На дно бездны

      Джейн откусила лапку дёргающейся шоколадной лягушке. Зажав её тельце в одной руке, другой повертела вкладыш.       — Ну что, кто попался? — попытавшись скрыть скуку, спросил Драко.       Он вопреки обычаю сидел не напротив, а рядом, на одной с ней скамье.       — Здесь написано «Моргана», но самой её нет, — она, не торопясь, откусила ещё одну лапку.       Он даже не попытался что-нибудь ответить. Не то чтобы это удивляло Джейн. Это кто-то вроде Уизли мог коллекционировать карточки. Для Драко Малфоя слишком мелко. Наверняка он собрал бы все вкладыши в первый же день.       — Выходные как-то слишком быстро протекают, — пожаловалась она, — учитывая то, сколько задали, учиться надо столько же, сколько и в будни.       — Да, — кивнул Драко, рассеянно поглаживая большого филина. — Надо в библиотеку заглянуть.       Величественная птица пепельного цвета за всеми наблюдала с высокомерием и явно надеялась поскорее улететь. Несмотря на то, что в Хогвартсе ей не нравилось, посещала она его с завидной регулярностью. Всё из-за частых посылок. Родители Драко постоянно посылали ему огромные свёртки, полные самых разных конфет и пирожных. Шоколадная лягушка, которой Джейн начала откусывать передние лапки, была именно из сегодняшней посылки.       — А ещё надо проучить тюфяка Лонгботтома.       Джейн подавилась головой лягушки.       — А? Зачем?       — Почему обязательно должна быть причина? — он в раздражении слишком сильно потянул за перья. Филин, издав недовольный звук, расправил крылья и улетел.       — То, что ты его хочешь проучить, как будто бы подразумевает, что есть за что, — она легко пожала плечами и покопалась в коробке с конфетами. — Так причины есть?       — Да, — неохотно начал он.       Схватив пару шоколадных кексов, Джейн заметила в глубине небольшую коробку. В зелёной упаковке с золотыми завитушками. Выглядело очень дорого. Положив кексы на стол, она осторожно вытащила и её.       — У тебя здесь какая-то коробочка.       — Это тебе, — когда она приподняла брови, он добавил: — Ты не пользуешься перьями. Не понравились те, что были на Косой Аллее? Там мало по-настоящему хороших перьев. Я, как и отец, пользуюсь только французскими. «Plume d'Argent», может, слышала?       — Не думаю, что буду ими пользоваться. Мне больше нравятся магловские ручки, — Джейн потрясла коробку. Та не издала ни звука. Похоже, хорошо упаковано. — Так что там с причинами?       — Он наябедничал Макгонагалл. Сказал, что я над ним издеваюсь, — на скулах Драко едва заметно расцветали розовые пятна злости и стыда. Глаза гневно сузились.       — Лонгботтом? — Джейн задумчиво постучала ногтями по упаковке от кекса с мятной начинкой. Скорее всего, его положили в посылку исключительно для неё. Драко мяту не особо любил. — А ты уверен? Он не из тех, кто побежит жаловаться. Побоится.       — А он и не побежал жаловаться, — с каким-то злым и брезгливым смешком протянул Драко. — Этот идиот просто расплакался, ревел так, будто я его жабу убил, а не пару бумажек кинул! А это старая кошёлка сказала, что напишет отцу!       Джейн подумала, что «старая кошёлка» совсем не глупа, раз сразу заметила, что имя Люциуса возымеет больший эффект, чем любые изыскания и выговоры. И ведь его это задело.       — Он тебя наругает?       — Нет, — её вопрос как будто успокоил его. Он позволил себе расслабиться, и поза стала какой-то нарочито ленивой. — Отец никогда меня не ругает. Не сравнивай маглов и магов.       Настал её черёд напрягаться. И вот спрашивается, кто её за язык тянул трепаться о трудностях с Дурслями?       — Я не сравнивала. Просто мне казалось, что в таких семьях, как у тебя, к этому строго относятся.       Наклонившись к её уху, он протянул:       — Ты многое не знаешь о настоящих магах, — Джейн догадывалась, что настоящими магами были исключительно те, кто сидел за столом Слизерина. — Если у нас есть какие-то правила, то главное из них: попадаются только дураки. Именно поэтому мне бы не хотелось, чтобы старуха писала отцу.       — Кажется, я понимаю, — она замерла, внезапно нахмурившись. — Подожди, а когда ты вообще умудрился закидать его бумажками? Я ни разу не видела, чтобы ты в него что-то кидал.       Драко хихикнул.       — Это было, когда ты усердно притворялась мёртвой.       Джейн знала, что сильно изменилась в лице. Жар опалил кожу щёк изнутри. Нервные пальцы резко открыли упаковку, которая до этого вертелась в руках. Шоколадное пирожное чуть не выпрыгнуло на стол. Вот же злопамятный гадёныш.       — Не напоминай, — пробормотала она с набитым ртом. — И я правда заболела!       — Если бы ты заболела, медведьма не читала бы тебе лекцию о «пагубности обмана в отношении к здоровью»!       Джейн скривилась, точно ела не вкуснейший кекс, а личинку переростка, вязкие внутренности которой медленно расползались по языку. Кто же мог предположить, что мадам Помфри, в первую встречу показавшаяся добродушной старушкой, так быстро поймёт, что больная ничуть не больна, и превратится в злобную помесь тигра и медоеда.       — Джейн, да даже если бы ты заболела, тебя бы вылечили в тот же час, притом одним единственным зельем, — продолжил уже без открытой насмешки он.       — Я это уже поняла, увы, опытным путём, — перестав юлить, проворчала Джейн.       Драко хотел что-то добавить, но не успел. Напротив них, резко оттолкнув Гойла, сел Лестрейндж. По-хозяйски пододвинув к себе коробку, он выудил оттуда пару мятных кексов.       — Ну и ради какого драккла так заморачиваться?       — О чём это он?       — Сейчас увидишь.       Лестрейндж махнул головой себе за спину и прищурился, глядя на молчаливого Драко. За столом гриффиндора нарастал гул. Она приподнялась, чтобы разглядеть хотя бы что-то.       Несколько мальчишек вскочили со своих мест, дико вопя. Кожа их была зелёной и пупырчатой, как у жаб. С большим трудом можно было узнать пухлого Лонгботтома и рыжего Рона Уизли, к остальным она никогда не присматривалась, а потому могла сказать только то, что они были первогодками.       — Что это с ними?       Ответила, к удивлению, Гринграсс:       — Похоже, получили посылку от недоброжелателя, — она заправила рукой в кружевной перчатке локон за ухо.       Джейн мазнула по Гринграсс взглядом. По выходным многие меняли форму на свободную одежду. Сегодня на той было чёрное, с мириадами вплетённых серебряных нитей платье, которое очень походило на мантию. Разве что приталенную и с корсетом.       Джейн видела мало мантий, да и что уж там говорить, мало платьев. Но она несколько раз заглядывала к мадам Малкин и, когда удавалось спихнуть Нериссу с подоконника, разглядывала из окна заглядывающих в магазины волшебников. Ничего подобного маги не носили.       — Симпатичный наряд, — Джейн неловко повела плечами, когда Гринграсс вонзила в неё немигающие карие глаза. Повернулась к Драко: — Это ты так отомстил Лонгботтому, что ли?       Он уже давился смехом на пару с Паркинсон, едва не сползая под стол. К нему с запозданием присоединились Крэбб с Гойлом, а также парочка третьекурсников.       — Ага! Не знал, что идиот и остальным предложит! Забавно получилось!       — Н-да, добрая душа.       Сочувствия к мальчишкам Джейн не испытывала, но и присоединяться к смеху не спешила. Лично ей Лонгботтом ничего не сделал, а Уизли вообще преподнёс королевский подарок: вернул книгу.       — Смотри, какие забавные у них лица! — Драко пододвинулся к ней и указал пальцем на то, что считал наиболее смешным, — на слёзы, градом катившиеся по большим зелёным щекам. — Лонгботтом снова ноет! Интересно, его бабке сильно стыдно за такого наследничка?       Взгляд перескочил с Лонгботтома на Рона Уизли, который стоял в окружении первогодок и братьев. Упрямое лицо покрылось россыпью бородавок, но, похоже, он больше беспокоился о близнецах, вознамерившихся помочь. Что-то подсказывало, что их помощь была намного страшнее мести Драко.       — Меня не очень забавляют чужие слёзы. Особенно если человек лично мне ничего не сделал.       К гриффиндорцам уже спешила их декан. Голос рассерженной женщины был слышен каждому, кто сидел за завтраком. И он обещал страшную кару тому, кто издевался над её подопечными.       — Он сделал мне! — у Драко было такое лицо, будто она подсунула ему под нос одно из своих зелий.       — Даже если сделал, меня там не было, поэтому прочувствовать полностью всю трагедию я не могу, — в голос, против воли, пробилась ирония.       — Мог бы просто с лестницы его столкнуть, — без интереса протянул Лестрейндж. На вопящих мальчишек он не посмотрел ни разу.       — А тебе лишь бы столкнуть кого-то!       — Лонгботтом бы себе шею переломал, за это и исключить могут, — с безразличным лицом рассуждала Гринграсс, — но с отравлением ты, конечно, переборщил. Лучше бы проклял.       — Рискованно. Палочку ведь проверить могут, — достав зеркальце, чтобы рассмотреть покрасневшее от смеха лицо, сказала Паркинсон.       Один другого лучше! А считают ненормальной почему-то Джейн.       — Да всё лучше цирка с конфетами. Ты так не считаешь, Поттер? — со странной интонацией спросил Лестрейндж.       — Драко… оригинален.       — Тот, кто это сделал, не отделается парочкой снятых баллов, — прогремел голос Макгонагалл над залом.       Отдав старосте последние распоряжения, профессор направила детей на выход, к больничному крылу. Взгляд её напоследок задержался на столе слизеринцев. Спина как-то сама собой выпрямилась, а локоть больно воткнулся Драко в бок.       — Ай! — он недовольно скривил губы. — Осторожнее.       — Макгонагалл посмотрела прямо на нас! Наверняка начнёт тебя подозревать.       — Доказательств нет, — он встал, поправив мантию.       Джейн тяжело вздохнула, собираясь с мыслями. Оставаться на «месте преступления» ей не хотелось. Рука быстро смахнула коробку с перьями в сумку.       — Пойдём, больше здесь делать нечего.       Приказной тон оставил после себя неприятное послевкусие. Знакомое раздражение зазмеилось в желудке. Джейн замечала, что Драко очень часто забывал, что теперь в спутниках не только послушные Крэбб и Гойл, но и она.       Замедлившись, сгребла из чаши посреди стола с десяток мятных конфет. Показательно медленно стала рассовывать их по карманам. Поправила очки.       — Я сказал, пошли.       — Куда? — конфета с шуршанием покинула фантик и отправилась в рот.       Драко замер. Моргнул пару раз и подхватил её под локоть. Краем глаза она заметила, что Лестрейндж подобрался и как-то неодобрительно на это посмотрел.       — В библиотеку, — на её стон он безжалостно напомнил: — Тебе надо дописать эссе. Пенси, Дафна, вы с нами?       — Я уже всё сделала, — отмахнулась Гринграсс, сканируя одежду Джейн взглядом.       Руки сами собой поправили свитер, а глаза поискали дырки и пятна. Ничего не было. Самая обычная одежда. Новая, хорошо сидящая. И чего она тогда пялится?       — Я тоже, — Пенси поедала последние конфеты из опустевшей коробки.       Наверняка положит её под стол, подумала Джейн, а не отнесёт к столу для открытых посылок. А ещё аристократка! Именно из-за таких старосты им лекции и читают.       — Я с вами, — неожиданно сказал Лестрейндж.       — С каких пор ты ходишь в библиотеку? — вопрос вырвался, прежде чем она успела задушить слова в глотке или хотя бы прикусить язык. Хватка Драко на локте на секунду стала почти болезненной.       Строго говоря, она и правда не видела, чтобы Лестрейндж посещал библиотеку, но говорить об этом точно не следовало. Она подавила желание побиться головой о стену. Только не под взглядом этих глаз.       — Вы… — Драко наверняка хотел сказать что-то дипломатичное, что позволило бы искрам конфликта погаснуть, а им отправиться в библиотеку. Не вышло.       — С этих. Делать всё равно нечего, — он развернулся к ней всем корпусом.       — Мы эссе пишем, — развела руками, как бы говоря: «разве найдётся дело более унылое, чем это?». — Тебе будет скучно.       — А это я сам могу решить. Что может быть занимательнее, чем смотреть, как ты пытаешься написать хоть что-то с оценкой выше тролля? Говорят, четвёртое эссе будешь сдавать… Да и на обласканный профессором почерк хочу взглянуть.       Джейн скрипнула зубами. С одной стороны, сама виновата, именно она это начала, а с другой, не пошёл бы он к чёрту?       — Говорят, у тебя характер, как у тролля. Чушь! Тролли по сравнению с тобой божьи агнцы! — протараторила она, глубоко вздохнула и, не давая никому перебить себя, добавила на выдохе: — Могу оставить свою домашку по трансфигурации, если так хочешь посмотреть на мой почерк.       На их стороне стола воцарилось молчание. Слизеринцы пялились на неё так, будто впервые увидели. Один только Лестрейндж был спокоен. Он вертел в руках палочку. И когда только успел её достать? Она ведь лишь раз мотнула головой, осматривая реакцию.       Крэбб и Гойл замерли с какими-то странными лицами. Паркинсон и Гринграсс, которые до этого вели показательную беседу о погоде, наконец развернулись, не пряча своего интереса.       — Думаю, тебе стоит присоединиться чуть позже, Аерон. После того как позавтракаешь, — сказал Драко ровным тоном.       Джейн только сейчас заметила, что перед Лестрейнджем стояла нетронутая тарелка с кашей. Свою она съела ещё до того, как пришла посылка.       — Четвёртый стол? — палочку в руках заменила ложка.       — Да, или ближайший к нему, — крикнул Драко, когда они уже начали отходить от стола.       — И что это было?       — Ничего, — он не смотрел на неё. — Просто не лезь к нему больше.       — Я не лезла! Это он…       — Джейн, я серьёзно. Аерон не из тех, с кем стоит враждовать. Я понимаю, ваше знакомство началось не очень хорошо, но сейчас у тебя все шансы свести отношения хотя бы к нейтралитету. Попытайся просто игнорировать его.       — Хорошо, — после продолжительного молчания ответила она. Стоило попробовать. Врагов у неё в любом случае будет много. Не стоит создавать себе ещё одного.       Коридоры Хогвартса сменяли один другой и в сознании Джейн сливались в один бесконечный лабиринт. Мельтешили портреты на картинах, лучи солнца из арочных окон заставляли блестеть металл доспехов. Хаотично двигались лестницы, пропадали исчезающие ступеньки и некоторые двери. Где-то сверху раздавались крики умирающего. Это рвал глотку не обладающий голосом и талантом певца Пивз.       В библиотеке было тихо и пахло старыми пергаментами. Кинув сумку в ноги, она плюхнулась на стул. Разгладила желтоватые бумаги, повертела в руках ручку, наблюдая, как Драко с громилами возвращаются со стопками книг. Дело обещало быть долгим.       И как снова вывести разговор на Лестрейнджа? В коридорах начинать его опрометчиво, а вот сейчас, когда Крэбб с Гойлом отсели за соседний столик, а вокруг лишь парочка увлечённо читающих воронов у стеллажей, идеальный шанс. Джейн решила сосредоточиться на эссе, но мысли то и дело возвращались к слухам.       Их, кто бы мог подумать, на Слизерине было пруд пруди. Мало с кем общавшиеся в силу своей исключительности аристократы обожали перемывать косточки и своим, и чужим.       Больше всего слухов ходило именно о Лестрейндже. Мол, мальчишка — сын Тёмного Лорда, только от него могла понести Блэк.       