Глава 1.
29 июля 2025 г., 13:10
– Замуж по расчëту... Да уж... Незавидная судьба, это только в книгах, да кино появляются любовь и счастье... А сколько в реальности таких семей живëт?.. – Задумчиво тянет Людмила, валяясь на постели и просматривая в телефоне очередную новостную статью. Узнав новость о том, что мать собираться выдать падчерицу замуж за богатого мужчину, которому, по слухам, чуть больше тридцати, она была не в лучшем расположении духа, что уж говорить о самой новоиспечëнной невесте, притихшей на диване у окна. Если на чистоту, девушка, если бы узнала, что собираются еë за кого-то вот так выдать, не смогла бы сдержать возмущения и высказала бы всë, что думает своей матери. Но младшая сестра не такая. Слишком она терпелива, раз позволяет им так решать за неë еë судьбу. – И что теперь с твоим принцем на белом коне?
– Я его никогда не забуду. Даже если выйду замуж и нарожаю детей. – Неожиданно резко отвечает Яна, повернув к ней голову. Совсем поникла. Глаза потухшие, безрадостные, смотрит строго, упрекая за подобные слова. Людмила вздыхает.
– Ну может пора уже стать реалисткой? – Говорит она расстроенно, откинув телефон на подушку и развалившись на постели в форме звëздочки. Сестра уныло смотрит в потолок, несколько секунд молчит, вслушиваясь в стук дождевых капель по оконному стеклу. – Это был актëр. Актëр, аниматор... Как его ещё назвать? –Произносит она с расстановкой, отбивая в ритм каждый слог кулаком по подушке. – Работает там в роли вельможи, чтобы людей развлекать, да и если так, разве его действительно зовут Фëдор? Вдруг он какой-нибудь... Иннокентий!
– Скажешь тоже. – Впервые за этот день Яна улыбнулась и чуть слышно фыркнула, сдерживая неожиданно подкативший смех. – Нет, это его настоящее имя, я знаю. – Уже более расслабленно и мечтательно проговоривает она, возвращая зеленоглазый взгляд в окно. За два года с той последней встречи она не забыла его, хранит с трепетом в памяти ту волшебную встречу и свою первую влюблëнность. За два года юница не забыла даже его голоса, пусть и разговор их был коротким, что ужговорить о взгляде. Его глаза... А точнее их разговор глазами во время танца она не сможет забыть, даже если захочет.
– Ага... Конечно... Учитывая, что я прошерстила весь интернет и никаких Фëдоров, похожих на твоего не нашла. – Скептически подмечает Людмила, бросив короткий взгляд на сестру. Девица, прижав колени к груди, сидит на диване у окна и мечтательно смотрит на сад, не обращая внимания на прохладный ветерок, врывающийся в комнату через приоткрытое окно, что слегка колышет и запутывает еë распущенные русые волосы, ниспадающие вниз густыми переливающимися на свету прядями. Люда приподнимается, с некоторым трепетом наблюдая за Яной. Хоть картину маслом пиши... Только бы сменить еë домашний костюм из мягкой ткани на длинное платье с узорчатыми изысканными рюшами, да добавить несколько украшений. Тогда получится настоящая прекрасная юная аристократка, вздыхающая о недоступной любви.
А время неумолимо близится к трëм часам дня. Именно в то время мачеха велела начать готовиться к вечерней встрече в ресторане, где и состоится знакомство жениха и невесты. Девушки молчат. Они обе молятся на то, чтобы дождь не прекращался, ведь женщина обещала, что если погода не прояснится, они отложат встречу на другой день. Однако, как это обычно бывает, всë складывается не так, как хотелось бы. Ливень постепенно утрачивает свою силу, превращаясь в мелкую моросящую пыль, слетающую с неба и гонимую постепенно утихающим ветром, а небо начинает проясняться, показывая из-за облаков редкие солнечные лучи. Прислушиваясь к тому, как ручейки воды падают тонкими водопадами с крыши, Яна спускает ноги на пол и потягивается. Пора. Если они не начнут прямо сейчас, вошедшая мачеха начнëт отчитывать их и грозиться наказанием за непунктуальность.
– Я вот думаю... А если этот твой жених окажется неплохим парнем? – Людмила, натягивая капроновые колготки бросает любопытный взгляд на сестру, застëгивающую молнию платья у зеркала. – Ну, скажем, симпатичным там... Может тогда будет легче?
