За кулисами любви

      Вечер. Рабочий день наконец подошел к концу и они вернулись домой. Можно было бы выдохнуть, сесть на диван и укрыться пледом — но нет. Курьер позвонил в самую последнюю минуту, когда Вика уже собиралась выключить свет в коридоре: заказ доставлен. Кроватка. Та самая, которую она выбирала с Игорем несколько дней назад, пересматривая все возможные варианты в интернете и споря о форме спинок.       Теперь коробки с деталями занимали половину гостиной, а Игорь с упрямством, достойным лучшего применения, пытался собрать все в единое целое.       Вика стояла на кухне, перемешивая жареную картошку на сковороде. Запах чеснока и свежемолотого перца приятно щекотал нос. Она то и дело прислушивалась к происходящему за стеной — там что-то гремело, постукивало, а иногда доносилось напряженное: «Да как же ты, зараза, крепишься-то?..»       Прошло уже больше получаса, а звуки становились все менее обнадеживающими. В какой-то момент раздался глухой грохот, и Вика резко выключила газ. Она вытерла руки о полотенце и, подавив смешок, направилась в гостиную.       Игорь сидел на полу в окружении деталей. Одна из сторон кроватки безвольно лежала у него на коленях, вторая только что с грохотом опрокинулась на пол. Он бросил на нее усталый взгляд и снова взял в руки инструкцию, как будто надеялся, что при повторном прочтении схема вдруг прояснится.       — Игорь, — негромко позвала Вика.       Он вздрогнул и поднял глаза. Взгляд напряженный, но теплый.       — Может, лучше позовем кого-то, кто в этом разбирается? — мягко предложила она. — Тебе не обязательно так мучиться.       — Нет, — коротко отрезал он, снова взглянув в схему. — Я сам соберу кроватку своей дочери. Это не обсуждается.       Тон был не резкий, но твердый. Вика прикусила губу, улыбнулась. Подошла ближе.       — Ты уверен?       — Уверен, — он поднял взгляд, — Что я за отец, если не могу собрать такую мелочь для нашей девочки?       Она подошла за спину, обняла его за плечи. Его спина, напряженная от усилий и раздражения, медленно расслабилась.       — Ты уже самый лучший, — прошептала она, погладив по его волосам. — И дело не в кроватке. А в том с каким рвением ты хочешь заботиться о ней, даже когда она еще не родилась. Ты уже папа. Самый настоящий.       Он чуть улыбнулся, неуверенно.       — Думаешь, она меня полюбит?       Вика отстранилась, и чуть наклонившись, посмотрела в его глаза. В них отражался свет лампы и что-то еще — робость, тревога, нежность.       — Она уже, наверное, чувствует, как ты стараешься, — сказала Вика, погладив его по щеке. — А когда появится — она будет тебя обожать. Я уверена.       Она коротко поцеловала его. Тихо. Нежно.       — А пока… — прошептала она, — На сегодня достаточно. День и правда был трудный. Ты устал. Поэтому у тебя и не получается.       — Хочешь сказать, проблема во мне? — усмехнулся он.       — Проблема в том, что ты упрямый, — засмеялась Вика. — Завтра ты все это победишь. А сегодня отдохни — ужин готов. И давай, без споров.       Игорь вздохнул, посмотрел на разбросанные детали. Они действительно были расставлены так, что пройти невозможно.       — Сейчас чуть-чуть тут подберу, а то еще кто-то ночью сломает себе ногу.       — Только без геройств, — она мягко провела по его левой руке. — Не перенапрягайся. Если тяжело — не поднимай.       Он усмехнулся, приподнялся на одно колено и отдал честь:       — Есть, мэм.       Вика с легкой улыбкой вышла из комнаты, оставляя за собой запах картошки и тихое тепло.

