bite marks (are a proof)

Чёрт, это он. Это первая мысль, которая приходит в голову Пита, когда он слышит стук в дверь. Мистер Робот. Пит сглатывает и закрывает глаза на секунду, а затем встаёт, чтобы открыть дверь. Он слишком устал, и совершенно не в силах справляться со своим больным воображением и альтер-эго. Пит провел весь день в попытках найти Вегаса — бывшего вице-президента E-Corp. Для него самого остаётся загадкой почему он потратил так много времени ища парня, которого он почти не знает. Это похоже на какой-то инстинкт, что-то, что Пит сам не может объяснить. Он знает, что Вегас опасен и его нужно избегать любыми способами. Но всё же… Пита тянет к нему, он будоражит его сознание. Он не может избавиться от мыслей о парне — это похоже на состояние, когда он трезвый и его тело умоляет об очередной дозе морфина. Он слишком быстро подходит к двери и, обреченно вздыхая, кладёт руку на ручку двери. Пока он нажимает на неё, чтобы открыть дверь, его мозг придумывает сотни причин зачем Мистер Робот опять его беспокоит. Ему совершенно не нужна новая конфронтация с со своим безумием — на улицах полный хаос, в его голове всё ещё хуже. — Здравствуй, Пит. Глаза Пита расширяются, когда он видит его. Тот, кто стоит перед ним — не Мистер Робот. Это Вегас Тирапаньякул. У Сэнгтама попросту не хватает времени понять, что происходит — прежде, чем он успевает даже моргнуть, Вегас делает два шага вперед, буквально проталкивая хакера в квартиру, а затем заходит сам, закрывая за собой дверь. Всё, что сейчас может делать Пит — бездумно смотреть себе под ноги, пока мысли в его голове бегают с безумной скоростью. Он здесь. Он оставил меня в своей машине. … или нет? Как я оказался в его машине? Плевать, сейчас он здесь. Я обыскал весь город, его не было. Неважно. Вегас здесь! Спустя, как ему кажется, вечность, Пит разворачивается и смотрит на экс вице-президента. Если честно, Вегас выглядит ужасно. Он всегда выглядел идеально, но сейчас не этот случай: его костюм и рубашка помятые, его дорогущий галстук ослаблен и болтается на шее, пряди волос выбились из укладки, его потрясывает, а дыхание — неровное. Он не сводит глаз с Пита. Сэнгтам не может прочитать ни единой эмоции на его лице и в его взгляде. Он не выглядит так, будто снова попытается убить Пита, и это немного успокаивает. Но зачем он пришёл? Он знает о взломе? Скорее всего, да, потому что он тоже ответственен за него. Он зол? Стопроцентно. Но Пит тоже. — Что, — начинает он, но останавливается. Что он вообще хочет спросить? Что произошло? Почему я провёл два дня в твоей машине? Почему ты здесь? Тебе не наплевать? Какой вопрос задать первым? Из размышлений его вырывает неожиданное касание — Вегас положил руку на его плечо, Пит сразу отдергивается, избегая контакта. У него не получается сдержать стон, полный боли, когда он слишком сильно ударяется спиной об стену. Ах, да, размеры его квартиры, как он мог забыть. — Пит. Пит, посмотри на меня, — голос Вегаса звучит необычно мягко, почти нежно, и он снова кладёт руку на его плечо, легко сжимая. Что за херня происходит? Пит совершенно ничего не понимает. Не зная, что делать, он поднимает взгляд на Вегаса — тот всё ещё смотрит на него. — Ты не помнишь, — говорит Вегас, это не вопрос, а утверждение. Пит не знает, что ему ответить и поэтому просто кивает. Зачем притворяться и врать, если Вегас, видимо, и так знает, что происходит в его голове. Может быть, он догадывается не обо всём, но, как Питу кажется, Тирапаньякул осознаёт большую часть того дерьма, что происходит в воспалённом сознании хакера. — Я… Ты… — снова безуспешно начинает он, попытка подобрать слова проваливается, но ему нужно что-то сказать. — Всё нормально, — тихо говорит Вегас, — ты предупреждал, что подобное может произойти. Он… что? — Я проснулся в твоей машине. Один. Видимо, я провел там два дня. Почему? — говорит Пит, не пытаясь уйти от физического контакта — удивляется, что он смог связать больше двух слов. Касание Вегаса как будто выдернуло его из собственного безумия — опустило на землю, стало ниточкой между реальным миром и смесью из галлюцинаций и непонимания. С каких пор я чувствую себя комфортно с Вегасом Тирапаньякулом? Это всё слишком странно. Чёрт, мне нужна доза. — Ты думаешь о морфине, Пит? Тебе не нужна доза, тебе нужно всё вспомнить, — в голосе Вегаса слышится некоторая серьёзность и… волнение? — Оу, да? Тогда почему бы тебе не рассказать мне, что, блять происходит?! — терпение Сэнгтама лопается и под конец он буквально кричит. Все те эмоции, что он пытался подавить — непонимание и тревога, находящиеся посреди всего того хаоса, который он, по всей видимости, сам и создал, тот разговор с Мистером Роботом посреди Таймс Сквер, его дискомфорт по поводу того, что Вегас читает его как открытую книгу — вырываются наружу. Используя, неожиданный для самого себя, прилив сил Пит хватает Вегаса за рубашку, разворачивает их обоих и впечатывает парня в стену, выбивая из его лёгких весь воздух. И у самого хакера сбивается дыхание — он жадно хватает воздух, пока его руки всё ещё держат приятную на ощупь ткань, крепко сжимая её. Он хочет отпустить Тирапаньякула и отойти от него. Но не делает этого, а лишь продолжает говорить — волшебным образом неуверенность в своих же словах испаряется: — Я искал тебя целый день. Я даже пошёл в эту сраную E-Corp, чтобы проверить там ты или нет. Блять, да я даже пошёл к тебе домой и имел честь познакомиться с твоим мужем, — воспоминания об этой не самой приятной встрече заставляют Пита усмехнуться, — я бы не удивился, если бы он попытался меня прикончить. Вы оба больные, буквально созданы друг для друга. — Таван не убьёт тебя, Пит. Сэнгтам еле сдерживает смешок. Конечно, Вегас реагирует только на упоминание своего мужа, но не на всё остальное, что услышал. Руки хакера трясутся. Или он весь трясётся — он не понимает, потому что всё перед глазами начинает плыть, мысли в голове переплетаются в неразвязываемые узлы, а паническая атака подступает всё ближе. — Oh, God, where do I begin? — выдыхает Вегас, а Пит моргает и пытается сфокусироваться на его лице. Что он сказал? Пит не понимает по-английски. Зачем он опять начинает это? Неожиданно, ладони Тирапаньякула накрывают его собственные. Или они уже давно там? Блять, я теряю контроль? Руки Вегаса удивительно мягкие. Хотя почему удивительно? Он похож на тот тип людей, которые особенно тщательно ухаживают за собой, лишь бы сохранить иллюзию идеального человека. Рассматривая его ладони, Пит замечает линию на его безымянном пальце — она светлее, чем вся остальная часть кожи. На его пальце нет кольца, что? — Пит, посмотри на меня, — сдерживая злость начинает Вегас, — я попробую все объяснить, но тебе нужно понимать, что это всё — твоих рук дело. Пит хмурится, — Тогда почему я ничего не помню? — Не притворяйся, будто это первый раз, когда ты ничего не можешь вспомнить, — язвит Тирапаньякул, поднимая одну бровь. Чёрт, он прав. Это не первый и точно не последний раз… Пит разжимает кулаки, отпуская его и его руки просто падают вниз. Агрессия, которая появилась слишком быстро и неожиданно, точно также быстро пропадает, оставляя за собой только усталость и желание пропасть отсюда. — Думаешь, мне понравилось бегать, прятаться как будто я какой-то таракан? — в этот раз в голосе Вегаса было только отвращение, — Но ты сказал мне не привлекать лишнего внимания к себе и прийти к тебе через два дня, это я и сделал. Ты был очень конкретен насчёт даты нашей встречи. Пит больше не понимает, чему можно верить, а чему нет. Слова бизнесмена звучат убедительно, но он сам ещё не готов принять тот факт, что забыл что-то настолько важное. Снова. Одной рукой он трёт себя по виску, вторая опущена, но всё ещё сжата в кулак. Или не всё ещё, а снова? Хотя, это не имеет никакого значения. Не говоря больше ничего, Вегас снимает с себя пиджак, подходит к стулу, за которым ранее сидел Пит, и вешает предмет гардероба на спинку. Потом парень закатывает рукава своей рубашки и пробегается взглядом по квартире хакера. На удивление, он не выглядит так, будто ему отвратительно то место, которое Пит зовёт своим домом. — Если мы будем продолжать это, то нам нужно другое место, — говорит мужчина, — Слишком много людей знают, что ты живешь здесь. Тем более, я не хочу проводить своё время в этой дыре, мне не нравится беспорядок и грязь. И ещё я не могу позволить, чтобы меня видели приходящим сюда регулярно, это слишком большой риск. Он только что оскорбил мою квартиру? … Ну… На самом деле, да, я мог бы и получше ухаживать за этим местом. Стоп. Регулярно? — Что ты имеешь ввиду? — Сначала мне нужно