Сердце принца

      Огромная тень простерлась по земле. Будто небесный свет оказался в мгновение съеден мифическим существом. Ветер стих. Элизия Эйдес замерла, ожидая худшего. Немногочисленные жители столпились на улочках, ожидая ужасных последствий. — Хватай детей и беги, — прошептал уже порядком постаревший мужчина своей дочери, подталкивая ее в сторону небольшого домика.        Люди были не просто в шоке. Они были в самом настоящем ужасе. И никто не знал, что делать. С единственной свободной части деревни, куда можно было попытаться сбежать, находилось море. И вряд ли бы на всех хватило лодок. Кто-то даже заплакал.        Тут в тени появилась фигура, двигающаяся к ним. Фигура не бежала, но шла достаточно быстро. Люди отступили назад, сбившись в кучку. Кто-то прищурился, чтобы разглядеть вестника их смерти получше. — Э-э-эй! — закричала фигура, размахивая руками. — Что? — хором удивленно спросили люди.        Фигура подошла ближе, и кто-то громко выругался: — Черт, это что, Фаенон?!

***

— Ты не мог явиться чуть менее пугающе? — смеялся кузнец, к которому Фаенон часто забегал выпрашивать что-нибудь, чем можно было побить пугала.        Народ уже заметно расслабился. Они не могли обеспечить богатый прием, поэтому вынесли просто то, что каждому было не жалко поставить на стол. К их удивлению, прибывшие кремносцы тоже вложились в складчину. Их было так много, что иной раз жители деревушки сталкивались с ними и неловко извинялись.        Ребятня тут же подружилась и убежала играть в поля, заставив нескольких взрослых последовать за ними и добровольно отказаться от знакомства с гостями. — Ну… Я же вышел к вам первым, — засмеялся Фаенон, разводя руками. — Да, вышел, — пробубнила старушка рядом с ним. — Как только нас чуть инфаркт не хватил! Мы думали, что Кремнос пришел сожрать нас!        Фаенон опустил глаза, улыбнулся. Он как-то и не подумал, что крепость могла их напугать. Они ведь подошли не слишком близко. Но по сравнению с Элизией Эйдес Кремнос и правда был огромным. И он на самом деле смог забросить всю деревню в тень. — Да ладно вам, — уже седой мужчина приобнял Фаенона за плечо и легонько потрепал. — Зато как зрелищно.        В родной деревне Фаенон чувствовал себя расслабленным. Он будто окунулся в теплую воду, что грела его тело. Тот самый мужчина, что обнимал его, был для Фаенона как отец. Он больше остальных следил за маленьким Фаеноном, а его жена с легкостью приняла его в дом. И, хоть они и не были Фаенону родными, он все равно звал их родителями. И отчего-то история о его появлении в деревушке замалчивалась. — А тот молодой человек, — кивнула девушка, только-только вошедшая в подростковый возраст, — это кто? Он выделяется среди остальных.       Фаенон глянул туда же, куда смотрела она. Он еще не представил Мидея всем, так как принц был занят слежением за порядком. Чтобы кремносцы не наглели и лишнего жителям Элизии Эйдес не болтали. Он прошлым вечером всех лично проинструктировал, напоминая, что не следует каждого встречного вызывать на бой. — Это Мидеймос. Наследный принц каструма Кремноса, — с мягкой улыбкой проговорил Фаенон. — Да? — зацвела девушка сразу же, приложив руки к груди. — Он красивый. — Ох, он еще очень умный, и сильный, и вообще… — начал его расписывать Фаенон, и жители посмотрели на него с недоумением.        Мидей закончил раздавать приказы кремносцам. Было решено вечером отпраздновать их прибытие, а на следующий день уже приступать к работе. Еще следовало поговорить с местным старейшиной и разузнать о ресурсах. Они не планировали выжимать все из этой земли. Но собирались сделать кое-что другое. Принц направился к Фаенону, и тот едва не засиял. Они половину дня были порознь. — И кем же тебе приходится этот наследный принц? — лукаво спросил отец. — Это… — замялся Фаенон, не зная, как объяснить все произошедшее. — Я его супруг, — вмешался без зазрения совести Мидей, подойдя к ним.        Жители деревушки пораженно вздохнули и сначала посмотрели на Мидея. Потом на Фаенона. Потом снова на Мидея. Фаенон не знал, куда деваться от такого внимания. Он привык к своему статусу, но в этой ситуации он не мог не покраснеть. — Неплохо ты сходил мир повидать, — усмехнулась дряхлая старушка неподалеку. — Тоже, пожалуй, так прогуляюсь как-нибудь.        