Скелеты в шкафу

***

      Разгадка тайны Часовщика, битва с Сандеем, погружение в сон Эны, объединение усилий с КММ, Галактическими рейнджерами и Садом воспоминаний, чтобы вырваться из иллюзии самим и пробудить всю Пенаконию, использование состава экспресса для финального удара – всё это порядком вымотало. Нет, не так: вытрясло последний оставшийся дух. Иной раз Стелла ловила себя на мысли, что на самом деле всё, что её окружает – нереально. Они проиграли, Эна вознеслась и сознания всех причастных так и остались навеки заточёнными в руках Порядка, пока их бездыханные тела лежат на территории бывшей Колонии. Страшно. С момента, когда её пробудила Лебедь, сообщив жуткую правду, Стелла начала относиться ко всему с настороженностью. Улыбки друзей после тяжёлой битвы смущали, возвращение привычной жизни на планете празднеств напрягало, пусть итог и не выглядел настолько приторно-елейным, как эпичное вторжение Дань Хэна с генералом: Семья понесла серьёзные убытки, КММ, наоборот, остались в жирном плюсе – так или иначе вырисовывался «хэппи энд», не вызывающий особого доверия.       Любой позитивный момент шёл рука об руку с паранойей. А это правда реальный мир? А она точно сейчас говорит с Пом-Пом? А они действительно вернулись на экспресс? А, если она возьмёт и размозжит битой голову Вельта, то из расколотого черепа польётся кровь или голова по-мультяшному согнётся, бита превратится в мыльные пузыри, а экипаж во главе с мистером Янгом дружно посмеётся над неудачной попыткой Стеллы подшутить над старшим товарищем? Почему все настолько беззаботны? Что, если в этот раз Эне удалось полностью подчинить себе Лебедь и уничтожить все возможные лазейки для выхода? Если у Хора Порядка изначально хватило сил на такую реалистичную и живую иллюзию, то, где гарантия, что сейчас они всё ещё не в ней? От мыслей дико болела голова, от тревожных подозрений потряхивало. Вельт, Химеко, Лебедь, Пом-Пом, Дань Хэн, Март, Робин – все не раз поговорили с ней, не раз успокоили, что теперь всё хорошо, но это совершенно не помогало. Стелла не могла с собой ничего поделать, как вглядывалась в каждую деталь: вот тот цветок подозрительно яркий, вот тот человек странно чихает, Март сказала фразу неестественно громко, кофе Химеко недостаточно горький. Очень уж просто им достались акции Семьи, очень уж быстро были найдены кнопки Искорки, и получение звания капитана «Шпата» Стеллу не столько обрадовало, сколько добавило сомнений. Ещё и этот полёт с фейерверками на руках у Светлячка… Слишком хорошо, чтобы быть правдой. После всех событий она превратилась в ходячий комок нервов. Самое поганое, что теперь стало сложно расслабиться даже на минуту, даже в своей собственной комнате поезда.       Видя потрёпанное состояние Стеллы, навигатор посоветовала ей попробовать «заземлиться». Поделать то, что вернуло бы ощущение реальности: поговорить с кем-то из старых знакомых, позаниматься бытовыми скучными делами, фиксировать появление любой навязчивой мысли, проговаривать её вслух и старательно отгонять, чтобы не позволять ей контролировать всё остальное. Сказать проще, чем сделать. Уже битый час Стелла лежала на кровати, смотрела в потолок и повторяла, что ничего страшного не случится, если она наконец даст себе поспать: она никуда не провалится, не откатится к началу битвы, не окажется вновь в запутанных коридорах «Грёз». Девушка безуспешно ворочалась, но напряжение не отпускало. Ей нужна разрядка. Тренироваться не хотелось по той же причине, что и спать: вдруг она слишком сильно замахнётся битой и разобьёт мнимую оболочку реальности? Чтение тоже отваливается (в архиве спит Дань Хэн), гулять сейчас по Пенаконии она не согласится ни за какие кредиты, а, поговорив с экипажем, снова услышит по десятому кругу то же самое, что и днём.       Заземлиться. Что может помочь заземлиться? Запрос в строчку поисковика выдал варианты медитаций, Стелла выбрала из предложенных видео самое популярное, нажала на воспроизведение и выпрямилась на кровати, прикрыв глаза. Успокаивающая музыка перебивалась шумом волн, приятный женский голос с эффектом эха направлял дальнейшие действия.       «Сделайте глубокий вдох. Почувствуйте, как ваши лёгкие наполняются кислородом, как расширяется грудная клетка, как разум приходит в покой. Теперь – медленный выдох, с каждой секундой вы выдыхаете из себя все ваши проблемы и тревоги. Снова вдох. Вы-ы-ыдох. Плавно, медленно... Дайте вашему телу расслабиться, вас окружают комфорт и умиротворение…»       От глубокого дыхания немного закружилась голова и закололо в боку, но Стелла продолжила.       «Дышите. Вы полностью контролируете этот процесс, вы в безопасности. Вдох, вы-ы-ыдох. Любая эмоция существует не дольше двух минут, всё остальное – додумки нашего сознания. Позвольте себе прожить эту эмоцию. Позвольте себе отпустить её. Почувствуйте своё тело, пространство вокруг вас, всё, что переживаете сейчас внутри, положите руку на грудь и прислушайтесь к пульсу. Вдох, вы-ы-ыдох. Тревога отступает, пульс приходит в спокойный ритм, вы в моменте, вы здесь и сейчас, вы в покое…»       Стелла сконцентрировалась на окружении. Одна рука легла на одеяло, сваленное сбоку: чуть шероховатая, но приятная на ощупь ткань постельного белья. Вторая медленно скользнула по шортам, ощупала спальную футболку, легла на грудь – подушечки пальцев запульсировали в такт сердцу. Сейчас внутри – напряжение до трясучки в каждом мускуле, ком в горле, под рёбрами нервным узлом тянет и свербит.       «Медленный вдох… Прислушайтесь к окружающим запахам – они наполняют вас уютом. Вы в спокойной обстановке, вы контролируете ваши эмоции, буря отступила, вы её пережили, сейчас вы в безопасности… Вы-ы-ыдох…»       Запах кондиционера для стирки, немного химозный, но освежающий; запах пыльных коробок со стройматериалами; родной запах экспресса, похожий на озон; запах её шампуня с цитрусом; тонкий шлейф парфюма с удом и розами, который…       Стоп. Стелла открыла глаза.       