знать, что ты помнишь о той ночи, два дня назад. — Почти ничего, — признаётся Пит, нервно переминаясь с одной ноги на другую на месте, где стоит. Он не хочет садиться на диван — слишком близко к нему, а Вегас — опасен и безумен. Ещё и убийца. Держаться на расстоянии, скорее всего, умная мысль и поэтому Сэнгтам проходит на кухню и опирается на стойку, — Я показал тебе всё. Ты захотел работать со мной. Это всё, что я помню. Вегас вздыхает, — Это меньше, чем я ожидал, — он звучит как-то раздражённо. И именно из-за этого новая волна гнева накрывает хакера. В данной ситуации, единственный кто может быть раздражён — это он! — Так расскажи мне! — грубо вскрикивает парень. — So, the puppy does have teeth. How adorable, — Тирапаньякул, видимо, не удивлен всплеском эмоций парня. А ещё, кажется, он не разделяет позицию Пита о том, что им нужно держаться на безопасном расстоянии друг от друга. Он медленно начинает приближаться к нему с самодовольной ухмылкой на лице, а хакер с опаской наблюдает за движениями экс вице-президента и чувствует себя как в ловушке, из которой он не может выбраться. Должно ли мне быть страшно? Ну, мне точно не должно это нравиться. Но, опять же… это совершенно не удивительно для него. Он почувствовал странное притяжение к Вегасу, когда тот впервые заговорил с ним в AllSafe. — Ну, если это — всё, что ты помнишь, то я предполагаю, ты не знаешь, что именно мы сделали после взлома? — Я рассказал тебе всё, что помню, — Пит смущенно сглатывает, нервно бегая глазами по комнате. Ухмылка на лице Вегаса превращается в полноценную улыбку. Своим поведением он загоняет парня в тупик, Пит всё ещё пытается держать расстояние между ними, но ровно до того момента, пока он чуть ли не ложится на стойку, находящуюся за ним. — Я не заставлял тебя начинать атаку, если тебя беспокоит этот факт. После того, как ты рассказал мне о своих причинах сделать это, я показал тебе всё, на что способен. Я постарался быть настолько хорош, чтобы у тебя не осталось сомнений, что я достаточно идеален для того, чтобы работать с тобой, — Вегас нарушает личное пространство Пита, они стоят слишком близко, их грудные клетки почти соприкасаются, — Ты был согласен со мной во всём, что я делал. Ты, клянусь тебе, был будто загипнотизирован тем, как я работаю. Именно поэтому ты был со мной тогда, и мы создали это. В этот момент Тирапаньякул указывает на экран компьютера хакера, на котором всё ещё находятся многочисленные отчёты о разорении E-Corp и о хаосе, происходящем на улицах города, но смотрит он на Пита. Это сбивает его с мыслей. Он не может сконцентрироваться, когда стоит настолько близко к такому влиятельному, сильному мужчине. Он был рад, что была хоть какая-то возможность отвлечься от Вегаса и не рассматривать его. Хакер совершенно не замечает движение рук парня, его взгляд уставлен в экран компьютера. Отвлечься от визуального контакта со ним было ошибкой. Пока парень был занят тем, что рассматривал отчёты о E-Corp, бизнесмен уперся второй рукой об стену сбоку хакера. Теперь бежать всё-таки некуда. Пит пытается изо всех сил не замечать ситуацию и вполне сознательно не отводит взгляд от экрана. — Почему бы нам не выключить его? — хакер напрягается, а Вегас продолжает шептать ему в ухо, — Нам же не нужно, чтобы нас что-то отвлекало, не так ли? — он чувствует дыхание парня на своей коже, а его сердце бьётся, как бешеное. Вместо ответа он на автомате кивает. Он не может думать трезво, Вегас слишком близко. Если он сейчас повернёт голову, то их губы, скорее всего, соприкоснутся. Блять! Мне надо перестать думать о том, чтобы поцеловать Вегаса Тирапаньякула! К облегчению Пита, бизнесмен и правда следует своим словам. Он отходит от парня, идёт к компьютеру и выключает его, пока хакер пытается хоть как-то расслабиться и прийти в себя. К сожалению, Вегас делает всё быстрее, чем хотелось бы Сэнгтаму. Его ладони вспотели, и он обтирает их об джинсы. — Ну, эм, взлом… Что случилось после него? — Я рад, что ты спросил, — Вегас ухмыльнулся, окончательно расслабил свой галстук и опёрся на стол, — Ты рассказал мне о своей проблеме, я убедил тебя в том, что я не против. Мы занялись сексом, — прямолинейно говорит он. Что?! Нет, он шутит. Это ведь шутка! … Правда ведь? — Почему я должен верить тебе? — О, ты не обязан, — пожимает плечами Вегас, — Но если я не ошибаюсь, а я почти никогда не ошибаюсь, то на твоём теле все ещё остались синяки. Особенно, на груди. Пит хмыкает в ответ. Он мог получить эти синяки где угодно: ударившись обо что-то, упав или повздорив с кем-то, пока его тело контролировал Мистер Робот, и получив за это. — Если ты мне не веришь, то почему бы тебе самому не посмотреть? — сухо спрашивает бизнесмен, — Даже если синяки сошли за эти два дня, то укус, который я оставил слева на твоей груди, должен был остаться, я тогда не сдерживался. По спине Пита пробегают мурашки. … Не думаю, что я был бы против, если бы это оказалось правдой. Если быть откровенным, Сэнгтам фантазировал о Вегасе Тирапаньякуле в плане секса несколько раз и был совершенно не против того, чтобы этот до безумия горячий, опасный и заставляющий его ноги подкашиваться парень доминировал над ним, подминал под себя, кусал его за шею, оставляя метки, но у парня все ещё есть сомнения. — Ты всё ещё не веришь мне, darling, — он недовольно хмурится, когда отходит от компьютерного стола и идёт к Питу. Парень видит, как его глаза темнеют. — Раздевайся, — это приказ, а не просьба, понимает Пит, — Может тогда ты мне поверишь. Пит нервно теребит замок своего худи, он все ещё полон сомнений, но, посмотрев на мужчину, понимает, что тот вполне серьёзен и не примет «нет» в качестве ответа. Не то чтобы я хотел отказать ему… Блять, я почти на дне. Вегас приказывает мне, и я не против. Совершенно. Пока Сэнгтам мнётся, бизнесмен подходит к нему, стоит снова слишком близко. Он тянется рукой к волосам хакера, гладит его, а затем запустить ладонь в тёмные пряди. Внезапно Пит отдёргивается, смотрит широко раскрытыми глазами на парня, во рту резко пересыхает, он старается не податься вперёд к прикосновению. Он и вправду не любит, когда его трогают, но то, как это делает он — приносит удовольствие. — Сними рубашку, — медленно, но твёрдо говорит парень и отпускает волосы Пита. Не спуская с него глаз, Сэнгтам медленно расстёгивает свой худи, скидывает его на пол, а после сразу же снимает с себя рубашку. — А теперь посмотри, — лицо Вегаса озаряет самодовольная улыбка. Почему я всегда оказываюсь в таких ебанутых ситуациях? Хакер закрывает глаза буквально на секунду и сразу же опускает взгляд вниз. Он ясно видит какие-то бледноватые синяки на своей груди, некоторые выглядят как засосы, но ведь они могли появиться по разным причинам, ведь так? Но он смотрит ещё: слева на своей груди видит отметину, отчётливо похожую на укус. И наконец-то до него доходит. Блять! Он прав! Вегас прав. Что за херня? У нас был секс. Или, может быть, он просто укусил меня? Нет… Если бы он просто укусил меня, то это бы было намного выше… Да и при каком раскладе вещей он бы укусил меня? Да и зачем ему лгать о том, что мы занимались сексом? Ему бы ничего не дало то, что он трахнул какого-то зашуганного хакера. У меня был секс с чёртовым Вегасом Тирапаньякулом. Вегас трахнул меня. Дыхание у Пита сбивается, когда он снова чувствует крепкую хватку, он не заметил, как таец снова запустил руку ему в волосы. Его тянут вверх, заставляют посмотреть в глаза Вегасу. — Теперь ты веришь мне, sweetheart? Парень хочет кивнуть, но не может, его слишком крепко держат за волосы. — Д-да… — хрипло отвечает он. Глаза Вегаса мгновенно загораются, и он расплывается в улыбке. Это не та холодная улыбка, которую он использует, когда хочет убедить кого-то в том, что он хороший парень. Он может обмануть любого такой улыбкой. Любого, но не Пита. Но то, как он выглядит сейчас — это совершенно другое. Он улыбается мягко и нежно. — You have no idea now beautiful you are. Just for me, yeah? — говорит он, пока второй рукой, которой не держит хакера за волосы, нежно касается его щеки, как будто боится спугнуть его. На самом деле, Питу нравится эта нежность со стороны Тирапаньякула. Он потрясён всем: Вегасом и его нежностью, ситуацией, происходящей сейчас: большим пальцем бизнесмен поглаживал скулу хакера, а Пит наконец-то подался вперёд, прося большего, в этот момент его улыбка стала ещё шире. — You are really wonderful, I`m looking forward to turning you into a whimpering and crying mess. А вот это уже интересно… Не знал, что меня заводят разговоры на другом языке. Сэнгтам быстро проводит языком по нижней губе, облизываясь. И это действие не остаётся незамеченным со стороны Вегаса, который смотрит на него голодными глазами. — На самом деле, я даже счастлив, что ты не помнишь этого. Всё было быстро и неправильно, совершенно не так, как я представлял наш первый раз, — говорит он, — В этот раз я обязан сделать всё правильно. — Почему? — любопытствует Пит и краснеет, понимая, что он хочет секса с ним больше, чем один раз. — Потому что сегодня, Пит, я хочу посвятить тебе всё своё время. Я превращу тебя в стонущий и хнычущий беспорядок. Я заставлю тебя кричать и умолять о том, чтобы я наконец-то трахнул тебя. Ты не сможешь думать ни о чём другом, кроме меня и моего члена внутри тебя. Сэнгтам еле сдерживает стон, услышав то, о чём говорит бизнесмен, он хватает его за воротник рубашки и притягивает его к себе. Вегас, видимо, не возражает и позволяет хакеру делать это. Их грудные клетки соприкасаются и рубашка парня, касающаяся голой груди Пита, чувствуется немного странно. Странно, но не неприятно. — Всё нормально? Ты хочешь этого? — спрашивает Вегас, не сводя с него глаз. Пит утвердительно кивает, — Используй слова, — дразнит он. — Я хочу этого, — выдыхает Пит, прикусывая внутреннюю сторону щеки. — Чего ты хочешь? Уточни. Пит простонал, Вегас не может так издеваться над ним! — Я.