И Фаенон засмеялся.        Вскоре вся Элизия Эйдес уже превратилась в огромный стол. Люди друг с другом знакомились, рассказывали истории. Те, кто рыбачили на озерах, слушали советы от местных рыболовов и хмуро кивали, запоминая все уловки, действующие на рыбу. Старушки делились секретами огородных дел, оповестив кремносцев, что можно и в домах разводить небольшие посадки.        Мидей сидел рядом с Фаеноном, касаясь его плечом, тихо переговаривался со старейшиной. И остальные, находящиеся поблизости, вслушивались в его слова. Многих интересовала способность крепости передвигаться, но принц всех тонкостей не раскрывал. Фаенона же расспрашивали родители о его приключениях. И ему было даже неловко говорить о том, как он попал в Кремнос. — А как вы поженились? — спросила маленькая любопытная девочка, хлопая огромными глазами. — Да, хороший вопрос, — заметил кузнец, закидывая в рот хороший кусок сушеного мяса. Его лицо в момент покраснело, он потянулся к воде, и народ кремноса захихикал. — Это долгая история, — попытался извернуться Фаенон.        Мидей глянул на него искоса, усмехнулся. Фаенон чуть пнул его под столом, но принца уже было не остановить. — Он сразился за мое сердце, имея при себе лишь мешок с хлебом, сыром и яйцами, — легко сказал Мидей, и Фаенон закрыл лицо руками. — И смог победить даже меня. — О-о-о-о, это была любовь с первого взгляда? — воодушевленно спросила та же девочка, широко улыбаясь. — По правде говоря… Это вышло случайно. Я даже не знал, как Мидей выглядит, — произнес Фаенон, решив все же объяснить ситуацию. — А? — нахмурился его отец. — Так вы не по-настоящему в браке? — Сложно объяснить, — вздохнул Фаенон. — Нас обвенчала Аглая, полубогиня романтики, — продолжал Мидей, обнимая Фаенона. Тот закатил глаза, но придвинулся ближе. — Брак настоящий. Спаситель просто смущается. Можете не сомневаться, мы любим друг друга. — Мидей, — тихо сказал Фаенон, призывая его остановиться. — Они же будут это обсуждать. — Расскажи им все, чтобы не поползли слухи, — засмеялся принц.        Принц явно гордился своим супругом. Так чего же тогда было прятаться? Он был прав. Если они не расскажут, то люди быстро слухи разнесут сами. И превратится это во что-то страшное. — Хорошо, — согласился Фаенон. — Ладно, слушайте. История и правда достаточно длинная.        Теперь в его слова вслушивались даже кремносцы, которые и так были в курсе всего. Он рассказал, что они поначалу не были в восторге от идеи замужества, но затем все же привязались друг к другу. Особо он в подробности не вдавался, но по его мягкому тону было понятно, что он ни капли не жалел. Еда на столе постепенно заканчивалась, люди становились разомлевшими от плотного ужина. Только тарелка Фаенона все еще была полной, потому что он никак не мог остановиться.        Он признался, что счастлив быть в Кремносе и служить на благо людям. В конце концов, отец похлопал его по плечу и сказал, что гордится им. Фаенон облегченно вздохнул, прижался к боку принца ближе. Люди начинали расходиться по домам, и наконец Фаенон смог поесть. Мидей, будто предвидя долгий монолог, заранее наложил ему в тарелку всего понемногу.        И ночь опустилась на деревушку.        Звезды сияли ярко на небе. Фаенону тоже хотелось бы вернуться в покои — в дом родителей он идти уже постеснялся, чтоб не доставлять неудобств. Но он взял Мидея за руку и повел за собой в густые засеянные поля.        Он упал спиной в стог сена под деревом. Мидей улегся рядом с ним. В воздухе чуть пахло дымом и травами. — Чудесное место, — сказал Мидей, смотря на небо. — Да. Я тут любил подумать о жизни и поспать, — вздохнул Фаенон. — Я не об этом. Я обо всей Элизии Эйдес. Время тут будто остановилось.        Фаенон кивнул в согласии. Он повернул свою голову набок. Оглядел принца, задержался взглядом на его глазах. Мидей придвинулся ближе, коснулся губами его губ. И стало так хорошо, что теперь уходить не хотелось.       