Который… что? Ни она, ни один из членов экипажа таким парфюмом не пользуются. Где же она его раньше слышала? Стелла поставила ролик на паузу и принюхалась.       Запах зачастую шёл рука об руку с бодрящей чистотой мороза, сталью острых клинков, землистостью шахт и адреналином от погонь. Так пахли руки, которые раз за разом относили её в клинику Наташи, едва различимое позвякивание набора отмычек в кармане малиновой куртки, ямочки на гладко выбритых щеках, тихие кошачьи шаги, не оставляющие за собой следов, заискивающий взгляд из-под вздёрнутых бровей, хитрые интонации мелодичного баритона; так пахли выгодные сделки вместе с очередными проблемами, весёлые поиски сокровищ в мусоре, молниеносные исчезновения в газовой завесе самодельных бомбочек, бородатые анекдоты, бесконечная болтовня и лучшее лекарство от любой скуки.       Стелла повернула голову. Рядом с подушкой, на которой она лежала, была вторая, которую прислал ей Сампо, – то самое «убойное средство» для хорошего сна. Распаковав посылку, она лишь усмехнулась и, не глядя, бросила вещь в свой багаж, когда выезжала из номера отеля. Сюда, видимо, подушку принёс кто-то из экипажа. Стелла взяла её в руки: мягкий похрустывающий пух, сбоку кричащая яркая бирка с логотипом «БаюБайКа».       «А он всё лучше и лучше от руки рисует, так и от фабричного производства скоро будет не отличить…»       Во время авантюр, в которые оказывалась вмешена Безымянная, она пару раз видела, как мошенник подделывает разные бирки и этикетки с переменным успехом. На вопрос почему бы просто не заказать печать, ей горестно вздохнули, что тогда будет потеряна частичка души и бесконечной любви к своим клиентам, и, конечно же, деньги на производство из его личного кармана. Стелла попробовала подделать одну сама, но результат вышел даже хуже рисунков Гепарда – ох и долго Коски после этого хохотал. Потом, правда, попросил оставить ему эти каракули на память.        Она поднесла подушку к лицу и глубоко вдохнула, прикрыв глаза. Да, это определённо его запах. Чуть выветрился, к сожалению, но его она ни с чем не спутает. Стелла улыбнулась, представив, как мужчина сидел в три погибели и корпел над подушкой у себя на коленях.       «Интересно, как он там?» — прижав «БаюБайКу» к себе одной рукой, она снова включила видео и попыталась расслабиться.       «Ваши мысли улетают далеко-далеко, ваша тревога отступает, голова становится лёгкой и всё, о чём вы думаете, – это здесь и сейчас... Вы в коконе спокойствия. Вслушайтесь в шум волн. Они уносят с собой все ваши печали, всю тяжесть и грусть, позвольте им это сделать. Вдох, вы-ы-ыдох. Вы дрейфуете в океане безмятежности, вас ничего не тяготит. Вода вновь чиста и спокойна, она держит вас на плаву. Буря миновала…»       Перед глазами возник образ живописного пляжа, который она видела на обложке одного из модных журналов Март с коллекцией купальников. В нынешней своей жизни до курортных пляжей Стелла пока так и не добралась, но представить себя в качестве одной из моделей той фотосессии могла легко. Вот она красиво стоит в соломенной шляпке, попивая коктейль, из которого торчит голубой зонтик в тон купальника. К звуку волн на видео добавились отдалённые крики чаек, дополняя фантазию. А вот она в больших белых очках лежит в цветастом парео на шезлонге, подставляя лицо под яркие солнечные лучи. Напряжение в мышцах постепенно уходило. Дальше она уже в тёмно-синем пландже с кружевами плещется возле воды: пенные барашки волн щекочут ступни, на мягком песке лежит множество разнообразных ракушек, а от брызг тянется радужный шлейф. Сознание начало уноситься в такой необходимый измотанному телу сон, делая фантазии сочнее и реалистичней. Вот четвёртая картинка, где она в золотом бикини и её приобнимает за талию мужчина-модель с фото – загорелый блондин в чёрных плавках. Стелла снова сделала глубокий вдох, следуя инструкции медитации, аромат уда с розами приятно заполнил ноздри. Пятая картинка: она в том же купальнике, её тянут за руку к себе, норовя закинуть на плечо, но почему-то у мужской модели плавки теперь малинового цвета и кожа стала молочно-белой. Стелла мечтательно улыбнулась. Шестая: они оба стоят по пояс в воде, её прижимают к накачанной груди, капли стекают по крепким бицепсам, щёку щекочет прядь чёлки из намокшей копны синих волос, зелёные глаза смотрят неотрывно-нежно. Глубокий вдох и Стелла задерживает дыхание до жжения в лёгких: запахом парфюма хочется в кой-то веки вдоволь надышаться. Седьмая картинка: всё ещё в воде её придерживают за бёдра, пока она обхватывает ногами поджарый торс, обольстительная улыбка сверкает, обнажая клыки, кажется, на Стелле уже нет верха от купальника, и таких фото в журнале вообще не было. Восьмая: несмотря на воду, кожа будто пылает от тесного соприкосновения обнажённых тел; тонкие губы в сантиметрах от её, приоткрытых; её пальцы путаются в вихрах сине-серых волос, притягивая к себе ещё ближе, чтобы уже…       Пунцовая как рак Стелла, резко выдохнув, распахнула глаза и скосила их на подушку в своих руках.       «Вы справились с проблемой, вы пережили эту эмоцию. Вдох, выдох... Вас наполняют уверенность в завтрашнем дне и умиротворение. Почувствуйте, что происходит в вашем теле сейчас и доверьтесь этому чувству. Тревога отступила...»       Напряжение внутри вновь поднялось, но перешло в другое русло: кома в горле больше не было, а тянуть и свербеть начало место пониже грудной клетки. Сильно пониже. Ткань футболки слегка натянулась в области сосков, а ноги сами собой поджались. Видео закончилось, и комната погрузилась в тишину, оставив девушку наедине со своей разбушевавшейся фантазией. Она снова бросила взгляд на подушку и медленно поднесла её к лицу. Что ж, если тело решило расслабиться именно таким образом, то, почему бы и не дать ему этого сделать – в разрядке все средства хороши. Блаженно вдыхая оставшийся аромат парфюма, Стелла накрылась одеялом, и рука сама поползла в сторону шорт.       

