Две стороны одной монеты (Two sides of the same coin)

– Шэнь Юань: ПГБД – Шэнь Юань проснулся и увидел, что над ним склонился Му Цинфан. Он сконцентрированно хмурился, держа Шэнь Юаня за запястье. —В чем дело? – спросил Шэнь Юань сухим голосом. — Это Неисцелимый? Му Цинфан взглянул на Шэнь Юаня. —Я надеялся, что Шисюн расскажет мне, что произошло. — Система? Помоги? Но Система молчала. Вместо этого Му Цинфан продолжил: — Я думал, что Неисцелимый уменьшит вероятность отклонения ци. Особенно такого крайнего. — Что? — Шэнь Юань сел и попытался принять удобное положение в постели, но Му Цинфан положил руку ему на грудь и покачал головой.  — Твоя ци сейчас гораздо спокойнее. Но я не могу игнорировать то, что почувствовал ранее, поэтому, пожалуйста, потерпи, пока я закончу осмотр. Шэнь Юань попытался расслабиться и позволить Му Цинфану продолжить свою работу, но его мысли были в смятении. Что могло произойти той ночью? Он хотел проверить, не оставил ли Шэнь Цинцю записку или что-то подобное с подробностями, но с другой стороны, если у него просто было отклонение ци, Шэнь Юань сомневался, что у него была возможность что-то записать или, тем более, поговорить с Самолетом. Обследование было долгим, и в конце Му Цинфан выглядел скорее сбитым с толку, чем чем-то еще. — Повреждение явно находится в твоем теле, но похоже, что отклонение ци внезапно прекратилось. Шэнь Юань махнул Му Цинфану рукой. — Ну, если этот шисюн в порядке, мне не нужна дальнейшая помощь. Му Цинфан покачал головой. — К сожалению, я не могу оставить это дело. Твое тело перенесло серьезную травму, поэтому я должен буду пока что присматривать за тобой. Шэнь Юань проклянул себя про себя. Му Цинфан выглядел крутым со своими усами, но ему действительно не нужна была нянька. Тем более что у этой няньки, похоже, не было никакой полезной информации. Но у него была Система, которую он мог подслушивать, пока медик продолжал его тыкать и прощупывать. — Так что же именно произошло, пока меня не было? [Эта Система — не дневник.] — Разве не является проявлением элементарной вежливости хотя бы сообщить мне, почему со мной обращаются, как с ходячим трупом? […] Система не ответила. – Шэнь Юань: Современный мир – Когда Шэнь Юань вернулся в современный мир тем вечером, по-прежнему не было никаких признаков того, что именно произошло в ПГБД прошлой ночью. Шэнь Цинцю не оставил записки. Вместо этого, похоже, он просто продолжал работать. Наконец начались занятия в университете, и, судя по недавно открытым файлам на компьютере, Шэнь Цинцю занимался заданиями – в дополнение к тому, чем он занимался для компании, и… исследованием измерений? Хм. Но все же для Шэнь Юаня не было никакой записки. И когда он написал Шан Цинхуа, чтобы спросить, не знает ли тот, что происходит, в ответ получил только «¯\_(ツ)_/¯». В общем, Шэнь Юань почувствовал усталость от того, что потратил столько времени, пытаясь понять, что произошло с Шэнь Цинцю. Он хотел поиграть в игры! Но нет. Он потратил слишком много времени на разгадку тайны Шэнь Цинцю, чтобы сделать что-то большее, чем посмотреть один фильм со своими братьями и сестрой и написать небольшую записку:  — Извини за всю эту историю с Неисцелимым, — прежде чем отключиться. Черт, у него даже не было сил осознать, что он извиняется перед самым гнусным злодеем из всех возможных. – Шэнь Юань: ПГБД – Вместо того, чтобы проснуться от приятного письма от Шэнь Цинцю, в следующий раз, когда он проснулся в ПГБД, он проснулся в самом ужасном месте, которое только мог себе