал в руке. — Именно так, — выдохнул Минхо. Его голос был хриплый и командующий. — Тебе хорошо, да? Расскажи мне. Расскажи, как тебе хорошо. Джисон инстинктивно кивнул, но вспомнил, что Минхо его не видит. — Ага, — пискнул он, — очень хорошо, хён. Минхо снисходительно хмыкнул: — Ты издаёшь такие прекрасные звуки. Джисон закрыл глаза, его тело так напряжено. Кожа горела, и он прикусил губу до крови. Но нуждающийся стон всё равно сорвался. Резкий вздох Минхо сигнализировал, что он услышал этот стон. — Не сдерживайся, — командовал Минхо, — Я хочу тебя слышать. И Джисон подчинился. Его рука начала двигаться быстрее, большой палец водил кругами по головке, доводя ещё сильнее. Очередной стон сорвался с его губ. Его бёдра дёрнулись вверх, помогая нагнать удовольствие. И тут Джисон что-то услышал. Отдалённый мокрый звук трения кожи о кожу. Шелест ткани. Низкий сдавленный стон, который было почти не слышно. В животе у Джисона что-то перевернулось. И тут он понял. — Хён, — тихо сказал Джисон. — Ты что, дрочишь? Минхо простонал, и от звука член Джисона тут же дёрнулся. — А ты что думаешь, малыш? — дразнил он голосом, полным похоти. — Думаешь, я могу просто сидеть и слушать, как ты дрочишь под мой голос, и не возбудиться? Джисон громко и бесстыдно всхлипнул. Его рука двигалась быстрее, всё его тело оказалось близко к пику. — Блять, хён. — Ты даже не представляешь, насколько я сейчас возбуждён, — выдохнул Минхо. — У меня стоит ещё с того момента, как ты сказал мне, что не можешь кончить без меня… без моего голоса. Джисон начал представлять, как сейчас мог выглядеть Минхо. Без футболки, его накаченные руки, пальцы, обвитые вокруг члена, и как он водит ими под стоны Джисона. Голова Минхо откинута назад, губы соединены, тёмный взгляд, наполненный желанием. Только от одной мысли у Джисона закружилась голова. — Хён, — простонал он, —Я не могу… Минхо гортанно и грубо простонал, будто сам еле держался. — Я хочу тебя, Хан-а, — признался он, — Ты же знаешь об этом, да? Джисон затаил дыхание: — Минхо… — Я так сильно тебя хочу, малыш, — голос Минхо теперь наполнен жаром, — Хотелось, чтобы я был сейчас с тобой. Чтобы это я тебе дрочил. Джисон ахнул, его бёдра тряслись. Разум затуманен желанием, его кожа горела. Минхо прошипел грубее: — Хочу чувствовать тебя. Хочу тебя трахнуть и заставить кончить так сильно, что ты забудешь, что у тебя это не получалось. Джисон вздрогнул, и его член пульсировал: — Блять, хён. — Ш-ш, — успокаивал Минхо, но в его голосе не было ничего мягкого, он перестал себя контролировать, тяжело дыша. — Я с тобой. Не зажимайся. Хочу тебя слышать. Джисон близко, очень близко. В голове нет мыслей, а всё тело сжалось, в ожидании разрядки. Его рука двигалась быстрее, и дыхание сбилось. Минхо точно также близко. Джисон слышал мокрые пошлые звуки того, как Минхо дрочил себе, сбитое дыхание, грубые стоны, срывающиеся с губ, словно они вместе теряли контроль. — Блять, малыш, — горячо сказал Минхо. — Ты издаёшь такие прекрасные звуки. Я уверен, что ты выглядишь ещё лучше. Джисон пискнул, вбиваясь в кулак: — Я тоже хочу, чтобы ты был здесь. Хочу, чтобы ты меня трахнул. Минхо резко выдохнул, будто слова слишком сильно ему откликнулись. — Да? — его голос грубый. — Ты бы позволил мне тебя трогать? Раздвинуть твои ноги и сделать тебя своим? Ты же даже не можешь кончить без меня. Джисон откинул голову на подушки, крепко закрывая глаза, а всё его тело трясло. — Да. Боже, да. Пожалуйста. Минхо издал громкий стон. — Блять. Ты даже не представляешь, как сильно я хочу тебя. Как много я думал об этом. И о тебе. Джисон дрожал, его член дёрнулся, а хватка ослабла. Пальцы испачканы в предэякуляте. Затем Минхо выдохнул, его голос стал ниже и тише, но не менее настойчивым. — Ты же знаешь, что ради тебя я нарушил правила? Джисон сильнее обхватил член, его голова шла кругом: — Что? Минхо напрягся, будто он признавался в чём-то, в чём не должен был. — Последний звонок. Я заплатил за него. У Джисона что-то перевернулось в животе. Его мысли летели со скоростью света, пытаясь всё осознать: — Минхо, ты… — Мне не стоило, — пробормотал Минхо, голос сорвался, словно слова из него вытаскивали. — Я никогда так не делаю. Но ты… — он низко и отчаянно простонал. — Ты, блять, меня уничтожил, Джисони. Джисон замер, грудь сжало, сердце билось так быстро, что было больно. — Нам нельзя это делать, — сказал Минхо, будто бы он боролся с самим собой. — Мы не должны быть… блять, нам нельзя было быть друзьями. Друзьями. Слово уже не делало так больно. Потому что оно не звучало так, как будто Минхо хотел его оттолкнуть или отвергнуть. Джисон сглотнул, слушая свой собственный пульс. — Разве мы друзья? — вопрос прозвучал остро и опасно. Минхо выдохнул: — Я не знаю. Тишина, последовавшая за этим вопросом, казалась слишком напряжённой. — Я знаю только то, что я хочу тебя. Сердце Джисона билось так сильно, словно оно хотело сбежать. Его тело очень напряжено, и его пальцы дрожали. Он облизнул губы. — Минхо-хён, — больше похоже на вздох, слова сорвались, как мольба. — Я очень хочу тебя, — выдохнул Минхо, не сдерживая себя. — Не вот так. Не по телефону. Не в туалете какого-то клуба. Я хочу тебя, Джисон-а. Всего тебя. Джисон простонал, звук шёл прямо из груди. Всё его тело дрожало. — Скажи мне, — приказал Минхо командным тоном, не оставляя времени на сомнения. — Скажи мне, что ты тоже меня хочешь. Скажи, что я тебе нужен. Джисон неровно дышал, его грудь вздымалась и опускалась. — Ты мне нужен, нгх-х-х, я хочу тебя, хён. — Именно так, малыш, — прорычал Минхо, голос полон чувства собственности и голода. — Кончай. Я хочу тебя услышать. И Джисон не мог не подчиниться. Удовольствие накрыло его, выбивая воздух из лёгких, сжимая каждую мышцу на теле. Его накрыл очень сильный оргазм. Его голос сорвался, говоря имя Минхо. Он выпалил его со всхлипом, и даже не понял, что это сказал он. Минхо матернулся и кончил вместе с ним. Его стоны были слышны через трубку, и они были такие низкие и просто идеальные. Несколько секунд было слышно только их тяжёлое сбитое дыхание. А Джисон? Он будто бы парил. Его тело такое тёплое и расслабленное, словно всё напряжение которое копилось в нём все эти дни, вырвалось наружу. Его конечности казались слишком тяжёлыми, его кожа блестела из-за пота, и он всё никак не мог восстановить дыхание. Он будто был не в своём теле, а находился в отдалённом неосознанном сне. Тишина. Слышно только Минхо. Сбитое дыхание Минхо. Тёплый голос, который доносился до него даже через пелену. Джисон лениво моргал. Он не хотел двигаться. Минхо успокаивающе хмыкнул: — Ты ещё со мной, малыш? — Ага, — медленно и тихо сказал Джисон. Минхо хихикнул. — Что, настолько хорошо? — сказал он. Джисон открыл рот, но не смог ничего сказать. Он слишком сильно устал, слишком не хотел ничего делать. Только слушать Минхо. Минхо вздохнул. Впечатлённо и гордо. — Ты должен прибраться, малыш. Джисон еле осознал, что ему говорят. Минхо сделал паузу и щёлкнул языком: — Малыш. Джисон тихо и жалко пискнул, а затем зарылся лицом в подушку. Минхо тихо посмеялся. — Как ты устал, — пробормотал он мягче и теплее. — Тебе точно нужен я, да? Джисон хмыкнул — скорее вздохнул, чем ответил. Он никогда не чувствовал себя так: так легко, так затуманено. И Минхо это понял. — Приберись, — нежно, но твёрдо повторил Минхо. — И увидимся завтра. Джисона нахмурился. Он тихо спросил: — Увидимся завтра? Минхо просто тихо и нежно хихикнул. — Ш-ш, — успокоил он, голос похож на сладкую колыбельную. — Ты всё поймешь, Хан-а. Джисон выдохнул. Он решил не спорить. Он просто хмыкнул и послушался Минхо.

