Вороньи Перья

Осознание проблемы — это уже шаг к её решению. Для Рико такой шаг давался очень сложно, потому что одного осознания мало, нужно переходить к действиям — иначе просто никак. Только вот переход к действиям, конечно же, пугал его ещё сильнее, чем просто мысли. Пускай эти самые мысли и терзали его долгие годы. Что ему нужно делать? В лоб сказать Кэвину о своих чувствах, в которых ещё сам не до конца уверен? Глупо. Начать готовить почву для этого? Уже лучше, но всё равно что-то не то. Куда ему было спешить? Они находились на огромном расстоянии друг от друга, а решать такие вопросы по телефону хотелось меньше всего. Так что Морияма не нашёл ничего лучше, кроме как пока что просто пустить всё на самотёк. Да, его всё ещё невероятно пугала сама мысль о том, что ему действительно нравится Кэвин. Только вот страх теперь смешивался со смущением. Ему было банально неловко, но невероятно волнительно думать о том, чтобы попробовать начать делать пускай маленькие и неловкие, но шаги к нему. Наконец позволить себе неоднозначные фразы или флирт — было невероятной роскошью для Морияма. С неудачной попытки Рико сбежать прошло уже больше двух месяцев. Февраль, будучи и без того самым коротким месяцем в году, закончился слишком быстро. На календаре уже красовались первые числа марта. Весна подкралась незаметно, а с ней близился и конец спортивного сезона в этом учебном году. «Вороны», даже с потерей двух сильнейших игроков своей команды, оставались опасными соперниками, которых победить было не так уж и просто. Никто из них всерьёз не переживал о своём проигрыше. Потому что такого просто не могло случиться. Никто из них не смел даже мысленно допустить такой исход любой из игр. Все понимали, чем это может быть чревато, а потому и проверять на своей шкуре никто не собирался. Всё-таки Тэцудзи Морияма не зря внушал страх своим воспитанникам. Ворон никогда не бросал слов на ветер, и это, вероятнее всего, пугало ещё сильнее. Никому не хотелось ощущать его настоящий гнев на себе. Рико был воспитан его жёсткой рукой, а потому тоже предпочитал не давать возможности усомниться в своих словах. Пускай юный ворон и допускал ошибки в силу возраста и неопытности, но если он решал что-то сделать — никто и ничто не было способно его остановить. Морияма принял решение пойти по тому пути, на который его весьма настойчиво наставил старший брат. Рико не до конца понимал, какую именно выгоду Ичиро хочет извлечь для себя, но его это не слишком интересовало. По крайней мере, пока это его не касается напрямую. Конечно, где-то в глубине души у него закрадывались сомнения о том, что нельзя исключать вероятность возможной подставы со стороны брата. Всё-таки Ичиро Морияма не был похож на человека с добрым сердцем и огромной душой, во благо которых тот бы мог идти по пути благодетеля. Рико не был наивен. Решение последовать совету Ичиро и наконец раскрыть свою истинную природу стало для него действительно обдуманным. Он устал бояться. Бояться отца, себя, своей природы, своих чувств и чужого мнения. Он ворон. Хочет того отец или нет, свою природу Рико не способен изменить. Никакие медицинские вмешательства никогда не скроют того, кем он был рождён, так какой чёртов смысл скрываться? Вся концепция сокрытия этой тайны была выдрессирована страхом, а когда страха больше нет — всё полетело к чертям. Ворон не помнил, когда последний раз видел свои перья за ушами, но когда они стали отрастать, было странное чувство. Рико решил их прятать какое-то время, пока полностью не будет готов, чтобы признаться перед командой. Выглядел он, надо признать, очень и очень глупо. Если раньше Морияма носил бандану только под шлемом, чтобы пот и волосы во время игр ему не мешали, то сейчас он носил её в принципе. Первое время это выглядело странно, особенно в сочетании с его любовью к классической одежде вне тренировок, но стало неплохим поводом, чтобы пересмотреть гардероб. Рубашки сменились удобными футболками, а брюки — спортивными штанами или джинсами. Наконец-то он стал больше походить на среднестатистического студента своего возраста. Толстовки, футболки, шорты, штаны, джинсы — самая обычная одежда, но даже в этом смысле он был чертовски оторван от реальности. Рико не признался бы никому, но эта одежда оказалась действительно больше ему по душе. Команда не могла не заметить изменения в капитане, но за последний год с каждым месяцем они удивлялись всё меньше. Особенно если говорить про последние несколько месяцев. Тут тебе и попытка самоубийства, и резкая смена причёски, и поменявшееся отношение к членам команды, и теперь вот смена гардероба. Перед ними был человек, который наконец-то начинал понимать, что такое жить. Не выживать, не прятаться, не бояться, а жить. Жить так, как тебе того хочется. Выбирать удобную одежду, а не ту, что не опорочит твой статус. Перестать кричать на других, когда тебе больно самому. Потому что это не имеет никакого смысла, ведь ты никак себе этим не помогаешь. Делаешь только хуже окружающим. Позволить отрасти перьям, которые столько лет безжалостно вырывал, ощущая невероятную боль. Попытаться начать разбираться в собственных чувствах, переставая наконец говорить себе, что какие-то из них неправильны. Со стороны могло бы показаться, что он слишком легко пришёл к каким-то изменениям, но только вот чтобы что-то действительно изменить, нужно намного больше времени. Ты можешь начать бегать по утрам, но без регулярных пробежек ничего не получится. Выработать привычку, изменить свой подход — всё это требует времени и сил, чтобы не вернуться к тому, с чего начал. Только вот в его случае это всё было каплей в океане. Потому что самой большой проблемой и уязвимой точкой Рико Морияма было и, вероятнее всего, останется ещё очень надолго — психологическое здоровье. Ворон многие годы напоминал спичку, которой будет достаточно небольшого давления, чтобы пламя эмоций и чувств охватило его с головой. И он это понимал как никто другой. Понимал, но сил обратиться к специалисту у него не было. Пока не было. Рико искренне надеялся, что всё само как-то рассосётся. Конечно же это не могло быть так, и он прекрасно это понимал, но решал разбираться с проблемами по мере их поступления. Ему, как капитану команды, предстояло выйти не на одно интервью после окончания сезона. Всё-таки вопросов к «Воронам» в последнее время становилось ничуть не меньше. Переход Кэвина, длительное отсутствие самого Рико на поле, иные изменения в команде. Столько головной боли, но желтушники всегда найдут тему, за которую можно зацепиться. Оставалось лишь держать голову и уверенно смотреть вперёд. Рико знал, хотя нет, скорее, пока что только догадывался, чем может обернуться для команды его признание о его статусе звероподобной птицы. Даже Жан ещё не знал о том, какую взрывоопасную новость готовит Морияма для репортёров. Что уж говорить про Кэвина, с которым ворон достаточно часто стал переписываться. Рико, впрочем, планировал скрывать это до самой кульминации. Ведь месть — это то самое блюдо, которое подают холодным, когда обидчик не ожидает угрозы, ведь так? Несомненно. И Рико Морияма был достаточно злопамятной сукой, чтобы не упустить возможность максимально насолить своему биологическому отцу. Даже если это значило вывернуть самого себя наизнанку. В данном вопросе стоимость не имела никакого значения. Пускай ему потом будет плохо, пускай его выворачивает от переизбытка чувств, а старые раны ноют ещё сильнее. Если эта жертва окупится, она никогда не станет напрасной.