представить. Он был в постели. С. Женщиной!! Опять!!! Шэнь Юань выскочил из постели, проклиная себя про себя. Почему он вообще беспокоился о парне, который спал со всеми подряд? Женщина улыбнулась, глядя на его выходки. — А-Цзю сегодня утром полон энергии, — подразнила она. Она потянулась, как кошка, на кровати. — Спасибо за хорошую ночь. Я давно так хорошо не спала. Я знаю, что ты клиент, но иметь практически свободную ночь – это действительно приятно. — Что? — Шэнь Юань был готов выбежать из комнаты, но, услышав ее слова, его попытки сошли на нет. — Я скучала по тебе в последнее время, как и другие девушки. — Женщина сделала паузу. — Я знаю, что ты был в стрессе, но знай, что я здесь. Все девушки здесь желают тебе только самого лучшего. И тот факт, что вчера вечером ты провел с нами больше времени, чем обычно, заставил всех остальных позавидовать, что не они были с тобой. — Женщина хихикнула. — Это мило. — Шэнь Юань отмахнулся от добрых слов, поскольку его сердце готово было выпрыгнуть из груди. — Мне нужно уходить. Хорошего дня. — Да, тебе тоже, — сказала женщина с хихиканьем, которое больше походило на смех маленькой девочки, чем на смех женщины ночи. Шэнь Юань попытался покинуть здание с максимально возможным достоинством, но все равно чувствовал, что из-за этого испытания он потерял десять лет своей жизни. По дороге к входной двери он столкнулся с группой других женщин, которые смотрели на него с беспокойством. — А-Цзю? Все в порядке? — Хочешь чаю? — Инь Лули иногда бывает груба. Хочешь, я ее для тебя побью? — Не беспокойся. — Черт, дайте ему уже убежать. В конце концов, ему удалось сбежать из «Теплого красного павильона» — хотя Шэнь Юань чувствовал, что, пытаясь это сделать, он как-то потерял половину своей жизни. Женщины были такими... материнскими? Или чем-то еще, о чем он не хотел думать. Ведь кто хочет думать о материнской фигуре, которая каждую ночь... Нет! Только когда он вышел на улицу, он вспомнил, что не проверил, было ли рядом с кроватью письмо от Шэнь Цинцю, когда он проснулся. Ну, если оно и было, то теперь для него оно было мертво. Он ни за что не вернется туда. Шэнь Юань вытащил Сюя и замер. Теоретически он должен был быть в состоянии долететь до секты. Но если Неисцелимый начнет действовать, пока он будет в воздухе, это будет опасно. Но подождите — это же было бы верно и для Шэнь Цинцю. — Шэнь Цинцю прилетел сюда? Но как же Неисцелимый? Он же знает о яде, верно? — спросил Шэнь Юань Систему. [Хозяин приобрел в магазине Системы паузы на действие Неисцелимого.] Паузы? Шэнь Юань открыл магазин системы. И, конечно же, после бесконечного прокручивания (серьезно, почему в этой штуке нет функции поиска?) он нашел предмет [Приостановить действие Без Лекарства на час. 5 очков.] Ну, 5 очков не было дорого, но тратить их только для того, чтобы заняться сексом, было безответственным использованием ЛЮБЫХ очков! А поскольку Шэнь Юань теперь застрял и не может легко вернуться в секту, кроме как полететь, это будет еще больше очков, потраченных из-за сексуальных подвигов Шэнь Цинцю. Но, по крайней мере, у него был способ летать, не беспокоясь о том, что он разобьется о землю, большое спасибо. *** Шэнь Юань едва успел вовремя прийти на урок и держал голову высоко поднятой на протяжении всего занятия, исключительно благодаря своей силе воли. К счастью, Му Цинфана нигде не было видно, что помогало, но все равно Шэнь Юань был нервным, постоянно поворачивая голову при малейшем шуме, думая, что увидит приближающиеся усы. К