Амнезия

      Авель не помнил, чтобы когда-либо любил гольф. Играть умел, причём достаточно неплохо, ведь статус иногда этого требовал. Но это было для него не более чем необходимостью.       А вот партнёры отца по бизнесу очень уважали эту игру. Сколько Авель был с ними знаком, они никогда не упускали случая «размяться» за городом. Каждый раз отец возвращался весёлым и немного поддатым. Когда ещё не ушёл из семьи.       Партнёров у него было двое, но, кажется, из них более важным всегда был один – мистер Ледфорд. Второй – Фауст – вечно казался его немой тенью. На самом деле он отвечал за различные бумажные вопросы и был практически незаменим, но в спорах почти всегда просто занимал чью-то сторону. Это Авель заметил уже когда повзрослел, и отец стал плавно, но настойчиво привлекать его в свой бизнес. Первое, что молодой человек усвоил – хоть у отца и безоговорочное лидерство в управлении компанией, с партнёрами лучше не ссориться.       Именно поэтому он сейчас в отвратительном настроении протирал рукой запотевшее стекло машины, чтобы хоть что-то разглядеть за окном. Такси стояло в пробке, и Авель ловил себя на мысли, что хочет как можно сильнее опоздать. Но было нельзя.              Впервые после его возвращения из больницы партнёры отца решили связаться с ним и пригласили потренировать удары на маленьком закрытом поле. Авель был уверен, что, будь на улице лето, он бы не отделался «тренировкой» и ехал бы сейчас далеко за город с полным набором клюшек... Каин тоже должен был присутствовать. Последние месяцы ему пришлось гораздо чаще решать организационные вопросы и взаимодействовать с партнёрами ближе, чем обычно. Кажется, он неплохо справлялся несмотря на то, что раньше его роль в компании не была сильно заметной.       Авелю было жаль, что отец не сможет присоединиться к ним. Они давно не виделись. Даже когда Авель лежал в больнице, встречи не произошло. Теперь он уже знал от Каина, что отец сейчас на бизнес-конференции в Германии, но осадок всё равно остался где-то внутри. Можно ведь было позвонить...       Он убрал волосы со лба, будто отгоняя тревожные мысли. Попытался настроить себя на то, что всё складывается не так уж и плохо: наконец, появился случай узнать, что происходит в компании, а заодно провести время с братом, который не переставал смотреть холодно и держаться в стороне. Об отце Авель напомнил себе, что тот всегда был строгим и отстранённым человеком. К старшему сыну у него в первую очередь были требования, а потом уже тёплые чувства. Наверное, это было нормально для того, кто продолжал интересоваться детьми после развода с женой. Если даже и нет, Авель не готов был думать об этом.              Как и ожидалось, он приехал последним. Перед входом сотрудник площадки любезно протянул ему набор мячей, перчатки от мозолей и бутылку воды. Предложил также взять на прокат клюшки, но Авель отказался. Экипировку он предпочитал свою. Даже если играть не собирался.       Помещение оказалось размером с приличный стадион. Неровностей ландшафта, необходимых для интересной игры, тут не было, но для тренировки подходило идеально. Внутри стояла прохлада, а от голосов разносилось тихое эхо.       – Авель, это ты! Здравствуй! Давно не виделись.       Из глубины зала неторопливо подошёл высокий мужчина средних лет с клюшкой наперевес и идеально уложенными волосами. И протянул Авелю руку.       – Здравствуйте, мистер Ледфорд. – Он с лёгким поклоном ответил на рукопожатие.       Мужчина сдержанно улыбнулся.       – Я уже сто раз говорил, что ты можешь звать меня по имени. Тем более, твоего отца здесь нет. – Шутка и последовавшая попытка подмигнуть вышли натянуто.       Авель отвык от манеры Ледфорда общаться, но постарался это не показывать.       – Простите, Бенедикт. – Он тоже улыбнулся. Ровно настолько, насколько требовала формальность.       Собеседник одобрительно кивнул и хлопнул его по плечу.       