***

      Некоторое время спустя, собрав части кроватки и отодвинув ее ближе к стене, Игорь прошел на кухню. Там уже царила приятная домашняя суета — Вика ставила тарелки на стол, проверяя, не забыла ли что-то.       — Аня! — позвала она.       Через пару секунд из комнаты появилась сестра. Она села рядом с Игорем, подтянув стул.       — Какие запахи, — с наслаждением протянула она, вдыхая аромат еды. — Прямо как в детстве.       — А как иначе? — усмехнулась Вика, усаживаясь с ними. — Я старалась.       Они начали ужин. Какое-то время ели молча, наслаждаясь теплом и вкусом.       — Мм, — протянул Игорь, поднимая взгляд, — как всегда очень вкусно. — Он тепло улыбнулся Вике, и она улыбнулась в ответ.       — Кстати, — сказала Аня с лукавым блеском в глазах. — Я видела кроватку. Или, точнее… попытку собрать ее.       — Эй, — Игорь прищурился, указывая на нее вилкой. — Это тебе не лего. Там такие детали, что так просто не разобраться.       — А для этого, между прочим, и существует инструкция, — невинно ответила Аня, прихлебывая сок. — Чтобы… упрощать.       Он открыл рот собираясь что-то сказать, но Аня отвернулась, будто и не замечая это, попивая сок, почти пряча довольную улыбку. Он недовольно сжал губы в тонкую линию.       — Так, Том и Джерри, — вмешалась Вика с легкой строгостью, бросив на них выразительный взгляд. — Объявляю перемирие. Мы же ужинаем.       Аня и Игорь синхронно фыркнули, но притихли.       С недавних пор их пикировки стали чем-то вроде традиции — дразнящие, но с налетом веселья, будто без этого им уже неинтересно.       — Раз ты такая умная, — Вика повернулась к сестре, — завтра поможешь ему. Почитаешь инструкцию. С твоим аналитическим складом точно разберешься.       — Я? — удивленно переспросила Аня, делая вид, что не расслышала.       — Да, ты. Вот и проверим, кто у нас тут главный специалист по мебельной инженерии, — усмехнулась Вика.       Аня опустила глаза к тарелке, жуя с видом оскорбленного гения.       Игорь довольно усмехнулся, но не успел насладиться моментом.       — И не радуйся раньше времени, — теперь уже к нему повернулась Вика. — Завтра после работы заглянешь в магазин. За инструментами. Ты сам ворчал, что не хватает нормальной отвертки.       Игорь тяжело вздохнул и снова занялся ужином.       Вика покачала головой, не скрывая легкой улыбки. Иногда она чувствовала себя будто среди старших школьников на перемене. Но в этой бесконечной перепалке — было что-то уютное. Что-то по-семейному настоящее.

***

      — В общем, рабочая версия — разбор конкурентов. Сейчас проверяем алиби, завтра с утра рапорт, — отчитался Игорь.       — Завтра с утра? — переспросил Пряников.       — Угу.       — Не торопись. Симоненко уже все прислал, — бросил он с привычной хмуростью и, взглянув на часы, добавил: — Ладно, свободны. По домам.       Он направился к выходу, а Игорь перевел взгляд на Вику. Она, не сказав ни слова, кивнула, и они вышли вместе.       На улице было прохладно, чувствовалась весна — асфальт подсох после недавнего дождя. Ветер был легким, свежим, без холода, но куртку все еще не хотелось снимать.       Игорь достал ключи, и с привычным, почти ритуальным жестом открыл для Вики дверь. Она слабо улыбнулась и села в машину. Он обошел капот, сел за руль, настраивая зеркала и роясь в бардачке. Вика смотрела на него, не отводя взгляда, словно что-то пытаясь прочитать в его лице.       Он заметил ее внимание и, краем губ усмехнувшись, повернулся к ней.       — Что? — с легкой иронией спросил он. — Что ты так на меня смотришь?       Вика прищурилась.       — Все в порядке?       — Да, вполне. А что?       Она вздохнула и на мгновение отвела глаза к окну, потом все же вернулась взглядом к нему.       — Не знаю… Ты провел с ним весь день. Я ожидала допроса.       Игорь коротко фыркнул.       — Если честно, я не представляю сколько ты выдержала с ним.       — Прожили год. А потом я от него сбежала, — невозмутимо бросила она.       Он усмехнулся, хотя плечи все еще были напряжены.       — Не удивлен, — пробормотал он, опуская взгляд. Его пальцы машинально сжались на руле.       Вика немного наклонилась к нему, голос стал тише:       — Хочешь что-то еще спросить?       Он чуть замедлил дыхание. Вопрос словно застрял где-то между «надо» и «не стоит». Но все-таки:       — А почему… ты мне не рассказывала? О нем.       Она легко пожала плечами.       — Повода не было. Ты не спрашивал. Да и… я сама уже давно про это забыла, если честно. Это все осталось далеко в прошлом, Игорь.       Он медленно кивнул, отводя взгляд в сторону — за окно, где полицейские один за другим покидали участок. Все шло как обычно. Все, как будто, спокойно.       — Между вами… ничего же не случилось сегодня? — осторожно спросила она, голос невольно выдал напряжение.       — Нет, — покачал головой он. — Все в порядке. Просто он… слишком правильный. Все по регламенту, по инструкции. Прямо как с учебника. Зануда просто страшный.       — Вот именно, — посмеялась она, — Надеюсь, ты не будешь ревновать, да?       — Я? К нему? — он усмехнулся, — Было бы за что ревновать, знаешь ли. Я вообще удивлен тем фактом, что вы когда-то были вместе. Хотя… если подумать, теперь яснее, откуда у тебя эта любовь к правилам и контролю.       — То есть не будет никаких сцен? — с прищуром уточнила она.       — Не-а, — он поднял одну руку в знак клятвы, а второй коснулся груди, — Клянусь: никаких драк, скандалов и выяснений. Ты выбрала меня. И только это имеет значение.       Вика на секунду задержала взгляд на нем, и ее лицо смягчилось. Она коснулась его руки — легко, но с теплом. Он поймал ее пальцы и, не раздумывая, прижал их к губам, поцеловав костяшки.       — И тебе нельзя волноваться, — проговорил он мягко, — Я не дам тебе ни одного повода.       Она кивнула, улыбнувшись, и он наклонился, чтобы коснуться ее губ коротким, нежным поцелуем.       Они отстранились с легкими улыбками.       — Едем домой?       — Угу, — Вика устроилась поудобнее в кресле, сжав его руку, — Только не забудь купить инструменты. Кроватка тебя ждет.       — Хорошо, что ты напомнила, дорогая, — хмыкнул он и, заведя двигатель, повернул руль.       Машина мягко тронулась с места, унося их в конец дня и к началу чего-то большего, чем просто вечер.