***

Джисон проснулся с головной болью и в поту. Несколько минут он просто лежал и смотрел в потолок, пытаясь облегчить боль. Солнечные лучи пробивались через шторы. Всё в комнате выглядело точно так же, как и вчера, но ощущения у Джисона абсолютно другие. Он громко вздохнул и перевернулся на бок. И тут он всё вспомнил. Тепло, голос Минхо. Что-то в его животе перевернулось, пока он вспоминал вчерашний вечер и то, что это была не шутка. Звонок поздним вечером. То отчаяние, поглотившее его. То, что он говорил. Что говорил Минхо. Он затаил дыхание. Я хочу тебя. Хотелось, чтобы я был сейчас с тобой. Чтобы это я тебе дрочил. Ты же даже не можешь кончить без меня. Джисон закрыл глаза, чувствуя стыд. Блять. Он сказал слишком много. Раскрыл слишком много тайн. В его голове вертелся собственный нуждающийся голос. Я тоже тебя хочу. Я очень сильно тебя хочу. Он схватился за простыни. Нужно просто об этом забыть и притворится, что ничего не было. Что он вслух признался Минхо, что не может кончить без него и что хочет его. Его телефон завибрировал. Джисон замер. Он хотел проигнорировать уведомление. Может, там что-то неважное. Но его рука сама потянулось к телефону, и сердце сильно застучало. Сообщение. От Минхо. Минхо: привет, жучок, как дела? Джисон сглотнул и начал печатать ответ.

Джисон:

хорошо… а ты как хён-а

Минхо: нормально я заберу тебя в 6?

Джисон:

а? зачем

Минхо: на свидание, зай Что?

Джисон:

???? чего

Минхо: я сказал вчера ночью, что увидимся завтра

Джисон:

да, но свидание???

Минхо: значит, никакого свидания?

Джисон:

я такого не говорил

Минхо: вот и славненько, топай, будь готов к 6, джисон-а принарядись для хёна Джисон просто пялился в телефон. Свидание. Настоящее. Не туалет клуба, не грязные разговоры по телефону, никаких встреч, где они притворялись, что они просто друзья. Настоящее свидание. Его пальцы немного тряслись, и он написал «хорошо». Но в голове вертелось последнее сообщение от Минхо. Принарядись для хёна. Джисон вздохнул и лёг на кровать. Он закрыл руками своё покрасневшее лицо, от переизбытка эмоций дергая ногами, как влюблённый идиот. Он встал и начал собираться. Он хотел надеть что-то простое, но передумал. Принарядись. Минхо хочет, чтобы он нарядился. Значит, Джисону нужна помощь. Он сделал скриншот сообщений с Минхо, где он позвал его на свидание и сказал нарядиться. И прежде чем он успел накрутить себя, он отправил это Хёнджину. Пятнадцать секунд спустя его телефон зазвонил. Джисон не успел морально подготовиться, как лицо Хёнджина появилось на экране. — Ахуеть, ебанешься. Джисон снова лёг на кровать. — Минхо позвал меня на свидание. Свидание! Тишина. И тут: — Я думал что вы, ребята, ну… уже встречаетесь. Джисон подскочил и нахмурился: — Нет! Мы просто… — он неуверенно покачал рукой, — Общались. Хёнджин фыркнул: — Общались. А темы для разговоров были те же, как когда он просто был оператором на линии секса по телефону, а ты его клиентом? Джисон громко вздохнул. Хёнджин уже всё знал. Джисон рассказал ему всё, как только узнал что Минхо — тот самый человек, на голос которого он дрочил несколько месяцев. А теперь он стоит перед ним. А Хёнджин? Он ржал без остановки. Десять минут. И теперь он снова смеётся. — Хёнджин, — Джисон прикрикнул, — Сконцентрируйся. Хёнджин хихикнул и через несколько секунд успокоился: — Хорошо, зай, ну и что? Что наденешь? Джисон встал и поправил волосы: — Я не знаю. Я хочу выглядеть красиво, но так, как будто бы я не особо старался, понимаешь? Хёнджин хмыкнул и задумался: — У тебя остались те чёрные джинсы? В которых твоя жопа выглядит просто потрясно. Джисон покраснел: — Вроде. — Их надень. И чёрную рубашку, в которой ты был на дне рождения у Сынмина. Она хорошо подчёркивает твою фигуру. И будет идеально. Джисон застеснялся: — А не перебор? Хёнджин фыркнул: — Джисон. Он буквально сказал тебе принарядиться. Дай чуваку то, что он хочет. Джисон прикусил губу и решил не спорить. Он не успел подумать, как Хёнджин уже заставил его нанести блестящие тени и немного блеска для губ. — Немного, — сказал Хёнджин, смотря, как Джисон наносит блеск. — Просто чтобы он смотрел на твои губы. Джисон сглотнул. От этой мысли всё внутри перевернулось. Он не спорил. Он начал сильно нервничать, когда завязывал шнурки. Он подпрыгивал от каждого уведомления и постоянно поправлял свою причёску. Он выглядел слишком красиво для человека, который чувствует себя так, что его сейчас стошнит. Раздался звонок в дверь. Джисон резко выдохнул, вытер руки от пота и открыл дверь. Там стоял Минхо в чёрных джинсах и свитере. Он выглядел так красиво, что Джисон забыл, как дышать. Взгляд Минхо на секунду опустился на его губы. Они поблескивали на свету, и в его выражении лица что-то поменялось. Он быстро моргал: один раз, два, три. — Привет, — сказал он, не сводя взгляда с губ. Джисон не успел ничего понять, как Минхо наклонился к нему, чмокнул в губы и отстранился, будто бы так и должно быть. Будто бы это нормально. Будто бы Джисон сейчас не разлетится на части от переполняющих его эмоций. Джисон замер, просто глядя на Минхо. В голове не осталось мыслей. Его губы покалывало после поцелуя. Минхо наклонил голову, удивляясь его реакции. Его мягкие пальцы коснулись руки Джисона. — Готов? Джисон всё ещё думал о поцелуе и позволил Минхо переплести их пальцы, словно они делали так уже тысячи раз. — Мы идём в кафе, — сказал Минхо и потянул его за руку. — Там будет тихо. Нам стоит по-нормальному поговорить. Джисон почти его не слышал. В голове было пусто, и он только сейчас понял, что Минхо взял его за руку. Поэтому он просто кивнул. Как только он снова ушёл в свои мысли, Минхо сжал его руку сильнее. Этого хватило, чтобы вернуть его на землю. Джисон выдохнул и пошёл за ним. Они пошли в кафе, и Минхо всё время держал его за руку. Они разговаривали о том, как прошёл вчерашний день Минхо, как Феликс пришёл к нему в квартиру, и они целый день лежали и болтали, пока не захотели есть. Но Минхо не рассказал, как прошёл его поздний вечер и ночь. Потому что они оба знали. Кафе спряталось на тихой улице. Там был приятный интерьер и тёплое освещение. Пахло свежим кофе и ванилью. Слышны тихие разговоры и звон чашек. Минхо уверенно зашёл. Он потащил Джисона к стойке приёма заказов, даже не смотря на меню, словно он уже знал, что возьмёт. — Что ты будешь? — спокойно спросил Минхо. Так обычно, словно Джисон не сходил с ума из-за факта, что они на свидании. Джисон сглотнул и попытался сконцентрироваться: — Эм. Просто айс-латте. Минхо хмыкнул и обратился к бариста: — Айс-латте, американо и один кусочек шоколадного торта. — Торт? — спросил Джисон. Минхо поднял бровь: — Ты говорил, что любишь шоколад. Джисон смотрел вперёд, его сердце очень громко билось. Он это помнит? Бариста протянул Минхо чек, а Джисон даже не понял, что он заплатил за двоих. — Я бы заплатил, — пробормотал Джисон, смущаясь. Минхо посмотрел на то, как Джисон надул губы: — Я позвал тебя на свидание, чаги. Я заплачу. Джисон открыл и закрыл рот. Он не придумал, что ответить. Сначала им отдали напитки. Минхо взял обе чашки, а Джисон понёс тарелку с тортом. Они походили по кафе и выбрали столик в углу подальше от всех остальных. Минхо сел и поставил чашки на стол. Рядом сел Джисон, и Минхо посмотрел на него, моргая, словно чего-то от него ждал. Сначала они не говорили и просто пили свои напитки. Обоим было немного неловко, и они понимали, что надо начать разговор. Джисон смотрел на кофе, стуча