– Ну... – Яна резко дëрнула собачку вверх, оборачивается, не скрывая раздражения. – Не во внешнем же виде всë заключается! – Сестра закатывает глаза, приготовились слышать одни и те же слова влюблëнной девицы. – Глаза, слова, жесты... Я ведь говорила... Даже если он будет пытаться подражать этому идеалу, он будет не тот...
– Естественно, они ведь разные люди. Но надеюсь, если хоть каким-то твоим критериям этот жених будет отвечать, ты не будешь сильно разочарована выбором родителей.
***
Ровно в семь вечера, как и было уговорено, девушки вместе с родителями уже преступают порог ресторана, где должна состояться встреча, о которой было объявлено неделю назад. Держась за руку отца, Яна нервно сжимает край рукава его пиджака, оглядывается вокруг, оценивая атмосферу заведения и пытаясь предположить вкусы пригласившего их именно сюда жениха. Играет негромкая классическая музыка, витает запах еды и дорогих духов... Культурные люди, тихо беседующие за столами, вежливые официанты, предлагающие меню или способ оплаты. Что ж.. На первый взгляд тихое культурное заведение, вызывающее желание провести здесь какое-то время и отдохнуть. Повернув голову влево, Яна удивлëнно вздрагивает. В стороне с мягкой полуулыбкой за ними наблюдает тот человек из дворца, который был вместе с Фëдором до того, как тот пригласил еë на танец. Ну, может она, конечно, ошибается, однако одежда на нëм та же. Абсолютно. Та же белая рубашка, те же чëрные брюки и та же жилетка, цвет которой девушке напомнил землю в засушливый сезон. Ещë и белые, отливающие голубизной волосы, доходящие до поясницы, как и тогда, собранные в низкий хвост. Не смея задерживать на нëм взгляд, она отворачивается и тревожно думает о том, что он здесь забыл, разыскивая в голове разные варианты причин, как вдруг отец отцепляет еë от себя и, указав ожидать на месте, идёт вперëд. Сложно различить в толпе его и того, с кем он говорит, но вдруг отец возвращается с весëлой улыбкой на лице и, переглянувшись с женой, тянет дочь за собой. Яна ахнула, не веря своим глазам, когда оказывается перед ним. Тем самым «актëром» из дворцового комплекса. Он ничуть не изменился. Разве что на его плечах сейчас, помимо всего прочего, надет чëрный плащ с меховым воротником. Если бы девушка не взяла себя в руки, то так бы и застыла с открытым ртом, однако она быстро прячет взгляд, склонив голову и чуть отвернув еë в сторону, в неловкости поправляет прядь светлых волос и, бросив ещё один мимолëтный взгляд, замечает на лице мужчины плохо скрытое лëгкое удивление. Хотя нет... Не скрытое... Скорее это удивление смешанное с восторгом и осознанием. Его лицо так и кричит: «Превосходно! Вам удалось меня удивить!» Однако он быстро меняется в лице, скрываясь за пеленой спокойствия и умиротворëнности, предлагая с лëгким поклоном пройти к столу. – Предлагаю обсудить детали ещë раз и подписать договора, господин Достоевский. – Говорит отец, когда все наконец рассаживаются по своим местам. Чуть склонившись вперëд, опираясь на локти рук, и сцепляя пальцы в замок, Фëдор с улыбкой бросает взгляд на девушку, тут же переводя его на мужчину. – Я не против, но, думаю, девушкам будет некомфортно... Иван. – С намëком он качает головой в сторону притихших Яны и Людмилы. Его спутник лишь кивает, понимая без слов, и предлагает девушкам пройти в глубь ресторана, где у самой стены расположен большой аквариум с экзотическими рыбками. Из-за столика его плохо видно, от того это кажется чудной идеей, но как только в сопровождении мужчины, девочки достигают места назначения, Люда небрежно хватает сестру за запястье и, под предлогом «припудрить носик», утаскивает в женский туалет. – Это и есть твой принц на белом коне?! – Спрашивает она внезапно, как только дверь за ними закрывается. От еë восклицания некоторые посетительницы бросают на них растерянные непонимающие взгляды. И только сейчас Яна замечает, как щëки еë горят от переизбытка чувств. Почему-то она пребывает в состоянии счастья и ликования, только на лице это отражается лишь в форме лëгкого неконтролируемого