счастью, его опасения пока не оправдались, но когда он вернулся в свою комнату, вскоре к нему пришел еще один гость. — Ученик Ло, — весело поприветствовал Шэнь Юань. Весело, потому что это был его булочка у двери? Конечно. Весело, потому что он нес в руках что-то, что пахло вкусно? Еще больше. [Хозяин, не забывайте, что параметры OOC все еще в силе.] Шэнь Юань должен был активно сглатывать, чтобы слюна не стекала по его лицу от запаха. — Для Шицзуня, — Ло Бинхэ протянул тарелку Шэнь Юаню, который быстро схватил ее и постарался выглядеть спокойным и собранным, направляясь к столу, чтобы начать есть. Ло Бинхэ, по крайней мере, не казался обеспокоенным таким поведением, хотя мальчик выглядел счастливым, когда Шэнь Юань ел. В его глазах было еще что-то, что Шэнь Юань не смог понять. По крайней мере, до тех пор, пока последний не закончил есть, и мальчик наконец не сказал. — Шицзунь спас меня. Дважды за короткое время, но я не смог спасти Шицзуня. Спас? Дважды? Ло Бинхэ наклонился и начал биться головой о землю. — Неисцелимый и Демона Снов. Это все моя вина. Демон снов? Мэн Мо? Образ Шэнь Цинцю, играющего роль Нин Инъин в сцене «протагонист встречает своего демонического учителя», был бы смешон, если бы не тот факт, что Шэнь Цинцю не был прекрасной девой. Прекрасным, в визуальном смысле, конечно. Девой? Смешно. — Это была мелочь, — прокомментировал Шэнь Юань, отводя взгляд, чтобы скрыть свое лицо. — Но... — Этот учитель не нуждается в твоем сочувствии, а в том, чтобы ты усердно трудился и стал сильным. Все остальное может подождать. Шэнь Юань постарался сказать это как можно более холодно и, судя по всему, ему это удалось, поскольку Система не сняла очков. Ло Бинхэ все еще выглядел озабоченным. — Шицзунь, ваш покорный ученик обещает, что Демон Снов больше не причинит вам вреда. Ах, что это за ерунда? Он больше беспокоился о том, что Ло Бинхэ может причинить вред. А не какой-то второстепенный персонаж, который едва появлялся на экране. Но все же... Шэнь Юань положил руку на волосы Ло Бинхэ. — Не беспокойся. Со мной все будет хорошо. [Минус 5 очков за OOC] — Ты бесполезный мусор, я пытался насладиться моментом! — Ну, по крайней мере, он получил много очков за вторжение демонов. – Шэнь Юань: Современный мир – Когда Шэнь Юань вернулся в свой мир, от Шэнь Цинцю все еще не было никакого письма. Никаких объяснений того, что произошло, и никаких подробностей от кого-либо из домочадцев – за исключением того, что он вел себя более замкнуто, чем обычно, что… не особо удивляло Шэнь Юаня. Если все это было из-за демона снов, то Шэнь Цинцю не имел самых приятных воспоминаний, которые стоило бы переживать заново. Кроме того, образ Шэнь Цинцю, застрявшего с Ло Бинхэ в мире снов, был… чем-то особенным. По крайней мере, не похоже, что Шэнь Цинцю загнал его булочку в укрытие после того, что, должно быть, было ужасным опытом. Однако, судя по всему, Шэнь Фа перешел в режим «Я притворюсь больным, чтобы провести больше времени с моим младшим братом» из-за поведения Шэнь Цинцю. Он объявил, что «болен» и останется дома на следующий день. Ну, это была вина Шэнь Цинцю, поэтому он заслуживал любого ужасного блюда, которое его брат предложит ему завтра, пока он «болен дома». В любом случае, должен был быть кто-то, с кем он мог бы поговорить об этой ситуации. *** — Я польщен, что ты снова решил пригласить меня, — улыбнулся Шан Цинхуа, потягивая свой напиток. — И, чтобы прояснить, ты платишь, да? — Да, — сказал Шэнь Юань, скрестив руки, уже зная, что пожалеет об этом слове. — Отлично. Тогда я закажу следующий коктейль делюкс. — ...