0 и 1

      — Зачем ему притворяться, что помогает принцу? Конечно, это часть его плана по захвату охваченного хаосом Шербета. Он создал плацдарм для продвижения из захолустного Бискотти в Шербет — представляешь, как он сейчас радуется? Не понимаю, как такой проницательный человек, как ты, мог позволить себя обмануть.       Мишель цокнул языком. Похоже, в его глазах Эдвард был честолюбивым и коварным человеком. А ты что понимаешь?       — Ах, да. И как именно Эдвард собирается захватывать Шербет?       — Разве ты не питаешь к нему симпатии?       — …       Сердце ёкнуло. Неужели настолько заметно, что даже Мишель заметил? Но Мишель оглядел пространство за мной с понимающим видом. Позади меня никого не было, кроме Павла, которого я взял с собой как козырь для переговоров.       — Ты уже простил этого Павеле Сансона за то, что он натворил? Я знал, что ты слаб перед красивыми мужчинами, но это уже слишком. В мире важна не только внешность».       О чём он вообще?       — Может показаться, что этот Эдвард сейчас готов стать твоим мечом, но если мыслить трезво, у него не может быть к тебе тёплых чувств… Почему ты так на меня смотришь?       — Нет, продолжай.       — Я хочу сказать… Неужели дело действительно во внешности? Ты влюбился в него? Это немного…       Мишель резко вскочил. Дело принимает интересный оборот. Кажется, я услышал всё, что могло быть полезным. Я уже собирался сказать Алексу, чтобы мы уходили. Если бы он не смотрел на меня с выпученными глазами.       — Неужели тот, о ком Ваша Светлость говорил, что испытывает симпатию…       — …       — Ах, так вот в чём дело?       Сзади послышался удивлённый возглас Павла. Что ему ещё нужно? С того момента, как я позвал его следовать за мной, он был подавлен, но внезапно Павеле вспыхнул и заговорил с жаром:       — Ваша Светлость, Вы действительно не должны поддаваться ему. Вы даже не представляете, насколько он коварен! У него давно были тайные планы опутать Вас!       — Тайные планы?       Что ещё за чепуха? Павел сглотнул.       — Это секрет, который я никому не мог рассказать… Если принц Эдвард узнает, что я сказал это, он убьёт меня. Вы должны понять, что я говорю это из преданности Вам.       — Великолепно. Я сохраню твой секрет, так что говори.       Павел сжал кулаки.       — Принц Эдвард следил за Вами ещё со времён Академии! Вот почему он угрожал мне, чтобы я не разглашал Вашу тайну!       — Что?!       