***

      Вещи были собраны, благо их немного: торговец предпочитал путешествовать налегке. Основное место в багаже занимала пара оставшихся нераспроданных «БаюБаеК» – жаба душила просто так выкидывать хорошие подушки, отдаст потом Наташе, в клинике им точно найдут применение.       Все дела на Пенаконии были закончены, кроме одного, которое мелким назойливым комаром так и гудело в голове. Фестиваль Гармонии прошёл с треском, не будь тут сейчас Сампо – Аха его знает, как бы выбралась из сна Искорка. За маску он с ней рассчитался – на том спасибо и хватит с него. Что до Безымянных, да, в их силе Коски ни разу не сомневался, но хотелось своими глазами убедиться, что со Стеллой всё хорошо после такой напряжённой схватки (воскрешение Эона – не то, что происходит каждый четверг). Конечно же, на правах добропорядочного дельца и совершенно не из личного беспокойства. Всё просто: здоровый и счастливый клиент равно успешный бизнес – ничего больше. Задумчиво смотря на крюк в своих руках, Сампо всё же решил попытать удачу в последний раз. Если получится, то хоть своеобразно попрощается с Первопроходцем, не получится – просто выйдет из своего же шкафа и направится назад на Ярило-VI с чистой (насколько в его случае это вообще возможно) совестью.       «Была не была», — щелчок, выстрел и внезапно в этот раз свободная рука не нащупала никакого спортивного лифа.       В этот раз в шкафу он стоял свободно в полный рост и это, очевидно, был не шкаф в номере «Грёз». Сампо напрягся. Одежды внутри почти не было: сбоку на уровне глаз на перекладине висел ряд пустых вешалок, на полу грудой вперемешку были свалены носки. В основном пространство, достаточно просторное не только для одного человека, заполняли мешки с нераспакованными вещами, инструментами и строительным мусором – создавалось впечатление, что кто-то наспех во время уборки просто гурьбой накидал всё в шкаф, как заметают под ковёр пыль и грязь, когда ленятся лишний раз сходить за совком или влажной тряпкой. Из щёлки дверцы вид выходил на пустующую комнату, местами заваленную пыльными коробками. Словно тут вот-вот должен был быть ремонт, но с ним просто сдались на полпути (или даже не пытались) и оставили всё как есть. Помимо шкафа из мебели были только большая кровать, тумбочка рядом с ней и стена без двери, за которой выглядывал кусок длинной белой ванны. Коски пригляделся к тому, что стояло на тумбочке: групповое фото из Подземья гордо красовалось по центру, сбоку, в рамке поменьше, была троица Март 7, Дань Хэна и Стеллы рядом со зданием с Лофу, справа – составная рамка из нескольких совсем мелких полароидов, которые различить уже не получилось. Стелла не была человеком излишне сентиментальным и вряд ли таскала бы с собой по отелям из номера в номер такие памятные мелочи, – вывод напрашивался сам собой.       «На экспрессе, получается, да?» — Сампо ощутил лёгкую досаду и дискомфорт от незапланированного вторжения. Не то что бы его сюда никто не приглашал, Безымянная не раз звала, но Сампо постоянно увиливал, придумывая новые отговорки: пока не пришёл нужный момент ему тут появляться не стоит. Правым ботинком он задел что-то на полу. Наклонившись и взяв предмет в руки, он сразу узнал «Городской Пейзаж» – подделку одной из картин, которые он же и подарил Стелле в благодарность за то, что та не стала сдавать дядюшку Мерзляка Страже после его выходок с музеем.       «Не выбросила…» — теплоту приятного открытия оборвал чей-то всхлип. Отложив картину, через щель он увидел, как зашевелилось и откинулось с кровати в сторону пышное одеяло. Под ним была сжавшаяся в калачик знакомая фигура. В такой позе Стелла казалась абсолютно беззащитной. Она лежала на боку, спиной к нему, была одета в подобие пижамы: белая футболка и короткие серые шорты. Даже как-то непривычно видеть её без пальто с юбкой. Плечи девушки содрогнулись, и он вновь услышал звук, похожий на всхлип.       «Она опять плачет?» — мужчина обеспокоенно нахмурился. Во второй раз наблюдать, как его любимый клиент заливается слезами в тишине совершенно не хотелось. Он было уже потянулся за телефоном, как силуэт ещё раз дёрнулся, и Стелла повернулась на спину. Под футболкой в районе груди что-то шевелилось, стройные полуголые ноги были чуть расставлены, пальцы на них сжимали простыни, а вторая рука…       — А-ах…       «Оу? Оу. О-о-о-о-оу», — особо долго думать, что именно он наблюдает перед собой не пришлось. Если, до сих пор невольно следя за Стеллой из её шкафов, Коски старательно отгонял от себя ощущение, что он какой-то извращенец, то игнорировать его сейчас уже никак не вышло. Мужчина быстро отвернулся, чувствуя, как во рту начинает пересыхать. Он джентльмен и вообще не должен тут сейчас находиться. Как кто развлекается у себя в спальне – не его ума дело, и вот так грубо нарушать личное пространство Стеллы он не хотел. Надо отсюда выбираться.       — М-м-мх…       Проблема номер один: строения экспресса он не знает. Даже, если быстро и тихо улизнёт из комнаты, то неизвестно, где окажется, и риск столкновения с членами экипажа довольно высок. Вряд ли ни у кого не возникнет вопросов как это он сюда попал посреди ночи – конфликта в любом случае не избежать.       — Ах! Хм-м…       Проблема номер два: перезарядки крюка ждать ещё почти час, сейчас эта штуковина абсолютно бесполезна, а слух у Сампо слишком хороший.       — Хах-ах-аах…       Проблема номер три начинала потихоньку неприятно жать ширинку.       Коски зажмурился и сильно закусил губу. Не то что бы он никогда не думал о Стелле в таком ключе, он взрослый здоровый мужчина, а она во всех смыслах сильная и очень красивая женщина, – это глупо отрицать, это естественно. Да и чего уж скромничать, то, что между ними постоянно пробегали искры было видно буквально всем окружающим: знающие полуулыбки Наташи всякий раз, как он упоминал Безымянную, невинные вопросы «Кротов» («А на Стеллу дядя Сампо смотрит так, как папа на маму, да?» – спасибо, Джулиан), даже Искорка перевыполнила норму по издёвкам в короткое время их встречи намедни. Только Сампо продолжал старательно делать вид, что все всё не так поняли, вцепившись, как клещ, в клеймо «финансовой дружбы», хоть и флиртовал напролом при каждом удобном случае. Клеймо, окончательно давшее крепкую трещину на Пенаконии, – после всех последних событий уже поздновато куда-то от себя бежать. Маловероятно, что из них получится хорошая пара, однако силой воображения Недотёпа явно обделён не был.       Но, одно дело фантазировать что-то себе одинокими холодными вечерами в своей лачуге после тяжёлого дня, вспоминая черты этой удивительной особы: её яркие улыбки после хорошей битвы с монстрами, взмахи ресниц, обманчивую хрупкость стройного стана, очаровательную привычку класть руку на затылок при смущении, эту дразнящую бирюзовую подвязочку на аппетитной ляжке, а другое…       — Да… Да, м-мх!       …а другое: получить себе мучительное прямое воспоминание о том, как близко и как далеко желанная женщина себя трогает, и какие манящие звуки она издает. То ли благодарить за это ‘Кошку’, то ли проклинать – непонятно. Сампо медленно бесшумно выдохнул, взъерошив волосы. Держаться, он должен держаться. Он сильный, он сможет, он не будет смотреть, он отключит себе слух и обоняние, придумает как, он не опозорит своего любимого клиента, он не будет над самим собой издеваться, он не должен пересекать им же проведённую черту, потому что иначе назад дороги не будет – это буквально последний оплот его надежды. Он знал наперёд, что их пути пересекутся ещё не раз, однако, не факт, что в будущем они будут стоять по одну сторону баррикад: не хотелось делать больно ни себе, ни ей. Они живут в неспокойное время войны Эонов, даже Элио не в силах предсказать, как изменится ситуация. Недавний разговор с Крематором снова всплыл в голове, рогатая правильно напомнила, что в этом сценарии он в первую очередь работник сцены, конферансье, второстепенный комичный персонаж, а не главный герой, он не должен стоять рядом с ней – таковы правила. Ну пофантазирует себе опять чуток, может даже в Грёзах пузырь сновидений какой оформит, всяко лучше и проще, чем…       Что-то резко прилетело прямо в дверцу шкафа, заставив Сампо вздрогнуть. Белая футболка. Теперь Стелла ещё и топлес.       Потрясающе.       Быстро отгоняя от себя непрошенные мысли и упорно игнорируя крепчавший с каждой секундой стояк, Сампо вперился взглядом в картину у своих ног, решив, что лучший способ себя успокоить – это посчитать количество окон зданий на ней.       «Одно, два, три, четыре…»       Шелест постельного белья и тихие полу-вздохи нарушил стон.       «Четырнадцать, пятнадцать, шестнадцать…»       К мучительно-сладкой какофонии ласк добавились характерные хлюпающие звуки.       «Д-двадцать пять, двадцать шесть, двадцать се-»       В дверцу снова что-то прилетело. Шортики. Серые. С насквозь мокрым пятнышком на промежности. Теперь и до носа донёсся лёгкий аромат Стеллы.       «Эоны, да за что?!» — захотелось заскулить от того, какими невероятно тугими стали штаны. Идея прокусить себе губу или руку до крови перестала казаться бредовой. Сампо с усилием сглотнул, пытаясь хоть как-то смочить напрочь высохшее горло. Рука непроизвольно прошлась по натянутой ширинке к бегунку молнии прежде, чем он успел себя одёрнуть. Фатальной ошибкой было на секунду бросить взгляд на кровать. Любопытство сгубило кошку, сгубит и Сампо. Полностью обнажённая Стелла, ущипнув себя за набухший сосок, двигалась навстречу своей руке, стараясь глубже насесть на пальцы. Она ещё сильнее развернулась к нему, теперь от Сампо почти ничего не укрывалось. Пепельные волосы растрепались по подушке, на раскрасневшихся щеках выступила испарина, а тусклый свет услужливо отблёскивал от смазки, обильно растекшейся по упругим ягодицам и ляжкам, подрагивающим от ритмичных покачиваний. Эта картинка в корне отличалась от той, что он себе представлял, когда в последний раз мастурбировал, думая о Стелле, после его разоблачения в номере «Гёте». Эта была в стократ лучше и теперь будет выжжена на сетчатке его глаза. Загипнотизированный, он забыл, как дышать. Мысли разом покинули голову, оставив только невыносимое желание прикоснуться к ней, но он не посмеет потревожить её покой, как бы сильно ни хотелось прямо сейчас выйти к Стелле и заменить её пальцы своими. Сампо начал машинально поглаживать себя сквозь штаны, жадно ловя темнеющими от похоти глазами каждое движение девушки, каждый её тихий вздох эхом отзывался в его ушах.       «Ты такая красивая…» — мысленно он кусал её блестящие от вязкой слюны губы, сплетал их языки, впивался в нежную шею, оставляя свои метки, ласкал грудь и насухо вылизывал смазку с ляжек и выше. Мысленно он осыпает горячими поцелуями её пушок на лобке, подхватывает её разведённые ноги под коленками, прижимая их к кровати, и плавно входит, срывая с её губ ещё больше стонов. Мысленно он заполняет её собой без остатка, раз за разом доводя до пика, пока она не забудет всё, кроме его имени, как сейчас он, почему-то, не может вспомнить ничего, кроме её.       Рвано дыша, Стелла набирала темп, всё чаще постанывая. Сампо соврёт, если скажет, что не поставил бы каждый из своих заработанных кредитов на то, что это одна из самых возбуждающих вещей, что он видел. Ни один порнофильм, ни один похабный журнальчик даже близко не смогли бы передать подобной картинки. Контраст скуповатой на эмоции в обычной жизни Стеллы с распалённой, плавящейся в своём удовольствии и такой открытой сейчас, заводил невероятно. Сампо снова ощутил себя подростком с разгулявшимися гормонами: даже с элитными проститутками Белобога, знавшими толк в своём деле, он не испытывал и десятой части того, что испытывает, позорно втихаря наблюдая за Безымянной из шкафа. Он никогда всерьёз не рассматривал вуайеризм, как один из своих фетишей, но, кажется, ситуация поменялась.       — Стелла… — непроизвольно вырвалось вслух. Пальцы сами начали расстёгивать ширинку.       — С-Сампо...       Страх цепенеющей дрожью прошёлся по хребту, подняв волоски на нём дыбом, и моментально отрезвил рассудок.       «Она меня услышала?! Увидела?» — Коски замер. Паника нарастала, и он уже перебирал миллионы отговорок и путей отхода. Чувство стыда и вины набатом дало по кружившейся голове. Он действительно какой-то извращенец, который только что почти сдался возможности утолить свои плотские позывы таким жалким и грязным способом. Узнай об этом Стелла, она бы вряд ли его простила и начала бы избегать, и он тут винить её никак не в праве. Сампо позорно опустил глаза в пол. Пах всё ещё сильно давило, но он принципиально не пойдёт на эту сделку с совестью, потерпит, не страшно, грешков на его счету и так немало, опускаться до такого – это уже слишком даже для него. Он же не животное какое-то, в конце концов.       — Да, а-ах, да! — Стелла стонала в наслаждении. — Сампо! Пожалуйста…       Нет, он остался незамеченным. В своём усиливающимся экстазе, на обстановку она внимания вообще не обращала. Произошло кое-что гораздо хуже. Стелла сейчас так страстно мастурбирует, думая о нём. Едва успевшая проснуться совесть мошенника была за секунду аннигилирована. Сампо почти что взвыл. Лучше бы она его заметила, лучше бы закатила ему скандал, лучше бы сейчас вся команда экспресса дружно отпинала его до полусмерти, а потом сдала бы прямиком в тюрьму. Грудную клетку распирало сердце, которое теперь билось будто отовсюду, а голову запеленило облако облегчающей эйфории. Это было последней каплей.       Он пропал.       Как там любит говаривать сама Безымянная? Правила созданы, чтобы их нарушать? Да и когда это Недотёп останавливали какие-то скучные правила? Если бы Сампо всегда им чинно следовал, то не стал бы тем, кем является. Конферансье – тоже люди, и где, как не на войне, этим людям отчаянно нужна любовь. Выкусите, Эоны.       Несколько мгновений Коски стоял, отчуждённо смотря на Стеллу пустыми глазами. Потом его губы медленно растянулись в почти безумной улыбке, а в потемневшем взгляде появился дикий блеск. Со стороны он сейчас, скорее всего, выглядит пугающе, но уже плевать. В голову пришла занятная идея.       «Что ж, в эту игру могут играть двое, милая», — одной рукой он достал телефон и начал набирать номер Стеллы, второй расстёгивал штаны. Сняв зубами перчатку, он бросил её на пол и размазал большим пальцем капли предэякулята.       «А, ну-ка, возьми трубочку, радость моя, пришло время шоу!»

