Не мой выбор

Ивана Купала. Солнечные лучи превратившись вдруг из совершенно обычного света в небывалых прыгунов, скакали по покатым крышам домов, вырисовывая все новые узоры. Бутоны подставляли цветные бока, хоть еще вчера были срезаны и стали украшениями дворов, сегодня забывали про это, снова становясь живыми. Деревья приосанились, поднимая кроны все выше к небу, птицы шебутными стайками перекрикивали общий шум своими песнями. В них даже угадывали ноты чего-то таинственного но до невозможности веселого. С самого утра, когда некоторые только ложились в кровати после тяжелого дня, они не смолкали подначивая шевелиться. Коты, собаки, скот, даже бабочке и те смело садились на плечо, даруя и без того хватающее тепло. День, что всю неделю мне казался чем-то утомительным теперь заиграл совершенно другими красками и я сейчас говорю не про изобилие цветов вокруг. Курносый мальчишка, лет семи, идет за руку с женщиной что каждую секунду одергивает его. Он все никак не может рассмотреть дивные узоры, что накануне его мать с бабушкой вышили на рукавах. Рубаха латаная, особенно там, где узоров больше всего, но мальчик смотрит на нее не отрываясь, оттого и переципается бесчисленное количество раз. А когда он, все таки отвлекшись от созерцания обновки, решает взглянуть на меня - улыбка сама собой яркой вспышкой появляется на лице. Огонь радостно треща тоже срывается искрами с пальцев, отчего мальчишка вообще выпадет из мира. Выдох у него получился настолько резким, что даже мать с недоверием обратила на меня внимание. Восхищение пополам со страхом - весь его вид кричал о том, как он сейчас не хочет идти дальше. Маленькая ладошка вырывается наверх и с силой мне машет. Будто мы знакомы уже давно, словно я его друг. И мне ничего не остается как помахать в ответ, посылая новый сноп ярких вспышек, что так радуют ребенка. До обеда еще далеко, но аромат - что я вижу в каждой топленной печке - свежеиспеченных пирогов занимает весь эфир. Хотя может и не совсем весь… - Мир, ты как скажешь… ой, не могу, - женщина, волосы которой уже как пару лет тронуты сединой, сейчас сверкает белоснежными зубами не хуже нового бокала, и хлопает по плечу бородатого мужчину. Он в свою очередь улыбаться чуть скромнее, но улыбка касается глаз, от которых расходятся в разные стороны лучики, - Ты лучше потом малому не забудь сказать, а испугался бедняга, только пятки сверкали! - Конечно расскажу, - мужчина поглаживал бороду, и в задумчивости повернулся на дом, который как и все был по праздничному украшен и откашлялся, - Когда дочь мне голову за такие байки отвертит, тогда и расскажу. Новый взрыв хохота пронесся над деревней летним ветром. Его тут же перекрывал другой, а потом и третий и четвертый. Смех щедрой рукой разливался по всем улицам, делая редкие паузы на перекусы и мирные чаепития. Словно с этим праздником сюда пришло еще что-то, забрав всю тяжесть проблемы висящей над деревней прозрачным куполом. Некоторые боялись богов, оттого не вспоминали плохое, играя с детьми и развешивая над навесом пучки непонятных, но сильно пахнущих трав. Кто-то и вовсе был занят семьей, что наконец приехала повидать их, и у людей не оставалось времени на всякую ерунду. Я вдыхал эти ароматы полной грудью, и мне ничего не оставалось, как поддержать их в этой слабости и просто наслаждаться атмосферой. И не только я. - Как хорошо-о, - Арана, сидит рядом со мной на скамейке, вытянув по кошачьи ноги и практически мурчит, зажмурив глаза, - И почему я раньше не замечала как тут уютно? Не знаю как так получилось, но задачу разжигать печи и поддерживать в них нужную температуру поручили нам вдвоем. Столовая как и все предыдущие дни по уши была в заботах о вечерних гуляниях, где кушать хочеться даже самым неприхотливым. А это еще и при том, что на протяжении дня хотелось бы что то перекусить. Так что не покладая рук, во главе с Марьей Ивановной, повара трудились круглые