Ты имеешь в виду самый дорогой в меню? — спросил Шэнь Юань, подняв брови. — Именно! Шэнь Юань хотел вылить напиток в лицо крысочеловеку, но он был здесь не просто так. — Я хотел поговорить с тобой о Шэнь Цинцю. — Э-э-э, конечно. — Шан Цинхуа пожал плечами. — Как хочешь, если это значит, что я смогу выпить то, что хочу. — Ты слышал от него что-нибудь? Шан Цинхуа замолчал. — ...Нет, но он из тех людей, которым иногда нужно побыть в одиночестве. — Шан Цинхуа снова пожал плечами. — Так что я не обижаюсь. — Ну, я хочу поговорить с ним, — настаивал Шэнь Юань. — А поскольку я сейчас перемещаюсь между телами, это невозможно. По крайней мере, в традиционном смысле этого слова. И он не отвечает на мои письма, а это значит, что мне нужно найти другой способ поговорить с ним. — И что, ты хочешь, чтобы я ЗАСТАВИЛ его поговорить с тобой? Могу тебя заверить, он бы бросил на меня сотню смертельных взглядов, если бы я попытался это сделать. Шэнь Юань закатил глаза. — Не волнуйся, я сомневаюсь, что он причинит тебе какой-то реальный вред. Ты все еще цел и невредим после просмотра всей этой телевизионной дряни вместе с ним. — Не настолько уж и много. Но в любом случае, он знает, что я рядом. Он знает, что ты рядом. Если он хочет поговорить, он знает, как это сделать. Этот человек пережил достаточно. Конечно, я не знаю Шэнь Цинцю так хорошо, как следовало бы. Но у него есть некоторые механизмы защиты, даже если он не обращается ко мне. Например, его подруги. — Что ты имеешь в виду? — Шэнь Юань точно знал, о каких подругах говорит Шан Цинхуа. Поэтому его вопрос был скорее вопросом ужаса, чем чем-то другим. Однако Шан Цинхуа не понял этого. Шан Цинхуа постучал пальцами по столу, пока думал, и наконец выпрямился. — Ладно, послушай. Когда я был заперт с Самолетом в другом мире, он сказал несколько довольно интересных вещей о Шэнь Цинцю. Вещей, о которых я бы не узнал, если бы он сам их не сказал, учитывая мое ограниченное представление об этом мире. — Например? — Шэнь Юань наклонился вперед на своем месте, готовясь к тому, что сейчас прозвучит сенсационная новость. — Ближайшие друзья Шэнь Цинцю — все женщины. На самом деле, Шэнь Цинцю — девственник. Что делает все слухи о том, что он плейбой, совершенно неправдоподобными. Шэнь Юань рассмеялся. Назвать этот смех оглушительным было бы преуменьшением. Он эхом разносился по стенам, как ужасная симфония, но, несмотря на это, лицо Шан Цинхуа оставалось бесстрастным, прежде чем он вздохнул и помахал официанту, чтобы тот принес еще один напиток. — Черт, это будет долгая ночь, — пробормотал Шан Цинхуа. Шэнь Юань наблюдал за всем этим с недоверием. — Ты же не серьезно? Шэнь Цинцю — бабник. — Нет, не совсем. По крайней мере, не в том смысле, в котором ты себе это представляешь. — Шан Цинхуа сделал большой глоток своего напитка. Перед тем, как сказать: — Черт, ты что, действительно так долго делил тело с Шэнь Цинцю и не замечал этого? — Я просыпался в борделе. Не один раз, — сказал Шэнь Юань в свою защиту. — Круто, а ты был по уши в одной из работниц? — спросил Шан Цинхуа. Шэнь Юань покраснел. — Конечно, нет. Я... — Одна из девушек делала тебе минет? — Нет. Шан Цинхуа выглядел не впечатленным, поэтому Шэнь Юань сказал: — Я был в постели этой женщины. — В одежде? — Да, но... — Ты видел сперму? — Нет! — В комнате пахло расслабляющими духами? — Да. — Хорошо, значит, ты ничего не видел внутри. Ничего не чувствовал. Ничего не пахло, что указывало бы на