За кулисами любви

      После удара по голове когда Игорь услышал что братья ушли, он стиснул зубы, резко повернувшись и схватился за затылок.       — Черт… — прошипел он сквозь боль, нащупывая телефон. — Але, Жек. Помнишь братьев той няни? Да, быстро, дуй в аэропорт. Звони всем.       Он сбросил звонок, медленно поднялся, опираясь на край комода, и бросил короткий взгляд на испуганную женщину.       — Все хорошо. Слышите? Все будет хорошо, — бросил он и выскочил за дверь.       У входа в территорию чуть поодаль под тенями деревьев стояла его машина, чтобы не бросалась в глаза. Игорь подбежал к ней, сел за руль, завел двигатель. Руки дрожали, но он держался. Выехав на дорогу, тут же нажал кнопку вызова.       — Игорь? Где ты? — тут же откликнулась Вика.       — Уже в пути. Слушай внимательно. Ребенок, которого только что «похитили», — ненастоящий.       — Что?.. — в голосе дрожание.       — Это та самая кукла с курсов. Мы ее подменили. Она в переноске. Братья уверены, что это настоящий ребенок. Пока все по плану.       — Боже… — выдохнула она. — Я сейчас скажу Жеке и…       — Нет! — он резко обогнал машину, не отрывая глаз от дороге, голос его был напряженным. — Вика, спектакль должен быть до конца. Пусть все думают, что это по-настоящему. Я позвонил тебе только потому, что не хочу, чтобы ты перенервничала.       — То есть… если что — ребенок в безопасности?       — Да. Но никто не должен об этом знать. Никто, Вик. Даже Жека.       Она замолчала на секунду. Потом коротко:       — Хорошо. Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.       — Об этом не волнуйся, — он слегка усмехнулся. — Просто дождись.

***

      Когда Игорь вошел в здание аэропорта, шум уже стоял неслабый — паника, выкрики, толпа, растерянные пассажиры. Сверху, на уровне галереи, стояли Пряников с Симоненко, пытаясь урезонить одного из братьев, который держал переноску над перилами, угрожая сбросить ее. Внизу, в зоне ожидания, стояли Вика и Жека, напряженно наблюдая за происходящим.       Соколовский чуть прищурился, усмехнувшись. Ситуация, как ни странно, складывалась в его пользу. Он спокойно направился к эскалатору, засунув руки в карманы, будто шел за кофе, а не спасать ребенка. Поднявшись, неторопливо скрестил руки внизу, будто просто пришел посмотреть.       — Че вы с ним церемонитесь-то? — крикнул он с насмешкой, глядя на коллег наверху.       Все обернулись. Даже брат, что стоял у края, с переноской в руках, замер, удивленно посмотрев на Игоря.       — Давно бы уже его… — спокойно добавил он, приближаясь.       — Я брошу его, слышишь?! — выкрикнул парень, напряженный, как пружина.       — Бросай, — с холодной уверенностью сказал Игорь, остановившись на несколько шагов ближе.       — Соколовский! — Пряников бросил в его сторону предупреждающий взгляд.       — Да не выбросит он, — отмахнулся Игорь, все с той же ленивой ухмылкой.       — Не веришь, а?! — голос дрогнул.       — Давай. Конечно. Мне-то все равно. — С каждым словом Игорь подходил ближе, глаза прищурены, шаги выверенные. — А вот ты не бросишь, потому что? — Он задержал паузу. — Силенок не хватит.       — Игорь! — голос Жеки с первого этажа прорвался сквозь общий шум.       Он опустил взгляд вниз — Вика смотрела прямо на него. Их взгляды встретились. Она поняла. Все еще помнит. Он чуть кивнул и вернулся к «нападающему».       — Бросай, говорю.       — Сомневаешься?       Игорь пожал плечами, не сводя с него взгляда, и кивнул.       — Ну?! — и в этот момент, почти в отчаянии, тот рванул рукой вперед.       Переноска вырвалась из его рук и полетела вниз. В толпе послышался испуганный крик.       Вика резко шагнула вперед. Аверьянов бросился под переноску, но не успел. Слишком поздно. Все, что он успел — это дернуться вперед с вытянутыми руками.       Игорь покачал головой и побежал вниз. Он обогнул заграждения, перескакивая ступеньки, и подбежал к переноске. Вика уже была рядом, хотела открыть ее — он мягко остановил ее рукой.       — Спокойно, — тихо сказал он.       Он сам наклонился и открыл переноску, вынимая из нее куклу.       — Ну что, Хуан, ты сегодня молодец, — усмехнулся он, поправив кукле рукав.       Вика едва заметно выдохнула, только теперь позволив себе облегчение.       — Чистая работа, сынок, — продолжил Игорь, словно ничего не случилось. Пожал кукле «руку» и притянул игрушку к себе, будто гордился ею.       Жека подошел с красным лицом, в его взгляде — смесь ярости и облегчения.       — Игорь, ты урод, — процедил он.       — Служу Отечеству, — тихо рассмеялся Соколовский и отдал честь… куклой. — А ты говорила, бесполезная игрушка, — шепнул он Вике.       Та закатила глаза и покачала головой, уже не зная — смеяться или злиться.       В этот момент к ним подошли Пряников и Симоненко, пробираясь сквозь толпу.       — Игорь, я тебя когда-нибудь лично пристрелю, — сдержанно бросил Пряников, увидев куклу.       — Спасибо, — с тем же спокойствием отозвался Соколовский.       — Это неправильно, товарищ подполковник, — вмешался Валерий, хмурясь.       — И вам спасибо.       — Ребенок где? — спросил Жека, нахмурившись.       — Ну… — Игорь оглянулся на переноску и на короткой волне объяснил им, что произошло: подмена, кукла, спектакль.       — Подожди, — нахмурился Пряников, переведя взгляд на Вику. — Ты что, знала?       Вика замялась, отвела взгляд.       — Эм…       — Конечно знала, — вмешался Соколовский, по-прежнему буднично. — Я же ей позвонил перед тем, как приехать в аэропорт. Ребенок же «падает», мне не нужно, чтобы она нервничала, думая, что он настоящий.       — А нам сказать, нет?! — вспылил Аверьянов.       — Жек, прости. Кто-то должен был сыграть все по-настоящему.       — Ты… — Жека шагнул ближе, замахнувшись, но Игорь отступил, прижимая куклу.       — Тихо-тихо, у меня ребенок на руках, Евгений.       Пряников устало прикрыл глаза и выдохнул:       — Дурдом…