… — он снова облизывает губы и отводит взгляд, — Я хочу, чтобы ты трахнул меня. Тирапаньякул глухо рычит, услышав это, — Fucking hell, Pete, you`re literally driving me crazy. Неожиданно, он прижимается губами к губам Пита и грубо целует его. В этот раз у Сэнгтама не получается сдержать стон, он сжимает в кулаках рубашку парня и пытается отвечать на поцелуй с такой же грубостью и страстью. Вегас целуется именно так, как представлял себе хакер: жестко, страстно, забирая себе весь контроль. Поначалу, всё, что может делать Пит — просто стоять, ничего не понимая. Губы Вегаса, его руки, ласкающие хакера, тепло, исходящее от его тела — всё это было слишком, слишком хорошо, Сэнгтам не чувствовал себя так, когда целовал кого-то другого. Ни Порша, с которым у них была недолгая интрижка, ни Прэй, с которой он думал о том, чтобы завести полноценную и нормальную семью. Он будто пьян, ему хочется большего прямо сейчас. И именно поэтому, он берёт то, что хочет — Пит не хочет бездействовать. Если Тирапаньякул и вправду хочет его, то он точно удостоверится в том, чтобы они оба сошли с ума. Они оба должны потерять контроль над собой. Пит приоткрывает рот и смело проводит языком по верхней губе парня, а рукой скользит под его рубашку. Он чувствует крепкий мускулистый живот и слышит, как Вегас буквально рычит в ответ. Хватка на его волосах становится сильнее и заставляет его кратко простонать. Вегас позволяет ему делать всё, о чём он мечтал, и хакер не собирается терять эту возможность; он мажет языком сначала по подбородку, а затем по нижней губе бизнесмена. Их языки соприкасаются, и Пит остервенело целует его, чувствует, как тот улыбается в поцелуй. У Сэнгтама немного кружится голова, он хватает парня за зад и наблюдает за реакцией, наслаждаясь. Вегас прижимается ближе к бёдрам Пита и сильно кусает его за нижнюю губу. Хакер улавливает на кончике языка металлический привкус крови, но ему плевать — он чувствует член Вегаса, прижимается к нему своим стояком и собирает всю свою силу воли в кулак, лишь бы не начать тереться об его бедро. Другой рукой Пит неуклюже пытается справиться с рубашкой — эта задача не так уж и проста, как ему показалось. Но все-таки у него выходит, хотя Вегас ничем и не помогает — этот ублюдок слишком занят тем, что слизывает кровь с губ парня, а после чего спускается краткими поцелуями по челюсти и припадает к шее Пита. Прежде чем хакер успевает стянуть с плеч парня рубашку, — да, она приятная на ощупь, но ему хочется чувствовать Вегаса, — тот делает вывод, что дал парню вполне достаточно свободы и снова берет все под свой контроль. Он прижимает руки Сэнгтама к стойке, прекращая любые попытки раздеть себя. Он мог бы дать отпор, начать сопротивляться… но правда в том, что ему нравится это. Нравится, что им управляют и над ним доминируют, ему нравится отдаваться ему. Вегас вклинивает свою ногу между ног хакера и чувствует, как парень вжимается в пах бизнесмена. Этого недостаточно, между ними слишком много слоёв одежды, но что-то в этом есть. Пит, крепко вжимаясь, трётся своим членом об бедро мужчины, у него резко спирает дыхание, и он, прикрыв глаза, утыкается лицом в шею Тирапаньякула, и слышит тихое: — Тебе нравится? — Мгмм… — мычит в ответ Пит, он перевозбужден и не может ясно выразить свои мысли. Очевидно, что этот ответ не устраивает Вегаса, потому что он убирает ногу и отходит от парня. Хотя бы сейчас у Пита выходит сдержать недовольный стон от потери контакта и стимуляции, он медленно открывает глаза и пытается сориентироваться. — Давай внесём ясность: если я спрашиваю тебя о чём-то, то я жду ответа. Надлежащего. И если я говорю тебе сделать что-то, то ты должен подчиниться. — С чего ты взял, что я буду подчиняться тебе? — он недовольно хмурится, — Я не твоя покорная сучка. — Ох, Пит, — Вегас цокает языком, — Конечно, ты не сучка. Он подходит ближе, поднимает указательным и средним пальцами подбородок хакера вверх, — Никогда не сравнивай себя с какой-то дешёвой сучкой. Ты лучше этого, совершенно необычный. Я обещаю, что тебе будет хорошо, если ты будешь подчиняться мне. … Я ненавижу его. Он ведь прекрасно знает, что я не смогу ему отказать. Ох. Вегас снова тянет его за волосы, а Пит шипит в ответ, но не от боли, ему, на удивление, приятно. Сэнгтам не разрывает зрительного контакта и говорит, — Да, мне нравится. — Хорошо, — он улыбается как-то странно. Вместо того, чтобы увеличить площадь соприкосновения их тел, он отодвигается. Пит смотрит на него с нескрываемым недовольством, когда рука из его волос пропадает. — Терпение, my dear. Он отходит ещё дальше, попутно стягивая с себя рубашку. А Пит пялится. Это первый раз, когда он видит его с обнаженным торсом. И, чёрт возьми, да, Вегас выглядит потрясающе. До этого Сэнгтам мог представлять себе как выглядит тело парня, позволяя своей фантазии работать, пока он касался его сквозь рубашку. Но теперь он видит всё в полной красе. Вегас хорошо сложен, его мышцы рельефно выделяются, на теле ни единого шрама или синяка. В отличие от самого Пита — он слишком худой и угловатый, на его теле есть шрамы, которые напоминают не о лучших временах его жизни. Неожиданно, ему становится неловко, и он глубоко вздыхает, и пытается закрыться руками. В это же время, Вегас уже дошёл до дивана и грациозно опустился на него. Он сразу же заметил, что хакеру не комфортно. — Что случилось? — Я, — Пит нервно дёрнулся, — Я чувствую себя странно. — Это заметно. Почему? Вместо ответа Пит просто пожимает плечами, — Даже не знаю, чувак. Ты давно в зеркало смотрелся? Ты выглядишь очень уверенно и твоё тело соответствует этому. Я просто… Не думаю, что могу сравниться. — Это не соревнование, Пит, — Тирапаньякул тихо смеётся, — К тому же, я уже видел тебя голым, и, поверь, мне очень понравилось то, что я увидел, — Пит чувствует, как краснеют его щёки, он знает, что Вегас смотрит на него, и поэтому отводит взгляд и смотрит на свои ноги. — Почему бы тебе не снять всё оставшееся и не подойти ко мне? — голос экс вице-президента отдаётся эхом через все помещение. Сэнгтам поднимает голову и ищет взгляд парня. Он сейчас серьезно? По Вегасу и не скажешь, что он шутит. Он серьезно хочет этого, а Пит согласился выполнять его приказы. Чёрт. Сэнгтам сглатывает комок в горле и начинает отворачиваться от мужчины. — Пит, не смей, — прерывает он, — Я хочу видеть тебя. Пит старается успокоиться. Хорошо, не отворачиваться. Трясущимися руками он расстегивает пуговицу на джинсах, потом разбирается с молнией, которая поддаётся не сразу. Он стягивает с себя джинсы и, пока высовывает ноги из штанин, снимает носки. И стоя перед ним в одних трусах, Пит чувствует себя как-то тревожно и неудобно. — Снимай всё, — говорит Вегас, и если бы хакер не был так зациклен на своих мыслях, то он бы услышал в его голосе что-то трепетно-нежное, похожее на мольбу. Пит закрывает глаза буквально на секунду, прежде чем решается просто сделать это. Он двигается намного быстрее, чем раньше, и через мгновение стоит уже полностью раздетый перед мужчиной. Хакер возбуждён: на головке его полувставшего члена виднелась капелька смазки. Все это время Вегас смотрел на него сверху вниз с каким-то обожанием, после чего его взгляд остановился на члене парня. Пит видит, что Тирапаньякул облизывает губы кончиком языка: это происходит уж слишком быстро, но хакер замечает и его щёки