пальцами по столу. Его сердце быстро билось, а мозг пытался всё это воспринять. То, что было прошлой ночью. Как Минхо поцеловал его, словно это обыденно между ними. Прежде чем Джисон успел остановить себя, он выпалил: — Что ты имел в виду вчера? — О чем ты? — сказал Минхо, обхватив пальцами кружку. Джисон выдохнул и сделал глоток кофе. — Вчера. Когда мы… — он неопределённо помахал рукой, а его лицо покраснело. — Когда ты сказал, что я тебе нравлюсь. Минхо смотрел на него. Затем он медленно поставил чашку на стол. Джисон сглотнул: — Ты не шутишь? Минхо наклонил голову. А затем он подвинулся ближе к Джисону и посмотрел ему в глаза. — Джисон-а, — слишком нежно пробормотал он. — Ты думаешь, что я могу шутить на такие темы? Джисон затаил дыхание. Минхо просто смотрел на него по-кошачьи хитрыми глазами, не моргая. И вдруг торт, кофе и всё кафе уже не имели значения. Джисон сильнее сжал чашку. Он не знал, чего ожидал, может, что это просто красивые слова, что Минхо отшутится и скажет, что не имел это в виду по–настоящему. А не вот этого. Минхо смотрел на него так, словно ответ очевиден. Джисон отвёл взгляд. — Я просто… — сглотнул он. — Я не понимаю. Минхо хмыкнул и подвинулся ближе к нему. Диванчик, на котором они сидели, был небольшим, а сейчас места между ними вообще не было. Джисон чувствовал, как Минхо прижал свою ногу к его. — А что тут понимать? — спросил Минхо. Когда Джисон поднял взгляд, он увидел, что Минхо смотрел на него с тем же взглядом. — Ты мне нравишься, я тебя хочу. Джисон замер, и всё его лицо было красным. — Я… это… — прошипел он и уткнулся лбом в плечо Минхо. — Нельзя так спокойно это говорить. — Почему нет? — Потому что, — Джисон развёл руками, сильно надув губы. — Это же не простые слова! Ты ведёшь себя так, словно это ничего не значит. Минхо хихикнул, и прежде чем Джисон успел отреагировать, чмокнул его. Джисон замер, когда губы Минхо легко прижались к его щеке. Такое простое прикосновение. — Ты такой милый, когда злишься, — пробормотал Минхо, а у Джисона по спине побежали мурашки. Джисон издал высокий стеснительный писк. Минхо положил свою руку ему на бедро. Джисон не мог двигаться и дышать. Прикосновение лёгкое, дразнящее, пальцы проводили по шву джинсов Джисона. Минхо не сжимал его ногу, рука просто спокойно лежала. — Хён, — Джисон резко вдохнул. — Хм? — Минхо отстранился достаточно, чтобы увидеть испуганный взгляд Джисона. Джисон просто смотрел на него: — Что всё это значит? Глаза Минхо засияли. Он наклонил голову, задумываясь. Его пальцы чуть сжались, и Джисон снова почувствовал мурашки. — А что ты хочешь услышать? — на удивление спокойно спросил Минхо. Джисону хотелось его придушить. Но вместо этого он просто пялился на него. Джисон хотел либо биться головой об стол, либо расцеловать Минхо прямо тут. Возможно, и то, и то. Он сильно сжал чашку, но сконцентрироваться на напитке не получалось, учитывая то, что пальцы Минхо продолжали гладить его ляжку. Его сердце билось слишком громко и быстро. Джисон сглотнул, избегая взгляда Минхо. — Не знаю, — его голос был слишком тихий, — Что мы встречаемся… что-то такое. Несколько секунд Минхо молчал. А затем он нежно рассмеялся и посмотрел на Джисона так, как будто он самое милое существо на планете: — Что-то такое? — ухмыляясь, повторил Минхо. — Давай, что бы ни значила эта интригующая формулировка… Джисон закатил глаза и ударил его по плечу: — Ну ты понял про что я. Минхо просто хмыкнул, немного удивляясь. — Джисона, мы же на свидании, да? — он погладил колено Джисона, словно это обыденность, а не что-то новое. — И я уже сказал, что ты мне нравишься. Внутри Джисона что-то перевернулось. Возможно, это потому что Минхо звучал так уверенно, как будто это самая очевидная вещь на свете. Минхо снова наклонился к нему, пальцами сильнее сжимая бедро Джисона, а его губы оказались в опасной близости от подбородка Джисона. — И я тебе тоже нравлюсь, — пробормотал Минхо. Джисон выдохнул, пытаясь сконцентрироваться на чем-то ещё: нетронутом кусочке торта, фоновом шуме кафе, запахе кофе. На чем-то кроме тепла руки Минхо, которая так сильно сжималась. — Я, — Джисон немного отодвинулся, пытаясь незаметно убрать руку Минхо со своей ноги. Но ничего не получилось. Минхо просто хихикнул и продолжил гладить её. Его член дёрнулся в штанах, когда Минхо сжал бедро сильнее. Джисон застыл, и его лицо покраснело. О нет. И Минхо тут же это заметил. Ну конечно он заметил. Он отпустил его бедро, но потом сжал его сильнее. Минхо заулыбался. Джисон запаниковал: — Я девственник! Минхо просто моргнул. Джисон замер. Ой. О Боже. Он реально сказал это. Вслух. В кафе. Несколько секунд Минхо просто пялился на него, словно он пытался осознать, что только что выпалил Джисон. Его мысли летели со скоростью света. Почему он сказал это? Почему именно сейчас? Уголки губ Минхо приподнялись, и он хихикнул и отвернулся. — А? — впечатлённо сказал Минхо. — Хорошо, что я узнал об этом сейчас. Джисон закрыл лицо руками, и все его тело горело от стыда. — Я тебя ненавижу, — заглушено пробормотал он. Минхо посмеялся и начал водить большим пальцем круги на ляжке Джисона. И тело Джисона тут же предало его. Каждое нежное прикосновение Минхо вызывало мурашки. Джисон издал тихий стон. — Ты не можешь продолжать меня трогать, когда я у меня… — он остановился, чтобы избежать еще большего стыда. Но его тело было напряжено, горело желанием, потому что, несмотря на всё, он хочет Минхо. Он очень сильно его хочет. Минхо просто ухмыльнулся. — Когда что? — он дразнил. — Когда у тебя стоит? Джисон замер, слыша только стук своего сердца. Его лицо горело. Его тело горело. Кафе ушло куда-то на задний план, а в воздухе витало напряжение. Словно во всем мире имели значение только они вдвоем. Минхо всё ещё трогал Джисона и смотрел на него так, как будто специально нарывался, отчего Джисону становилось только хуже. Джисон сглотнул. Он обхватил