это. — Повторяю, я был в ее постели. — Да, я понял. Ты не думал, что Шэнь Цинцю мог быть там, чтобы поспать? Шэнь Юань посмотрел на Шан Цинхуа, как на дурака. — Почему я должен думать о таком? Люди не ходят в публичные дома, чтобы... — Ладно, похоже, ты тоже девственник. — Шан Цинхуа почесал голову. — Ладно, ладно, позволь мне объяснить, что такое публичные дома в другом мире. Публичные дома — это не только секс. Итак, с чего же начать... *** Все, что сказал Шан Цинхуа в ту ночь, прозвучало для Шэнь Юаня как бред. От того, что Шэнь Цинцю спас Лю Цинге во время миссии у колодца, до того, что Шэнь Цинцю убил Цю только из-за отклонения ци. Услышав, что Шэнь Цинцю, по-видимому, убил только потому, что на этом настаивал У Яньцзы, Шэнь Юань ударил рукой по столу. — Ты действительно думаешь, что я поверю, что Шэнь Цинцю, сам по себе отвратительный злодей, прошел через все это дерьмо? Он звучит не столько как злодей, сколько как... Даже произносить это слово было отвратительно... — ... трагический герой? — Шан Цинхуа сделал паузу. — Ладно, не герой. Но трагический... чего-то. Когда Шэнь Юань уходил в тот вечер, он почувствовал странный холод. Все его инстинкты подсказывали ему засунуть все, что сказал Шан Цинхуа, в темный уголок своего мозга и больше никогда не возвращаться к этому. Но это было легче сказать, чем сделать. Тем не менее, это не помешало ему попытаться. Но когда Шэнь Юань приготовился ко сну и посмотрел на тетрадь, в которой он оставлял сообщения для Шэнь Цинцю, он не смог удержаться и взял ее в руки, чтобы пролистать теперь уже редкие записи, которые Шэнь Цинцю оставил в ней. Он остановился на последней заметке, которую написал Шэнь Цинцю. Почерк был гораздо лучше, чем у Шэнь Юаня, даже несмотря на то, что тот не был привычен к ручке. Затем Шэнь Юань взглянул на маленькую картину, которую Шэнь Цинцю нарисовал на следующий день после того, как Шэнь Юань спас Лю Цинге. Это было странно. Были моменты, когда Шэнь Цинцю не казался достойным звания «подлого злодея». Хотя сейчас он вполне мог бы заслужить его за то, что не отвечал на сообщения. Так раздражающе. Шэнь Юань щелкнул ручкой и начал писать новую записку на чистой странице дневника. Затем, на всякий случай, он оставил еще одну где-то в комнате. После этого он сел за компьютер, гадая, есть ли какие-нибудь подсказки о том, чем занимался другой, и сразу же наткнулся на столько заметок и планов по борьбе с конкурирующими организациями, что ему захотелось вздремнуть от всего этого количества информации. А еще были заметки по бизнес-классу, которые выглядели... как минимум, устрашающе. Но что действительно привлекло его внимание, так это то, что Шэнь Цинцю теперь также занимался исследованиями снов? Ради всего святого! Как этот человек может столько всего делать за день и при этом ничего не говорить? У этого человека хватает энергии, чтобы написать столько себе, но он даже не удосужился поздороваться. Какая чушь. Шэнь Юань открыл один из документов и написал резкий комментарий, который Шэнь Цинцю не смог бы пропустить. Просто чтобы выразить свое мнение. Потому что к черту Шэнь Цинцю. И, выполнив свою миссию, он пошел спать. Но даже когда он засыпал, у него скрутило живот, может быть... Здесь он мог поступить по-другому. Но Шэнь Цинцю не казался таким плохим, когда Шан Цинхуа его описывал. И он хорошо ладил с его братьями и сестрой и... спать. Лучше было спать, чем переживать экзистенциальный кризис прямо сейчас. И именно это Шэнь Юань и сделал. Или, по крайней мере, попытался.