Посредственность небытия

ДОРОГИЕ ЛЮДИ, ЖТО МОЯ ПЕРВАЯ РАБОТА В ТАКОМ ЖАНРЕ, ЕСЛИ ЗДЕСЬ ЕСТЬ ОШИБКИ В ПОВЕСТВОВАНИИ - ТО НАПИШИТЕ В КОММЕНТАРИЯХ!!! 🙏

Тиканье часов на стене класса звучало как удары молота по наковальне Юмомо Кено. Каждый тик вгонял гвоздь отчаяния глубже. Перед ним лежал листок с задачами по высшей математике — контрольная, которая должна была быть триумфом, а теперь была лишь полем боя, где его разум терпел сокрушительное поражение. Цифры расплывались, формулы превращались в бессмысленные паутины линий. Он знал, что знал это все. Где-то глубоко, под толстым слоем ваты, тумана и вечной, изматывающей усталости. Но добраться туда было невозможно. Как сквозь бетонную стену. Он украдкой поднял глаза. Впереди сидел Саки Неноко. Новенький. Всего две недели, а он уже перевернул хрупкий мир Кено с ног на голову. Идеальная стрижка, безупречный воротник рубашки, спина прямая, как стрела. Он уже закончил, Кено видел, как его ручка уверенно, почти небрежно, заполнила последнюю строчку. Саки положил ручку, повернул голову. Их взгляды встретились. Серые, холодные, как лед на глубине, глаза Саки не выражали ничего. Ни презрения, ни злорадства. Пустота. Но в этой пустоте было что-то невыносимое, давящее. Кено почувствовал, как под ложечкой заныло, а пальцы, сжимавшие ручку, задрожали. Он резко опустил взгляд, уткнувшись в свой почти пустой листок. *Не смотри. Не провоцируй.* Но Саки уже спровоцирован. Самим фактом существования Кено в его поле зрения. "Время!" — объявил сэнсэй Танака, пожилой учитель физики, чей взгляд, скользнув по Кено, выразил лишь усталое разочарование. "Сдаем работы. Первый ряд, ко мне." Начался шум передвижения стульев, шелест бумаг, смешки, вздохи облегчения. Кено сидел, словно парализованный. Его листок был почти чист. Парочка начатых решений, зашедших в тупик, и клякса от пота с ладони. "Кено?" — голос Кайто, его бывшего друга, прозвучал прямо над ухом. Резкий, нетерпеливый. "Двинься уже! Все ждут!" Кено вздрогнул, чуть не уронив ручку. Он заерзал, пытаясь встать, но ноги не слушались. Кайто с раздраженным фырканьем схватил его листок и протянул сэнсэю, сидевшему за столом. Кено, покраснев до корней волос, поплелся за ним, чувствуя на себе десятки взглядов. Жалость? Нет, уже скорее брезгливость. Или просто привычное безразличие к местному "чудаку". "Что, Зомби, опять белый листок?" — голос Саки прозвучал громко, четко, режуще. Он стоял у окна, наблюдая за сценой, руки в карманах, поза расслабленная, но полная презрения. "Или ты решил, что твоя уникальная способность дышать и занимать место — уже достаточный вклад в науку?" В классе на секунду воцарилась тишина. Даже Кайто замер, сжимая кулаки, но не в защиту Кено, а от бессильной злости. Рина, их общая знакомая, стоявшая рядом, потупила взгляд, ее щеки залил румянец стыда *за него*. Кено замер. Словно его окатили ледяной водой. Каждый нерв в теле взвыл от унижения. Он попытался что-то сказать, открыл рот, но вместо слов вырвался лишь хриплый, сдавленный звук. Слюна потекла по подбородку. Он не почувствовал. Его руки начали трястись с новой силой, мелкой, неконтролируемой дрожью. Он сглотнул ком, который встал в горле, но это не помогло. По щеке скатилась слеза. Потом еще одна. Он стоял посреди класса, трясясь, плача, слюнявясь, не в силах двинуться или вымолвить слово в защиту. Полная, оглушающая посредственность небытия. Он *был* этим небытием. Сэнсэй Танака тяжело вздохнул. "Кено, выйди, приведи себя в порядок. И... подумай о своем будущем." Голос учителя звучал устало, без надежды. Саки наблюдал. В его глазах не было ни капли жалости. Только холодная, хищная оценка. Как будто он ставил галочку на невидимом списке. *Цель достигнута. Уничтожение подтверждено.