Крест над несмиренной

Следующий день был похож на предыдущий. Кофе, утренняя молитва перед едой, завтрак и снова звонок в дверь. Будто дежавю настигло Арлекино. Слуга открыла дверь, но на пороге стояли ее верные подопечные - Лини, Линетт и Фремине. Они пришли навестить Отца. Ребята были очень юными. Близнецам, Лини и Линетт, было 13 лет, а Фремине на год младше. Дети часто навещали женщину по выходным, чтобы узнать как у той дела и просто поболтать. Ребята были сиротками, но сейчас находятся под опекунством церкви, в которой работает Слуга. Дети достаточно сильно к ней привязались и поэтому называют Арлекино своим Отцом, а та, в свою очередь, не против о них позаботится и потратить на них свой выходной день. Дети с порога радостным голосом спросили: —Отец, можно у вас погостить? —А я когда-то запрещала? Хах, прошу! — Дружелюбно ответила Отец и пустила ребят на кухню. На ее лице красовалась улыбка. Искренняя улыбка. Фурина снова появилась из-за спины Слуги и, глядя на детей, уже сидящих на кухне, спросила: —Это... Твои друзья? —Это моя семья. —Вот оно как... "Семья", — с грустным видом повторила Фокалорс, — а как это? Ну, иметь семью? У меня ее никогда не было. —Тогда просто наблюдай. Отец вместе с детьми пила чай с конфетами, что всегда были у хозяйки дома, Лини рассказывал об приключениях, в которых они побывали и кому помогали из монахинь в церкви. Линетт просто довольно пила чай, а Фремине смотрел то на Отца, то на воодушевлённого Лини. Фурина стояла в стороне. Сиротки ее не видели, а Арлекино сидела к ней спиной.Демонессе было достаточно обидно, что с ней никто не общается и та пошла в комнату Слуги, легла на кровать и свернулась калачиком. "Я действительно ей не нужна? - накручивала себя рогатая, - У нее есть своя семья, работа и состояние хорошее от работы экзорцистом. А еще она очень красива. Безумно красива. Эти нечеловеческие глаза, руки...". В конечном счёте Фокалорс задремала. Не то чтобы она устала, но иногда присунуть можно и демону. Только демонесса сомкнула глаза, как перед ее лицом, после пробуждения, стояло знакомое лицо. Да, это была Арлекино, которая уже проводила детей из дома. —Ты устала? —Спросила женщина, поглаживая рогатую по голове. —Нет, не очень, просто прилегла. — Фурина присмотрелась к рукам хозяйки и спросила, —А что не так с твоими руками? Они такие чёрные, будто обугленные, и глаза у тебя неестественные. —Ох, это? —Начала Слуга. —Это... Что-то вроде родового прокляться. Мой род был проклят демоном смерти. А глаза и руки уже как метка... —И что же за проклятье? —Оно дарит скоротечную смерть. —Как это? —Умру быстрее. Вот и всё. —Но тебе же 27! И долго тебе еще осталось? —Еще... 8-13 лет. Могу умереть от 35 до 40 лет. —Чёртики... —Фокалорс не удержалась. Она взяла в свои руки руки Отца и начала целовать их. —Ч-что ты делаешь? —Я... Мне нравятся твои руки. —Отстранившись от рук, Фурина спросила, —Арле, а я для тебя семья? —Мы с тобой неплохо ладим. Я думаю, что мы неплохие друзья. —Друзья... Вот оно что... Демонесса поникла. Она хотела сблизиться с Арлекино, но как ей об этом намекнуть? Девушка перешла к тяжёлой артиллерии - она взяла лицо хозяйки в ладони и медленно начала приближаться к ее губам, чувствуя ее дыхание на своих. Вдруг послышался голос Слуги: —Что ты делаешь? —Я... Я хочу поцеловать тебя! Но, знаешь... Не чтобы подзарядиться, а чтобы... Ну... Как пара. Поцеловались. Понимаешь? —Наверное, но зачем тебе это? —Я... Ну... Короче, целуй как в прошлые разы! Наконец-то их губы сомкнулись в страстном поцелуе. Язык Арлекино обжигал холодный, но очень активный язык рогатой. Послышались вздохи и ахи от недостатка кислорода. Поцелуй всё углублялся и углублялся, но Отцу пришлось немного отстраниться, чтобы сказать Фурине: —Раздевайся, раздвигай ноги и ложись. Эта просьба была вызвана, видимо, перевозбуждением, но Фокалорс сделала так как сказала Слуга. Опустившись вниз по кровати, к самим гениталиям и взяв демонессу за бёдра, Отец начала ласкать языком ее половые губы и клитор Фурины, да так, что та стонала во всю голосину. Были слышны и стоны, и кряхтение, и скуление, настолько демонессе было приятно. После окончания процесса, лёжа на кровати и уже на одном уровне, Фурина вдруг спросила: —Слушай, а почему ты стала Святым Отцом будучи женщиной? —Как бы объяснить... — вопрос был действительно хороший, но чтобы на него ответить нужно рассказать много откровенного и Слуга решила снова рискнуть, — Вся моя семья была увлечена религией. Что мой отец, что моя мать. Ну и в общем... Отец хотел мальчика, чтобы наследник продолжил его религиозное дело. А времени было мало из-за проклятия. Но родилась я. И тут пошло поехало: отец покончил с собой после моего рождения, а мать... Мать отдала меня на воспитание в ту же церковь где служил мой отец. После гибели матери, я, в семнадцать лет, начала заниматься экзорцизмом. И в честь моего папы сделали меня Святым Отцом. Как-то так.. —Божечки, Арле... Мне жаль. —Не стоит. —А тебе, в целом, нравится этим заниматься? —Я вообще не верю в Бога и всё такое. Считаю это сущим бредом, но я готова продолжать просто ради отца. Если для него это было так важно... Рогатая обняла Отца. Та обняла ее в ответ, и Фокалорс тихим голоском, будто зарёванная, сказала: —Я могу ошибаться, но... Мне кажется, я люблю тебя. — Арлекино молчала, так долго молчала, что Фурина продолжила, дабы разбавить это молчание, — Это взаимно? —Я пока не могу ответить. Прости. Разве это не иронично, что демон похоти... Влюбился? Мне кажется, ты путаешь это чувство с каким-то другим. Внутри Фурины появилось опустошение. Может и в правду она путает это чувство с каким-то другим? "Но если это всё-таки влюблённость, — думала про себя демонесса, —я готова сражаться за ее сердце".