Безумная женщина с мужем была в холодных отношениях и — на этом моменте Джейн всегда пробивало на смех, говорили об этом так, будто лично свечку держали, — не разу с ним не спала. Вечно крутилась вокруг Лорда, тая перед ним, как первомайский снег, лебезила. Кто-то даже говорил, что она была его ученицей. Крайне способной. Такой грех не воспользоваться. Да и не похож мальчишка на своего отца. Копия матери, только глаза — чужие, не принадлежащие ни Блэкам, ни Лестрейнджам — отличались.       Это хорошая, красивая легенда, вот только Джейн видела в ней слишком много нюансов. Начать хотя бы с глаз — главного и самого популярного аргумента — да, в книге ни разу об этом не упоминалось, но с большой вероятностью они у Реддла тёмные. Карий с годами перетекал в красный.       Да и… Реддл и отношения? Что за бред?!       Джейн резко дёрнула рукой, ставя размашистую точку в эссе. Посмотрела на последние неаккуратные строчки. Слишком большие буквы и дёрганные линии.       Она отодвинула пергамент — кто вообще в их время пользуется пергаментом?! — и почувствовала, что снова начинает закипать. Громко ударила книгой о стол. Ученики недовольно на неё обернулись. От этого захотелось ударить ещё раз, да посильнее.       — Закончила? — Драко оторвался от своей книги и, после её недовольного кивка, притянул пергамент к себе.       Она со скрипом отодвинула стул и, когда обходила стол, с тоской засмотрелась в окно. Маленькие фигурки в развевающихся на ветру мантиях мельтешили на фоне зелёной травы. Многие столпились у чёрного озера.       «Уж им точно веселее, чем мне», — кисло подумала Джейн и с трудом оторвала взгляд. Пошаркав кроссовками, встала за спиной Драко. Он продолжал вчитываться в эссе. Поверх ровной стопки его книг лежал блокнот с заметками. Она смогла разглядеть написанный витиеватым почерком заголовок «Культ крови».       Брови сошлись на переносице, на языке уже начал крутиться вопрос, но она вовремя себя остановила. Про Лестрейнджа сейчас узнать важнее.       — Слушай, Драко, я всё хотела тебя спросить… — Джейн подалась вперёд, облокотившись рукой о стол. — Тут недавно такие слухи услышала…       — Удивительно, — не отрываясь от чтения, сказал он.       — Что? — мысли сбились.       — Удивительно, говорю, — Драко с непринуждённым видом отложил эссе, отодвинув его от себя тремя пальцами. Одним словом, аристократишка! — Обычно ты дальше своего носа не замечаешь. В этот раз получилось лучше. Думаю, профессор примет работу.       — Это ещё почему?! — совершенно искренне возмутилась она, забыв, зачем вообще начинала разговор.       — Ты про эссе или?..       — Или.       — Так тебе напомнить? Кто на весь Хогвартс орал, что оторвёт кошке сквиба хвост?       — Так я же не одна была!       — В отличие от тебя, мы говорили тихо! Но отмывали котлы почему-то все вместе!       — Тихо, ага! Да ты и Лестрейндж ржали так, что я подумала, вы прямо там откинетесь. Даже не на весь Хогвартс, уверена, там до Запретного леса дошло!       Лицо Драко скривилось, на щеках снова выступили некрасивые розовые пятнышки. Так было всякий раз, когда кто-то ему напоминал о его «плебейском» поведении.       — Сути дела это не меняет, — запротестовал он. Сразу видно — вслед за папочкой будет греть кресло Визенгамота. Изворотливый, как Нерисса! — Много кто смеётся, правилами не запрещено, но никто не обсуждает членовредительские планы на кошку сквиба при нём же!       — Откуда мне было знать, что он сзади стоит? Вы бы хоть намекнули.       — Я намекал!       — Ага, вместе с ржущим Лестрейнджем на пару! Что мне твои подмигивания? Я думала, у тебя нервный тик.       Они замолчали, переводя дух. Смерив её взглядом, он вдруг выдал:        — Мы устроили тотализатор, когда ты заметишь, что по ненормальности переплюнула даже Аерона.       После искромётного заявления Уизли она наконец начала прислушиваться к разговорам. И очень многое узнала. Причём не только про сынишку мирового зла, но даже про себя. Хотя последнее её интересовало в меньшей степени. Там, где они учились, шпана из Литтл Уингинга преподавала! Правда, о последнем сравнении она ничего не слышала.       — Хуже Лестрейнджа?! — она поперхнулась воздухом. — Какой ужас.       — Вот-вот! — он ухмыльнулся.       — Нет, серьёзно? Он же чокнутый.       — Ты тоже. Вы с ним одинаковые. Как говорит матушка: одного поля цветы.       — Ха! Нет! Мы абсолютно разные! Небо и земля. Где мерзкий он и где блистательная я.       — Избавь меня от твоего самомнения, — он закатил глаза.       — Как будто у тебя оно меньше, — пошарила по карманам она, легко выудив конфету. — На самом деле я хотела спросить тебя не про это. Знаешь, про Лестрейнджа тут разное говорят…       — Ты хотела поговорить про эти слухи? — Джейн заметила, что он ощутимо занервничал. Светлые глаза перебегали с неё на полки и обратно. — Джейн, это очень… тонкая тема, — очевидно, повторил слова отца Драко. — Я не думаю, что стоит…       — Давай без этого! Его считают сыном Тёмного Лорда, я, — здесь она всё же замялась, — одолела Тёмного Лорда. Если всё так, как говорят — мы связаны.       — Он не его сын. По крайней мере, так мне говорил отец, — помолчав пару секунд, Драко проникновенно заглянул ей в глаза и продолжил: — Знаешь, он правда не похож на мать и отца, но он очень похож на деда! Я лично был в их имении и видел картины. У них будто одно лицо и взгляд! Да и характер…       — Ты так думаешь? — с сомнением протянула Джейн. На сердце тем не менее стало легче.       — Уверен! Только не говори это ему. Он всегда бесится, когда их сравнивают.       — Значит, точно пошёл в деда, — кивнула самой себе.       — Что-то вроде, — промычал Драко и вдруг снова притянул её эссе. Видимо, решил окончательно поставить точку в этой зыбкой теме. — Смотри.       Когда она наклонилась над столом, он продолжил:       — Вот сюда надо добавить цитату.       — Это чистовик.       — Хочешь ещё один Тролль?       Джейн с протяжным стоном снова обошла стол и села на своё место. Вся весёлость вмиг испарилась. Как же она ненавидела эти эссе.       Всё началось пару уроков назад с того, что Снейп обозначил как «небольшое домашнее задание». Простенькое эссе, за которое ей поставили Тролль и прилюдно высмеяли перед классом.       — Вы думаете, я не узнаю работу мистера Малфоя, если измените пару слов? — едко поинтересовался он, магией направив к ней пергамент.       Джейн, кто бы там что ни говорил, на самом деле умела учиться на ошибках. Правда, не слишком хорошо. Когда ей поставили первый Тролль за списанное эссе, она лишь посмеялась и легла на пару часов позже обычного, впервые с лета покопавшись в учебнике. Она была уверена, что в этот раз получит скупой зачёт, но…       — Прекрасные, а главное, совершенно не читаемые размышления! — возвестил он, пробежавшись по первым строчкам. — Пусть кто-нибудь более лояльный к подвигам читает вашу писанину.       Глаз, покрасневший от недосыпа, резко дёрнулся. Когда пергамент едва не врезался ей в лоб, по аудитории прошлась волна смешков.       — Но!..       — Никаких «но», Поттер.       Все неловкие увещевания испарились от одного только взгляда Снейпа. Очевидно, он бы скорее отгрыз себе ногу, чем изменил решение. Поэтому Джейн всё же пришлось переписывать эссе. Но третий раз не стал волшебным исключением.       — И снова Тролль, мисс Поттер, — смакуя слова, сказал он.       — Что?! Почему?! — Джейн вскочила с места.       Она яростно смотрела на него, прикладывая все силы на то, чтобы не броситься в драку, пытаясь выдрать сальные патлы и выцарапать наглые глаза.       — Эссе — это размышление, а не тупое копирование учебника. Или вы стремились похвастаться умением читать? Несомненно, великое достижение.       По аудитории пробежались смешки.       — Я писала с размышлениями! — перебила его Джейн, впиваясь пальцами в край парты.       — Да? Ваши размышления занимают не больше, — Снейп картинно вчитался в эссе, которое продолжал держать в руках, — трёх строк.       — Но они есть!       И снова волна смешков и жадных взглядов.       — Тихо, — негромко напомнил о себе профессор и приступил к объяснению новой темы.       Джейн медленно опустилась на своё место, к молчаливому Гойлу. Ей было плевать, что он переглядывается со своим дружком Крэббом, насмехается над ней, ведь даже он сумел сдать со второго раза.       Она хотела проклясть Снейпа и могла думать только об этом. Он ведь был не справедлив! Просто придирался, но ведь даже у этого есть своя черта. Он не может просто не принимать все домашние задания. Просто не может!       «Это не честно», — подумала Джейн тогда, сильно прикусив щеку.       — Не честно, — повторила она сейчас, задумчиво уставившись на полки.       Что-то холодное коснулось её ноги. Джейн вздрогнула, но быстро расслабилась, услышав знакомое бессвязное шипение Нериссы.       Быстро подняла змею и устроила на своих коленях. Та свилась тугими кольцами, прошипев что-то про шныряющих повсюду школьников.       — Ей запретили ползать по замку, — раздался голос Драко, который сидел, отодвинув книгу и откинувшись на стуле.       — Знаю, — Джейн закатила глаза. Как будто бы она не слышала это тысячу раз от Эйвери. — Но я не могу держать её только в своей комнате. Ей нужно иногда проветриваться. Она очень свободолюбивая.       — Но она может напасть на кого-нибудь или потеряться, если будет ползать по Хогвартсу бесконтрольно! — без сомнений, под «кем-нибудь» он имел в виду себя.       — О, поверь мне, на местности она ориентируется лучше меня. Да и не ест она человечину, — убивающее уверенность «наверно» она решила опустить.       Драко закатил глаза.       — Профессор это заметит и тогда устроит тебе весёлую жизнь.       — Уже устроил.       — Это он ещё мелочится, — отмахнулся Драко. — Я расспрашивал старшекурсников про твою ситуацию.       — Чудесно, теперь и они в курсе.       — Они и до этого были в курсе.       На её вопросительный взгляд он пояснил:       — Старосты в курсе всего, что происходит с учениками. Обычно они не распространяются о таких конфузах… Но ты немного другой случай. За тобой следят. Всем интересно, что с тобой происходит. Это скандал, — пояснил Драко.       — Скандалы у вас любят. Уже заметила. Чертовски неприятная ситуация.       — Не перебивай. Так вот, они рассказали мне, что из-за него близнецы Уизли, рыжие такие, это они недавно стену разукрасили.       — Помню, — перебила его она. — Так что?       — Они чуть не вылетели из школы. Профессор начал валить их на зельях. — Драко оперся руками о стол, перегнулся, чтобы быть ближе, и быстро продолжил: — Говорят, в ситуацию вмешался Дамблдор.       Джейн невольно тоже придвинулась поближе, край стола давил на живот. Со стороны они, наверно, выглядели как заговорщики. Правда, не очень смышлёные. Умные не стали бы так явно себя выдавать.       — Думаешь, Дамблдор и за меня заступится?       — Думаю, тебе стоит быть осторожнее, — фыркнул он и, как ни в чём не бывало, вернулся на своё место. — Сейчас профессор не так сильно на тебя давит, может быть и хуже.       — Ладно, я…       Джейн осеклась, заметив, что Драко пристально вглядывается куда-то в сторону, поверх её головы. «Только бы не Снейп», — взмолилась она сразу всем богам и резко повернулась.       Это был не Снейп. Сзади вообще никого не было. Джейн нахмурилась и уже открыла рот, чтобы спросить, куда он смотрел, как заметила две фигуры в тени стеллажа.       Первая и самая высокая принадлежала изящной блондинке. Джейн увидела каре, не доходящее до шеи, сверкающую белизной рубашку с большими рукавами и узкие брюки с высокой талией.       Она едва не присвистнула. Мало кто из слизеринок носил штаны. Строго говоря, она видела четырёх, включая саму себя. Джейн пригляделась к спутнику блондинки и едва не открыла рот от удивления.       — За Лестрейнджем бегает старшекурсница?! — возопила она, вытаращив на странную парочку глаза.       Ладно бы, если бегал он сам, но за ним! А судя по мрачному лицу Лестрейнджа, ему совсем не нравилась компания, и он мечтал как-то от неё отделаться. Размышления прервал булькающий смех сложившегося пополам Драко.       — Это не девушка, Джейн, это Виллиамин, брат Дафны!       Она с сомнением вгляделась в фигуру парня. Он в это время небрежно заправил за ухо прядь волос и чему-то улыбнулся.       — Точно не девушка? — с сомнением спросила Джейн.       — Точно, — Драко продолжал негромко посмеиваться.       — Они похожи, — задумчиво кивнула самой себе и ощетинилась: — Хорош уже! Достаточно посмеялся! Зачем ему вообще Лестрейндж?       — Не знаю, — он провёл рукой по идеально уложенным волосам. — Но не думаю, что это хорошо.       — Думаешь, Лестрейндж обзавёлся парочкой врагов? Может, его Дафна натравила?       Она с жадностью начала обдумывать эту идею, в красках представляя, как старшекурсники сбрасывают его с Астрономической башни. Проблема была только в том, что следом за Лестрейнджем в кратчайшие сроки полетела бы сама Джейн. Ведь Гринграсс ничего не стоило указать на неё своим изящным тонким пальчиком. Да и смотрит она в последнее время как-то уж слишком пристально.       — Насколько я помню, у них не самые крепкие отношения. Так что не думаю, что Дафна прибегла к помощи брата. Да и зачем?       — Он ей угрожал.       Драко отмахнулся.       — Он всем угрожает.       — Чудесно, значит, я не исключение, а правило! — Джейн снова повернулась к нему. — Странно, что для тебя это норма.       — Мы росли вместе. Было время привыкнуть.       Драко встал и направился к отделившемуся от стеллажа Лестрейнджу. Изящного блондина с ним уже не было. Джейн поспешила вперёд.       — О чём говорили? Приглашают? — заговорил Драко с восторгом.       Джейн нахмурилась. А ей ведь сказал, что не знает ничего.       — Да, — Лестрейндж скривился.       — И ты?       — Пока не дал ответа.       Драко разочарованно простонал:       — Ты хотя бы рассматриваешь их предложение?       — Да.       Джейн раздражённо переводила взгляд с одного на другого, совершенно не понимая, о чём речь. Его приглашали на очередную вечеринку? Чего же отказывается. Лестрейндж перехватил её взгляд и осклабился.       — Свали, шрамоголовая.       Она чуть не споткнулась. Прозвище придумал! Чтоб его черти разодрали!       — Ты!..       — Не стоит, Аерон, — как бы для вида сказал Драко и, положив руку на плечо Джейн, чуть толкнул её в сторону. — На самом деле мы будем обговаривать довольно личную тему, и, наверное, будет лучше, если ты поищешь дополнительную литературу насчёт своей палочки.       — Я уже просматривала все те книжки. Нет там ничего интересного. И…       — Возможно, ты что-то пропустила, — он продолжал настойчиво давить ей на плечо. — Скорее всего, упустила! Ты же их даже не читала, а просматривала оглавления!       Джейн открыла рот, чтобы возразить что-нибудь умное, но как назло в черепной коробке гулял ветер. Противная рожа Лестрейнджа исказилась в улыбке. Ладно, в этой битве он выиграл.       Она развернулась, сильно сжав губы, и быстрыми шагами направилась куда-то вперёд. Из плюсов — Джейн наконец осталась одна. Обычно так было только в её комнате. А тут целая библиотека. Можно посмотреть что-нибудь без бдительного надзора чужих глаз.       Напряжённые плечи расслабились. Походка замедлилась, пока ноги уверенно несли её к постаменту. Он был похож на место, где у дирижёра лежат ноты. Драко показал его при первом же посещении библиотеки.       Нужно было приложить к нему руку и загадать определённые книги. Впрочем, хватит и опознавательных слов. Но что загадывать?       