чашку, поставил её, а потом снова обхватил. Он облизнул губы, пытаясь сосредоточиться хоть на чем-то, но он уже слишком возбуждён. — Хён-а. Минхо спокойно хмыкнул, как будто бы не довёл его до стояка: — Что? Джисон сделал глубокий вдох и, не думая дважды, решил это сказать. Его сердце колотилось. — Трахнешь меня? Минхо моргнул, и Джисон увидел, как его улыбка дрогнула. Его глаза расширились, словно он пытался поверить в реальность происходящего. Минхо выглядел очень удивлённым, и его рот приоткрылся от шока. Он громко сглотнул. Его уши покраснели. Джисон сейчас умрёт. — Да, — наконец, сказал Минхо, более грубым голосом. И Джисон хотел услышать именно это. Он кашлянул, и прежде чем Джисон что-то успел осознать, Минхо резко встал и потащил Джисона за собой. — Пойдём. Кофе и торт оказались забыты. Джисон поплелся за ним, еле успевая за Минхо, и они вышли из кафе. Холодный воздух ударил в лицо, но он не остановил тепло, которое разлилось внутри него. Никто не говорил ни слова, пока они ехали в квартиру к Минхо. Рука Минхо была на бедре у Джисона всё время поездки, его большой палец водил круги, словно он пытался подготовить Джисона к тому, что сейчас будет. Джисон ёрзал в сидении, пытаясь держаться, но каждая минута казалось настолько долгой, а каждое прикосновение от Минхо вызывало мурашки. Наконец-то они оказались около его двери. В ту же секунду, как Минхо запер дверь, он оказался на Джисоне. Джисон не мог дышать. Минхо прижал его к двери, вжимая в неё. Одной рукой он взял его за подбородок, приподнимая голову, а другой крепко держал его за талию. Минхо начал его целовать. Очень горячо и медленно. Джисон таял в его руках. Губы Минхо были такими мягкими, но заставили Джисона приоткрыть рот во вздохе. И Минхо, не теряя времени, толкнулся языком в его рот. Поцелуй ощущался очень огненно, желание будто текло по венам Джисона. Прежде чем он успел сделать вздох, Минхо наклонил голову и углубил поцелуй. Джисон простонал, отчаянно хватаясь за свитер Минхо, словно только это помогало ему оставаться в здравом уме. Минхо слегка отстранился. Они чувствовали горячее дыхание друг друга. — Ты точно уверен? — хрипло пробормотал Минхо, убеждаясь в том, что Джисон согласен. Джисон кивнул: — Да. Пожалуйста. Минхо громко выдохнул и начал целовать его с удвоенной силой. Поцелуй стал более страстным. Они иногда бились зубами, тяжело дышали, а в голове было безудержное желание. Руки Минхо оказались под рубашкой Джисона, сильно цепляясь за его талию. Джисон вздрогнул, выгнул спину и прижался ближе. Он подвинул бёдра так, что теперь он мог отчаянно тереться о ляжку Минхо. Минхо ахнул и подвинулся, позволяя Джисону продолжать движения, прижимая ногу к его промежности. Голову кружило. Затем Минхо прикусил его нижнюю губу, потянул за нее, а потом облизнул. Джисон вздохнул, и руками схватился за волосы Минхо, подвигая его ближе. Минхо простонал ему в рот, сильнее сжимая. Его тело прижалось ближе, сковывая Джисона между дверью и собой. От такого у Джисона подкосились ноги, и он схватился за плечи Минхо, пальцами впиваясь в ткань свитера, держась изо всех сил. Руки Минхо были везде: под футболкой Джисона, сжимали его талию, трогали его рёбра, изучая разгорячённую кожу. Его пальцы так жадно и ревниво сжимали тело, словно он пытался запомнить каждый сантиметр, словно он хочет большего. Минхо начал целовать его подбородок, двигаясь ниже: кусал, помечал. Джисон откинул голову назад. Такие поцелуи оставляют засосы. Они остаются надолго. — Минхо, — пискнул Джисон. Минхо не ответил и не остановился. Он был слишком занят, оставляя мокрые поцелуи на шее Джисона, заставляя его вздрагивать. Джисон отчаянно толкнулся бёдрами, догоняя своё удовольствие. Минхо прошипел, опуская руки ниже, хватая его за бёдра. И тут он поднял его и прижал к двери, словно он очень лёгкий. Джисон вздохнул и обвил ноги вокруг талии Минхо, сильно сжимая их. Его дыхание сбито, а всё тело дрожало. И Минхо начал его целовать. Страстно. Пошло, забирая весь воздух из лёгких Джисона. Его язык касался языка Джисона, и он сильнее сжимал Джисона, прислоняя его к двери. Он чувствовал член Минхо, который прижимался к нему, в животе разлилось тепло. Джисон простонал в рот Минхо, пальцами хватаясь за его свитер, отчаянно притягивая его ближе. Но места между ними больше не было. Осталось только тепло и поглощающее желание большего. И тут тихое «мяу» раздалось в комнате. Джисон вскрикнул, отстраняясь так быстро, что он ударился о дверь. Он посмотрел вниз, пытаясь всё осознать, и увидел кота. Пушистый кот у ног Минхо. Минхо раздражённо выдохнул: — Дори. Джисон посмотрел на пушистого маленького котёнка, пытаясь отдышаться. Минхо тяжело вздохнул и неохотно поставил Джисона на землю. — Ой, — выдохнул Джисон. — Привет, Дори. Он захотел присесть, почесать его за ушками, погладить, но Минхо сильнее сжал его талию, не давая опуститься. — Потом, — низко сказал Минхо. Джисон сглотнул: — Но… Минхо подошёл ближе, и Джисон почувствовал его дыхание на своих губах. И затем Минхо лизнул его губы. И Джисон забыл, что он собирался сказать. — Ладно, — пискнул он, чувствуя предэякулят в боксерах, — мы потом познакомимся. Минхо улыбнулся и потащил Джисона в спальню, не давая ему времени думать. Он завёл его к себе, закрыл дверь и пошёл к Джисону, подталкивая его к кровати. И Минхо снова оказался на нём. Его руки двигались по талии Джисона и поднимались к груди, проскальзывали под футболку. Его губы на губах Джисона, и они целовались горячо и голодно, с языком, словно Минхо хотел его съесть. Джисон вздрогнул, сжимая свитер Минхо, притягивая его к себе, пока между ними не осталось места. Минхо наклонил голову углубляя поцелуй, языком изучая рот Джисона, выбивая весь воздух. Джисон тихо простонал. Руки Минхо опустились на бёдра Джисона, и Джисон упал на матрас. Минхо забрался на него, одним коленом упираясь между ног Джисона. Его вес