* * *

      Иделла, к своему удивлению, недавно осознала, что оказалась в самом центре любовного треугольника.       — Что? — переспросила она.       Секретарь Его Светлости Джоффри, Лоуэлл Монблан, с улыбкой на красивом лице ответил:       — Я имею в виду, что нам стоит присмотреть за тем, чтобы герцог Грей Крекер не говорил Его Светлости всякий вздор.       — О-о-о, так вы хотите сказать…       — Да. Именно это.       Лоуэлл кивнул. Казалось, Иделла тоже заметила, что герцог Крекер питает к Его Светлости несерьёзные чувства. Иделла вздохнула.       — Как я и думала, мсье Монблан, вы влюблены в Его Светлость.       — Конечно. Это же очевидно… Что?       — Я так и предполагала. Не волнуйтесь. Я прослежу, чтобы Его Превосходительство не признался в чувствах первым. Конечно, окончательный выбор остаётся за Его Светлостью.       — Что? Нет, я не о том…       Оказалось, двое ключевых членов секретариата были влюблены в Его Светлость. Поскольку Лоуэлл Монблан имел репутацию ловеласа, Иделла изначально лишь строила догадки. Она верила, что слухи не всегда соответствуют истине. Ведь разве о ней самой не ходили сплетни о романе с принцем Джоффри?       Это даже попало на первую полосу газеты. Журналисты были теми, кто мог сочинить историю совершенно бездоказательно. Конечно, слухи о Лоуэлле поступали со всех сторон, поэтому они казались более правдоподобными, но в глазах Иделлы он был преданным приближённым, готовым отдать жизнь за принца. Он смотрел на Его Светлость каждую минуту и секунду, дышал словами «я сделаю всё ради Его Светлости, каждое мгновение с Ним бесценно», и при встрече взглядов с принцем замирал с выражением, будто время остановилось — но, возможно, ловеласы именно таковы по своей природе?       Однако в итоге он и вправду был влюблён в Его Светлость. Иделла считала, что многочисленные «шейные» фантазии её подруги — всего лишь вымысел, но, возможно, та с гениальной интуицией уловила тонкие чувства между ними. По крайней мере, неразделённая любовь Лоуэлла была настоящей. Более того, Черения подозревала, что его соседка по комнате Грей, возможно, состоит с Его Светлостью в ещё более близких отношениях, и Иделла тоже знала, что Грей влюблён в принца!       — Любовный треугольник…       Других слов не находилось. И что хуже, эти двое секретарей были не единственными соперниками в любви. Иделла вышла из приёмной и направилась в секретариат. Она только что встретилась с вассалами знати и несла в обеих руках полные коробки писем. Иделла знала, что содержится в этих письмах. Они будут полны признаний в любви к принцу Джоффри. Его Светлости она доложила обобщённо, что это «брачные предложения», но среди них было немало и прямых любовных признаний от знатных особ.       В случае успеха можно стать возлюбленной наследного принца. Стоящая попытка. Даже без этого Его Светлость был невероятно привлекательной личностью. Поэтому поток признаний не иссякал. Когда письма дойдут до Грей, он снова расстроится. У него и так много работы сегодня, а теперь он ещё и будет бледнеть и краснеть, погрузившись в муки неразделённой любви. Что же делать?       Иделла шла по коридору с трепетным сердцем. Из-за этого она не заметила другого человека, также погружённого в раздумья и идущего навстречу, и столкнулась с ним.       — Ай!       — Простите. Вы в порядке?       Высокий рыцарь поддержал Иделлу. Алекс Баумкухен шёл по коридору, погружённый в мысли. Он глубоко уважал своего господина. Он всегда безоговорочно верил в рассудительность принца Джоффри, но недавно узнанная информация оказалась достаточной, чтобы поколебать его веру до основания. Правильно ли это? Не совершил ли Его Светлость ошибочный выбор?       Но это была личная жизнь Его Светлости, и спросить совета было не у кого. Граф Баумкухен не был надёжным советником, но теперь, когда его не было рядом, она поняла, что лучше уж такой, чем никакой.       — Всё в порядке. Спасибо, что подняли меня. Что привело вас сюда?       В этот момент взгляд Алекса упал на Иделлу. Она когда-то встречалась с Эдвардом. Алекс никогда не интересовался, с кем она видится, но он помнил, что она танцевала с Эдвардом и гуляла по улицам. Ведь он как-то следил за ними вместе с принцем Джоффри. К тому же она была секретаршей Его Светлости. Скромная и преданная.       — Я…       — Говорите.       Иделла удивилась. Она спросила из вежливости, а у него и вправду был серьёзный вопрос?       — Что делать, если дорогой вам человек влюбился в неподходящего человека? — спросил Алекс.       Иделла чуть снова не уронила коробку с письмами. Разве его «дорогой человек» — это не кто иной, как принц Джоффри? Значит, у Его Светлости есть возлюбленный? Кто же это? А известно ли об этом Его Превосходительству герцогу Крекеру?       

* * *

      Тем временем Грей имел дело с Эдвардом. Появление Эдварда было драматичным. Грей намеревался сделать так, чтобы Шербет никогда не забыл, что тот спас королевскую семью. Тело было занято подготовкой к практическим переговорам. Однако ум, с другой стороны, остыл. Грей в любом случае должен был уехать. Вероятно, вместе с Эдвардом. И этот график определялся не им. Вообще, в жизни Грея было не так много вещей, которые он мог решать сам. Он не забывал, какую ответственность несёт.       Его миссией было служить истинному принцу и направить страну на верный путь. Когда-то Грей искренне в это верил. Теперь он понимал, что это были детские мысли. То, что он мог сделать, было крайне мало, а чувства, не желавшие исчезать по его воле, глубоко укоренились в его груди. Грей не знал, как справиться с этим — тем, что не колебалось ни под какими бурями и причиняло лишь боль при попытке вырвать. Возможно, это было не в его силах. Однако Грея смущало поведение Эдварда. Почто он выглядит таким счастливым?       — Вы видите конец? Хотя ситуация в Шербете действительно сильно влияет на Бискотти, вы, кажется, оставляете свою страну без присмотра слишком долго.       — Мятеж подавлен, внешние враги не проблема. Что касается внутренних, герцог Фай вряд ли осмелится на вторую попытку.       — Я не знал, что измена — это вопрос смелости. И что вы теперь будете делать?       — Нужно получить плату за помощь от Шербета, — ответил Эдвард.       Грей был озадачен. Потому что ему показалось, что Эдвард слегка улыбается. Бискотти долгое время находился под гнётом Шербета. Положение изменилось на противоположное, так что можно было и порадоваться, но Грей знал, что Эдвард не из тех, кто радуется таким вещам.