краснеют ещё сильнее. Может быть, все не так плохо? Он неуверенно шагает в сторону Вегаса, и из-за небольших размеров его квартиры, это не занимает слишком много времени, и вот он стоит перед ним. Руки Пита опущены вдоль его тела — он не знает, что с ними делать, и поэтому неловко сжимает их в кулаки. — Fuck, you’re so hot, you know that? — спрашивает Вегас, а Пит опять не понимает ни слова, но ему и не нужно — он видит, как Тирапаньякул тяжело дышит, как его глаза буквально пожирают хакера, и слышит некоторую дрожь в его голосе. Вегас легко касается его рук и начинает их гладить и легко сжимать — пытается расслабить — поднимает голову вверх, пытаясь поймать взгляд Пита на себе, он опускает ладони ниже, касаясь сжатых кулаков. Сэнгтам немного расслабляется и Вегас, не теряя времени и используя шанс, переплетает их пальцы. — Ты и правда прекрасен, ты не видишь этого? — спрашивает он хриплым голосом. Пит провёл слишком много времени ненавидя себя — настолько много, что не считает себя даже отдаленно привлекательным. И, конечно же, этот комплимент не заставляет его чудесным образом поверить в свою привлекательность и увидеть себя в совершенно другом свете. Он всё такой же худой, угловатый, по всему его телу присутствуют доказательства его наркозависимости — иногда он не брезговал инъекциями, поэтому на локтевом сгибе его левой руки присутствует небольшой узелок от игл — капилляры его глаз, как обычно, покрасневшие, а под глазами мешки — прямое доказательство отсутствия качественного сна, и он постоянно кусает свои сухие губы. И вот перед ним сидит совершенно потрясающий, красивый мужчина и говорит ему, что Пит прекрасен. Однако он уверен, что Вегас ему не лжет — он и правда считает, что Пит действительно прекрасен. Он не понимает, почему и что он видит в нем. Но он верит ему из-за того, как бизнесмен смотрит на него. Потому что, даже если это Вегас — самый опасный человек, которого он знает, он все еще прикасается к нему так осторожно, почти нежно, будто боится сломать или навредить. Он ослабил хватку, и его руки снова блуждают по рукам хакера, над его плечами, а затем пальцы Вегаса невесомо и быстро касаются ключиц, прежде чем перейти к груди. Кожу приятно покалывает там, где Вегас трогает его — Пит закрывает глаза и наслаждается этим моментом. Он замечает, что бизнесмен не избегает его шрамов и особенно нежно проводит по ним подушечками пальцев — они нежные, скользят по всему телу парня, кажется, будто Вегас пытается исследовать каждый сантиметр его тела. Он опускает руки ниже, проводя раскрытыми ладонями по груди и животу и останавливается — внезапно Пит дёргается от прилива боли, которая буквально проходит через всё тело. Сэнгтам шипит и открывает глаза, встречаясь со взглядом Вегаса — этот мудак улыбается, пока нажимает большим пальцем на особенно крупный тёмно-синий синяк на левой подвздошной области его живота. — Больно, — шипит он, но не пытается вывернуться или убрать руку Вегаса, в чьих глазах загорается какой-то опасный огонёк. — Мне нравится, как ты реагируешь на боль, Пит, — восхищённо говорит он, всё ещё не убирая палец, — посмотри. Пит не сразу понимает о чём его просит Вегас, но потом вглядывается в синяк — это след от укуса, ещё один, и он очень, очень большой. Твою мать… — Мне понравилось, просто… это было неожиданно, — на полувыдохе говорит он, избегая зрительного контакта, — я просто испугался, ладно? — Пит, — взгляд Сэнгтама сразу возвращается к Вегасу, — ты и правда необыкновенный. Пит чувствует, как снова краснеет, хотя куда уже больше? И он знает, что Тирапаньякул тоже это замечает — его пальцы снова начинают бродить по коже хакера, нажимая сильнее и царапая короткими ногтями, но он избегает синяков — Вегас берет его обеими руками за бёдра, проводит большими пальцами по животу и, крепко вжимая, ведёт ими вниз по животу. Мне нравится, да? Наверное, да… Руки Вегаса продолжают бродить по его телу — касаются внутренних и внешних частей бёдер, опускаются к икрам, иногда он давит сильнее, а где-то касания становятся почти невесомыми — Пит, скорее всего не почувствовал бы их, если бы не был так сфокусирован на всём, что происходит. Питу страшно от того, насколько он отзывчивый — у него не выходит сдерживать стоны, когда касания приходятся на чувствительные участки его тела. Ох, блять, он точно перевозбуждён — настолько, что сейчас отключится. — You’re doing so well, Pete, — снова на английском начинает Вегас, Пит не понимает ни слова, но ему плевать, единственное о чём он может думать — то, насколько Вегас сексуален, когда говорит на английском, поэтому эта фраза заставляет его ноги немного подкоситься. Пальцы Вегаса везде, буквально везде, и это приятно, но скоро наслаждение сменяется неприятным тянущим чувством внизу живота — он всё ещё не касается его там, Пит понимает, что Вегас делает это намеренно — ждёт, пока его попросят, начнут умолять. И это превращается в настоящую пытку. — Вегас, — Пит прокатывает «с» на языке, почти шипя, — потрогай меня… — Я трогаю тебя, разве нет? — поддразнивает он, улыбаясь. — Ты же понимаешь, о чём я говорю, ну же, — хнычет Пит, а Вегас в ответ лишь продолжает улыбаться и, положив руку на его плечо, поднимается с дивана. Он опасен, напоминает себе Пит, но так хочется ему поддаться, парирует он сам себя. Бизнесмен стоит прямо напротив него, прижимаясь к нему всем телом, он всё ещё полностью одет, и это неприятно контрастирует с полностью оголённой кожей Сэнгтама — ему точно нужно избавиться от его одежды. Тирапаньякул немного наклоняет голову и его опаляет сгиб шеи Пита, которого будто электрошоком прошибает, а затем, Вегас кусает его — больше игриво, чем серьёзно, не настолько сильно, чтобы причинить боль и оставить отметины, тело хакера реагирует без его ведома — он откидывает голову назад, открывая больший доступ к своей шее, и цепляется руками за бицепсы Вегаса. — Давай переместимся в более удобное место и положение, м? — шепчет Вегас, легко подталкивая его к импровизированной «кровати» — просто лежащий на полу матрас, на котором в беспорядке валяется одна подушка и лёгкое одеяло. Пита бесит, что ему опять нужно что-то делать, что парень так и не выполнил его просьбу, да и вся ситуация в целом странная. Вегас цокает языком, когда они приближаются к матрасу, пожимает плечами и говорит себе под нос «сойдёт», а затем легко толкает Пита в плечо, усаживая его на импровизированное спальное место, и… отходит? Что? Подожди, что происходит? Он сейчас уйдёт? Я сделал что-то не так? Небольшая паника накрывает Сэнгтама, он испуганно смотрит на экс вице-президента, и пытается что-то сказать, прежде чем голос Вегаса разрезает тишину: — Calm down, — говорит он, — ты и правда неисправимый, Пит. Ты серьёзно думаешь, что я собираюсь уйти? — продолжает Вегас, расстёгивая свои брюки, — должен признаться, что ты настолько странный, что мне кажется, что это даже мило, — заканчивает он, когда снимает штаны и нижнее бельё, а мозг Пита окончательно отключается. О-ху-еть. Вегас Тирапаньякул стоит передо мной без одежды. Это сон? Или галлюцинации? У меня ломка? Мне нужен морфин? Чёрт, он такой привлекательный. Пит прикусывает губу и его зрачки заметно расширяются, он теряет дар речи — Вегас безумно красивый, его тело поразительно — от одного взгляда у него перехватывает дыхание и пересыхает в горле. Вегас идеальный буквально везде, а мозг Пита опять простреливает мысль о том, насколько он неказистый — это бесит. Но, прежде чем Сэнгтам проваливается в очередную попытку загнобить себя, Тирапаньякул возвращается к нему, прерывая поток самоунижения. Он залезает сверху, усаживаясь на бедра Пита, и прижимается своим задом к эрекции хакера. Дыхание Пита в очередной раз — наверное, сотый за этот вечер — сбивается, когда он осознаёт, что сейчас происходит, он испускает тихий гортанный стон и, закрыв глаза, откидывает голову назад, а его руки на автомате взлетают к бедрам бизнесмена и крепко сжимают их, притягивая ближе. Хакер теряет последнюю каплю самосознания, когда Вегас наклоняется к его лицу и прижимается своими губами к его, тихо шепча в поцелуй, пока Пит бессознательно трётся об него: — Ты не поверишь, насколько долго я мечтал об этом, — говорит он, а Пит в ответ лишь бессмысленно мычит, — обещаю, в следующий раз я позволю тебе быть сверху. Пит резко открывает глаза — что? — он удивлённо смотрит на Вегаса, на лице которого в очередной раз появляется улыбка, но он не шутит, единственное, что видно в его глазах — возбуждение и обещание. Удивлённой этой фразой, Сэнгтам снова не может найти слов, а поэтому лишь крепче вжимается в парня, шумно выдыхая, а Вегас