румянца на щеках. – Я же говорила тебе, что он не актëр... Он посетитель. И его правда так зовут... – Негромко говорит она, придерживая Люду за плечи. Сводная сестра сейчас выглядит потрясëнной до глубины души и взвинченной, что рисковано криком и размахиванием руками. Она не злится, абсолютно нет, она просто тоже на эмоциях с того момента, как поняла, почему увидев жениха Яна быстро поменялась в лице и засветилась от какого-то внутреннего сияния, которое, кажется, смогла заметить только сестра. – Вот это... Совпадение... Фëдор Достоевский... Странно, почему о нëм ни слова ни в соц сетях, ни на разного рода форумах... Учитывая, что он весьма богатый и успешный человек... – Людмила резко успокаивается, впадая в мрачное раздумье. Она пытается понять, кто же он такой, но это спокойствие длится от силы минуту, как она снова заводится и нетерпеливо толкает младшую к зеркалу, тут же начиная колдовать над еë красотой. Была бы воля, она бы открыла тут же салон красоты, ведь думая о каком-то богатом кривоватом мужике на роль жениха, они особо и не мудрили с макияжем. Яна останавливает еë. Не стоит. Будет весьма неловко или даже нелепо если вдруг резко изменится что-то в еë лице. Она и так неплохо выглядит. – Леди, прошу прощения, но вы долго... Что-то случилось? – Раздаëтся деликатный стук в дверь и певучий голос Ивана. Другие женщины и девушки, находящиеся здесь бросают любопытные взгляды то на дверь, то на сестëр, пребывая в некотором замешательстве от произошедшей здесь сцены выяснения отношений. Виновницы всеобщего неловкого молчания переглядываются и, быстро устранив мелкие дефекты, выходят к мужчине. – Простите. Всë в порядке. – Говорит Яна, взяв на себя ответственность за придумывание оправданий, если сопроводитель окажется дотошным. Однако мужчине было достаточно этих нескольких слов, поэтому беспокойство с его лица плавно сходит на «нет» уступая место всë той же мягкой улыбке. – Рад это слышать. Господин Достоевский волнуется о вас. – Произносит он многозначительно, осматривая еë как-то заботливо и по-отечески. Девушка чувствует, как к щекам с новой силой приливает кровь, а стоящая рядом сводная сестра, заметив это, хмурит брови. Не очень ей в это верится. – Они что... Уже поговорили? – Скептически спрашивает она, оглядывая Ивана с ног до головы с напускной придиркой. – Официальные переговоры уже были. Сегодня простая скромная встреча, на которой господин Достоевский хочет познакомиться со своей будущей супругой. Ваш отец просто хотел уточнить некоторые незначительные детали. – Говорит он ровным тоном, словно по бумажке. Вероятно, он привык объяснять какие-либо моменты подобным образом и в подобном тоне. Они возвращаются к столу. За весь разговор, кажется, Фëдор так и не сменил своë положение, поза отца же за столом была более напряжëнной. Кажется, будто он напуган или встревожен, глаза его бегают от Достоевского к жене и обратно, в то время как мачеха выглядит взвинченной, но молчит, бросая лишь укорительные взгляды на супруга. У Яны в душе появляется нехорошее предчувствие в момент, когда потенциальный жених вдруг поднимает одну из бумаг, лежащих на столе. При этом делает он это крайне небрежно, подхватив за угол щипком двумя пальцами, словно сопливый платок. При этом лицо его не выражает абсолютно ничего: ни злости, ни раздражения, ни насмешки. Пожалуй, лишь этот плавный жест выдаëт его недовольство. – Я бы хотел с вами решить это дело по-честному, но вы сами не хотите действовать по правилам. – Произносит он с лëгкой полуулыбкой, при этом взгляд его остаëтся холодным. Юница чувствует неприятные мурашки на спине. – Кажется, у нас с вами мирно не получится. Тогда зачем вообще мучать бедную девочку? – Послушайте... Эти документы... – Фальшивые. – Не даëт он договорить, перебивая, и разжимает пальцы. Лист в его руках тут же опадает на стол, слегка качнувшись в воздухе перед приземлением. – А вот эти. – Он поднимает другой лист бумаги тем же небрежным движением. – Оригинал. Оригинал, в котором выгоду получаете только вы. Простое