***

      Мелкой дрожью по телу подступал оргазм, заставляя поясницу выгибаться. Она уже близко, до вспышки осталось всего ничего. Движение, второе, третье и…       Громкая мелодия моментально разрушила фантазию. Вздрогнув от внезапного звука телефона над ухом, Стелла решила игнорировать его до последнего: пусть там сами как-нибудь отстанут, мало ли ещё спам какой или мошенники. Верните её назад на пляж.       Не отстали. Звонивший и не думал сбрасывать, ни через секунд десять, ни через полминуты. Стелла оставила своё занятие и сердито замычала. Разрядка, так её и не посетившая, медленно, но верно откатилась назад. Все труды насмарку! Она приподнялась на локтях и недовольно вперилась в экран замутнённым взглядом, прикидывая в какой конкретно форме послать абонента.       «Время видели вообще?! Какой придурок решил мне сейчас позво-» — глаза распахнулись от неожиданности. Вот тебе и мошенники. Резко сев, трясущимися руками она ответила на звонок.       — А-алло? — её голос был хриплый и запыхавшийся.       — Привет. Не разбудил? — ответили так же хрипло.       — Кхем, нет, я, э-э-э, отдыхала, в-всё нормально. Что-то случилось?       — Да нет. Просто решил позвонить, раз уж мы и так в последнее время частенько болтаем.       — А почему ты так тихо говоришь?       — Я в клинике. Нат попросила помочь разобрать кое-какие вещи. Засиделся, решил остаться на ночь, здесь все спят.       — Вот как…       — Полистал тут справочник один интересный, захотел спросить тебя кое о чём.       — Оу, эм, что ж, спрашивай.       — С тобой всё в порядке? Звучишь странновато, подруга, — волнение засквозило в интонациях бархатного баритона.       — Я? А... Д-да, всё хорошо, я это, кхм… Бе-бегала я, ха-ха, немного запыхалась, всё в порядке, — враньё никогда не было сильной её стороной: кончики ушей моментально краснели всякий раз, стоило начать что-то выдумывать на ходу. Хорошо, что сейчас этого никто не видит.       «Бегала? Странно, но футболка сухая и совсем не пахнет! Чего не сказать о шортиках, подруга», — образ пляжного Сампо ехидно пристыдил Стеллу, и она шлёпнула себя ладонью по лбу, затыкая его. «И как ему теперь в глаза после такого смотреть?» — что-то в разгар своих фантазий она совершенно об этом не подумала.       — Ты отдыхала, бегая в такой поздний час? Ладно, проехали. Так вот о моём вопросе, — драматичная пауза, тяжелый вздох, — дело в том, что после наших недавних переписок я не могу не беспокоиться о твоём самочувствии, понимаешь?       — Э-э, да?       — Я – честный бизнесмен и привык заботиться и искать индивидуальный подход к каждому клиенту, а ты ещё и мой самый, ха-а… дорогой.       Частично она была настороже, ожидая от Сампо очередной просьбы с помощью в афере, конечно же, «по старой дружбе, тянущейся до Холма Вечнозимья», – не в его стиле просто так звонить посреди ночи и расспрашивать про самочувствие. В то же время конец его фразы зародил трепет, что звонок может нести в себе нечто большее. Сцена на пляже вновь мелькнула перед глазами, и Стелла неловко кашлянула.       — Сижу я, значит, в клинике, делами занимаюсь, и попадается мне на глаза книжка по психологии с тестами. Ментальное здоровье очень важно, от больной головы ой как много проблем идёт всему остальному, согласна? А тут как раз ты с упадками настроения и сны у тебя какие-то странные ты говорила. Ну не может старина Сампо Коски просто стоять в стороне, когда моя подруга сама не своя.       Заведи он подобный разговор полгода назад, она бы просто отмахнулась, что все эти замудрённые темы с психологией – лишь отговорки для ленивых и изнеженных, кто не хочет что-либо предпринять, чтобы жизнь изменить, а вот она – Безымянная, барышня крутая, волевая и выше всей этой чепухи. Что ж, Пенакония по нервам прошлась катком и на место поставила. Ряды «ленивых и изнеженных» с тревогой, бессонницей и паранойей, принимайте новобранца.       — О снах речь и пойдёт. Тут толково расписано, как они влияют на нашу жизнь и какие сигналы организма могут нести. Так, что, не против сейчас пройти небольшой тестик, м? Хочу кое-что разузнать, да и тебе, уверен, полезно будет.       — Ну… Давай, наверное? — Стелла озадаченно почесала голову.       Сампо в принципе человек-сюрприз, но что он задумал на этот раз пока даже отдалённо было сложно представить. Она поелозила на простыни, устраиваясь поудобнее: если Сампо понесёт – а его точно понесёт –, то разговор будет долгим. В любом случае стыд успел свою хватку ослабить, научные тесты и опросники – вещи, далёкие от эротики. Непривычно, конечно, что их сейчас проводит ей не Герта со Скрюллумом, но и ладно. Мозг охладился, и Стелла серьёзно настроилась. Если она уснёт под болтовню настоящего Сампо, нежели под свои влажные фантазии о нём – так даже лучше.       — Чудненько! Смотри, суть очень простая: я задаю вопросы, твоя задача ответить на них «точно да», «скорее да», «скорее нет», «точно нет» или «затрудняюсь ответить».       — Поняла.       — Итак, первый вопрос. Испытывала ли ты в последнее время ощущение дереализации?       — Точно да.       — Есть ли у тебя трудности со сном?       — Скорее да.       — При пробуждении забываешь ли ты свои сны?       — Скорее нет.       — Ты говорила, что тебе часто снится один конкретный человек. Вызывают ли эти сны у тебя тревогу?       Обычно вызывал тревогу не сам Коски, а последствия его «бизнеса», так что, если хоть где их разгребать не приходилось – так это во снах.       — Точно нет.       — Хм-м, посмотрим… Играет ли этот человек для тебя в реальной жизни значимую роль?       Она поджала губы, задумавшись. Признание такой вещи означало бы признаться и самой себе и ему лично прямо сейчас. Хотя, опять же, она никогда не уточняла что именно за человек её преследует даже во снах, об этом говорила только с Март в номере. Да ни в жизнь та не пошла бы разбалтывать такое, тем более самому Сампо. Стелла всегда была честна с собой, факт наличия чувств – это ещё полбеды. Она буквально только что мастурбировала, фантазируя о нём! Если это не верный признак влечения и симпатии, то, что тогда? Нет, куда сложнее давалось проглотить факт, что из вообще всех людей вокруг понравился ей именно Сампо Коски. Но в этом вся Стелла. Если и уж любить то, что окружающие считают сомнительным мусором и проблемами, то до конца и во всём.       «Путь Освоения так тернист», — Безымянные никогда не стремились упрощать себе жизнь, и Стелла гордо продолжит эту вековую традицию.       — Алло? Подруга?       Ладно, если она сейчас ему это скажет ничего не случится, это всё ещё её маленький секрет, с которым она как-нибудь потом разберётся. Сампо не настолько всесилен, чтобы на расстоянии мысли её читать.       — Точно да, — ответила она с улыбкой.       Озвучила и словно камень с души упал. Было в этом что-то забавное: косвенно признаваться в симпатии тому, с кем говоришь, пока он остаётся в неведении. Прямо-таки сюжет ром-кома вырисовывается. Стелла ухмыльнулась, представив себя его главной героиней с брюзжащей на её избранника лучшей подругой Март 7, строгими родителями Химеко и Вельтом, и богатым «другом детства» Дань Хэном, который в один момент начал бы конкурировать с хулиганом-пройдохой Сампо за её сердце. В конце Дань Хэн бы проиграл, но переключился бы на потерянного брата-близнеца Стеллы, Сампо бы совершил ради неё подвиг или бежал бы по аэропорту, норовя остановить самолёт, чтобы признаться в любви, заиграла бы популярная поп-панк песня и все бы дружно танцевали под финальные титры с неудавшимися дублями. Подобное не особо коррелировало с имиджем Стеллы – слишком романтично и приторно –, но, вообще-то, она тоже девушка, и, даже, если она не ведёт себя, как Март или Робин – это не значит, что всё милое и девчачье ей чуждо.       — Ага, так и запишем. Следующий вопрос: часто ли тебе снятся сны или посещают фантазии эротического характера?       —… что?       Песня из финальных титров резко остановилась съехавшей пластинкой. Она не ослышалась? Он сейчас спросил что?       — Ответа «что» нет в списке перечисленных, соберись, подруга. Повторяю вопрос: часто ли тебе снятся сны или посещают фантазии эротического характера?       — Э… Затрудняюсь ответить.       — Принимает ли этот человек в них участие?       Стелла сидела, как громом поражённая. Она почти услышала звук, с которым лопнул надутый розовый пузырь жвачки ром-комовских непринуждённых мечтаний во рту у пляжного Сампо. Он посмаковал эту жвачку с нахальным чавканьем, перетёр меж резцов и показательно сплюнул.       — А можно следующий вопрос?       — Ну, нам же с тобой надо как-то добраться до сути проблемы, иначе зачем мы сейчас это всё обсуждаем, правильно?       — Ладно. Тогда: точно нет.       Пляжный Сампо саркастически улыбнулся и поднял табличку «врать нехорошо», подмигнув. Потом поднёс ко рту ладонь и, раздвинув два пальца, языком сделал жест уже из категории фильмов для взрослых. Похабник.       — Алло-алло? Не расслышал тебя, повтори-ка, подруга.       — С-скорее нет? — кажется, у неё задёргался правый глаз. Быть не может, что Коски позвонил ей поговорить о таких вещах среди ночи. Ущипните, кто-нибудь.       — Хм, вот как. Интересно. Хорошо, представь: снится тебе сон, где вы с этим человеком остаётесь наедине. Чисто гипотетически он берёт тебя за руку. Станешь ли ты отбиваться?       — Нет.       — А, если он притянет тебя ближе?       — Тоже нет.       — А, если… — Сампо понизил голос и вкрадчиво с придыханием произнёс, — если, приобняв за талию, он тебя поцелует?       Сердце девушки пропустило удар. Потрясённая, она молчала и Коски продолжил:       — Ой, оплошность вышла, я не так прочитал вопрос, свет тут ни к чёрту, исправляюсь. Так вот, представь: он обнимает тебя за талию, прижимая к груди, одна его рука убирает за ухо прядь твоих волос, большой палец оглаживает щёку и слегка наклоняет твою голову, чтобы удобнее тебя поцеловать, а его вторая рука от талии спускается ниже и ложится на твои бёдра.       — Сампо… — пламенный шёпот мужчины пробирался под кожу мелкими электрическими разрядами, заставив Стеллу сглотнуть.       — Представь: он прикрывает глаза и нежно касается твоих губ своими. Он уже очень давно хотел это сделать и растягивает удовольствие, целуя, не в силах оторваться от тебя. Голова начинает потихоньку кружиться, мир вокруг отходит на второй план, есть только вы и жгучий соблазн зайти дальше.       Стелла провела пальцами по губам. Предплечье задело набухший сосок, и она вздрогнула, рвано вздохнув.       — Терпения у него, конечно, много, но, повторюсь: он очень, очень давно хотел это сделать, так что начинает целовать тебя напористей. Не осуждай этого симпатягу. Горячим языком он медленно проводит по твоей губе, слегка прикусывает её в конце. Ему нужно больше, он человек жадный, а ты наконец-то в его руках, и поцелуй углубляется. Его пальцы сжимают твои бёдра и притягивают впритык к нему, через одежду ты чувствуешь, насколько сильно его, хм, воодушевила эта ситуация. Будет ли тебе неприятен такой сон?       Как в трансе, Стелла медленно облизнула верхнюю губу. Её грудь вздымалась от тяжёлого дыхания, взгляд терял фокусировку. Надо будет потом обратиться к Химеко: в её комнате однозначно начал сбоить термостат в системе кондиционирования. В просторном помещении ей, полностью голой, резко стало душно.       — Ты пьян? — слабо попыталась дать она отпор вновь быстро нараставшему возбуждению. В трубку тихо хрипло посмеялись (мало ей было его сексуального шёпота!), от этого приятного звука по телу пробежала очередная волна мурашек и ушла импульсом в низ живота.       — Кто знает, — протянул Сампо, даже не пытаясь скрыть самодовольства в своём тоне, — но мы сейчас о другом говорим. Отвечать вопросом на вопрос не очень культурно, дорогая, не находишь?       — Конечно, извини. Продолжай, — Стелла сдалась, прикрыла глаза, и откинулась на спину. Даже, если Сампо и звонит в стельку пьяный, жаловаться ей не на что. Не сейчас, когда между ног всё мокнет с новой силой.       — Извинения приняты. На чём мы там остановились?       — На жарких поцелуях, — мечтательно вздохнула она. Тело настоятельно требовало продолжения, разум туманился.       — Ах, да. Так будет ли тебе неприятно?       — Мне будет очень приятно.       — Хорошо, «точно нет» – записали. Следующий вопрос!       Стелла была уверена, что от телефона на её щеке останется красный след. Да, логичнее было бы для удобства поставить разговор на громкую связь, но сейчас глубокий голос, как и какое-то время назад оставшийся запах с подушки, хотелось прижать к себе близко-близко, крепко-крепко. Вобрать в барабанные перепонки, дать себе утонуть в его чарующих интонациях, обжигающих всё нутро, и не позволять исчезнуть, – как обычно это бывает, – по сиюминутному желанию вместе с его обладателем. Не-а, сейчас она тоже очень жадная, эти частички Сампо она нагло присвоила, просто так ему не сбежать.       — Его язык исследует каждый уголок твоего рта, сплетается с твоим, вы целуетесь, пока лёгкие не начнут гореть от нехватки кислорода. Одежда становится лишней, и он скидывает на пол твоё пальто. От твоего рта он отрывается, чтобы покрыть поцелуями всю твою шею, и этот вечно доселе соблазнявший его кусочек открытых плеч. Его рука оказывается под твоей кофтой, его пальцы проходятся по твоему животу, медленно поднимаясь к груди… Ох, вот незадача! Кофта очень мешается. Наверное, стоит её тоже снять, как думаешь?       — Стоит, — Стелла провела свободной рукой по шее, плечам, спускалась к животу; компанию ей составляют только телефон и остатки его парфюма, пусть хотя бы её горячая ладонь сымитирует ощущение его близости. — А сам он раздеваться не планирует?       — Забегаешь вперёд, подруга. Тоже читала этот справочник?       — Нет, но так будет честно. Или, что, я тут одна голая останусь, что ли? А, если я бы сама хотела поцеловать его ключицы или укусить в такой же соблазняющий оголённый вырез на боку?       Теперь пришла очередь Сампо рвано вздыхать:        — Одно твоё слово и он в мгновение ока останется только в трусах, Стелла.       Что сейчас творил с ней этот засранец было сложно описать. Она чувствовала себя легчайшей пушинкой, парящей в воздухе, и в то же время тело плавилось от каждого нового произнесённого им звука, захлёбываясь в волнах рокочущей радости. Пляжный Сампо чинно сдал бразды правления своему неповторимому оригиналу. Идея поставить звонок на запись пришла слишком поздно: оторвать её даже на мгновение от этого медового голоса над ухом не смог бы и целый Легион Антиматерии.              

