Ошейник для моей королевы

— Решение за тобой. Я спрятала оружие за спину, сжимая его в руке с такой силой, что на коже проступила кровь. — Мы можем поговорить наедине? — Конечно. Донхён закрыл мою спину собой, чтобы никто не увидел то, что было в моих руках. Когда мы ушли за кулисы, наставник с любопытством и интересом смотрел на меня в ожидании решения. Секунду я колебалась, но жажда мести растекалась по телу как горячая лава, не давая путей к отступлению. Голос звучал неуверенно, но боль от лезвия сжатого в руке напоминала, что за кровь отвечают кровью. — Хочу чтобы он страдал... Глаза Донхёна недобрым блеском сверкнули в полумраке. Он хотел, что-то ответить, но я продолжила: — Хочу, чтобы смерть казалась для него желанным подарком. Наставник резко взял мою окровавленную руку с кинжалом, осторожно разжимая пальцы. — Один вопрос... – хриплый довольный голос разрезал пространство. Я подняла взгляд на Донхёна. — Хочешь сделать это сама или...? Мои слова озвучили нерешительно, потому что часть меня не могла представить какого это причинить боль живому человеку, другая – не считала убийцу сестры таковым, требуя расплаты. — Сама, – голос дрогнул. Уголки губ Донхёна приподнялись, обнажая зубы, а в глазах читалось удовлетворение и восторг граничащий с безумием. Мужчина взял меня за руку, собираясь отвести обратно в зал. Но я остановила его. — Подожди. Не хочу, чтобы Дин присутствовал при этом, он ведь ни причём. Донхён хотел что-то сказать, но лишь молча кивнул, оставив меня за сценой ждать его возвращения. Я взяла со стула полотенце, пытаясь оттереть кровь с ладоней. Всё тело трясло. Спустя десять минут наставник вернулся, подзывая к себе. Ноги отказывались идти вперёд, но мужчина не растерялся взяв меня на руки. Когда мы вышли – все вокруг замерли. Людей стало меньше, Дина уже не было в зале. Все взгляды были прикованы к нам. Кто-то смотрел немного сочувствующе, а кто-то с завистью. «Неужели эти женщины ревнуют Донхёна ко мне?» Мысль угасла так же внезапно, как и появилась. Мужчина поставил меня на пол, возвращая холодное оружие в мою руку. — Он весь твой, королева. Только сейчас я подняла взгляд и увидела Сонхва. Привязанным к конструкции похожей на крест. Рот был заклеен. В стороне на коленях, удерживаемая двумя мужчинами, сидела спонсор Дина, но до неё мне не было никакого дела. Глаза опустились к кинжалу лежащему на моей ладони, крепче сжимая рукоять. Я подошла почти вплотную, встречаясь взглядом с испуганными глазами своего бывшего друга. — Я хочу, чтобы ты рассказал мне правду. Рука одним рывком сняла скотч со рта мужчины – он лишь немного поморщился. — Джиюн, не знаю, что Донхён сказал тебе, но я ни в чём не виноват, клянусь тебе! Его речь звучала почти искренне, на секунду заставляя меня усомниться в своём решении. Но неподалёку прозвучал острый как лезвие голос наставника: — Ты хочешь, чтобы я показал запись вашей последней встречи с Союн? Сонхва побледнел поджимая губы. Глаза закрылись смирившись с поражением. — Говори. Иначе... Уголки губ убийцы дёрнулись, а когда он поднял на меня взгляд в нём не осталось ни малейшего следа от былого страха. — Иначе что, Джиюн? Ты видела себя? – Сонхва мягко рассмеялся. — На твоём месте я бы не злила человека с оружием в руках, – холодно без дрожи в голосе подчеркнула я. — Ты слишком милосердная девочка для таких громких слов. Ухмылка без тени вины застыла на его лице. Хотелось стереть её, заставить пожалеть о том, что он недооценивал на что я способна. Мешкая около минуты – собираюсь с силами и вонзаю острие ему в бедро – неглубоко, но достаточно, чтобы он вздрогнул. Кровь тут же пропитывает ткань светлых брюк. Сонхва издаёт небольшой смешок. — Ладно, ладно, я понял. И что же ты будешь делать дальше? — За