***

       С самого утра было много забот. Фаенон вместе с Мидеем готовился представить план жителям деревушки. Старейшина — престарелый мужчина — внимательно их слушал, кивая головой. — Черное течение надвигается на нас, — сказал Фаенон, опуская глаза. — Это проклятие, поражающее все живое вокруг. Оно уже совсем рядом с Элизией Эйдес, и вряд ли мы сможем противостоять ему. — Мы оцениваем здраво свои шансы, — продолжил Мидей. — Каструм Кремнос славится своими воинами. И именно поэтому опасно попадать под влияние проклятия. Если хоть один кремносец заразится, настанет конец всему. Черное течение захватывает тело своей жертвы и подчиняет себе, сводя с ума.        Жители деревушки начали перешептываться. Они понимали, что если надвигалась такая беда, то они должны были погибнуть под гнетом черного течения. Народа в деревушке жило мало, большинство было стариками. Даже с оружием крестьяне обращаться не умели. — И что вы предлагаете? — скрипящим голосом спросил старейшина. — Мы предлагаем помощь, — ответил Фаенон. На улице было спокойно и тепло, но от упоминания черного течения по телу пробегал холодок. — Каструм Кремнос может принять всех вас и увести в более спокойное место. Пока крепость двигается, мы в относительной безопасности. — Мы пополним запас ресурсов и двинемся на север. Черное течение становится активнее в южных частях материка. — Мидей осмотрел немногочисленное население деревушки, прикинул будущие расходы. — Если вы согласны, мы заберем вас с собой. — А если не согласны? — прищурился старейшина. — Что тогда вы будете делать?        Мидей посмотрел на Фаенона. У того отлили все краски от лица. Он не рассчитывал на такой вариант. Если его деревня решит остаться, то всех постигнет неминуемая гибель. Он готов был пожертвовать местом, но никак не людьми. Все же, маленькие дети, его соседи, знакомые и родители не заслуживали такой участи. — Тогда мы останемся здесь, — ответил принц уверенно. — И сделаем все, чтобы вас защитить.        Фаенон замер. Он сжал руку Мидея в своей руке, будто говоря невербально, что не нужно было так поступать. Это слишком большие риски. Но Мидей вновь посмотрел на него, чуть улыбнувшись. Он все решил. И вряд ли бы вышло его отговорить.        Старейшина потер свой подбородок узловатыми пальцами. Шепот среди людей стал громче. Казалось, будто время тянулось дольше. — Хорошо. Мы пойдем с вами, — сказал старейшина. — Мы не хотим быть нахлебниками, так что поможем всем, чем сможем, чтобы оплатить этот долг.        От сердца отлегло. Фаенон оглядел народ, явно обрадовавшийся переезду из опасного места. Люди принялись обсуждать, что они заберут с собой. Кто-то решил предоставить мясо, кто-то захотел пожертвовать весь урожай. Планы строились в мгновение. Кремносцы, слышавшие о решении старейшины, одобрительно закивали. От полутора сотен человек им тяжелее не станет.        И началась подготовка к переселению.