предложение того, что ваша девчонка моя жена и за это я должен соблюдать необходимые вам условия? Я не собираюсь уйти с вами в убыток. Не легче ли вам найти дурака, который смело всë это подпишет, либо справиться своими силами и оставить дочь в покое? Слушая его речь напрягаются все. Единственный, кто остаëтся весьма непринуждëнным – это Иван. Мирно дождавшись, когда монолог Достоевского завершится, он вежливо и интеллигентно отодвигает стулья для Яны и Людмилы, а затем элегантным аккуратным движением рук поднимает со стола чайник и разливает по чашкам чай. Приятный аромат поднимается вверх и немного расслабляет. – Предлагаю немного перекусить, а потом вы продолжите. – Улыбается он, присаживаясь на своë место. Его расслабленность заражает других. Даже Яне становится легче, несмотря на то, что она теперь сидит между своим будущим мужем и его спутником, прямо напротив мачехи. Взяв с блюдца чашку, она подносит еë к губам и слегка касается края, делая небольшой глоток. В это время другие тоже мирно отпивают чая. Пребывая в этом молчании, она осторожно косится на Достоевского. Сейчас он кажется каким-то большим, она ощущает себя букашкой по сравнению с ним, давит его полное самообладание и уверенность, однако находиться в такой близости отчего-то спокойно. Она думала, что сойдëт с ума если будет сидеть рядом или напротив. Единственная, кто не мог найти себе места, это мачеха. Она, делая вид, что мирно угощается, то и дело бросает намекающие взгляды то на отца, то на падчерицу, как бы предлагая сделать шаг, начать новый разговор и поправить получившееся неприятное положение дел. Но никто не реагирует. Яна просто стесняется, даже боится заговорить с Достоевским, а отец может из вежливости, а может тоже одолеваемый опасением перед этим человеком, старается молчать и, возможно, даже думает как выкрутиться, отхлëбывая чай из своей чашки, что заметно по едва подëргивающимся пальцам покоящейся на столе руки. В домашних условиях при раздумьях он без стеснения постукивает пальцами по столу или подлокотнику кресла, здесь же ему приходится сдерживать свою привычку, чтобы монотонная дробь не раздражала окружающих. – Подумайте... Яна девочка очень хорошая... Начитанная, грамотная, вежливая и... Красивая... – Поняв, что никто кроме неë ничего не сделает, начинает вдруг женщина перечислять все достоинства девушки, вгоняет еë в неловкость. Она, слушая расхваливания в свой адрес, смущëнно ставит чашку на блюдце и кладëт ладони на колени, слегка сжимая ткань платья. Туда же она отводит и тревожный взгляд, но когда наступает тишина, осторожно, словно маленький напуганный ребëнок, возвращает его на своего будущего мужа, что уже крайне сомнительно. – Я не сомневаюсь. – Вдруг улыбается Фëдор и как раз в эту секунду их глаза встречаются. – Уверен, ей найдëтся достойный жених. – После его слов Яну одолевают два противоречивых друг другу чувства... С одной стороны она рада, что, возможно, свадьба отменяется и она может стать свободной от этого, с другой расстроена таким мягким скрытым за лестными словами отказом человека, к которому испытывает влюблëнность. Людмила напряжëнно хватает мать за предплечье, так, чтобы этого жеста никто не видел. Пусть на лице не видно, но кажется, она раздражена. А имеет ли право она вспылить перед потенциальным инвестором? – Господин Достоевский. – Иван встаëт со своего места и бросает взгляд на наручные часы. Фëдор понимает намëк и тоже поднимается, следом задвигает за собой стул. – Прошу прощения, у меня есть другие дела. Благодарю за приятный вечер. – Вечер, по большей части проведëнный в напряжëнном молчании вряд ли можно назвать приятным. Все это понимают. И почему-то юнице становится стыдно и перед ним, и перед родителями, хотя она совсем и не причëм. Он оказывается человеком весьма деликатным, даже в его внешнем виде сквозит неким добродушием, но ведь его хотели обмануть и, наверняка, он огорчëн и разочарован, просто не показывает. Нужно быть весьма невнимательным и глупым человеком, чтобы не понимать этого или хотя бы не предположить. Яна