продолжает: — Но не сегодня, хорошо? — Пит смотрит на него, как на какое-то божество — идеальное, спустившееся с небес к безумцу, готовое помочь и спасти его, — Сегодня я постараюсь сделать так, чтобы в этой прекрасной голове, — он снова запускает руки в волосы Пита, легонько оттягивая их, — не осталось никаких мыслей, кроме мыслей обо мне и моем члене внутри тебя, чтобы единственное, что ты мог делать — стонать моё имя, Пит. И единственным, что может выдать мозг Пита, затуманенный возбуждением и приятным контрастом боли и наслаждение, становится: — Да, да, да, пожалуйста, — как только слова покидают рот Пита — Вегас снова целует его, прикусывая нижнюю губу так сильно, что она начинает кровить, Сэнгтам шипит от неожиданной боли, но не отстраняется. Единственное, в чём он сейчас уверен — он хочет, нет, ему нужно больше-больше-больше. Он отвечает на поцелуй, приоткрывая губы, и юркий язык Вегаса сразу проникает в его рот, сталкиваясь с его собственным языком — Пит чувствует вкус своей же крови, и, блять, как же ему это нравится. Осознание того, что Тирапаньякул в очередной раз пометил его — почти что оргазмическое, поэтому он сильнее вжимается своими бёдрами в его, сжимает их крепче, остервенело трётся и старается получить ещё больше стимуляции. Вегас, тяжело дыша, немного отстраняется от него, а затем слегка поворачивает голову Пита вбок, и оставляет поцелуи везде — на щеке, касается скул, спускается ниже, оставляя поцелуи-укусы и яркие засосы на его шее, проводит зубами сверху-вниз по ярёмной вене, а затем, снизу-вверх по ней же, но уже языком. Пит перестаёт сдерживаться — из его горла вырываются тихие стоны, и ему даже не нужно видеть лицо Вегаса, чтобы понять, что на его лице всё та же триумфальная улыбка. Тирапаньякул спускается ниже, к ключицам Пита, и проводит языком по левой, а затем снова использует зубы — проводит ими по косточке, оставляя красные линии. Затем он опускает голову ещё ниже, не прекращая целовать кожу хакера, и когда доходит губами до соска — сильно кусает Пита, который в очередной раз шипит, а в уголках его глаз собираются слезы — но боль приятная, она отвлекает его от лишних мыслей и возвращает его в реальность. Воспользовавшись моментом, Вегас толкает Пита в грудь, чтобы тот упал на кровать, а затем берёт его за запястья и поднимает его руки вверх, вжимая их в матрас: — Держи их над головой, Пит, и смотри на меня — приказывает он, — Я попрошу тебя сфокусироваться на моём рту, хорошо? — Пит сразу кивает в ответ, а Вегас снова расплывается в улыбке, поглаживая его по запястью, прежде чем вернуться обратно к его торсу. Он невесомо задевает губами след от укуса, который начинает наливаться кровью, обрамляя сосок Пита красивой буквой «О», и опускается ещё ниже. Пит пытается сфокусировать свой взгляд — выходит не с первого раза, но в какой-то момент перед ним предстаёт картина, которую он, наверное, мог увидеть только во снах или после очередной дозы морфина: Вегас Тирапаньякул, самый опасный мужчина, которого он знает, находится между его ног в опасно маленьком расстояние от его члена, он оставляет несколько поцелуев на нижней части его живота и Пит чувствует, как он проводит зубами чуть ниже его пупка, а затем оставляет там засос. Пит в очередной раз стонет, когда на его попытку поддаться бедрами вперед Вегас прижимает его к матрасу: — Будь хорошим мальчиком, и потерпи, — «хорошим мальчиком» сразу пропускает через тело Пита очередной электрошок, заставляя задуматься о том, есть ли у него пунктик на похвалу. Чёрт, он теряет контроль, опять. Нет-нет-нет. Пит судорожно ищет подушку, которая лежит где-то над его головой — и хватается за неё, иначе он точно сойдёт с ума. И конечно же, Вегас продолжает издеваться. Мудак. Вместо того, чтобы наконец-то взять член Пита в рот, он начинает целовать его правое бедро, спускается ниже, оставляя засосы и укусы на внутренней части, не оставляя без внимания его левую ногу, поглаживая её. Затем он повторяет всё то же самое с левой ногой, время от времени поднимая взгляд на Пита и улыбаясь от того, что хакер чуть ли не сходит с ума в попытках получить хоть немного стимуляции — его это забавляет. — Вегас, пожалуйста, — хнычет Пит, когда Вегас проводит большими пальцами по его подвздошной борозде, крепко вжимая подушечки пальцев в мышцы. — Пожалуйста, что? — спрашивает он, поднимая взгляд на него, и, сука, снова улыбается. — Пожалуйста, — повторяет он и сглатывает, прежде чем продолжить, — потрогай меня, ну же. — Хм? Я ведь трогаю тебя, — он чуть крепче вжимает пальцы в мышцы Пита, — разве нет? Мудак. Он серьёзно издевается. — Пожалуйста, потрогай мой член! — нарочито вежливо через зубы выплевывает Пит, а улыбка Вегаса становится всё шире. — How polite, — тихо смеётся он, — не так уж и сложно правильно попросить, да? Он опускает голову ниже и открывает рот, но вместо того, чтобы взять член Пита в рот — высовывает язык и кончиком быстро проводит по головке, одновременно выдыхая, и Пита в очередной раз подбрасывает от ощущений. Вегас облизывает ладонь своей правой руки и сразу же проводит ей по всей длине, наблюдая за реакцией Пита, который от смущения и сенсорной перегрузки закрывает лицо руками. — Убери руки, иначе я прекращу, — говорит он, останавливаясь, — смотри на меня. Пит хнычет, когда теряет долгожданную стимуляцию, и возвращает руки в предыдущее их положение — держится за подушку, лежащую над его головой, на что Вегас удовлетворённо кивает и спрашивает: — Готов? Я был готов ещё тогда, когда разделся перед тобой, хочет сказать он, но это непосильная задача, поэтому единственное, что он может ответить: — Да-да-да, пожалуйста, пожалуйста, — под конец голос сбивается и последний слог слова превращается в стон, потому что Вегас, в очередной раз опустив голову вниз, полностью берёт его член в свой рот. Пит собирает в себе все силы, чтобы взглянуть вниз — чёрт, Вегас Тирапаньякул, один из самых влиятельных и опасных людей Бангкока, прямо сейчас находится между его ног и отсасывает ему — это больше похоже на влажный сон, чем на реальность, потому что мозг Пита не позволяет сам себе считать за реальность тот факт, что его собственный член прямо сейчас упирается в глотку экс вице-президента E-Corp. У Вегаса, видимо, совершенно отсутствует рвотный рефлекс, потому что он достаточно быстро прижимается носом к его лобку, и поднимает взгляд, смотря на Пита исподлобья, наблюдая за его реакцией. Его вполне радует то, что он видит — Пит, изогнувшись в спине, откинул голову назад, всё крепче сжимая пальцами подушку, лишь бы не нарушить приказ и не схватиться за волосы Вегаса, из его рта вылетают прекраснейшие тихие вздохи-полустоны — и Вегас смотрит-смотрит-смотрит, в попытках детально запомнить эту картину, выжечь себе её на веках, Пит выглядит по-библейски прекрасно, как самое привлекательное божество, которое буквально рассыпается под касаниями Тирапаньякула — это по-настоящему божественный опыт. Довольный результатами своих действий, Вегас снова закрывает глаза, и начинает двигать головой — это смесь из быстрых движений, втягивания щёк и иногда он позволяет себе легко провести зубами по всей длине. Ему не нравится, что Пит почти что молчит — он никогда не был громким в постели. В какой-то момент все меняется, потому что изо рта Сэнгтама выходят хныканья и стоны, что легко объяснимо тем, что он наконец-то перестал копаться в своих мыслях и обдумывать каждое своё действие, и просто поддался ощущениям и эмоциям — очередной триумф Вегаса. По тому, насколько тело Пита напрягается, Вегас понимает, что тот близок, и за пару секунд до оргазма резко отстраняется от него — Пит сразу же недовольно хнычет от потери контакта и удивлённо смотрит на бизнесмена, поднимаясь на локтях, в его глазах читается немая просьба и вопрос «что не так?». Тирапаньякул снова нависает над ним, лицом к лицу: — Вкусно, — односложно отмечает он, улыбаясь, на что Пит ладонью легко толкает его в грудь, — что? — Не говори так, — дуется Сэнгтам, отводя глаза. — Попробуй, — говорит Вегас, и, прежде чем Пит может сказать что-то в протест, целует его, просовывая свой язык ему в рот. Поцелуй настолько хаотичный, что похож на драку — они кусаются, тянут друг друга за губы зубами, сталкиваются ими же. Блять, думает Пит, я бы мог провести всю свою жизнь целуясь с ним. — Перевернись на живот, Пит, — командует он, оторвавшись от поцелуя, — хочу попробовать тебя всего, — Вегас отстраняется от него, даёт ему больше места для того, чтобы перевернуться. Блять. Питу не нужно повторять дважды, поэтому он сразу же переворачивается и ложится на живот, тихо шипя от того, что его член зажат