За его спиной Авель рассмотрел приближающихся Фауста, Каина и... Лэйн. После всех её тёмных платьев, обтягивающих брюк и свитеров видеть её в нежно-розовом поло, короткой теннисной юбке и гольфах было необычно. Но ещё более необычным было само её присутствие. Мужчина постарался скрыть своё удивление за непроницаемой маской.       Фауст подошёл первым, быстро пожал руку и, ожидаемо, задал формальный вопрос о здоровье. Лэйн молча кивнула с расстояния, и Авель был рад, что она никак не выдала их недавний разговор.       Каин медлил. Наконец, он сделал шаг и протянул ладонь. Впервые после больницы.       – Привет. – Выдавил он почти сквозь зубы.       – Рад тебя видеть. – Авель выдержал холодный, почти официальный тон, но говорил искренне.       Они пожали руки. Ладонь Каина была прохладной. Он сжал её неожиданно сильно, будто показывая своё превосходство. Потом резко отпустил и отвернулся.       – Дамы и господа, пойдёмте, продолжим разминку. – Бенедикт увлёк всех за собой.              На поле был короткий маршрут из трёх лунок и отдельный участок для отработки ударов: мячи на нём попадали в сетку, и их было легко достать.       – Хочешь вспомнить, как держать клюшку, или лучше сразу пойдём на поле?       Ледфорд вопросительно посмотрел на Авеля.       – Бенедикт, простите, при всём уважении к вам, я не думаю, что мне в моём состоянии сейчас стоит играть. – Он постарался сказать это твёрдо, но без лишней резкости.       На самом деле он мог бы попытаться пройти поле, хоть и не без усилий, но настроения совсем не было, и Авель решил воспользоваться удобной отговоркой.       – Но в одном пробном ударе ты мне не откажешь? – Ледфорд приподнял бровь и слегка толкнул его в плечо, поддразнивая.       Этот компромисс был лучшим из возможных. Стараясь не показывать свою радость, мужчина ответил с улыбкой:       – Вам я не откажу и в трёх ударах. Но потом всё-таки понаблюдаю со стороны.       – Прекрасно! – Лицо Бенедикта просияло. – Тогда приглашаю на поле, этот тесный тренировочный уголок совсем не для твоих навыков.       Авель встал в позицию. Размял плечи, встряхнул головой. Несколько раз замахнулся клюшкой, чтобы мышцы вспомнили движение. Прицелился. Наконец, ударил. Мяч полетел хорошо, но не так далеко, как хотелось бы. Тело отозвалось ноющей болью в плечах и спине. С грустью и лёгким ужасом мужчина осознал, насколько сильно переоценил себя. Он понимал, что реабилитация будет долгой, но не ожидал, что до такой степени ослаб. И хотя в первые дни после пробуждения он не мог даже нормально держать кружку, сейчас надеялся, что удар клюшкой по маленькому мячу его тело воспримет нормально. Он постарался сохранить невозмутимое выражение на лице.       – Неплохо, неплохо. Мастерство не пропьёшь. – Одобрительно усмехнулся Бенедикт.       – И правда, руки всё помнят! – Кивнул Фауст.       Каин тихо фыркнул, опустив голову, чтобы никто не заметил, но от глаз Авеля это не скрылось. Лэйн смотрела молча, внимательно, и невозможно было прочесть её эмоции. Взгляд она почти не отводила. Скорее всего, пыталась запомнить технику взмаха клюшкой.       Осталось ещё два удара. Их хотелось сделать из принципа, чтобы не давать ни Каину, ни партнёрам отца повода для жалости или насмешки. Авель замахнулся.       Во второй удар он вложил больше концентрации и меньше силы, чтобы траектория получилась красивой, а мышцы не так болели. Бенедикт и Фауст закивали с одобрением.       Но третий мяч хотелось отбить так, чтобы он полетел как можно дальше. В атмосфере чувствовалось, что и другие этого ждут. Авель сжал клюшку, выдохнул... Резко замахнулся и ударил, вкладывая всё, на что было способно сейчас его тело. Мячик взлетел по дуге, стремительно пронёсся по воздуху и коснулся земли сильно дальше, чем первый. Получилась обычная дальность для взрослого человека, который просто бьёт, не стараясь. Приемлемо. Даже хорошо. Каин даже приподнял бровь и едва заметно усмехнулся чему-то.       Плечи заныли, а пальцы грозили разжаться и уронить клюшку в любой момент. Авель прикусил щёку изнутри, чтобы лицо не выдало его.       – Думаю, с меня на сегодня хватит. Пойду пока сяду и посмотрю за вами.       Он как всегда сдержанно улыбнулся Фаусту и мистеру Ледфорду.       – Конечно, не смеем больше принуждать! – Кивнул Бенедикт. – Но надеюсь, что ты ещё составишь мне компанию в игре.       Ответив какую-то формальность, Авель поспешил к скамейке у края площадки, чтобы поскорее сбить дрожь с перенапряжённых мышц. «И зачем надо было выделываться?!» – он злился сам на себя.              К стартовой площадке подошла Лэйн. Каин встал за её спиной и начал объяснять, как правильно держать клюшку, замахиваться, прицеливаться и бить мяч. Бенедикт и Фауст давали какие-то советы, время от времени показывая руками. Авель удивился тому, как органично она вписалась в мужскую компанию. Не боится. Или просто притворяется, но весьма успешно. Было в ней какое-то скрытое достоинство, даже когда она молча стояла в стороне или промахивалась, пытаясь ударить по мячу. Когда оборачивалась к Каину и трогала его за плечо при всех. Когда неумело брала клюшку из общей корзины и по-дилетантски размахивала ею.       Наконец, у неё стало понемногу получаться. Она поняла основы, и мячик начал взлетать по дуге, а не просто катиться по земле или отскакивать в случайные стороны. Авель подумал, что она остановится на этом, но Лэйн взяла корзину с мячами и пошла к зоне для тренировки ударов, чтобы не мешать мужчинам. Каин проводил её, а потом вернулся.       С лавочки не были слышны разговоры, и оставалось только наблюдать за движениями фигур, которые выглядели абсурдно маленькими по сравнению с самим полем. Мужчины перебирали клюшки, по очереди пробовали делать удары со стартовой позиции и обсуждали что-то. В обществе двух акул бизнеса, имевших значительный вес в компании отца, Каин смотрелся абсолютно естественно: стоял с прямой спиной, говорил на равных. Его удары были не такими точными, как у Авеля в лучшие времена, но всё же выглядели более чем достойно. Он влился в процесс игры, научился себя держать. Или всегда был таким? Раньше брату редко доверяли серьёзные задачи, поэтому нельзя было сейчас сказать наверняка. Но глядя, как он непринуждённо общается с Ледфордом и закидывает клюшку на плечо, Авель подумал, что отец мог бы этим гордиться.       Сам он не знал, что испытывал больше: гордость или... зависть? При взгляде на Каина и партнёров отца он почувствовал себя отчуждённо. Как будто оторвался от своей старой привычной жизни и, сидя на одинокой льдине посреди открытого моря, уплывал всё дальше. Как будто его и не искали, не звали обратно. Может быть, и видеть не хотели? В конце концов, позвать его на гольф, когда он всего несколько недель назад выписался из больницы, было странным. Не подумали? Не знали, насколько всё плохо? Авель потёр переносицу пальцами. Гадать можно было сколько угодно. Но, с другой стороны, он мог быть благодарен, что партнёры вообще решили напомнить ему о себе и увидеться, даже в такой обстановке. Возвращаться к работе ему ещё было рано, а так сохранялась хоть какая-то связь. Он решил не мучить себя бессмысленными переживаниями, а порадоваться за брата. Насколько это было возможно.              Он не заметил, как к лавочке кто-то подошёл.       – Я сяду?       Лэйн не дождалась ответа и опустилась рядом с ним.       – Уже устала? – Авель не мог не усмехнуться тому, насколько быстро угас её энтузиазм.       – Нет. Просто перерыв. – Она недовольно прищурилась. – И я хотела поговорить.       – Как ты вообще тут оказалась?       – Каин пригласил. Мы с ним утром ездили в ресторан, а потом он сказал, что может взять меня на встречу.       Она рассказывала об этом так буднично, как будто речь шла об обычной прогулке. Авель не помнил, чтобы брат когда-либо был настолько социальным или разбрасывался деньгами. А тем более брал девушек на закрытые встречи с бизнес-партнёрами отца.       – В ресторан, значит? – уточнил он без особого интереса.       – Он не совсем обычный, специализируется на морепродуктах. – Лэйн оживилась. – Я первый раз попробовала устрицы и осьминожьи щупальца.       