что? Голос звучал с надрывом, в ушах звенело от адреналина накрывшего меня после первой пролитой крови. Я испытывала отвращение к самой себе. — Отвечать на этот вопрос бессмысленно, ты же уже всё решила, ведь так? На нервы действовало то, как самодовольно он улыбался и бесстыдно смотрел на меня так, словно я была голая. Удар рукоятью в живот – парень согнулся, но при этом начал смеяться. Спиной я ощутила приближение. Рука Донхёна мягко легла на поясницу, его голос звучал подобно шёлку – соблазнительно нежно: — Он не понимает, кто теперь задаёт правила. Научи его. Наставник жестом подозвал ассистента, который принес металлический поднос, на нём лежали: хирургические щипцы, медицинский спирт и шприцы, раскаленная докрасна длинная игла. — Сделай это... методично, – прошептал он, проводя пальцем по моей дрожащей руке сжимающей кинжал. Наставник отступил, предоставляя свободу действий. Его слова словно толкнули меня в пропасть – туда, где не существует запретов – лишь власть, которая сейчас была в моих руках. — Ты действительно будешь слушать этого психопата? Или уже успела раздвинуть перед ним ноги и поэтому он помогает тебе? Слова Сонхва дошли до меня мгновенно. Внутри кипела ярость. Но самое интересное было то, что в это мгновение защищала я вовсе не себя. — Замолчи! Я с криком всадила лезвие в рану на его бедре. Сонхва взвыл. «Наконец-то!» — Ты ничего о нём не знаешь, а будешь много болтать... – я приблизилась к его уху, обжигая кожу каждым последующим словом. — Отрежу тебе язык. Я медленно проворачивала остриё в ране, чтобы он чувствовал каждый миллиметр лезвия. Кровь стекала по его ноге на пол. Мужчина больше не мог сдерживать стенания. — Сука... – простонал он на выдохе и приблизился губами к моему уху. — Такая же, как и твоя никчёмная сестра шлюха, – Сонхва плюнул мне в лицо. Если мгновение назад во мне оставалась хотя бы капля жалости к тому, кто раньше считался другом, то после озвученных слов, всё, чего я желала – чтобы он умер мучительной смертью. Сердце колотилось под рёбрами, хотелось закрыть ему рот. Но голос разума подсказывал мне: «Он специально тебя провоцирует, чтобы ты быстрее со всем покончила. Сонхва знает, что его смерть предрешена. Боится пыток?» Мысль возникшая внезапно – заставила меня обернуться. Донхён улыбнулся и кивнул, словно подтверждая мои размышления. «Но откуда он знает о чём я думаю?» Резкий выдох. Лезвие вышло из кровоточащей раны Сонхва. Пришла пора играть по моим правилам. Собрав всю решимость, что во мне была, я приблизилась к лицу убийцы и прошипела сквозь зубы, прикладывая остриё кинжала к его щеке слегка надавливая. — Если ты считаешь, что я настолько глупая, чтобы дать тебе спокойно умереть, то спешу тебя расстроить, – лезвие провело дорожку, кровь выступила на лице айдола. Я действовала последовательно, хладнокровно. С каждой пыткой отвращение к самой себе уходило, сменяясь облегчением. В пару движений – перерезала сухожилия на его запястьях, лишая малейшей возможности сопротивляться. На что парень громко смеялся, словно не осознавая происходящего. Затем взяла щипцы, вырывая ноготь на мизинце. Здесь его бравада сменилась мольбой и попытками договориться, но мне было плевать. В довершении – прижгла рану раскаленной иглой – запах горелой плоти заполнил помещение. — Это за каждый день, который ты отнял у Союн, – говорила я, методично нанося повреждения. Парень истошно закричал, в его глазах застыл животный ужас – мне это нравилось, но долгожданное удовлетворение не спешило приходить. Стуча каблуками, я оставила Сонхва и направилась в сторону Донхёна. Говоря нарочито громко: — Господин, мне бы хотелось, чтобы моему «другу» оказали тёплый приём. Он как-то заскучал, а ваши гости, думаю, не против развлечься, – я