между его животом и матрасом — немного неприятно, но не больно. Вегас цокает языком и хихикает: — Очень грациозно. — Замолчи и займись делом, — недовольно буркает Пит, слегка прогибаясь в спине. — С удовольствием, позволь, — говорит он, подтягивая бёдра Пита на себя, заставляя его согнуть ноги в коленях и поднять зад вверх — когда Сэнгтам понимает, в какой позе он сейчас находится, он сразу краснеет, подтягивая подушку к лицу, пытаясь спрятаться в ней, будто это поможет. Вегас замечает это, а поэтому через несколько секунд шлёпает его по ягодице, оставляя на ней ярко-красный след от ладони, который удивительно красивым образом контрастирует с белой кожей Пита: — Don’t you dare to hide, — говорит он, и через секунду Пит чувствует сильные руки, держащие его, и мокрый язык между своих ягодиц. Блять, это всё реально? В квартире настолько тихо, что его стоны и звуки, которые издаёт Вегас — мокрые, грязные и причмокивающие — кажутся слишком громкими, этот контраст, подкрепляемый необычно-приятными ощущениями, сводит Сэнгтама с ума — он почти что отключается от реальности. Пит не понимает, насколько долго всё это происходит — несколько мгновений или это длится целую вечность? Единственное, что он осознаёт — тот факт, что Вегас Тирапаньякул, мужчина, которого он планировал избегать всю свою жизнь, потому что тот опасен, сейчас стоит на коленях позади него и буквально пожирает его, заставляя хакера стонать и сжимать подушку до побелевших костяшек, лишь бы не потерять сознание от того, насколько ему хорошо. Он приходит в себя только тогда, когда в очередной раз теряет контакт с Вегасом — тот отстраняется, чтобы дотянуться до своих брюк — а Пит в ответ лишь недовольно мычит, поддаваясь назад — жалкая попытка вернуть стимуляцию, но бизнесмен удерживает его на месте: — Тс, я здесь, — успокаивает он, кидая на матрас рядом с Питом несколько фольгированных квадратиков, в которых Пит узнаёт презерватив и смазку, а затем оборачивается, чтобы посмотреть на Вегаса. — Ты знал? — спрашивает Пит, наблюдая за тем, как Тирапаньякул раскрывает один из пакетиков со смазкой и запускает в неё пальцы, собирая вязкую субстанцию. — Нет, но предполагал, — хмыкает он, — и был прав, — Пит забавно ойкает, когда его ануса касается чуть холодный и скользкий палец Вегаса. — Т-ты слишком самонадеянный, — заикается Пит, слишком сложно концентрироваться на словах, когда у тебя вот-вот будет секс с тем, кого ты до безумия боялся с самой вашей первой встречи. Вегас издаёт самоуверенный смешок и выдавливает оставшуюся в пакетике смазку прямо туда, где его пальцы касаются Пита — по началу она слишком холодная, но почти сразу нагревается от тепла, исходящего от тела Пита и движений пальцев Вегаса. — Всё хорошо? — мягко спрашивает он, а Пит снова не может подобрать слов, а поэтому просто кивает, но быстро отдёргивает себя, вспоминая слова Вегаса о «надлежащем ответе»: — Да, — выдыхает младший, и голос почти что выдаёт его слабость и желание. Или всё-таки выдаёт? Потому что Пит снова слышит смешок позади себя и сразу же чувствует, как Вегас в очередной раз распределяет смазку, сильнее вжимаясь кончиком пальца в мышцы, и, наконец-то, проникает в него. Пит громко охает — ему плевать, если кто-то из соседей услышит. — That’s the sexiest thing I’ve ever seen, — шепчет Вегас, ощущая, как будто весь воздух из лёгких выбили одним вымеренным ударом —, этот факт тешит эго Пита, он считает это за свою победу — так влиять на самого опасного человека в мире — приятно. Вегас вжимает палец чуть глубже, даёт время привыкнуть — Пит хмыкает, ощущения не неприятные, просто странные, это точно отличается от моментов, когда он занимался этим самостоятельно. Как только мышцы расслабляются, а палец Вегаса оказывается полностью внутри, Сэнгтам не может сдержать слабый стон — это всё серьёзно происходит? — Нравится, sweetheart? — интересуется Тирапаньякул, отводя руку назад, вытаскивая палец, и, прежде чем, Пит успевает ответить — сразу же возвращает его назад, но уже не так медленно. — Да! — тихий вскрик вырывается из глотки Пита, а глаза закатываются. Блять. — Хорошо, — голос Вегаса звучит эхом в комнате, — а так? Пит не сразу понимает, что происходит, он хочет обернуться и посмотреть, но как только он чувствует, что к пальцу Вегаса присоединяется его язык — его сразу же отключает от реальности на секунду, но приятные ощущения вытягивают его обратно. Вегас, которому, видимо, плевать на не особо приятную на вкус смазку, продолжает вылизывать его, всё так же двигая пальцем, почти сразу же добавляя к нему второй — Пит дёргается, но его удерживают на месте, а затем протяжно стонет, думая лишь о том, что не хочет, чтобы это всё оказалось очередным сном или наркотическим трипом. — Я бы занимался этим до конца своих дней, — выдыхает Вегас, а мозг Пита буквально кричит «Да, прошу, да-да-да!», он точно был бы не против провести всю свою жизнь так, потому что это слишком хорошо. Тирапаньякул продолжает растягивать его, разводя пальцы в разные стороны, а его язык не останавливается, не смотря на немного тянущую боль в челюсти. Спустя пару мгновений Пита буквально подбрасывает на кровати — настолько сильно он дёргается, когда пальцы Вегаса находят его простату и проходятся по ней, слегка нажимая, и он отстраняется: — Doing so well, Pete, — хвалит его бизнесмен, — видел бы ты сейчас себя, такой послушный, открытый, так хорошо принимаешь мои пальцы, — продолжает он, выдыхая, — и это всё для меня. Пит не может сформировать ни одной связной мысли, поэтому лишь стонет в ответ — это, видимо, устраивает Вегаса, — но хакер думает о том, что пальцев ему точно недостаточно, и что Вегас слишком медлит, мудак. — Хороший мальчик, — снова хвалит его Вегас, добавляя третий палец. Твою мать… Почему меня это заводит? Хотя, это, наверное, не удивительно — с тем насколько Пит сам себя ненавидит, считая себя лишь жалким наркоманом с огромными амбициями — похвала от Вегаса — это божий дар, поэтому Сэнгтам делает единственное, что кажется ему логичным — принимает каждое слово, каждый комплимент и лишь стонет в ответ. — Такой хороший, только для меня, да? — продолжает Вегас, и Пит чуть ли не плачет от удовольствия, потому что пальцы бизнесмена снова находят его простату и с усиленным усердием бесконечно касаются её, нажимают, пропуская через тело хакера электризованные волны удовольствия. — Вегас, пожалуйста, — хнычет Пит. — «Пожалуйста», что? — спрашивает Вегас, поддразнивая, а Пит сразу краснеет, понимая, что если он не скажет вслух, то бизнесмен продолжит над ним издеваться, м у д а к. — Пожалуйста, — выдыхает он, прежде чем продолжить, — трахни меня. — Такой нетерпеливый, — хихикает Вегас, продолжая двигать пальцами так размеренно и чётко, будто все его действия вымерены годами тренировок. — Прошу, — снова хнычет Пит, ему уже совершенно плевать, что он умоляет — он хочет, нет, ему нужно чтобы Вегас оказался внутри него прямо сейчас! — Хорошо, sweetheart, I’m sorry, — сдаётся Вегас, медленно вынимая пальцы, будто издеваясь, задевает его простату ещё раз — касание слишком лёгкое, и Пит бесится. Как только пальцы Вегаса покидают тело Пита, тот неудовлетворённо стонет, разжимая пальцы, которыми он держал подушку, и прерывисто дышит, ощущая как его тело буквально горит — это снова похоже на ломку, но его не тянет к мыслям о наркотиках, единственное, о чём он думает — Вегас. Пит снова погружается в свои мысли: реально ли это? Может быть, Мистер Робот снова играет с моим сознанием? Если это так, то почему именно это? Блять, я теряю контроль. Нет-нет-нет. Только не это. Поэтому он не замечает и не слышит, как позади него Вегас вскрывает упаковку презерватива, а затем раскатывает его по своему члену, после чего раскрывает вторую упаковку смазки и распределяет её по всей длине. Сэнгтам возвращается в реальность только тогда, когда сильная ладонь Вегаса снова, рассекая воздух, приземляется на его ягодицу и оставляет очередной красный след, а затем поглаживает, извиняясь: — Сосредоточься на мне, — говорит Вегас, потираясь своей эрекцией между ягодиц Пита, — иначе я прекращу. Ты сможешь сделать это для меня? — Да, — хрипло выдыхает Пит, удивляясь тому, как органично и приятно ощущается тепло, исходящее от тела Вегаса, насколько ему нравится то, что сейчас происходит — от всех этих мыслей его собственный член дёргается. — Отлично, — выдыхает Вегас и, направляя себя пальцами, медленно проникает в Пита. Пит закатывает глаза и слишком сильно прикусывает губу, разрывая старые ранки, он чувствует вкус крови на своём языке, но ему плевать, единственное, о чём он продолжает думать — Вегас, его