Она на секунду улыбнулась по-детски радостно и довольно. Авеля не мог впечатлить её рассказ, и он только подумал, как мало кому-то надо для того, чтобы удивиться.       – Наверное, никогда в жизни столько морепродуктов не видела? – Он спросил, еле сдерживаясь от усмешки.       – Да. Только в фильмах. – Она не придала значения тону мужчины.              – Ладно, о чём ты хотела поговорить? – Он вернулся к началу разговора.       Лэйн нахмурилась. Бросила быстрый взгляд на Каина, который вместе с остальными уже собирался перейти вглубь поля – убедилась, что он не смотрит.       – Я пробовала восстановить события того дня, когда... произошла авария. И узнала, где была вечером. Оказывается, я ездила в клуб.       Авель приподнял бровь.       – Одна?       – Не знаю. – Она обняла себя за плечи руками, будто отгораживаясь от воспоминаний. – Я посмотрела историю заказов такси и чеки в приложении банка. Думаю, если бы Каин ехал со мной, он бы заплатил.       – А до клуба ты куда-то ездила?       Она задумалась.       – Похоже, что была у вас дома.       Мужчина фыркнул и закатил глаза. Ему всё ещё было тяжело осознать, что какая-то незнакомая девушка так просто могла оставаться у них в доме.       – Что? Хочешь или нет, тебе придётся смириться с выбором Каина. – Лэйн говорила спокойно, но непреклонно. Авель понимал, что она права.       – И что думаешь делать? – Спросил он, понимая, что вариантов не много.       – Пока не знаю. Но мне будет нужен твой номер, потом сможем обсудить.       Он продиктовал телефон. Проверять его девушка не стала, чтобы не привлекать лишнего внимания. Они помолчали.              Лэйн потянулась к бутылке с водой. Задумчиво сделала пару глотков. Авель сначала не придал этому значения, но…       – Эй. Это моя! – Он осознал, что девушка только что отпила его воду.       Она вздрогнула, смутилась и оглянулась по сторонам.       – Действительно… Забыла, что моя с другой стороны. Прости.       Неловким движением она вытерла губы тыльной стороной ладони.       – Не волнуйся, я не пил из неё. – Успокоил Авель, чуть смягчившись.       «И не буду теперь…» – подумал он про себя.       – Я не могу отдать свою, она уже открыта. Ещё раз прости. – Непонятно было, извиняется она, потому что действительно сожалеет, или потому что ей просто дискомфортно от мысли о том, что Авель мог уже касаться бутылки.       – Пойду и возьму новую. Или куплю в автомате.       Он поднялся и направился к выходу с площадки. Лэйн проводила его взглядом и тоже поднялась со скамейки, чтобы вернуться к Каину.              Авель зашёл в туалет и остановился у раковины, держа в руке открытую бутылку. Он почему-то медлил. Мыслями и взглядом в очередной раз вернулся к горлышку, ещё влажному от воды. Или от следа её губ… Мужчина вдруг с ужасом осознал: он думает о том, чтобы сделать глоток. Он помотал головой изо всех сил, чтобы грязные мысли раз и навсегда вылетели из неё. Разозлился. «Что за бред?!» – он резко перевернул бутылку, заставляя всю воду вылиться разом. Она с булькающим звуком начала утекать в слив раковины. Вдох, выдох… Авель с силой выбросил пустой пластик в мусорное ведро.       В автомате с напитками, который стоял при входе на площадку рядом с прокатом экипировки, он купил воды. Мысленно желая, чтобы встреча побыстрее закончилась, вернулся к остальным.              На поле все столпились у скамейки. Ледфорд что-то бодро рассказывал Каину и Лэйн. Фауст собирал разбросанные рядом с ним мячи и складывал в корзину. Кажется, продолжать тренировку они не собирались.       – Бенедикт, я точно нужен вам сейчас? – Каин выглядел недовольным.       – Мне очень хотелось бы, чтобы ты остался, и мы… обсудили некоторые вопросы. – Ледфорд положил руку ему на плечо.       – А я? – Лэйн решилась вмешаться, явно обеспокоенная тем, что придётся возвращаться домой без спутника.       – Леди, я был очень рад вашей компании, но думаю, что дальше вам будет с нами скучно. Да и закончить мы можем поздно. – В его тоне звучало извинение – непонятно, искреннее или притворное.       