сутки. Но внутри места оказалось не так много, так что в прямом смысле нас выставили на задний двор, приказав далеко не уходить - огонь бесновался. Он словно чувствовал всеобщий настрой и никак не хотел утихомиривать свои таланты, вот мы и приходили на помощь. Поделив по две штуки каждому, мы наслаждались покоем, одновременно работая. Не прикопаешься. Задняя стенка кухни, где оказались две довольно крепкие лавки, была повернута прямиком к лесу. Буквально в паре метров начинали расти густые хвои, своими кронами делая тени, и пахли они настолько что начинала кружиться голова. Более сильного запаха я в своей жизни никогда не слышал и наверное не услышу. - Потому что нас гоняли как сидоровых коз и будут гонять, - немного совладав с окружностью у себя на плечах, я наконец смог выдать ответ, при этом даже хмыкнуть. Надеюсь со стороны это не было похоже на кашель. Арана пожала плечами, продолжая смотреть вглубь леса. Ветер своими ловкими пальцами подцепил выбившуюся из высокого хвоста прядь и теперь играл с ней, перебирая и подкидывая вверх. Арана этого словно не замечала - как завороженная она вглядывалась в кроны деревьев, давая возможность ветру продолжать свои непонятные игры. Скулы заострились… Огонь внутри меня сделал непонятный кульбит разгоняя по венам кровь, отчего внутри здания послышалась ругань. Отвлекшись, я не сразу понял что ругань из-за меня. - Упс… - судя по тому что никто так и не вышел нас отчитывать, то ущерб я нанес не такой уж сильный, - Будем надеяться, что на нас они не подумают. - Ага, - Арана тоже перевела взгляд на открытое окно, где гомон чуть поутих, но продолжал ходить по кухне, - Ты только потом свои куски пирога проверяй. На всякий случай. - Ха-а-ха, - я сморщился от перспективы поесть горелое, но взял на заметку - кто знает какие злопамятные бывают повара, но тут же толкнул Арану в бок, - Ты в таком случае тоже, они - то не в курсе кто за какие печки отвечает. Я сказал это вскользь, вроде как поддержать шутку, но лицо девушки вмиг из расслабленного превратилось в напряженное. Брови домиком, в спину будто железную палку вставили, а с лица спал даже намек на улыбку, хотя до этого уголки губ постоянно были приподняты. Даже непослушный ветер перестал трепать волосы, аккуратно уложив их на плечи завитками. Арана по прежнему на меня не смотрела, устремив взгляд в пол, но такая резкая смена настроения мне не понравилась. Неужели шутка не зашла? - Ар…, - голос не слушался, веселье испарилось будто его и не было вовсе, но я пытался приклеить непринужденную улыбку - может она утюг дома выключить забыла, а я тут разнервничался - Ты чего? Резкий поворот головы, глаза в глаза. Страх, что промелькнул в ее выражении лица нельзя было скрыть ничем, и не знаю случайно ли, но я его заметил. Не утюг. Заметив мое волнение она попыталась улыбнутся как я минуту назад, но губы как приклеенные стремились сложится в тонкую линию. Взгляд соскользнул с моего лица и стал блуждать вокруг, не в силах остановится на одном. Она изменилась. Огонь, в ответ на эту мысль послал ободряющий сигнал, но легче от этого не стало. Сейчас вспоминая и сопоставляя два образа одной девушки мне все понятно, но вопрос в другом. Почему я так упорно не замечал этого раньше? Не только скулы, девушка вся будто теперь была соткана из другой материи: изменилось то, что казалось раньше должно было оставаться неизменным. Взгляд. Серые глаза, что возле самого зрачка были усыпаны зелеными крапинками. Они насквозь были пропитаны страхом и странным чувством, что у меня в душе отозвалось когтями по сердцу. Руки торопливо дергали шнурок спортивных желтых шорт, из раза в раз накручивая его на пальцы и обратно. - Ар, что случилось? - мне было трудно справится с бурей в душе, но я старался не так очевидно подавать вид, что сам до смерти напуган. Ей хватает и своего страха, чтоб еще переживать что у меня с головой непорядок. Облизнув побледневшие губы, она