«Пятеро в Токио»

*** Время не определено. Лишь сейчас Коидзуми понимает, что напитки на вечеринке явно были алкогольными, ведь она точно проснулась не на мягкой кровати с алыми простынями, а на чем-то твердом, что даже отдаленно не напоминало хотя бы артопедический матрас. Однако то, что поверхность была теплой, — ее в полне устраивало. Она попыталась облокотиться руками, что бы встать, но к ее удивлению, левая рука предательски провалилась вниз. — Снег! — Вскрикнула Юки и её голос растворился в дыхании ветра. Девушка посмотрела на свои ладони. Вены на запястьях едва проступали сквозь, казалось, обесцвеченную кожу, но внутри жгла неожиданная, почти июльская духота. Что это за место? — Кто это? — раздался взволнованный, едва различимый голос справа. — Юки, — последовал краткий ответ из той же стороны. Коидзуми будто бы замерла, в мгновение закрыв глаза, притворившись, что лишилась чувств. Снег захрустел совсем рядом и веки девушки предательски дрогнули, тогда как незнакомец наконец остановился. Послышался мягкий шорох ткани. Он склонился ближе. — Вы действительно уверены, что если продолжите лежать на снегу, в какой-то момент времени умерев от обморожения, это будет разумнее, чем пойти с нами в дом? — Низкий, бархатный голос зазвучал размеренно и спокойно, будто говорящий нисколько не лгал. — Конечно, я уверена, — сдержанно ответила та. — Великолепно. — Он кивнул, чуть приподняв бровь. — Тогда, возможно, сообщите, в какой момент мне начать рыть для вас могилу? — Лучше сразу. Всё равно вы, похоже, любите закапывать чужие решения. — Признаюсь, — в уголках его губ мелькнула улыбка, — я предпочитаю тех, кто хотя бы пытается выжить. — А я — тех, кто хотя бы не морализирует умирающим. — Коидзуми не смогла скрыть ухмылки на все ещё блестящих губах, и подала руку мужчине, предлагавшему свою помощь. — Прошу, возьмите. — Инь Фэн снял с себя графитовый пиджак и, с позволительного кивка незнакомки, накрыл им обнаженные плечи. Старосте класса А впервые довелось увидеть такую хижину — большую, основательную, словно вырезанную из самого леса. Просторная, сложенная из массивных брёвен, она была настоящим сокровищем среди снежных полей. Сквозь окна струился мягкий свет, а крыша, покрытая свежим снегом, мерцала, словно дышала под облачным покровом. Мужчина средних лет и девушка, оплаченная в его пиджак, зашли внутрь и за их спинами с глухим эхом захлопнулась массивная дверь.