Она поджала губы, безуспешно стараясь скрыть, что расстроена.       – Если хочешь, можешь поехать к нам домой. – Каин покровительственно склонился над ней. – Я вернусь к ночи.       Лэйн кивнула. Авель сдержался, чтобы не возмутиться вслух.       Фауст и Бенедикт подошли к нему попрощаться. Обменявшись рукопожатиями и обещаниями собраться в другой раз уже на открытом поле, мужчины разошлись: один отправился к выходу, двое других – вглубь площадки. Каин подходить не стал, только задержал свой пронзительный и холодный взгляд на брате, а потом демонстративно отвернулся.       На выходе из здания Авеля догнала Лэйн.       – Если ты домой, поедем вместе?       Он не смог определиться, насколько наглой с её стороны является эта просьба. В конце концов, подумал, что это довольно логично в их ситуации.       – Хорошо. Я уже вызвал такси. – Он пожал плечами.              Они ехали молча. Ненавязчивая музыка в салоне и шум машин снаружи действовали усыпляюще. Лэйн выглядела уставшей: прислонившись лбом к стеклу, она смотрела в окно. Авель листал соцсети, изредка бросая на неё короткие взгляды. Иногда водитель разгонялся, а потом резко тормозил на светофоре. Из-за этого неприятно трясло.       Наконец, такси остановилось недалеко от ворот особняка. Завершив поездку, Авель поставил водителю четыре звезды – за манеру вождения. Помог Лэйн выйти из салона. Она показалась ему бледной. Впрочем, мужчина и сам чувствовал себя вымотанным. Без лишних разговоров они зашли в дом и разделись.       – Будешь ужинать? – Авель поинтересовался больше из формального гостеприимства.       Девушка отрицательно помотала головой.       – Меня укачало, лучше пойду полежу.       – Да уж, с такой тряской не удивительно...       Он подумал, что надо было поставить три звезды.       Лэйн, не прощаясь, пошла к лестнице. Мужчина вдруг вспомнил, что теперь есть хорошая возможность попросить её набрать свой номер и сохранить контакт. Он последовал за ней, думая, что лучше сказать об этом уже у комнаты Каина, чтобы она не забыла.       Они дошли до двери, и Лэйн коснулась ручки, проверяя, не заперто ли.       – И правда собираешься спать здесь одна? – Принятие действительности давалось сложно.       – Да...       Её тело вдруг странно качнулось, а затем начало медленно оседать на пол.       – Эй!       Авель в последний момент успел поймать её за талию. Она удержалась на ногах, но оперлась на его плечо почти всем своим весом. Он быстро втащил её в комнату и усадил на кровать.       – Что происходит?! – Вопрос прозвучал резко, но только потому, что мужчина был напуган.       – Меня тошнит...       Авель осмотрел её. Лицо стало совсем бледным, лоб покрылся холодным потом, а руки мелко дрожали.       – Не похоже на то, что тебя просто укачало. – Оценил он и попытался понять, что могло стать причиной такого состояния. – Морепродукты ели, значит?.. – Вероятный ответ пришёл через несколько секунд.       Лэйн посмотрела на него затуманенным взглядом.       – Не знаю... Может быть, скоро пройдёт? – Её голос звучал слабо, и непонятно было, осознает ли она до конца, насколько плохо выглядит.       – Если тебя тошнит, советую сразу засунуть два пальца в рот, и...       Он не успел договорить. Всё произошло слишком быстро: Лэйн согнулась пополам, и её вырвало прямо на его светлые брюки.       – Что за?..       От шока он не смог даже выругаться. Несколько долгих секунд Авель смотрел на девушку перед собой, и его мыслями постепенно овладевала паника. Пока она пыталась отдышаться и вытереть лицо, он осторожно, больше механически, коснулся пальцами её лба. У неё был жар. Страх вытеснил из головы все остальные эмоции и заставил тело двигаться.       – На, выпей воды…       Он достал из сумки купленную в автомате бутылку. Открыл и сунул девушке в руки, но она, кажется, плохо соображала, что нужно делать. Авель взял её за волосы и приставил бутылку к губам. Когда Лэйн, наконец, сделала несколько глотков и попыталась вырваться, он отпустил.       – Пей сама.       Его взгляд заметался по комнате. Мужчина помнил, что мать всегда настаивала на том, чтобы в спальнях у братьев были личные аптечки. Он сам хранил такую у себя, значит, и у Каина она должна была где-то лежать. Оглянувшись на девушку, которая дрожала и через силу делала медленные глотки, он стал с лихорадочной быстротой открывать ящики. Из них летели документы, книги, листы и расписки. В какой-то момент Авель наткнулся взглядом на кнопку вызова прислуги и прожал её изо всех сил. Потом продолжил перебирать вещи. Наконец, аптечка нашлась в одной из прикроватных тумбочек. Он быстро отыскал сорбент. Взял с той же тумбочки пустой стакан, выхватил у Лэйн бутылку и развёл средство в воде. Снова приблизился к девушке и заставил выпить.       – Меня сейчас опять вырвет…       Он вздохнул с облегчением, когда понял, что она в состоянии говорить.       – Если так, то опять выпьешь лекарство. Главное, дойди до туалета, а не делай это на меня! – Авель съязвил, но его голос выдавал совсем другие эмоции.       Он позволил себе на секунду выдохнуть. Лэйн поставила стакан прямо на кровать и попыталась подняться, но пошатнулась. Он подхватил её под локоть, непонятно как дотащил до ванной комнаты – к счастью, к каждой спальне для удобства была присоединена своя. Осознал, что девушка почти не стоит на ногах. Стоило отпустить, и она медленно осела на пол, одной рукой держась за голову. Авель выбежал из ванной. Достав телефон, он набрал номер скорой. Не был уверен, оправданно ли это, но не знал, что ещё может сделать.       В дверь постучали. На пороге был дворецкий и двое горничных. Они молча застыли в непонимании.       – Чего стоите? Принесите воды и помогите ей. Врача я уже вызвал.       Одна горничная бросилась к Лэйн, вторая побежала за водой, а дворецкий под руку вывел побледневшего Авеля из комнаты.       – Переоденьтесь, дальше мы сами справимся.              Скорая приехала быстро. Врачи осмотрели Лэйн и сделали предположение об остром пищевом отравлении. К тому моменту её ещё раз стошнило, но уже на кафельный пол. По настоянию Авеля её забрали в больницу на промывание желудка. Когда сотрудники медицины заговорили о страховке, он сказал, чтобы все расходы записали на счёт Каина.       Разговор с самим Каином прошёл тяжело. Авель догадался позвонить ему, только когда машина скорой уже уехала. Брат взял трубку не с первого раза, но когда узнал о произошедшем, пришёл в ярость.       – Что ты с ней сделал?!       – Ничего. Это тебе лучше надо выбирать рестораны! – Услышав это, Каин не сразу понял, о чём речь.       В итоге он сказал передать матери, чтобы дома его не ждали – поехал в больницу. Впрочем, сообщать об этом не было необходимости, ведь мать редко интересовалась, где он задерживается.              Авель собирал разбросанные вещи в комнате брата. Ванная уже была убрана, а ковёр помыт, но бумаги никто не решился трогать. Невозможно было вспомнить, где они лежали, поэтому оставалось только собирать их в стопки и аккуратно складывать на поверхности комода и стола. Взгляд случайно зацепился за имя отца на одном из листов. Авель старался не смотреть, что написано в документах, но здесь не смог проигнорировать содержимое, ведь об отце знал мало личного, и каждая крупица информации была для него на вес золота.       В руках он держал медицинское заключение. Неутешительное: острая сердечная недостаточность, тромбы, предынфарктное состояние… Обследование было сделано относительно недавно – чуть больше двух месяцев назад. Больница была не местная. К кому именно относились эти результаты, сомнений не оставалось.       Авель потерялся в спектре собственных эмоций и мыслей. Отец не был ни в какой поездке. А если и был, то непонятно, кто и как позволил ему уехать. Мать всё это время врала. Каин врал. И не стало ли отцу хуже за эти самые два месяца?.. Не хотелось об этом думать. Он смял лист, убрал в карман. Кажется, ему предстоял серьёзный разговор. Или даже несколько.