вжал Джисона в кровать. Джисон смотрел на него с широко открытыми глазами, его губы были зацелованными и красными, а грудь вздымалась и опускалась. Его сердце очень громко билось, и все его тело напряглось от желания прикосновений от Минхо. Минхо просто смотрел на него, ухмыляясь. Он дотронулся большим пальцем до губы Джисона, легко открывая его рот. — Такой красивый, — пробормотал он с чувством собственности в голосе. Джисон сглотнул, из-за внимания Минхо кружилась голова. Минхо снова поцеловал его, в этот раз медленнее, осторожнее, словно хочет растянуть этот момент на подольше. Хотелось, чтобы Джисон продолжил быть податливым под ним. Джисон схватился за него, цепляясь за свитер Минхо так, словно только это держит его в реальности. Он горел, каждая клеточка хотела Минхо. И Минхо это знал. Он ухмыльнулся и опустился ниже, оставляя мокрые поцелуи по его подбородку и шее. Джисон вздрогнул, когда Минхо снова укусил его, а затем прошелся по этому месту языком. — Чувствительный, — пробормотал Минхо, в его голосе слышно удовольствие, и в животе у Джисона что-то перевернулось. Джисон жалобно простонал, а Минхо удовлетворённо хмыкнул. Его руки опустились ниже, под рубашку Джисона, пальцы дразняще водили по его коже, заставляя Джисона вздрогнуть и издать ещё один тихий стон. — Минхо… — пискнул он, умоляя. — Ш-ш, — успокаивал Минхо, губами дотрагиваясь до уха Джисона, а голос был как шёлк. — Давай я о тебе позабочусь. Джисон вздохнул, инстинктивно выгибая спину. И Минхо немного подвинулся, и Джисон почувствовал это. Как член Минхо прижимался к его бедру. Минхо ухмыльнулся и медленно двинулся ещё раз, чтобы Джисон точно это почувствовал. — Чувствуешь? — его голос низкий хриплый и страстный. — Вот что ты со мной делаешь. Джисон отчаянно кивнул, а его бёдра дёрнулись, желая большего. Минхо усмехнулся, и его руки продвинулись ниже, погладили живот Джисона и расстегнули пуговицу на джинсах. Он медленно расстегнул ширинку, пальцами трогая голую кожу. — Приподнимись, малыш, — пробормотал Минхо, и Джисон подчинился без задней мысли, помогая Минхо стянуть джинсы. Он остался только в белье. Минхо отстранился и сел, взглядом изучая Джисона. — Блять, — выдохнул он, — Ты такой красивый, Джисон-а. И весь мой, да? Джисон горел от смущения под его взглядом, кожу щекотал холодный воздух, и прежде чем он успел ответить, Минхо стянул с себя свитер и кинул его в сторону, пальцами уже расстегивая штаны. Джисон просто смотрел, как Минхо раздевался. На его гладкие накаченные мышцы, на мягкий животик, на острые ключицы, углубление его талии, тёмные волосы, которые вели ниже. Затем Минхо снова навис над Джисоном, а его голос стал более нежным. — Всё ещё уверен? — пробормотал Минхо, смотря ему в глаза. Джисон сглотнул, и он дышал так, как будто его уже выебали. Он кивнул и сказал: — Да, быстрее. Минхо улыбнулся, пальцами хватая резинку трусов Джисона, и стянул их вниз. Джисон вздрогнул из-за холодного воздуха, и его покрасневший член оказался у него на животе. Минхо ничего не говорил, а просто смотрел. Его взгляд медленно изучал тело Джисона, наблюдая, как его грудь вздымалась и опускалась. Он смотрел на розовую головку его члена, волосы, которые вели ниже. Он облизнул губы. Джисон ахнул, цепляясь пальцами в простыни так, что костяшки побелели. Затем Минхо отстранился и снял своё белье, и Джисон затаил дыхание. Большой. Толстый. Головка покраснела, а по длине было видно вену. Член истекал предэякулятом. Джисон ещё сильнее покраснел, а его сердце очень громко билось. Он отвернулся, потому что только от одного вида этого члена он сходил с ума. Минхо усмехнулся, забавляясь его реакции, и потянулся к смазке на тумбочке. Он открыл её, и Джисон немного испугался. — Спокойно, малыш, — пробормотал Минхо, оставив поцелуй на колене Джисона. Он нанёс смазку на пальцы. Его голос успокаивал. — Всё будет хорошо. Я с тобой. Джисон выдохнул, инстинктивно раздвигая ноги, когда пальцы Минхо трогали внутреннюю часть его бёдер. Он затаил дыхание, когда пальцы переместились ему на задницу, дразня. Минхо помог ему приподнять бёдра и раздвинул его ноги сильнее. Минхо прошипел, сжимая сильнее. — Даже так ты красивый, — голодно пробормотал он. Он прижал большой палец к колечку мышц Джисона, немного надавливая. Джисон вздрогнул. Он вошёл одним пальцем. Джисон ахнул, а всё его тело дёрнулось, и он сжимался вокруг пальца. Минхо хмыкнул, с осторожностью наблюдая за ним, свободной рукой поглаживая Джисона по ноге, помогая не переживать. — Ты в порядке? — аккуратно и нежно спросил Минхо. Джисон быстро кивнул, тяжело дыша, когда Минхо начал двигаться, подгибая палец так, что всё его тело сжалось. — Ага. Минхо наклонился, губами проходясь по подбородку Джисона, и ухмыльнулся. — Хороший мальчик. Джисон простонал из-за похвалы, а удовольствие скрутило его живот. Он так возбуждён, что в голове не осталось мыслей, а Минхо только помогал этому, правильно двигая пальцами, шепча пошлые вещи и растягивая его. — Малыш, — пробормотал Минхо, губами целуя его в шею, а палец входил медленнее и глубже. — Я не верю, что ты мой. Джисон что-то пискнул. Его тело реагировало на это, сжимаясь вокруг пальца Минхо. Он хотел большего. Минхо усмехнулся: — Добавить второй? Он не ждал ответа — ответ и не нужен — потому что Джисон уже пытался насаживаться самостоятельно, желая большей растяжки. И затем Минхо вошёл вторым пальцем. Медленно. Слишком медленно. Джисон громко ахнул, пальцами сжимая простыни. Пальцы Минхо растягивали стенки Джисона, но скорости не хватало. Джисон запрокинул голову назад, и с его губ сорвался стон: — Нгх-х-х. Минхо целовал его губы, грудь, ключицы, шею очень медленно. Его пальцы не ускорялись, двигаясь мучительно медленно, заставляя всё тело Джисона трястись. — Что, малыш? — пробормотал Минхо, губами касаясь его горячей влажной кожи. — Что-то не так? Джисон ахнул, пытаясь начать двигаться, трахать