руки, его сбитое дыхание, тепло, которое от него исходит, и его член. Блять. Вегас не торопится, как всегда, не входит в него сразу полностью — каждое его движение размеренное, его рука крепко держит Пита за бедро. — Fuck, ‘s good, — хрипло говорит он, когда головка его члена оказывается внутри хакера, он слабо двигает бедрами, позволяя Питу привыкнуть к ощущениям, пока тот снова крепко хватается за подушку, а пальцы на его ногах поджимаются от понимания того, что он наконец-то получает то, что хочет. — Такой узкий, — шипит Вегас, всё так же медленно продолжая погружаться в него, а хватка на бедре Пита становится сильнее — он уверен, что на нём снова останутся синяки. Пит лишь стонет в ответ, ему слишком хорошо от того, как Вегас касается его, как сбивается его дыхание, как его член, который намного больше трёх его пальцев, растягивает его изнутри. Чёрт, ему нужно больше — больше Вегаса, больше чего угодно, лишь бы это не заканчивалось. Следуя своим желаниям, Пит пытается податься назад, но хватка Вегаса не даёт ему двинуться ни на сантиметр, и Пит хныкает, потому что всё слишком медленно, а ему нужно всё и сразу, прямо сейчас. Какая-то часть его подсознания благодарит Вегаса за то, что он не позволяет ему сделать этого, потому что в противном случае ему будет больно, сейчас и потом. Но животное желание, которое появилось во всём теле Сэнгтама, говорит ему обратное — всё и сразу, хочу-хочу-хочу. Его голова кружится, сердце бьётся с безумной скоростью, а подушка, которую он сжимает, скорее всего не переживёт всего этого. Наконец-то, думает Пит, когда чувствует, что бедра Вегаса прижимаются к нему. Он стонет слишком громко, когда осознаёт всё, что ощущает — обе ладони Тирапаньякула находятся на его бедрах, сжимая, он сбито дышит, а его член полностью погружен в Пита. Охуенно приятное чувство, думает он. Пит готов в любой момент кончить от того, насколько это приятно, насколько наполненным он себя чувствует, его удивляет этот факт, потому что Вегас ещё даже не начал двигаться, бля-я-ять. — Такой красивый, Пит, — цедит сквозь сжатые зубы Вегас, — мой хороший мальчик, — его голос напряжённый и трясущийся, и Пит поворачивает голову. То, что он видит, заставляет его вскинуть руку к своей эрекции и пережать её у основания, потому что он снова слишком близко к тому, чтобы кончить — глаза Вегаса закрыты, брови сведены к переносице и он закусывает нижнюю губу в попытках сдержаться, костяшки на его руках побелели от того, насколько сильно он держит его за бёдра. Эта картина и осознание того, что он не единственный, кому приходится сдерживаться, заводят ещё больше, и поэтому, в неожиданной попытке поддразнить, он сжимает мышцы настолько сильно, что это действие выбивает из лёгких Вегаса воздух, а из его глотки — громкий протяжный стон. Он хочет записать этот звук, навсегда оставить его в своей голове, чтобы проигрывать его вечно, и надеется, что сможет услышать его ещё не один раз в реальности. — Вегас, — говорит Пит, и Вегас сразу реагирует, открывая глаза, смотрит на него, дыша как загнанный в угол зверь, — это всё, на что ты способен? — пытается подначить он, но, судя по улыбке на лице Вегаса, у него не выходит. Вегас перемещает часть своего веса на руки, прижимаясь грудью к спине Пита, вжимая его в матрас ещё больше, а затем шепчет ему на ухо: — Я же сказал, что не буду торопиться с тобой, забыл? — говорит он, пока почти что полностью выходит из Пита, который пытается податься назад, чтобы вернуть его в себя, но Вегас удерживает его на месте. — Я не—, — он прерывает сам себя, громко застонав — Вегас неожиданно резко подался вперёд, снова полностью оказываясь внутри, он продолжает двигаться медленно, что только поддразнивает Пита, когда его член проходится по его простате. Пит закидывает голову назад и закрывает глаза, растворяясь в ощущениях — он был бы только рад, если бы Вегас двигался быстрее, но он всё равно наслаждается каждой секундой того, что происходит сейчас. Он открывает рот, тихо постанывая на каждое движение Тирапаньякула, а затем замечает, что одна рука отпускает его бедро, и длинные пальцы Вегаса касаются его губ. Пит открывает рот немного шире и удовлетворённо мычит, когда его указательный и средний пальцы оказываются внутри, а Сэнгтам обхватывает их губами, проводит по ним языком, посасывая их. Вегас всё ещё издевается, считает Пит, он продолжает двигаться медленно, пока его пальцы буквально изучают рот хакера изнутри. Сэнгтам чувствует, как слюна течёт по его губам и челюсти, небольшие капли падают на матрас, но ему плевать, единственное, на чём он концентрируется — член Вегаса. Тирапаньякул вытаскивает пальцы из его рта и опускает руку на его шею, легко сжимая её, касаясь пальцами ярёмной вены, ощущая бьющийся под ними пульс, будто спрашивая разрешения. Пит только кивает в ответ, даже не задумываясь о том, что Вегас однажды задушил человека. Он доверяет ему, надеется, что он не навредит — и он прав. Единственное, что он ощущает, когда хватка Вегаса становится крепче — удовольствие. У него слегка кружится голова и зрение теряет фокус, но ему нравится. То же самое он ощущает, когда очередная доза морфина попадает в его кровоток, но всё в разы ярче. Пит понимает, что после этого, после того, что ему прямо сейчас даёт Вегас, он не сможет найти ничего подобного — никто не сможет дать ему ничего подобного. Но глубоко внутри он надеется на то, что ему не придётся искать кого-то другого, что Вегас останется с ним, если это возможно. Бизнесмен опускает голову вниз, утыкаясь носом в шею Пита, и оставляет несколько мелких засосов, мягко покусывая кожу, прежде чем оставить очередной, как бы намекая на то, что остановится по первой же просьбе. Сэнтгам ни за что не попросит прекратить — каждый засос будет доказательством того, что всё это реально, он ждёт момент, когда увидит их утром, посмотревшись в зеркало. — Хочу видеть тебя, — шепчет Вегас, — можно? — Да, пожалуйста, — отчаянно кивает Пит, когда сквозь его тело проходит волна удовольствия от осознания того, что Вегас хочет видеть его во время секса. К сожалению, чтобы перевернуться и сменить позицию, Вегас должен выйти из него, и, как только это происходит, Пит недовольно хмыкает от потери контакта. Он ничего не слышит, не чувствует Вегаса рядом с собой — ничего, и на секунду он начинает сомневаться во всем, что произошло. Блять, нет. Нет. Я это придумал? Или это Мистер Робот снова издевается надо мной? Это, конечно, не первый раз, но… Это первый раз, когда я хочу, чтобы это было реальностью. Прошу-прошу-прошу. Скажи мне, что это правда. Но Пит сразу расслабляется, когда руки Вегаса снова оказываются на его теле — все его сомнения пропадают, а касания — возвращают в реальность. Пошёл ты, Мистер Робот, это реально. Он глупо улыбается, когда Вегас аккуратно переворачивает его на спину, Пит даже не сопротивляется — руки и ноги его не слушаются. Он всё ещё держит подушку, сжимая её пальцами, и бизнесмен, замечая это, аккуратно разжимает его пальцы и откладывает подушку в сторону: — Ты можешь держаться за меня, — говорит Вегас, улыбаясь, пока аккуратно раздвигает его ноги, — эй, я же сказал, чтобы ты сфокусировался на мне, ты же знаешь, что я понимаю, когда ты проваливаешься в свои мысли? — серьёзно спрашивает он. — Может, тогда тебе нужно стараться лучше, хм? — подначивает Пит, облизывая губы, он знает, что играет с огнём — Вегас всё ещё опасен, и, если захочет, сможет задушить его прямо сейчас. Вегас смеётся, оголяя зубы — его смех не притворный, а вполне реальный, и Пит не замечает, как сам начинает улыбаться, реагируя на него: — Ты смелый, Пит, — хихикает он, усаживаясь удобнее между его ног, — это мне тоже нравится, — Пит краснеет, когда руки Вегаса возвращаются на его бедра. Он не замечает, что Вегас немного наклоняется слева от него и что-то берёт, но он замечает, когда снова чувствует влажные и холодные пальцы между своих ягодиц, и поднимает бровь в недоумении. — Иначе тебе будет больно, — отвечает Вегас на немой вопрос, выдавливая оставшуюся смазку из пакетика на свою эрекцию, распределяя её по всей длине, — она почти вся высохла, подожди немного. Когда это он стал таким заботливым? — Или тебе бы понравилось? — спрашивает он, улыбаясь. — Эм, не сейчас? Потом? — отвечает Пит, слабо мотая головой. Услышав это, Вегас закрывает глаза и удовлетворённо улыбается, удивляясь тому, как хакер каждый раз умудряется его удивить. Он только открывает рот, чтобы сказать что-то грязное, улыбаясь, но его прерывает Пит, который, обернув свои ноги вокруг его бёдер, притягивает его ближе к себе: — Ты всё ещё не заставил меня кричать твоё