***

      Вика занималась ужином, слышала, как в гостиной Игорь борется с креплением последней стенки кроватки — и это даже вызывало улыбку. Но внезапный звонок в дверь все изменил.       Она вытерла руки о полотенце и направилась в коридор. Открыла дверь — и на мгновение замерла.       — Привет, — тихо сказал Валерий. В руках у него был небольшой ящик с инструментами. — Слышал, у тебя кроватка сломалась. Пришел помочь.       — Она не сломана, — холодно отрезала Вика, нахмурившись. — И мне твоя помощь не нужна. Можешь ехать обратно.       — Даже не впустишь?       — Нет, — сказала она твердо, скрестив руки на груди. — Слушай, я не знаю, почему тебя перевели именно в наш отдел. Это не в моей власти. Но в мою личную жизнь не суйся. Наши отношения закончились. И не возобновятся. Я никогда к тебе не вернусь. Я ясно выразилась?       Он опустил глаза, сжав губы и достал что-то из внутреннего кармана — золотое кольцо.       — Ты забыла его… тогда, ночью.       — Я не забыла, — спокойно поправила она. — Я ушла.       — А ты никогда не думала, как бы все сложилось, если бы осталась? — тихо спросил он, но глаза выдавали все чувства.       Вика чуть покачала головой, глядя ему в глаза.       — Нет. И не хочу. Сейчас у меня все хорошо. Я счастлива. Так что, пожалуйста, уходи.       Из глубины квартиры донесся голос.       — Вик! Кто там? — позвал Игорь.       Она слегка обернулась.       — Никто! Ошиблись дверью! — ответила она быстро и снова взглянула на Валеру. — Тебе лучше уйти. И, пожалуйста, не лезь туда, где тебя больше нет.       С этими словами Вика взяла ручку и закрыла дверь. Медленно, без хлопка.       Она выдохнула, чуть прикрыв глаза. Подождав минуту, она собралась и вернулась в гостиную.       — Подожди, подожди! Не смотри! — засуетился Игорь, заслоняя собой маленькую зону у стены.       Она усмехнулась и покачала головой, отвернувшись.       — Минутку, почти… — пробормотал он, крутя отвертку. Последний щелчок, и он выпрямился.       Через пару секунд она почувствовала, как его руки мягко легли ей на плечи.       — Все. Теперь можно.       Вика обернулась — и невольно улыбнулась.       У стены стояла собранная белая кроватка. Простая, но уютная: мягкие закругленные бортики, вырезанные звездочки по краям, и крошечный мобиль с облачками, который он прикрепил сверху.       Она перевела взгляд на Игоря. Он смотрел на нее с гордой, чуть мальчишеской улыбкой.       — Все же собрал, — усмехнулась она.       — Да, — довольно отозвался он. — Оказывается видео с ютуба помогают больше, чем инструкция. Не суть. Лучше, скажи, как тебе? Нравится?       — Молодец. Очень хорошо, милый, — прошептала она, подойдя ближе и целуя его в щеку.       Он обнял ее одной рукой, прижимая к себе.       — Осталось дождаться шкафов, и тогда уже все окончательно соберем. И останется только детская.       Вика кивнула и, вздохнув, прислонилась к нему.       Она была дома. Там, где ее сердце. И пусть прошлое пыталось напомнить о себе — у нее уже был выбор. И она его сделала.