О чём-то таком она уже думала, но мысль, мелькающая на задворках сознания, всё ускользала и ускользала. Скользкая, как Нерисса в воде. Найти что-то, о чём она не хотела бы, чтобы кто-то знал. О чём нельзя спросить прямо.       Одно имя промелькнуло в сознании. Глаза под очками распахнулись шире, а руки сжались в кулаки. В самых сложных загадках часто чертовски простой ответ.       — Что ты з-с-садумала? — неслышно зашипела Нерисса. Джейн её проигнорировала.       Приложила руку к артефакту и чётко, но не слишком громко произнесла:       — Том Реддл.       Целую минуту ничего не происходило. С каждой секундой она хмурилась всё больше. Когда Джейн окончательно уверилась, что ничего про Тома нет, да и идея была глупой, что-то выпорхнуло из-за соседнего стеллажа. Надежда, вспыхнувшая с новой силой, придала Джейн скорости.       Чуть подрагивающие от эмоций пальцы осторожно взяли газету, желтизной и бурыми пятнами напоминающую осенний лист. На неё давненько не накладывали заклинания, рассуждала Джейн, значит, где-то в библиотеке есть аналог. Повезло, что есть вариант в свободном доступе.       Джейн вгляделась в фотографию. Она, как и вся газета, плохо сохранилась: бумага неравномерно выцвела, многие лица расплылись, а мантии у тех, кто стоял по краям, слились в кляксу. Но постаравшись, можно было разглядеть группу парней, которые держали в руках кубок.       Взгляд сам собой поднялся выше, вчитываясь в заголовок.       «МАХОТОКОРО — РАЗГРОМЛЕНА! Специальный корреспондент «Пророка» сообщает радостную весть: впервые за полвека кубок международного дуэльного турнира возвращается в Великобританию. Сборная Хогвартса победила с большим отрывом!»       Джейн мазнула взглядом по дате — 24.02.1945 — и, пропустив пару почерневших абзацев, снова вчиталась.       «Наши источники сообщают, что тренер японской сборной подал протест в международную конфедерацию магов, обвиняя судей в предвзятости.»       Не то. Где-то здесь он должен был упоминаться. Неужели тоже участвовал?! Хотя, наверное, это логично, он был довольно умён и талантлив в юности.       «Команду, состоящую из семи человек, возглавил Том Реддл, староста, недавно награждённый за заслуги перед школой.»       Сердце ухнуло куда-то в желудок, где недоваренной кашей скомкались органы. Джейн уставилась в середину снимка, туда, где фотография лучше всего сохранилась, туда, где парни всё ещё дёрганно и смазанно двигались, туда, где держали кубок, туда, где должен был стоять будущий Тёмный Лорд.       Но кубок держал не он. Она поняла это сразу, но почему-то задержалась. Что-то было в этом парне до боли знакомое. Он, нагло ухмыльнувшись, резко подкинул кубок. Поймал одной рукой и снова подкинул. Остальные — те, кто ещё мог двигаться, — затряслись от хохота. Он встряхнул тёмными, потерявшими от времени лоск кудрями и что-то крикнул. А потом взглянул тяжёлым взглядом прямо в объектив.       Слева кто-то положил ему руку на плечо, улыбка стала только шире. Джейн скользнула по руке к чужому лицу.       Она замерла. Со свистом от громкого выдоха весь воздух вышел из лёгких.       Хватило одного взгляда, одного мгновения, чтобы узнать его.       Старость, разъедающая газету, казалось, его не коснулась. А чернила смогли передать тонкость и правильность его черт.       Глаза её бегали вниз-вверх, не в силах остановиться и замереть на чём-то одном. Красивые тёмные волосы аккуратно уложены, лишь одна непослушная прядь выбивается на лоб. Ровные, чуть приподнятые брови. Чёрная клякса-мантия. Изгиб губ. Не слишком широкая, но светлая, определённо радостная улыбка. Глаза стёрлись, и сложно было сказать, что именно они выражали. Джейн казалось, что Том Реддл выглядел счастливым.       Что-то случилось. Не бабочки. Конечно, нет! Она выше дурацких симпатий и прочего бреда, но что-то произошло. Что-то. Будто шестерёнка снова встала на своё место, заставляя весь заржавевший механизм работать.       Что-то всплыло. Это был шелест новых страниц — она не любила читать, но «Гарри Поттер» был исключением — звук телевизора, голоса актёров, ленты переписок, кривые рисунки в блокноте, всё это объединяло имя — Том Марволо Реддл.       Пол вдруг показался Джейн нетвёрдым. Или нетвёрдыми были ноги?       Какого чёрта она ничего не помнит?       От того, как сильно пальцы сжали бумагу, кончики её раскрошились.       Джейн не помнила, как её окликнули. Как, переговариваясь, вели к гостиной. Не помнила она и то, что сказала, дабы отмахнуться от обеспокоенного голоса Драко. Не помнила, как добралась до комнаты.       Но щелчок двери всё же заставил вздрогнуть.       До кровати она не дошла. Почти распласталась на ковре. Достала газету и — ей лишь чудом хватило мозгов спрятать её под мантией в библиотеке — осторожно рассмотрела.       — Что с-с-с тобой? — подозрительно прошипела белая голова, выглядывающая из кармана. — Ты какая-то с-с-странная. Даж-ш-ше для тебя это не нормально, — стараясь скрыть озабоченность, спросила Нерисса.       — С-с-смотри.       Джейн почти ткнула в её морду фотографию.       Змея поудобнее устроилась на коленях и пригляделась. Несколько раз высунула раздвоенный язык.       — На что?       — Вот на него, — она обвела контур лица пальцем. Стоящий рядом парень с кубком пригрозил ей кулаком. — Это Том. Точнее, Волдеморт. Мож-ш-шет, с-слыш-шала? — она повторила на английском: — Волдеморт. Никогда не с-слыш-шала з-с-вучание этого имени?       — Нет. Не з-с-снаю? И не говори со мной на этом ваш-ш-шем языке, нас-с-слуш-ш-шалась уже тарабарщины. Обычно у вас-с-с очень глупые имена, но это дас-с-ст с-с-сто очков каж-ш-шдому, — она раздражённо дёрнула хвостом.       — Это имя Тёмного Лорда, который убил моих родителей, — продолжала Джейн, не слушая шипение снизу.       Глазки-бусинки змеи расширились, но она быстро взяла себя под контроль. В выражении её морды читалось примерно «И чё?».       — Ты хочеш-ш-шь ему отомс-с-стить?       — Нет, — Джейн ответила выражением «и ничё». — Убил, не убил, вс-с-сё это было давно и неправда.       Она поудобнее устроилась на малиновом мягком ковре, подняла над собой фотографию, рассматривая улыбающегося юношу. Интересно, её можно восстановить?       — Точнее, — Джейн вздохнула, пытаясь правильно подобрать слова, — мне плевать.       Легче не стало. Нерисса, похоже, просто не понимала. Похоже, мешали культурные различия. Ведь что непонятного в её действиях?       — Я никогда не видела этих родителей. Да и не нуж-ш-шны они мне. Главное, чтобы он меня больш-ш-ше убить не пыталс-с-ся. Ес-с-сли не будет, то, мож-ш-шет, даж-ш-ше подруж-ш-шимся…       Джейн пружинисто вскочила, начав кругами расхаживать по комнате. Нерисса забралась на кровать, видимо, чтобы нерадивая хозяйка в приступе безумия не наступила на неё.       Её лихорадило.       — Да-да, я тебе говорю, точно подруж-ш-шимся! Я уж-ш-ше читала подобное! Там вс-с-сегда всё з-с-саканчивалось друж-ш-шбой, ну или более близ-ской друж-ш-шбой… если ты понимаеш-шь, о чём я. Ты же понимаеш-шь, Нерис-с-са?! Проблема в том, что я вс-спомнила об этом только с-с-сейчас. Не только те ис-с-стории, но и его с-самого. Нет, ну, отчас-с-сти я его помнила. Главный з-слодей вс-сё-таки. Но не так. Это был один из моих любимых перс-сонажей. Понимаеш-ш-шь? Как мож-шно з-сабыть, что он мне нравился? Мож-шет, я начала з-сабывать сюжет? — она вцепилась в свои волосы. — Нет. Точно нет. Ис-с-клю-че-но! Как только я попала с-сюда, я з-саписала вс-с-сё, что помнила. Знаеш-шь, это была обычная ш-школьная тетрадь, та, которая принадлежала той, что была до меня. Именно с помощью тетради я и узнала, как меня з-совут. Джейн Поттер. Так было напис-сано на тетради. Понимаеш-шь, я даж-ше не знала, как меня зовут. Не Дурслей ж-ш-ше было с-с-спрашивать. Поэтому я проверила тетради, которые леж-шали под матрас-сом в коробке.       Джейн говорила всё с большим и большим запалом. Очки соскользнули на самый кончик носа. Чёрная цепочка хлестала по лицу, сопровождая каждое резкое движение.       — Я перепис-с-сала туда вс-сё, что помнила! Потратила не одну неделю. Дополняла маленькими деталями! Например, ты з-с-снала, что ес-сть с-статуя горбатой одноглаз-сой ведьмы, с-с помощью которой можно попасть в магазинчик «С-с-сладкое королевство» в Хогс-смиде?       — Ещё бы я з-с-снала, где этот твой Хогс-с-смид, — фыркнула Нерисса.       — А я з-снаю! — яростно рявкнула Джейн. — З-снаю об этом, но не о с-самом важ-шном.       Она облокотилась на шкаф и без сил съехала на каменный пол.       — Это многое меняет, Нерис-с-са. Похож-ше, магичес-ский мир с-скрывает от меня много с-секретов. Больш-ше, чем я думала.

***

      Вечером она с ногами забралась на чёрный кожаный диван и время от времени кидала в камин фантики. Дыма не было, только зелёные искорки радостно выскакивали из пламени.       Рядом первокурсники радовались появившимся на доске объявлениям: официально утверждённое расписание и уроки полётов на следующей неделе. Джейн отстранённо заметила, что громче всех звучал голос Драко.       — Когда я впервые столкнулся с магловским вертолётом, мне было пять, — она готова была поклясться, что десятью минутами ранее он утверждал, что тогда ему было шесть. — У нас тогда гостил Филберт Деверилл, тренер Паддлмир Юнайтед, он вообще частый гость в нашем доме! Так вот дядя Филберт сказал, что я выжил благодаря невероятному таланту, и, скажу по секрету, пригласил меня в команду.       — Мне было почти четыре, когда я отбил свой первый бладжер!       — А вот я!..       Джейн отвернулась от гудящей толпы первогодок. На коленях покоилась раскрытая книга. Поверх четвёртого параграфа лежала газета. Лицо Тома Реддла всё так же озаряла мягкая улыбка.       Планы кардинально изменились. Теперь ей нужно приложить все силы, чтобы у неё появился союзник. Придумать план, составить клятву, которая свяжет его по рукам и ногам и навсегда поставит на колени.       Бывший враг никогда не будет ей равным. Джейн просто не смогла бы подставить ему спину. Но и идти по проторенной дорожке ей теперь не хотелось. Хотя, возможно, в чём-то следовать канону придется. Одолеть Волдеморта — это не связать кучей клятв желающего выбраться из крестража Тома Реддла.       Но начать стоит с малого. С дружеской беседы. Надо бы намекнуть Драко, что она не против отдохнуть у него в поместье на каникулах.