себя с помощью пальцев Минхо, но Минхо отстранился. — Ата-та, — сказал Минхо, передвинув руку на живот Джисона, чтобы тот не двигался. — Будь хорошим, — сахарно-сладко сказал он, — Ты же этого хотел, да? Джисон кивнул, отчаянно проговаривая: — Да, да. Минхо удовлетворённо хмыкнул, губами продолжая целовать шею Джисона, пальцами растягивая его. Он держал его у самого пика, но не давал кончить. — Тогда будь терпеливее, Сони, — промурчал он, языком облизнув его шею. — Я не хочу торопиться. Джисон простонал, руками потянувшись к спине Минхо, впиваясь ногтями. — Минхо, пожалуйста. Вместо этого Минхо резко ускорился, толкаясь пальцами резко и глубоко, надавливая на место, из-за которого всё тело Джисона вздрагивало. Джисон простонал, выгнув спину. Бёдра дрожали, всего было слишком много. Пальцы Минхо раздвинулись, растягивая сильнее, толкаясь глубже. Джисон был на грани. Джисон попытался двигаться, попытался продолжить насаживаться на пальцы Минхо, догоняя удовольствие, но… Зубы. Минхо укусил его за грудь, из-за чего Джисон простонал и задрожал. Минхо отстранился, его губы были мокрыми, дыхание тяжёлым. — Прекрати, Джисон-а, — пробормотал он, предупреждая. По спине Джисона побежали мурашки: — Сильнее. Минхо цокнул языком, целуя метку на груди Джисона. Он снова прикусил то же место, чтобы услышать его вздох. — Скажи пожалуйста. — Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста, — выпалил Джисон. Минхо ухмыльнулся. И засунул внутрь третий палец. Джисон всхлипнул. — Блять… — Видишь? — прошептал Минхо ему на ухо. — Ты так хорошо меня принимаешь, — он раздвинул пальцы, надавливая на простату. Он издал что-то между всхлипом и стоном: — Минхо… Минхо сладко хмыкнул. Его пальцы не останавливались, двигаясь так, что Джисон дрожал и пищал. И затем Минхо положил руку ему на низ живота и немного надавил. Джисон громко простонал. — Чувствительный, — сказал Минхо, чувствуя, как он дёрнулся. — Я знал, что ты будешь чувствительным, но не настолько. Джисон издал стон. — Я… я тоже не знал, — выпалил он, а его голос сорвался, когда Минхо так правильно согнул пальцы. Его бёдра дрожали, на животе был виден предэякулят, всё его тело напряжено. — Минхо. Минхо просто ухмыльнулся. — Ты так возбуждён, малыш, — сказал он на ухо Джисона. — Думаю, ты сможешь кончить так. Просто от моих пальцев. И голоса. Джисон с нуждой простонал. Его руки царапали спину Минхо. Минхо голодно посмотрел вниз. Он снова надавил на живот Джисона, в этот раз сильнее. Джисон вздохнул, и глаза Минхо засияли. — Я чувствую свои пальцы, — низко пробормотал он. — Чувствуешь, как я глубоко, Сони? Джисон всхлипнул. Он дрожал. То ли слишком много, то ли слишком мало. Он уже не понимал. — Блять, — прошипел Минхо, целуя очередной засос на шее Джисона. — Ты просто идеальный. Джисон, кажется, уже сошёл с ума. Его дыхание превратилось в небольшие и быстрые вдохи, он так сильно сжимал простыни, что они могут порваться. Его щёки горели, губы болели, глаза сияли от удовольствия. Минхо смотрел на него страстным взглядом, а голос был нежным и дразнящим, внимательным и жестким одновременно. — Посмотри на себя, — пробормотал он. — Так хорошо меня принимаешь, малыш. Джисон издал громкий всхлип, потому что толчки были слишком сильными, быстрыми и качественными. — Минхо, — его голос чуть громче шёпота, — Слишком много, я… Минхо нежно его погладил, но не остановился. Его пальцы сильнее растягивали Джисона, заставляя его плакать. — Слишком много? — развлекаясь, повторил Минхо. — Тогда почему ты сам на них насаживаешься, а? Джисон простонал, поднимая взгляд на него. Он уже не знал. Ему уже похуй. Он знал только то, что хочет ещё-ещё-ещё. Его бёдра не могли перестать двигаться, и они дрожали. Минхо наклонился к нему, прислоняя губы к уголку глаза Джисона, ловя языком слёзку. — Такой красивый, — выдохнул он. — Плачешь из-за меня, а? Джисон шмыгнул, беспомощно кивая, потому что это правда. Он плакал. Минхо хмыкнул и поцеловал его в лоб, щеку, в губы. — Ты такой хороший, — промурчал он, двигаясь пальцами медленно и глубоко. — Ты же готов к большему? Ты же хочешь большего? Джисон отчаянно кивнул, всхлипывая: — Да-да-да, пожалуйста. Минхо гордо улыбнулся и соединил их губы, поглощая каждый тихий звук от Джисона: — Так и думал. Он отстранился и потянулся к смазке и презервативу и, не разрывая зрительного контакта, открыл упаковку презерватива своими зубами. — Ты же мой, да? — спросил Минхо, надевая презерватив на член, шипя. — Ты же хочешь, чтобы я тебя трахнул? Джисон тут же уверенно ответил: — Да. Его губы разомкнуты, бёдра дергались. Он дотронулся до руки Минхо, хватая её и притягивая его к себе: — Хён-а. Минхо заткнул его поцелуем, сильнее вжимая в матрас. Он нанёс смазку на член и подвинул головку к дырочке Джисона, дразня, просто чтобы увидеть, как он дёргается и стонет под ним. Джисон вздрогнул, ногами обвив талию Минхо: — Прекрати дразнить. Минхо хихикнул, целуя его подбородок. — Но ты такой милый, когда умоляешь, — пробормотал он, пальцами водя круги на ляжке Джисона. Джисон издал раздражённый звук и откинул голову назад: — Минхо, быстрее. И Минхо наконец-то поддался. Он медленно и аккуратно толкнулся вперёд, чувствуя тепло Джисона вокруг себя, как он растягивался. Джисон задержал дыхание, ногтями впиваясь в спину Минхо: — Ох, блять. Минхо низко и хрипло простонал, лбом упираясь в лоб Джисона: — Блять, в тебе так хорошо, — он вздохнул, позволяя Джисону привыкнуть к члену внутри, но потом слегка двинулся и… Всё тело Джисона напряглось, он откинул голову назад и громко и высоко простонал. — Ещё-ещё-ещё, пожалуйста. Минхо ухмыльнулся, голодно и грубо целуя Джисона, а потом отстранился, но снова двинул бёдрами вперёд, и Джисон ахнул. — Не переживай, малыш, — пробормотал Минхо, перемещая губы ниже, оставляя на шее очередной засос, слушая каждый его всхлип и вздох. — Я о тебе позабочусь. Затем он