***

      «Хорошо идём! Какая же ты податливая, малышка», — мужчина ликовал, наблюдая за результатом своих стараний: яд змея-искусителя начал работать и вот она снова лежит перед его ненасытным взором, раскрытая и возбуждённая. Её пальцы невесомо порхали по телу, едва касаясь кожи и дразня с каждым движением руки всё сильнее. Довольный реакцией Стеллы, он в медленном темпе двигал ладонью по гладкому стволу с набухшими венками.       Теоретические поцелуи становились всё жарче, спускались ниже, оставляли влажные дорожки, от теоретической мешающей одежды осталось лишь нижнее бельё, теоретический «анонимный человек из психологического опросника» лежал уже в горизонтальном положении, приглашая её присоединиться.       — Он тянет тебя за собой на кровать, он очень тебя хочет, хочет доставить тебе удовольствие. Дашь ли т-       — Да дам я ему, дам, но подожди минутку. Мы же про мой сон говорим, верно? — Стелла игриво закусила губу, перебив.       — Всё так.       — Лежит передо мной почти голый, хм? Думаю, я бы не стала торопиться и для начала наступила бы ему на грудь каблучком.       — Кхе!       «Ты где такого понабраться успела?!» — Сампо поперхнулся слюной, на секунду забыв, что вообще хотел сказать. Представил себе эту картину и еле удержался, чтобы не застонать в трубку, когда член непроизвольно дёрнулся.       — Что? Мы говорили про одежду, про обувь не было ни слова, Сампо, — она явно вошла во вкус и хитро улыбалась, — или этому человеку такое будет не по нраву?       «Заметка самому себе: обязательно потом это с ней провернуть», — где бы она этого ни набралась, Коски мог только поблагодарить источник за введение Стеллы в матчасть.       — Я думаю, что тогда ваша ножка будет им разута и зацелована, мисс. От щиколоток до колен, он поднимется выше поцелуями по всей внутренней стороне бёдер.       Стелла вздрогнула и раздвинула ноги. Тонкая ниточка вязкой смазки блеснула меж разведённых ляжек, оставшись капельками на мягком сером пушке. Сампо облизнулся, наблюдая, как её рука наконец ложится на промежность и пальцы начинают гипнотически двигаться по кругу.       — Но мне же будет щекотно. Вдруг я боюсь щекотки?       — Всем нам приходится нести ответственность за свои действия – такова жизнь.       — Тогда я зажму его лицо между ног, и сяду сверху, чтобы он прекратил меня щекотать.       В этот раз Сампо стона не сдержал, и Стелла хихикнула:       — Мой сон – мои правила.       «То-то ты у нас прямо образцовый последователь правил. Прости, милая, сегодня командовать парадом буду я», — Коски принял эту игру, не намереваясь уступать.       — Так нравится быть сверху? Как тебе будет угодно, но в таком случае держись покрепче, подруга: язык – его главное оружие и он с удовольствием применит его по своему назначению.       — А как же мои трусики?       — Какая удача: помимо языка, у него в арсенале ещё есть пара ловких рук, которые уже заскучали без дела на твоей красивой попе. Пальцем он поддевает ткань, отодвигает её в сторону и медленно языком пробует тебя на вкус, — Коски влажно чавкнул губами. — Он ему очень нравится, – как могло быть иначе, ведь это ты, – но теперь ему нужно ещё. Пожелаешь приятного аппетита?       Он был дирижером, она – первой и единственной скрипкой, прилежно исполняющей страстное соло его партитуры под сопровождение горячих перешёптываний, шелеста простыни и её мелодичных стонов. Сампо окончательно перестал себя сдерживать и пошёл в полноценное наступление, справляя все описания движений сочными пошлыми звуками. В шкафу было невероятно душно, по разгорячённому телу за шиворот стекла прохладная капля пота. Стелла разошлась пуще прежнего, теперь запах её соков он чувствовал и на таком расстоянии, он хорошо её разогрел: глаза девушки закатывались в наслаждении, смазка стекала с пальцев и хлюпала от каждого движения ускорившейся руки, а бёдра сжимались и двигались навстречу невидимому фантому, словно она старалась обхватить его крепче. Вторя ей, Коски ускорил и свой темп. Стало трудней сохранять нить повествования разговора, когда Стелла громко ахнула, зайдя в себя двумя пальцами.       — С-Сампо…       — Да-да?       — Я… Ещё…       — Кому-то хочется большей стимуляции? Ну, тут трусики всё-таки будут мешаться. Крайне неудобно, знаешь ли, залезать языком во внутрь, когда на пути у тебя кусок ткани.       — Сампо-о! — Стелла захныкала, задыхаясь.       — Не ты ли сама захотела их оставить? Надо точнее формулировать свои запросы, подруга, я же не экстрасенс.       — Да просто рви ты их уже или я при встрече порву тебя!       — Но-но-но, никакого насилия! Желание клиента для меня закон. Ты слышишь треск ткани, и его язык наконец-то может полностью в тебя погрузиться, — с причмокиванием протянул он.       Стелла двинула вперёд бёдрами, сметя на пол с кровати подушку. В ответ рефлекторно дёрнулись бёдра самого Сампо в кулак, сильней сжимающий член. Попроси его сейчас сдать маску назад в обмен на то, чтобы присоединиться к Стелле, он бы уже завязывал бантики на красивой коробочке, которую передаст первым вызванным курьером. Он перестал следить за громкостью своего голоса: если Стелла вдруг обнаружит его и подойдёт к шкафу, то от теории они моментально передут к практике всего, что он продолжал страстно ей тараторить без остановки. Это была крайне сладкая пытка, испытание самого себя на прочность, в которой с каждым мгновением Коски сомневался всё больше и больше. Смятая под ногами простынь оголила матрас, когда ладонь Стеллы немного сменила угол, и пальцы очевидно нашли ту самую чувствительную точку. Как хорошо, что у Коски фотографическая память – эти сцены ещё долго будут виновниками бессонных ночей.       — Ещё!..       — Какой у меня ненасытный енотик, оказывается. Совсем не бережёшь дядюшку Мерзляка и его длинный горячий язык, который так старается сделать тебе хорошо, — промурлыкал он.       — Са-а-ампо, я-ах! — она всхлипывала, всё чаще содрогаясь от беспорядочных движений своей руки.              — Кончи для меня, милая, — низким, властным, нехарактерным для себя тоном почти прорычал в трубку Сампо.       Стелла могла лишь бессвязно лепетать его имя, продолжая быстро двигать пальцами, вторая её рука сжимала телефон с такой силой, что казалось он сейчас треснет. Спина выгнулась, колени задрожали, когда она свела ноги, голова запрокинулась, а с искусанных губ слетел крик, который если бы она не постаралась из последних остатков сил подавить в подушку, точно перебудил бы весь экспресс. Липкие густые струи горячей спермы запачкали дверцу шкафа. Коски взгрызся в кулак с телефоном, гася свой собственный громкий стон, следуя примеру Безымянной.       Сампо вытер со лба выступивший пот. Сердце всё ещё учащенно гулко билось, руки потряхивало, в голове было абсолютно пусто. Собрав в кучу оставшиеся рабочие клетки мозга после мощного взрыва окситоцина, он с усилием заставил себя сделать несколько размеренных вдохов, чтобы прийти в норму. Он неплохо справился: Стелла пребывала в эйфории, раскинувшись на кровати, и даже не заметила его пыхтения и внезапной паузы в разговоре. Хоть возбуждение не спало до конца, и он с удовольствием пошёл бы на второй раунд, но этот аудиоспектакль пора было заканчивать. Любовно смотря на неё и улыбаясь, как довольный сытый кот, он снова поднёс телефон к уху.       — Ну, кхем, так что?       — Что «что» ?.. — дезориентированная, не отошедшая от своего бурного оргазма Стелла вопроса не поняла.       — Каков будет твой ответ?       — Чего? Какой ещё ответ?       — Подруга, мы тут вообще-то опросник по справочнику проходим. «Точно да», «точно нет», «затрудняюсь ответить» – все дела. Ох, ты чего, совсем меня не слушала всё это время? Я тут сижу, переживаю, значит, зачитываю ей всё внимательно, а она… Вот и звони друзьям и беспокойся об их состоянии после такого.       — А?..       — М-да. Жаль, очень жаль. Ой-ёй! Кажется, я всё-таки кого-то разбудил, сейчас Нат придёт, ругаться будет. Ну-с, за сим Сампо Коски отклоняется. Береги себя и ложись-ка спать, время уже позднее. Пока-пока!       Стелла растерянно похлопала глазами, глядя на иконку завершившегося звонка. С минуту она просто молчала, тяжело дыша, потом раздражённо скривила рот.       — Вот же гадёныш, ну, попадись мне только! — она отшвырнула телефон и обессиленно плюхнулась назад. Веки закрылись почти сразу, как её голова коснулась «БаюБайКи», и она, завернувшись в одеяло, провалилась в сон.       Протерев дверцу платком и приведя себя в порядок, Сампо подождал ещё немного, прежде чем выйти из шкафа. Подобрав с пола телефон, он мысленно поблагодарил беспечность девушки: пароля на нём не было. Затем зашёл в журнал вызовов и удалил их последний звонок. Старые привычки дают о себе знать, «осторожность» всё ещё второе имя Сампо и на всякий случай следы лучше замести. Пусть думает, что эта шалость ей приснилась.       «Так даже интереснее», — он озорно гоготнул. Было сложно удержать себя от того, чтобы не подразнить её чуть подольше, хотя после этой ночи Сампо уверен был только в одном. Теперь Стелле лучше его остерегаться, потому что при следующей же их встрече он сделает всё возможное, лишь бы претворить весь их сегодняшний разговор в реальность, а не дверцы её шкафов снова позорно пачкать. Пригласит её, скажем, под предлогом очередной карты сокровищ в уютную хижину в окрестностях Белобога (он даже знал одно подходящее местечко) и весь следующий день будет носить на руках, потому что после ночи с ним на своих двоих нормально стоять ей будет тяжеловато – уж тут Коски постарается. В каком-то смысле Безымянной можно было только посочувствовать: она создала себе персонального нежного воздыхателя и пылкого сексуального маньяка в одном флаконе, который не намерен был ни с кем делиться своим сокровищем, – расплачиваться за это ей придется ещё очень долго.       Вновь разыгравшиеся фантазии были прерваны шорохом постельного белья. Стелла начала ворочаться во сне и что-то недовольно пробурчала. Кажется, ей опять начали сниться мусорки. Она нахмурилась и фыркнула: растрепавшиеся волосы попали ей на нос и щекотали, мешая спать. Коски усмехнулся, подошёл ближе и аккуратно убрал прядь с её лица. Он так мастерски долго бегал от самого себя, надоело. Что бы ни было им уготовано – будь что будет, иначе эта заноза в сердце останется с ним до конца его жизни горьким сожалением. Впервые он прикасается с ней без перчаток, её кожа в разы мягче, чем он себе представлял. Пальцы ласково погладили её щёку, и морщинка меж серых бровей разгладилась, а лицо снова приобрело безмятежное выражение.       — Буду ждать нашей следующей встречи, — невесомый поцелуй в лоб стал последним его подарком, прежде чем Недотёпа достал крюк и испарился.       

***

      — Погоди-погоди. Стелла, я правильно поняла, что ты предлагаешь перед Прыжком, заглянуть назад на Ярило-VI из-за какой-то покупки? — хрустела Март последней ложкой хлопьев своего завтрака.       — Да. Хочу оставить развернутый отзыв на товар.       — А по интернету ты его оставить никак не можешь? Такой крюк делать придётся…       — Боюсь, что нет. Есть пара нюансов, которые мне надо прояснить с продавцом. С глазу на глаз.