оглянулась по сторонам с таким остервенением, что в ушах стоял треск позвонков. - Тебе не страшно? - голос ровный, без тени дрожи, но взгляд полный надежды и все еще непонятного чувства, путал все карты. В глазах мелькнуло воспоминание. Уже покрытое пылью, оно сквозь туман пробиралось в моем сознании и вставало рядом. Темница. - Ты о чем, - в голове мутно, я даже до конца не понимаю какие слова говорю. В ушах звенит смех. Ариан. Мы его похоронили в начале лета. Вернее то, что от него осталось. В голове закралось смутное сомнение, и я ухватился за него как утопающий за соломинку, - Ты ведь не была больше одна в темнице? Примерно в тот же период похорон оказалось, что попался еще один дымчатый. Все были заняты подготовкой к очередному тренировочному бою как оказалось что Арана ушла. Перед этим ее мучила бессонница из за чувства вины перед сыном Марьи Ивановны. Как по мне непонятная. Но все равно изначально мы решили что она пошла именно к ней, поэтому мы и двинулись к столовой. Арана мы нашли там. Одну. Бледную словно привидение, с покрасневшими белками и распухшим носом. После громкого скандалы мы дружно пообещали, что одни ни в коем случае не будем лезть на рожон. Не важно будь то темница или выход за купол по ягоды. Ия кричала про ягоды. Да и в целом кричала больше она. - Арана, отвечай, - зубы неприятно скрипнули на последнем слове, а Арана потупила взгляд, упорно пряча красные щеки, - Ара! - Да была, но сейчас не об этом! Тебе не страшно, что все сильно расслабились? Что дымчатые это почувствуют и вновь нападут? А купол сегодня открыт, куча незнакомых людей, как вообще разобрать где наши, а где нет? Айдана обещала что охраны будет больше, но за все время на опушке леса никто не появился, хотя граница не так уж далеко! Вот где они все? Вопросы лились из нее как из рога изобилия, а тревога все больше сжимала горло. Волна чужих эмоций и переживаний обрушилась на стену, что я так долго выстраивал внутри себя. Почуяв свободу, огонь враз опалил мне все внутренности, больше всего коснувшись метающиеся сердце. В глазах заискрило, а легкие кажется сплющило - дышать получалось через раз. Но ничего из этого мне не делало так больно, как слезы девушки сидящей слева от меня. - Ара, Ар… Ну все, тише. Все хорошо, - огонь внутри продолжал делать кульбиты, но увидев что я приближаюсь к Аране, немного стих. Девушка меня не слышала, молча рыдая, закрыв лицо. Согнувшись до размеров клубка ниток она мне стала напоминать котенка, который слишком рано понял что такое жизнь. Поэтому с той же осторожностью, с которой приучают цирковых тигров, я положил сначала одну руку ей на плечо, а потом и вовсе притянул, не в силах унять тремор, - Тшш, все в порядке. Ну ты чего? Сколько лет подряд уже деревня проводит этот праздник, пока дымчатые есть. И все хорошо. Слышишь? - левое плечо, куда она уткнулась уже было ощутимо мокрым, но я даже не подавал виду - телодрожание заметно уменьшилось, - А патрульные, так я лично видел как они за купол выходили. Проверять то лучше всего снаружи, пока они еще с толпой не слились, - опомнившись я еще добавил, - Но и внутри тоже есть. Просто скоро обед, видимо пересменка. Ну? Пока я это говорил даже не заметил, что пожар исчез. Только мирно тлел где-то глубоко, не подавая виду, поддерживая температуру печей. Инстинктивно я все четыре захватил, так что надеюсь повара перемены не сильно заметили. - И тебе не страшно? - голос звучал глухо, я все еще прижимал девушку к себе, - Пусть и патруль, пусть снаружи. Мы видели что они делают, разве тебе ни капли не страшно? - Конечно страшно, - вдох и выдох - дышать получалось легче, - Но ведь с нами Хранители, Орион со своими ищейками, здесь нам ничего не угрожает. Да и если так подумать мы тоже не пальцем деланные. Как в тот раз за куполом уже точно не получится. - Думаешь? - все еще тихий, но уже спокойный голос слышался из района моей грудной клетки. - Уверен.