вытащил член, но через секунду сильно и глубоко толкнулся. Джисон стонал и издавал жалкие всхлипы. Минхо трахал его так, как будто Джисон ему принадлежит. Может, так и есть. Может, он всегда ему и принадлежал. Хватка Минхо оставляла следы. Одна рука была на животе Джисона, не давая ему двигаться самостоятельно, а другая рука держала его за ногу, держа его там, где хотелось Минхо. Он тяжело дышал. — Ты мой, — сказал Минхо. Он медленно двигался и толкался очень глубоко, заставляя Джисона почувствовать каждый сантиметр. — Посмотри на себя. Ты такой красивый, мой Джисон-а. Джисон всхлипнул, царапая спину Минхо. — А-а-а, — кричал он, а слёзы стекали по щекам. Минхо слизывал эти слёзки. — Посмотри на себя, — пробормотал он, нажимая на нижнюю часть живота Джисона, прямо там, где был его член. — Наполнен мною, что это можно даже увидеть. Джисон издал очередной стон. — Блять, блять, так много, так глубоко, я не смогу… Минхо сильнее его сжал. Он улыбался, когда Джисон выгнул спину, а его трясущиеся слабые ноги пытались обвить его талию. — У тебя всё получится, малыш. Ты был создан для этого. Ты был создан для меня. Он отстранился, чтобы видеть лицо Джисона. Оно было мокрое от слёз: — Так и есть, да? Джисон отчаянно кивнул, и его уже не заботило, как отчаянно он выглядел. Он тянулся к Минхо, обвивал ноги вокруг него и чувствовал растяжку. — Да, нгх-х-х, я твой, я твой… Минхо прорычал и толкнулся, вырывая всхлип из Джисона. — Правильно, — пробормотал он и обхватил лицо Джисона, большим пальцем вытирая слёзы. — Мой Джисони. Мой Сони. Мой милый парень, — хрипло сказал он. Джисон простонал и закрыл глаза. Он ахнул и схватился за плечи Минхо. Минхо подвинулся и выше закинул ногу Джисона, толкаясь в него сильнее и глубже. — Нгх-х-х, такой красивый, — сказал он с чувством собственничества. — Так хорошо меня принимаешь, — он снова укусил Джисона. — Тебе хорошо, малыш? — Да, — вздохнул Джисон, водя руками по спине Минхо, оставляя кровавые следы. — Такой красивый, такой хороший для хёна. Минхо ухмыльнулся, целуя его, сглатывая каждый всхлип и стон. — Я знаю, малыш, — пробормотал он. — Я знаю. Минхо не замедлился. Наоборот, он начал трахать Джисона сильнее, с каждым толчком вбивая его в матрас. Джисон стонал, всхлипывал и чувствовал всю длину. Руки отчаянно цеплялись за Минхо. — Минхо, — высоко пискнул он. — Пожалуйста. Минхо простонал, сильнее сжимая бёдра Джисона, держа его на месте. — Что пожалуйста, малыш? — сказал он, проводя языком по щеке Джисона. — Скажи мне. Джисон охнул и покачал головой, не зная, чего даже просит. Он знал, что ему нужен Минхо. Близко, глубоко. Он нужен ему как воздух. Минхо прижал лоб ко лбу Джисона, его толчки стали быстрыми, надавливая именно туда, куда хотелось Джисону. — Боже, только послушай себя, — прошипел он. — Плачешь из-за меня. Ты такой хороший. Джисон всхлипнул и снова выгнул спину. Минхо успокоил его поцелуем, сглатывая каждую мольбу, каждый стон. — Всё хорошо, ш-ш-ш, — сказал он в губы Джисона. Джисон всхлипнул и потянулся к волосам Минхо, притягивая его максимально близко. Он тонул в словах и прикосновениях Минхо и том, как он его трахает. Минхо подвинулся и начал толкаться под таким углом, что он каждый раз задевал простату Джисона. Джисон стонал, его бёдра дрожали, и он сильно сжимался. — Вот тут, — сказал Минхо, улыбаясь. — Я знал, что ты будешь хорошим, — он подвинул руку и обхватил член Джисона, водя по нему в такт толчкам. Джисон всхлипнул: — Нгх-х-х, боже-боже-боже. И Минхо продолжил. Продолжил его трахать, бормотать похвалу прямо ему в губы. Он шипел, окончательно теряя себя в Джисоне. — Мой малыш, — выдохнул он. — Кончай. И Джисон кончил. Он простонал, его тело сжалось, а удовольствие накрыло его одной сильной волной. Он кончил с отчаянным вскриком, а его стенки начали сильно сжиматься вокруг члена Минхо. Минхо простонал и замедлил темп, глубоко толкаясь, помогая Джисону с оргазмом. — Молодец, — сказал он, наблюдая за тем, как Джисон дрожал, как его красивое лицо расплылось в удовольствии, как дрожали его губы, и слушал его тихие стоны. Его толчки стали отчаянными и глубокими, а пальцы оставляли синяки на мягкой коже Джисона. Он близко, очень близко. — Блять, малыш, в тебе так хорошо, — сквозь зубы сказал он и поцеловал Джисона. Джисон стонал, пальцами играясь с волосами Минхо, держа его близко к себе. — Пожалуйста, — прошептал он, дрожа. — Кончи в меня, Минхо. Наполни меня, ах-х-х. Минхо низко прошипел, входя в него всей длинной, и кончил в презерватив. Его тело напряглось и задрожало. Он громко дышал и низко стонал, сильно обхватив ляжку Джисона. Несколько секунд было слышно только их тяжелое дыхание. Имело значение только тепло от их прижатых тел и то, как Джисон вцепился в Минхо. Минхо неровно дышал и приподнял лицо Джисона, чтобы посмотреть ему в глаза. Он приблизился и нежно поцеловал Джисона в губы. Джисон пискнул, когда он вытащил член, заставляя Джисона сжиматься вокруг пустоты. Джисон смотрел, как тот отошёл, принёс салфетки, вытер их животы и смазку с бёдер и задницы. Джисон закрыл глаза, и Минхо накрыл его одеялом, обнимая его за талию. Джисон зарылся лицом в его шею и издал тяжёлый вздох. — Как ты? — спросил Минхо, целуя его в висок. — Так хорошо, — пробормотал Джисон, целуя подбородок Минхо. Минхо мягко хихикнул, целуя нос Джисона. — Прекрасно, — он сильнее его обнял. Джисон почувствовал тепло Минхо вокруг себя и начал расслабляться. Джисон начал засыпать, но резко кое о чём вспомнил. Он открыл глаза и немного отстранился. — Ты же больше не будешь заниматься сексом по телефону с другими, да? Минхо низко засмеялся, и Джисон почувствовал себя в безопасности. Всё будет хорошо. Он притянул Джисона к себе, поглаживая его по плечам. — Не переживай, малыш, — повторил он, целуя Джисона в лоб. — Я уволился ещё вчера. Джисон на секунду замер и улыбнулся: — Хорошо. Минхо снова поцеловал его в лоб.