* Он развернулся и вышел из класса первым, его шаги были легкими, бесшумными, как у кошки. Кено, всхлипывая, потащился в коридор. Он не пошел в туалет. Он просто прислонился к холодной стене в пустом уголке, сполз по ней на пол, поджал колени к груди и уткнулся лицом в колени. Стыд пожирал его изнутри. Он хотел исчезнуть. Раствориться. Стать этой самой пылью на грязном школьном линолеуме. Почему? Почему Саки? Что он ему сделал? Почему его слова, его *взгляд* действовали как яд, парализующий волю, разум, тело? Почему он не мог ответить? Почему превратился в эту... тряпку? Виной всему были те кошмары, тот Неизвестный Ученик, который каждую ночь приходил в его сны, не делая ничего, просто *наблюдая*. С тех пор все и началось. С тех пор он и стал... этим. "Довольно жалкое зрелище," — раздался голос прямо рядом с ним. Низкий, бархатистый, с легким, почти незаметным шипящим призвуком. Кено вздрогнул, поднял заплаканное, опухшее лицо. Рядом, прислонившись к стене с нечеловеческой грацией, стоял... Он. Не человек. Чешуйчатый. Высокий, стройный. Чешуя — темно-изумрудная, с золотистыми прожилками, мерцавшая даже в тусклом свете школьного коридора. Глаза — вертикальные зрачки в бездонных изумрудных склерах. Одет в темно-зеленую рубашку, идеально сидящую на его нечеловеческой фигуре, и черные брюки. На шее — тонкая серебристая цепочка с крошечным свитком. Он выглядел как изысканный кошмар, материализовавшийся из самых темных уголков подсознания. И самое ужасное — Кено *знал*, что его видят только они двое. Это было не внешнее существо. Это было... частью его? Или к нему пришло? "Кто... кто ты?" — прохрипел Кено, пытаясь отползти, но стена была неумолима. "Люсио," — представился чешуйчатый, слегка склонив голову. Его губы, тонкие и жесткие, растянулись в подобии улыбки, обнажив мелкие острые зубы. "Твой новый... спутник. Партнер по несчастью. Назовем это так." "Уходи," — простонал Кено, закрывая лицо руками. Ему было не до демонов. Ему было не до ничего. Только боль, стыд и всепоглощающее желание перестать существовать. "Ох, как я тебя понимаю," — Люсио вздохнул театрально, скрестив длинные пальцы с острыми когтями на груди. "Желание сгинуть. Очень знакомо. Но, к сожалению, или к счастью, сейчас это не вариант. Потому что, мой дорогой Юмомо, у тебя появилась серьезная проблема. Вернее, она у тебя была, но теперь она обрела имя и форму. Саки Неноко." При имени новичка Кено снова содрогнулся, как от удара. "Он... он просто мудак," — пробормотал он, но в его голосе не было ни злости, ни уверенности. Только страх. "Мудак? О, нет." Люсио покачал головой, изумрудные чешуйки на его шее заиграли бликами. "Он куда опаснее. Он — игрок. И он видит в тебе конкурента. Пусть сейчас ты и выглядишь как... ну, как это," — демон кивнул в сторону сгорбленной фигуры Кено. — "Но потенциал... о, потенциал еще теплится где-то там, глубоко. И Саки это чувствует. Поэтому он методично, с истинно дьявольским изяществом, выбивает из-под тебя последние опоры." "Конку... конкурент?" — Кено попытался осмыслить. Конкурентом в чем? В получении звания "Король Тряпок"? "В поступлении," — Люсио сказал небрежно, но его вертикальные зрачки сузились, выхватывая реакцию Кено. "В очень... престижное место. Одно место. Два претендента. Ты и он. Формально ты все еще в списке, понимаешь? По старым заслугам. Он хочет это место. И чтобы его гарантированно получить, ему нужно не просто обойти тебя. Ему нужно тебя *устранить*. Вывести из игры полностью. Сделать тебя... вот этим." Он кивнул на Кено еще раз. "Посредственностью небытия. Ни на что не годным, не способным даже на минимальную конкуренцию куском мяса." Кено почувствовал, как холодная волна страха прокатилась по спине. "Устранить? Но... как?" "Не буквально, глупыш," — Люсио фыркнул, и из его ноздрей вырвалось крошечное облачко изумрудного