***

       Сколько бы Фаенон не искал, он так и не мог найти. Еще по своему прибытии в Элизию Эйдес он зашел домой к Кирене, но ее будто уже давно не было. Даже вещи попропадали со своих мест. Он решил зайти к ней еще раз сразу же после того, как они примут решение о дальнейшей судьбе деревни. Но ничего не изменилось.        За ним увязалась химера. Он надеялся, что она не разнесет дом давней подруги. Мидеймос младший обнюхивал каждый угол, что-то ворчал себе под нос. Он забрался под стол и зашкряб там лапами, отчего Фаенон был вынужден полезть за ним.        На полу лежала давно высохшая палитра с разведенными красками. Она успела покрыться пылью. В Кремносе, у них с Мидеем в покоях, карточка, подаренная Киреной, лежала в шкафу. Фаенон положил ее туда, стоило ему только перебраться к Мидею. Если бы он продолжал таскать ее с собой, она бы уже давно вся истрепалась.        Заготовки для других карточек он нашел под стулом. Дом выглядел заброшенным. Затем Фаенон пошел к соседям, и те подтвердили, что Кирена просто пропала в один момент. Ее пытались искать, но даже следов не осталось. Фаенон расстроился. Он хотел поговорить с ней. Рассказать о своей жизни. Она бы явно его поддержала, крепко обняла и поддразнила за что-нибудь.        Химера вылетела из дома вперед него, чтоб вскоре начать распугивать коз. Фаенон присел напоследок на ее кровать. Прикрыл глаза. Он даже с ней толком не попрощался, когда уходил, ведь она убежала помогать сортировать рыбу и отдавать мелкую жадным тюленям. — Так и не нашел? — спросил Мидей, дожидавшийся его у выхода. — Нет. И правда ушла, — вздохнул Фаенон. — Даже не представляю, куда. — Думаю, твоя подруга не пропадет, — ободряюще произнес принц, приобнимая Фаенона за талию. — Может быть, мы даже найдем ее. — Она всегда умела хорошо прятаться, — ударился в ностальгию Фаенон, идя с Мидеем по размытой дороге. — В детстве все никак не мог найти ее. — Тогда я тебе помогу, — засмеялся Мидей. — От меня еще никто не уходил.        За разговорами они не заметили, как принялись помогать местным в рутинной работе. Кремносцы, будто хвастаясь своей силой, перетаскивали вещи в крепость в дома. Расселением озадачили советников, и теперь они зашивались в бумагах — маленькая месть от Мидея за неразбериху при его приходе к власти.        Поля уже на следующий день были убраны. Через еще неделю восполнены запасы еды. И, как только на горизонте появились первые признаки появления черного течения, крепость встала на ноги и двинулась в обход.        Фаенон шел рядом с Мидеем по крепости. Смотрел, как старики пытались осилить местную кухню, принимая вызов от кремносцев. Дети попали под прицел Алкивиада, которому Фаенон сделал хорошую рекламу, и теперь с красными лицами тягали маленькие гирьки. Кто-то из сорванцов бегал за неугомонной химерой, и та даже не пыталась их покусать. Жизнь, казалось бы, налаживалась. Все были в безопасности. — Знаешь, — вздохнул Фаенон, сидя на своем любимом месте на стене и смотря теперь не за стены, а на кипящий город. Мидей глянул на него, приподнял бровь в вопросе. — Я счастлив, что смог завоевать твое сердце. — Брось. Это было несложно, — засмеялся Мидей. — Я не мог не влюбиться в тебя. — О… Ты меня любишь? Я-то думал, что мы просто друзья, — картинно удивился Фаенон.        Мидей закатил глаза, прижал его ближе к себе, ловя губы в поцелуе. Фаенон довольно замычал, зарылся ладонью в длинные волосы. Впереди были приключения, долгая жизнь и возлюбленный супруг под боком. Неизведанные земли звали его, сила росла, весь мир был под ногами.       А большего и желать нельзя.

***

— Доволен? — мягко спросила Кирена, глядя на удаляющуюся крепость.        Розовые локоны ее трепал легкий ветерок. Дерево покачивалось в такт качелям. Даже тюлени покинули прибрежье у деревушки и отправились бороздить новые места в поисках пропитания. Прислонившись к стволу, высокая фигура кивнула головой. — Боюсь, эта история не закончится так легко, — продолжила девушка. Крепость уже скрылась за холмами, и даже отблеска крыш не было видно. — Ты же знаешь. Кефал не сможет ходить по зараженным землям вечно. Как не пройдет мимо Мидея весть об убийстве Никадора. И ты не сможешь всегда оберегать их. — Не вечно, но долгое время, — сказал тихо Фаенон, улыбаясь.        Одежда его была потрепанной, грязной, местами разорванной. Клинок его уже давно истончился. Ноги болели от постоянного следования за крепостью. Кирена тяжело вздохнула, коснулась ступнями земли, останавливая качели. — Я хочу, чтобы хотя бы в этом цикле я был с любимым человеком до конца, — продолжил он, не сводя взгляда с горизонта. — Мидей запомнит это и пронесет в себе через остальные циклы. — Но сам ведь ты не будешь счастлив. Ты — не он, — напомнила Кирена. — Да. Я знаю. Так что, поможешь мне и дальше защищать их?        Кирена спрыгнула с качелей, подошла ближе к Фаенону и уверенно кивнула. Им следовало вернуться в Охему к Аглае, донести хорошие новости и отбросить черное течение дальше от подступов к городу. Затем расчистить путь для Кефала. И только потом освободить дорогу для каструма Кремноса.        С каждым днем становилось все тяжелее. Черное течение наступало со всех сторон. Но хотя бы в этом цикле… Он не мог остановиться.       И он надеялся, что в этой жизни его мечты все же сбудутся.