Свой среди своих

Глава коротенькая вышла.

***

Я устало смотрю в потолок, оставив попытки вновь говорить. Этот мужик, про которого я уже забыл, вновь подходит к кровати — и вновь, блядь, склоняется надо мной. Уже собираясь его не просто толкнуть, а готовясь пиздить, он хватает мои запястья в одну руку, поднимая их над моей головой, а второй — сжимает мне горло. Его белоснежные волосы падают мне на лицо. У меня с этим плохие воспоминания — я вспомнил эту кудрявую психованную. В моей голове была только одна, блядь, мысль: «Хули этому деду надо? Неужели даже в коме мне будет сниться бред?» Мужик, что до этого смотрел мне чётко в глаза, резко начинает хохотать — но не отпуская меня. — Дед? Серьёзно, Марти? — опять, блядь, какой-то Марти. — Мне всего лишь сорок два, дорогой. Чё, блядь? Какие сорок два? Волосы, нахуй, седые… Ааа, блядь, стоп... какого?.. — Ну-ну, не стоит выражаться так грубо, — сказал он. Понял, принял. Это всё придумало моё сознание. Спокойно. Он наконец отпустил моё горло и выпрямился. — Я удивлён, что Беллатрикс не соврала… и что Тёмный Лорд не сообщил мне. Мужик пошёл к двери и, напоследок повернувшись, вытащил палку из трости и взмахнул ею. Открыл дверь и быстро вышел. Что-то прошептал с той стороны — на хуй пойми каком языке — и все звуки стихли. А мой рот наконец открылся. Горло болело от сильной хватки. Я сел и свесил ноги — которые были всё ещё в тапках. Так, ну всё ясно. Я либо умер, либо в коме. Я же вроде что-то читал, что человек перед смертью или будучи в коме видит галлюны. Вот, видимо, это оно. Надеюсь, я всё же в коме — и меня откачают. Мне это всё очень не нравится. Я встал и решил осмотреть шкаф. Подойдя к огромному тёмному шкафу, я распахнул увесистые дверцы. Внутри была в основном одежда: цветные рубашки, куча чёрных и серых брюк, несколько подтяжек — чёрных и красных цветов — и отдельная полка с разными галстуками и бабочками. Внизу лежали несколько пар ботинок и кроссовок. Ничего необычного… кроме черепа — судя по всему, собаки. Покрытый лаком, с небольшой трещиной. Лежал он на одной из полок, на небольшой подушке. Я захлопнул шкаф. Череп выглядел слишком уж реалистичным — наверняка это не пластиковый муляж. Я отошёл от шкафа подальше, не зная, что делать. Стоял лицом к книжным полкам, уперев руки в бока. Было прохладно — я всё ещё в одной футболке, спортивных штанах и тапках. Но меня это не волновало. За спиной вновь послышался звук открывания двери. Не успел я повернуться, как услышал неизвестный голос: — Stupefy. Это всё, что я услышал — и тут же в глазах потемнело. Сознание покинуло тело, и я рухнул на пол.