дыма. "Хотя... кто знает, куда заведет его амбиций. Но пока — морально. Душевно. Сломать тебя окончательно. Сделать твое существование невыносимым. Заставить тебя сдаться, уйти, опустить руки настолько, что ты сам откажешься от места, от всего. И у него для этого есть... мощный союзник." Люсио наклонился ближе. Его изумрудные глаза горели холодным огнем. Запах, исходивший от него, был странным — смесью старой пыли, озона и чего-то глубоко, первобытно-землистого. "Ты чувствовал это, да?" — прошипел демон. "Этот холод. Это давление. Это желание провалиться сквозь землю, просто когда он смотрит на тебя? Это не просто он, Кено. У него есть свой... пассажир. Как и у тебя теперь есть я. Только его — гораздо старше, сильнее и... специализированнее." Кено замер. В памяти всплыли ледяная пустота в глазах Саки, то невыносимое давление в коридоре, тот ужас, который охватил его при слове "исчезнуть". "Что... что это?" — еле выдохнул он. Люсио выпрямился, его лицо стало серьезным, почти скорбным. "Демон Печали, Юмомо. Один из древнейших и коварнейших. Он питается отчаянием, апатией, крахом надежд. Он высасывает волю к жизни, как паук высасывает соки из мухи, попавшей в паутину. И Саки... Саки его идеальный проводник. Холодный, амбициозный, безжалостный. Они работают в паре. Саки — иголка, которая вонзается в самое больное место. Демон Печали — яд, который впрыскивается в рану. И этот яд... он для тебя смертелен. Он уже действует. Ты чувствуешь?" Кено почувствовал. Он чувствовал это каждую секунду. Гнетущую тяжесть, безнадежность, паралич воли. Это был не просто стресс. Это было что-то... инородное. Злобное. Целенаправленное. "Они... хотят, чтобы я... сдался?" — прошептал Кено, и в его голосе снова заплескались слезы. "Хуже," — Люсио покачал головой. "Они хотят, чтобы ты перестал бороться *вообще*. Чтобы ты стал пустым сосудом, наполненным только их ядом. Чтобы само твое существование было подтверждением их победы. Чтобы ты *стал* этой Посредственностью Небытия. Навсегда." Тишина повисла в тусклом коридоре. Тиканье часов из класса доносилось сюда приглушенно. Кено смотрел на свои дрожащие руки, на слезы, падающие на грязный пол. Страх был огромным, всепоглощающим. Но сквозь толщу апатии и отчаяния, как слабый росток сквозь асфальт, пробилось что-то еще. Не гнев. Не решимость. Пока еще нет. Но... вопрос. Жалкий, крошечный. "Зачем... зачем ты мне это говоришь?" — спросил он, глядя на изумрудного демона. Люсио снова улыбнулся своей беззубой, чешуйчатой улыбкой. В его глазах мелькнул огонек, похожий на азарт. "Потому что, мой дорогой сломленный человечек," — прошипел он, — "твоя посредственность — это *мой* кошмар. А я, в отличие от тебя, терпеть кошмары не намерен. Мы будем бороться. Ты и я. Против них. Хочешь ты того... или нет." Он сделал паузу, его вертикальные зрачки сузились в тонкие щелочки. "И первое правило: никогда не показывай им, как глубоко их яд уже проник. Особенно *ему*. Держись. Хотя бы внешне. Это... начало." Люсио оттолкнулся от стены, его силуэт начал терять четкость, растворяясь в тени, как будто его никогда и не было. Остался только его последний шепот, вибрирующий в воздухе: "Увидимся во сне, Юмомо. Надеюсь, твой ночной гость не будет против компании..." Кено остался один. На холодном полу. С дрожью в руках. Со слезами на щеках. Но теперь в его ватном небытии зияла дыра. Дыра, полная страха перед Саки и его невидимым демоном. И дыра, в которую вполз изумрудный ящер по имени Люсио с обещанием борьбы, в которую Кено не верил. Он только знал, что стало еще страшнее. Исчезнуть казалось уже не такой уж плохой идеей. Но... "Держись. Хотя бы внешне". Он попытался встать. Ноги подкосились. Он упал обратно на колени. Посредственность небытия давила всей своей тяжестью. Начало? Это было похоже на конец.