имя, Вегас, — говорит он, явно намекая на то, чего хочет. Выражение лица Вегаса сразу меняется, как только он слышит это, он сводит брови к переносице и наклоняется вперёд, буквально накрывая Пита своим телом. В другой ситуации, Пит обязательно бы испугался того, как выглядит бизнесмен, но не сейчас, когда он понимает, что подобная реакция — его рук дело, что-то в нём щёлкает, заставляя гордиться собой. Вегас опускает взгляд вниз, и, направляя себя, снова входит в Пита — без предупреждения и резко, на всю длину. Сэнгтам вскрикивает и выгибается в спине, цепляясь руками за Вегаса, оставляя на его спине лунки от ногтей, которые сразу красиво ложатся на тело бизнесмена — красные, некоторые особенно глубокие и на них содрана кожа. Тирапаньякул нависает над ним, его рот открыт и на лице читается то, насколько ему плохорошо от действий Пита. Несколько прядей выбились из его вечно идеальной укладки и обрамляли его лицо настолько красиво и естественно, что Питу на мгновение показалось, что над ним Бог. Сэнгтам никогда не понимал, как ему всегда удаётся выглядеть так хорошо — когда он на работе, когда избивает очередного бездомного, которому дал сотню долларов, когда снимает очередного мальчика в клубе, когда спит с очередным топ-менеджером, чтобы выведать у того информацию. Мудак, думает Пит, когда Вегас в очередной раз почти что полностью выходит из него, издеваясь, и в глазах читается «сфокусируйся на мне, я вижу когда ты пропадаешь в своих мыслях», поэтому он отбрасывает лишние мысли — у него будет возможность поразмышлять над количеством людей, с которыми спал Вегас до него, но позже. Когда Вегас понимает, что Пит вернулся в реальность, он наклоняется чуть ближе, прижимаясь своими губами к губам хакера, но тот почти сразу углубляет поцелуй, кусается — показывает, что недоволен тем, насколько всё медленно происходит. Бесит. Бёдра бизнесмена подаются вперёд резко, и Пит не может сдержать удовлетворённый стон, когда член Вегаса снова оказывается в нём, ему уже совершенно плевать на то, насколько громко или жалко он звучит, плевать на всё, лишь бы всё это не было очередной шуткой его разума или сном, лишь бы это не заканчивалось. Его руки бездумно гуляют по спине Тирапаньякула, поглаживая и царапая, пытаясь прижаться ближе. Теперь Вегас двигается без сдержанности — одновременно отдаётся полностью и присваивает Пита себе, жёстко и ритмично. Его движения становятся резкими и быстрыми, каждое новое как будто вдавливает Сэнгтама глубже в матрас. Он всё чаще задевает его простату, заставляя хакера стонать и превращая его в дрожащий оголённый комок нервов. Пит буквально горит изнутри — в мыслях ничего, кроме Вегаса, от личности не осталось ничего, кроме животного и всепоглощающего желания. Его голос сорван от стонов, а глаза закатываются от удовольствия каждый раз, когда член Вегаса в очередной раз проходится по его простате. Он хочет коснуться себя, но не может отпустить Тирапаньякула — не сейчас, когда всё кажется слишком реальным, он боится потерять это. Поэтому он продолжает держаться за него и принимает всё, что бизнесмен даёт ему, безмолвно умоляя того позволить ему кончить. Вегас снова целует его, поцелуй выходит сумбурным и небрежным, их зубы сталкиваются — они оба слишком увлечены ощущениями, чтобы заботиться о том, насколько красиво это выглядит. Плевать. — Подними бёдра, — шепчет Вегас в поцелуй, — и отпусти руки, хорошо? — Пит еле разбирает, о чём он говорит, но сразу догадывается, что будет дальше, он размыкает ноги, сгибает их в коленях и отпускает Вегаса из своих объятий, и его руки просто падают на матрас. Тирапаньякул улыбается, удовлетворённый тем, что Пит его слушается. Он обхватывает его руки ладонями, перемещая свой вес на них, — Питу плевать, ему не больно, потому что сильные пальцы, крепкая хватка — это то, что оставит очередное доказательство на его коже, то, что он сможет увидеть на утро и коснуться, если пожелает. Из-за смены позиции член Вегаса снова выскальзывает из него, но ненадолго — бизнесмен быстро находит нужный угол и вновь входит в него, снова резко и глубоко, прижимаясь бёдрами, и от этого они оба стонут в унисон. В новой позе Вегас проникает ещё глубже — так, что каждое движение будто становится попыткой слиться в единое целое, а Питу кажется, будто он теряет связь с реальностью в очередной раз. Вегас сохраняет всё тот же яростный, быстрый ритм — его движения теряют ту точность и размеренность, его ногти впиваются в кожу, а по вискам стекает пот — Пит понимает, что тот на грани, и понимает, что сам готов вот-вот кончить. — Вегас, пожалуйста, — стонет он, задыхаясь, его тело буквально горит от того, насколько он близко. Он пытается двинуть рукой, чтобы прикоснуться к своему члену, но крепкая хватка не позволяет ему сдвинуться. — Нет, — чеканит Вегас, — я хочу, чтобы ты кончил только от моего члена, давай. Эти слова ломают остатки контроля, который так пытался сохранить Пит — он выгибается, его губы приоткрыты в немом крике, и оргазм накрывает его с головой — несколько секунд чистого блаженства, стирающего все мысли из головы и заставляющего видеть пляшущие перед глазами звездочки. Он хочет остаться в этом моменте навсегда. Вегас продолжает двигаться внутри него — он совершает несколько рваных движений, и, вслед за Питом, тоже теряет контроль. Пит успевает открыть глаза и уловить всё: сведённые брови, сосредоточенный взгляд, буквально пожирающий его, и открытый рот Вегаса, из которого вырывается полустон-полувыдох «Пит». Он хочет выжечь эту картину себе на веках. Тирапаньякул склоняет голову, прижимаясь к его лбу своим, пытаясь прийти в себя. А Пит только сейчас осознаёт, что Вегас, мать его, Тирапаньякул, кончил с его именем на губах — от понимания сердце чуть ли не вырывается из грудной клетки, а в животе расползается приятное, необычное для Пита чувство, которое он не может объяснить, но понимает, что это точно не от возбуждения или эякуляции. Когда Вегас приходит в себя, он отпускает руки Пита, и его обмякший член выскальзывает из него, он садится назад, тяжело дыша. Сэнгтам сразу испытывает облегчение — мышцы болели невыносимо, но с другой стороны — сразу ощущается пустота и ему хочется снова быть ближе к бизнесмену. Он наблюдает за тем, как Вегас снимает презерватив, аккуратно завязывает его и кидает его где-то рядом с матрасом. Пит наблюдает за ним краем глаза, он совершенно не понимает, что произойдёт дальше и что ему делать сейчас. Одеться? Сказать что-то? Вегас сейчас уйдёт? Вегас, как будто услышав его смятение, возвращается и ложится рядом с ним, обнимая его одной рукой и притягивая ближе к себе. Пит замирает, боясь разрушить атмосферу и сказать или сделать что-то не то, когда Вегас утыкается носом ему в шею, шумно вдыхая и прижимаясь губами к нежной коже. — Я потом уберу, — лениво говорит он, в его голосе слышатся нотки сонливости и удовлетворения, — и в следующий раз я хочу связать тебя. Пит смущается, когда слышит это заявление, но осмеливается прижаться ближе, и Вегас обнимает его крепче. — Только если ты будешь сверху, — тихо говорит он после небольшой паузы. Он не уверен, слышит ли Вегас его, или тот уже почти уснул. — Мгм, идёт, — зевает он, — Но не здесь. Надо найти другое место. — Значит… — Пит прикусывает губу, а затем нерешительно продолжает, — это не одноразовый секс? — Нет, двухразовый, если считать тот, который ты не помнишь, — хихикает он, — ладно, нет. Я планирую оставить тебя себе. — Круто, — почти шёпотом выдыхает Пит. — Круто? — смеётся Вегас. Пит разворачивается лицом к нему, чтобы посмотреть в глаза: — Я был бы не против, если бы, эм, — заминается он, — это… было бы постоянно. — Что «это»? Просто секс? — Пит закатывает глаза, не отвечая на вопрос, а Вегас смеётся в ответ — он понял его без слов. Пит подмечает сам себе, что ему нравится, когда Вегас смеётся, особенно сейчас, когда они оба уязвимы и честны друг с другом. Глаза Тирапаньякула буквально светятся, когда он улыбается и тянется поцеловать Пита. Когда он отстраняется — они так и остаются, в объятиях друг друга и тишине. Пит впервые за долгое время чувствует себя расслабленно и в безопасности. — Я же говорил, что мы сработаемся, — нарушает тишину Вегас, а Пит вспоминает его слова, которые были сказаны в совершенно другой обстановке — в офисе AllSafe, когда Вегас подошёл к нему поболтать об операционной системе. — Ты правда весь день меня искал? — Отвали, — выплевывает Пит, но без злости. — You’re so cute. — Заткнись! — Ты же не понимаешь английский. — И не должен, у тебя на лице всё написано — я уверен, что это очередная пошлость, — вместо ответа Вегас снова целует его.

FIN