Спаси маленького Юаня, Лань Чжань...

      На следующий же день Не Хуайсан разыскал Вэнь Нина. Тот был теперь совершенно свободен, так как ни Мэн Яо, ни Сюэ Яна, могших подчинить Вэнь Нина себе, уже не было в живых, а обычным людям, юноша не причинял никакого беспокойства, напротив, стараясь оберегать по мере своих сил. Не Хуайсан мог бы воспользоваться Чэньцин, чтобы призвать Вэнь Нина, но флейта Вэй Усяня теперь хранилась у Лань Ванцзи, став любимой игрушкой маленького Юаня, а посвящать друга в свой план Не Хуайсану пока не хотелось — сердце младшего Не пело от счастья, когда он представлял себе, какой счастливый сюрприз будет ожидать Лань Ванцзи, когда Вэй Усянь к нему вернётся. Вэнь Нину, рассудил Не Хуайсан, наверняка известны некие секреты Вэй Усяня, которыми тот владел, живя на горе Луаньцзан. Недурно бы расспросить о них юного Цюнлиня. Так что Не Хуайсан попросту отправился на поиски Вэнь Нина и отыскал его подле горы Луаньцзан — преданный юноша не захотел покидать того места, где погиб его лучший друг. — У молодого господина Не есть ко мне разговор? — понял Вэнь Нин, едва увидев Не Хуайсана. — Именно так, А-Нин, — кивнул тот. — Он может сделать счастливыми всех нас, включая и маленького А-Юаня. Вэнь Нин снова мгновенно понял его. — Молодой господин Вэй в свое время смог создать один ритуал, который подошёл бы лучше всего — ритуал пожертвования тела. Я был бы искренне счастлив, если бы дух молодого господина Вэя вернулся, поселившись в моем теле, ведь тогда мой дух мог бы спокойно уйти в благополучное посмертие и оберегать молодого господина Вэя, А-Юаня и Ханьгуан-цзюня, но… — Вэнь Нин замялся и на сей раз уже Не Хуайсан отлично понял его. — Тебя смущает, что в твоих духовных каналах течет тёмная ци, а золотого ядра у тебя нет, с тех пор, как ты был возвращен к жизни Вэй-сюном? Но это смогу исправить я, хотя бы частично. Я знаю, как пожертвовать часть своей духовной энергии другому телу, чтобы она текла в нем, как своя собственная — я не раз спасал дагэ от ран таким образом, пусть и тайно от него. Мы сделаем это в Нечистой Юдоли, вдвоем, пока мой Чэн-эр в отлучке по делам Пристани Лотоса, заодно он повез туда маленького Лина. — Когда пожелает молодой господин Не, — кротко ответил Вэнь Нин. — Я буду счастлив сделать это для молодого господина Вэя. И чем скорее я отдам ему своё тело, тем скорее мой дух будет с сестрой. — Тогда поспешим в Нечистую Юдоль, — решил Не Хуайсан. *       Вэнь Нин лег на пол в одном из залов Нечистой Юдоли, лучше всего подходившем для проведения ритуала и на всякий случай спросил, прежде чем приступить: — Возможно, присутствие Саньду Шеншоу было бы нелишним, молодой господин Не? Все же, Саньду Шеншоу носит в себе золотое ядро молодого господина Вэя, часть его духовной энергии могла бы поспособствовать более успешному соединению духа молодого господина Вэя с моим телом… — Я понимаю, о чём ты, — кивнул Не Хуайсан, — но, поверь мне нас двоих для этого будет вполне достаточно. Ты и твоё тело, я, моя ци и моя любовь к Вэй-сюну — всего этого будет довольно, чтобы наш замысел увенчался успехом. В данном случае любовь важнее золотого ядра. Да, моё золотое ядро слабо, а А-Чэн носит золотое ядро Вэй-сюна, но я всегда любил Вэй-сюна, как и ты, А-Нин, а между Вэй-сюном и моим А-Чэном, не в обиду ему будь сказано, всё же слишком много боли… — Молодой господин Не прав, — согласился Вэнь Нин. — Тогда, приступим. Я готов.       Он произнес формулу, необходимую при ритуале пожертвования тела, а Не Хуайсан с особой щедростью влил в духовные каналы Вэнь Нина немалую часть своей духовной энергии, закрепив ее внутри тела Вэнь Нина с помощью крохотных магических печатей-талисманов. Цепи спали с тела Вэнь Нина, и совершенно неожиданно оба услышали в воздухе шепот Вэнь Цин: — Я навсегда в долгу у молодого господина Не, теперь А-Нин будет счастлив, так как совершил доброе дело, которое поможет ему получить счастливое посмертие и стать светлым духом. — Я буду оберегать молодого господина Вэя в мире людей в моем теле, — пообещал дух Вэнь Нина, покинувший своё прежнее тело. — Приветствую молодого господина Вэя. А сейчас мне пора к сестре… — Не-сюн? — спросил уже Вэй Усянь, очнувшись в теле Вэнь Нина. — Что произошло? Почему я здесь? И где А-Нин?       Не Хуайсан, глотая счастливые слёзы, и всё ещё с трудом веря, что его замысел удался, рассказал обо всем своему другу. — Что ж, если Вэнь Нин сам этого пожелал, значит, все к лучшему. Его и твои дружеские чувства лишили тьмы этот ритуал, а в моем теле теперь течет светлая ци, несмотря на отсутствие золотого ядра, — сказал Вэй Усянь, вставая. — Тогда, мне пора, Не-сюн, я должен сказать Лань Чжаню, что люблю его, ведь я так и не успел этого сделать на горе Луаньцзан, и обнять маленького Юаня. — Не торопись, Вэй-сюн, возьми с собой один из моих вееров, — посоветовал Не Хуайсан. — Раз в тебе теперь часть моей ци, вряд ли ты сможешь носить меч. А пользоваться веером на ночных охотах и для полетов ещё удобнее. — Проверю при первом же удобном случае, Не-сюн, — широко улыбнулся Вэй Усянь, и Не Хуайсан проводил его в Облачные Глубины, где всё рассказал Цижэню, Сичэню и Ванцзи. — Чего только не бывает в жизни, — вздохнул Цижэнь. — Искренняя дружеская любовь Вэнь Нина и Не Хуайсана к Вэй Усяню лишила ритуал пожертвования тела его темной сущности, подарив духу Вэнь Нина долгожданный покой. Ну что же, будьте счастливы. Ступайте к маленькому Юаню, он чудесно подрос за это время.       Малыш Юань против всяких ожиданий узнал Вэй Усяня в теле своего дяди, и крепко обнял его, вполголоса зовя Сянем-гэ. — Это чудо, Лань Чжань… — прошептал Вэй Усянь, приникая к любимому. — Все, что произошло с нами, сродни чуду, Вэй Ин, — кивнул Лань Ванцзи. — Люблю тебя, — прошептал Вэй Усянь. — Я так хотел сказать тебе это ещё тогда, на Луаньцзан, но не успел… — Эта любовь и вернула Вэй Ина, — ответил Лань Ванцзи и тоже шепнул: — Люблю…       Когда Цзян Чэн в скором времени вернулся из Пристани Лотоса, то так же счастливо окончательно примирился со своим шисюном, сказав: — Прости меня за всё. Я не был справедлив к тебе, я знаю это, и Небеса уже наказали нас обоих разлукой. Будь счастлив. — И ты с Не-сюном будь счастлив, Цзян Чэн, — улыбнулся ему Вэй Усянь. — Ты всегда был моим братом и останешься им, что бы ни случилось.