состроила невинное выражение лица, но все присутствующие прекрасно понимали, что за этим кроется. Донхён просиял, удовлетворённый моей просьбой и действиями. — Твоё желание для меня закон, это же твой сюрприз, – он щёлкнул пальцами. «Немые» до этого момента зрители вскочили со своих мест, словно только и ждали команды хозяина. Как позже выяснилось, у каждого из них были свои личные счеты с айдолом. Спустя минуту они окружили связанного парня. Одна лишь женщина, в которой я ранее узнала спонсора Дина – сидела на коленях в углу, её лицо было залито слезами, но она была лишена возможности говорить. «Почему её держат?» Вопрос возник внезапно, но взгляд зацепился за сцену, разворачивающуюся на моих глазах, приковывая к себе всё внимание. Гость с электрошокером приложил прибор к шее Сонхва – он задёргался и взвыл, сказав сквозь зубы: — Твоя сестра... слишком много знала... Теперь уже не я пыталась заставить его говорить. Он начал сам, мечтая о том, чтобы пытки закончились. Один из гостей потушил сигару об лицо Сонхва, тот взревел от боли. Одна из девушек резала лезвием руки парня, комментируя: — Какой нежный кожный покров для мужчины. В это же время первый гость начал засовывать тонкие иглы под ногти убийцы. Горячее дыхание обожгло ухо: — Посмотри, как прекрасна твоя ярость, – Донхён сиял так, словно гордился ученицей. Но правда была в том, что вся испытанная мною боль – вылилась в этом моменте. А наставник лишь помог достать её наружу. Я почувствовала, как чьи-то пальцы обхватили щиколотку. Опустив взгляд передо мной предстала женщина в красном – спонсор Дина, двое мужчин оттаскивали её, но она отлепив скотч со рта, кричала: — Прошу, не убивай моего сына! Сердце на мгновение рухнуло. Я вопросительно перевела взгляд на Донхёна стоящего рядом. — Что это значит? Но не успел наставник ответить, на вопрос, как зал заполнил пробирающий до костей крик Сонхва. Плеть со свистом рассекла его оголенный торс. Он истерично смеялся, захлебываясь кровью. Задыхаясь, стал судорожно выплёвывать слова: — Союн... узнала, что я отдал... своей матери компромат на Дина, – Донхён жестом приказал гостям остановиться и замолчать. —...чтобы она смогла... шантажировать его и сделать своей игрушкой. Группа нуждалась в финансовой поддержке, но моя мамочка не из тех, кто готов отдавать деньги просто так... – он говорил с трудом, но я внимательно вслушивалась в каждое слово. — Пришлось пожертвовать Дином. — Он знает, что это твоя мать? — Никто не знает, включи мозги. Если бы он знал, то всему бы пришёл конец. Союн умерла... – Сонхва дышал с трудом, сплевывая кровь, я подошла ближе, чтобы лучше услышать признание. — Я убил её, чтобы она не болтала, и знаешь что... – он потянулся обезображенным лицом ближе ко мне. На языке возник металлический привкус крови. Было трудно понять эмоции на его лице, но улыбку невозможно было спутать ни с чем другим — ...тебя бы тоже не мешало задушить. Кинжал вошёл в плечо мужчины, послышался хруст костей. Он заорал, но почти сразу перешёл на хриплый безумный хохот. Донхён подошёл, приобнимая меня сзади, его губы коснулись уха и прошептали: — Он уже сломался. Покончи с ним. Зал замер. Голос наставника звучал в голове как мантра, одна рука до скрежета сжала рукоять, другой я схватила Сонхва за пропитанные кровью волосы, заставляя запрокинуть голову. — Это за Союн. Резкий взмах – и тёплая алая струя ударила в лицо. Я не моргала. Впервые за вечер почувствовав удовлетворение. Сонхва обмяк, повиснув на конструкции, а его мать закричала навзрыд. Всё её тело билось в конвульсиях. Донхён приказал: — Введите ей седативное. Она ещё пригодится как пример для других. Наставник взял мою окровавленную руку, оставив на ней лёгкий поцелуй. — Теперь ты настоящая королева.