смотрит на родителей, когда он и его спутник идут к дверям и скрываются среди толпы, однако она всë ещё может заметить его спину. – Папа, вам правда это важно? – Спрашивает она тихим голосом. Почему-то в душе зародилось желание... Желание остановить и уговорить этого человека. Зачем? Сама не знает, а вот Люда, кажется знает. Она пинает сестру в ногу и многозначительно качает головой за свою спину. Надо идти. Она так долго ждала встречи с ним, так хотела поговорить хотъ немного, а так, получается, всë прошло впустую. Если уж брака не будет, надо просто объясниться, чтобы легче было отпустить. Вскочив из-за стола, девушка, игнорируя восклицание мачехи, спешит к выходу, теряется в толпе в поисках Фëдора. Момент удачный: люди разбиты либо на танцующие пары, либо на небольшие беседующие кучки. Места предостаточно, чтобы пройти и осмотреться по сторонам без особых проблем. Она нагоняет его почти у самого выхода. Казалось, осталось всего секунда и если она не окликнет его, он скроется в ночной темноте. – Фëдор Достоевский! – Остановившись в пяти шагах, зовëт она громко, обнимая руками плечи. Его рука, было потянувшаяся к дверной ручке останавливается на полпути. Тяжело вздохнув, он оборачивается назад, чтобы посмотреть на того, кто его зовëт. – Вы стали смелее с нашей последней встречи. – Лëгкая полуулыбка тут же украшает его лицо при виде девушки. – Нам не удалось поговорить за ужином. Как вы поживаете, Золушка? – Я... Расстроена. – Произносит она с запинкой. Хотела сказать совсем другое, однако слова сами сорвались с губ. Но если так подумать, произошло много вещей, которые вполне способны еë расстроить. Даже за этот вечер. Чем она расстроена? Тем, что еë собрались выдать замуж? Тем что сорвалась сделка отца? Тем, что Фëдор уходит? Наверное всем и сразу. – Вы слишком много переживаете. Особенно о тех вещах, которые не касаются вас. – От его внезапного голоса она вздрагивает. Сколько длилось молчание? Он стоит сейчас в шаге от неë: стоит протянуть руку и можно коснуться его плеча. – Как же не касаются? Я ведь являлась... Способом заключения договора с вами. – Она опускает голову чтобы не встречаться с ним взглядом. Ответ приходит быстро. Это смех... Достоевский тихо смеëтся и аккуратным, даже каким-то ласковым движением, заправляет прядь еë светло-русых волос за ухо. Прямо как тогда... – Вы были лишь гарантией честности и уверенности. А способов сделать людей исполнительными и честными много, это не только брак. – Говорит он, приподняв еë голову за подбородок, вынуждая смотреть ему в лицо. – Выдавая вас за меня замуж, они лишь дают мне гарантию того, что не будут злоупотреблять моими услугами и не предадут. Если такое произойдëт они же будут виноваты, если я причиню вам вред. Только, это всë равно ненадëжно. Опять же, для них. – Тогда смысл вообще всех этих браков по расчëту? – Яна не понимает. Оно понятно почему, глупой считать еë за это не стоит. – Причин для подобных союзов много. Я лишь объяснил вам нашу ситуацию. · Он снова становится серьëзным на вид и убирает руку. – Вряд ли вы сами хотите стать полностью зависимой от моих решений. Если вы идëте на это добровольно, то вы... – Глупая? Я ведь... Пытаюсь сейчас вас остановить! – Самоотверженная. – Недовольно заканчивает он предложение, будучи перебитым. – Неужели вы для благополучия родителей готовы пожертвовать своим счастьем? – Разве?.. – А ведь и правда. Браки по расчëту не всегда счастливые. Она испытывает симпатию к Достоевскому, трепет, что-то нежное и нетерпеливое волнуется в груди при общении с ним, ускоряя сердцебиение. Но что сказать о нëм? Испытывает ли он те же чувства? А если это не так, то достаточно ли того, чтобы в браке любил только один? Будут ли люди тогда счастливы? – Вдруг... Я буду счастлива с вами? Вдруг, у меня получится сделать счастливым и вас? – Всë может быть, но лучше подумайте хорошенько. – Усмехается Достоевский. – Если сейчас именно вы предлагаете мне возобновить эту сделку и заключить брак, тогда это уже наши с вами дела. Стоит подойти к этому с умом.
