Winner

Тэхён идиот. Такой, какого еще поискать надо. Как он облажался. Во всём этом он варится уже третий день, не выходя из своей квартиры. Надо же было так вспылить, да еще и сказать такое. Сейчас он валяется на кровати с ведром почти доеденного мороженого и размышляет о смысле жизни. Ему бы лучше вообще исчезнуть. "— Я могу оплатить тебе номер в ближайшем отеле, прости правда. Я давно не... — Не трахался без обязательств? У тебя это хорошо получается, не волнуйся." Тэхён с мычанием перевернулся на живот и зарылся головой в подушку. От воспоминаний живот скручивает в стыде, разнося тревожные мурашки. Что Чонгук теперь о нем думает? Уже шанса нет, Ким молодец, постарался. Хотя какой шанс? Он правда надеялся, что тот будет с ним? Какой бред, пора выплывать из своих детских мечт. Скоро начнутся тренировки, причем совмещенные с Чонгуком. Он от этого никогда не отделается, так же как пятно от ягоды на белой футболке. Еще и пощёчину дал. Стыдоба то какая! Его совсем не смущала ночь, которую он провел с Чонгуком. Она была волшебной и такой жаркой, что хотелось плакать. Это как когда тебе дарят ту игрушку, которую давно хотел. Вручают приз—такой сияющий и желанный. Хотя, выписывать парня из хаты в пол двенадцатого ночи тоже такое себе удовольствие. Тэхён хоть и здраво оценил ситуацию, но осадок остался. Им бы стоило изначально быть на расстоянии, а теперь только голову морочить. Он в принципе не привык заниматься саморефлексией, но тут другой случай. Ему никогда не было стыдно за себя. Видимо, это его первый провал. Да лучше бы он голый по всему городу прошел, чем вот это. Позорище. Он извинится. Точно. Нужно будет подойти к нему на тренировке, разъяснить моменты, которых не должно было быть. И позвонить Чимину.

***

2000-е Корея, Пусан. Солнце сегодня слепило по особенному ярко. Хоть прогноз погоды и обещал сильный ливень после обеда, но это не помешало им с отцом устроить очередную тренировку. Скоро Чонгук должен будет выступать на местом соревновании по картингу, времени чтобы расслабиться совсем не было. Но пойдут на тренировочную трассу они только ближе к вечеру. Сейчас они с отцом сидели в гараже, собирая карт Чонгука. Отец учил его строению автомобиля, чтобы вызубрил всё: от двигателя до антивоздушных крыльев. Немного заляпанные в машинном масле, они прикручивали детали. Пусть Чонгук делал это в силу возраста более неуклюже, чем отец, от этого он менее чумазым или счастливым не стал. В ноздри забился густой запах металла и бензина, на полу лежат чемоданчики с инструментами и чертежи гоночного карта. — Пап, а он правда поедет? — Отчего же должен не поехать? Пусть его отец не был пушистым облачком в плане характера, но и извергом не считался. На тренировках Чонгуку особенно перепадало, но он еще тогда понял, что это для дисциплины и силы воли. —Затяни вот эту гайку еще на пол-оборота. Смотри аккуратно—если резьбу сорвешь, то будешь менять всю ступицу. Маленький Чонгук в уже не такой белой майке, весь в маленьких пятнышках от масла, своими маленькими ручками докручивал очередную гайку. Пожалуй, ему даже нравилось это. — Запомни, Гук, что в машине скорость имеет важное значение, но не главное. Твой темп– залог победы. Побеждает не тот, у кого больше скорость, а тот, кто как можно дольше ее удерживает. — Хорошо, пап. — Мальчики! Я понимаю, что вам очень интересно, но я приготовила шарлотку. Бегите кушать! Мама всегда знала как приманить двух уставших мужчин домой. Она стояла на крыльце их небольшого дома в своем цветастом платье в пол, полотенце свисало с ее руки, так как только что она доставала шарлотку из духовки. Мама всегда выглядела молодо, самая красивая, какую только мог иметь Гук. Вся еда из её рук была волшебной, особенно после изнурительных тренировок или сборок автомобиля. — Мама! Чонгук подлетел к ней, весь потный и чумазый, но женщине это не помешало прижать к себе своего ребенка. Гук обнял маму за ноги, так как был маленького роста, а на руки она бы не смогла его уже поднять. Папа говорил, что она простыла, поэтому немного ослабла, и наказал, чтобы не докучал шибко ей. — Гук-и, любимый, беги в дом. Только ручки вымой...

***

Чонгук резко втягивает воздух в легкие и открывает глаза. Как будто и не дышал всё то время, пока спал, настолько жадно глотает кислород, до потемнения в глазах. Бывало, что ему снились не только кошмары. Еще хуже. Сны, где он счастлив, где у него есть семья и дом. Это больше всего выбивало из колеи. Никакие таблетки и сеансы с психологом не могли полностью избавить его от этого. Чонгук лежит и смотрит в потолок, размышляет над проблемами. Кошмары теперь оказались пол беды делом. Тэхён. Чон слишком грубо сказал ему уходить, так что пощёчина полностью заслуженная. Он с сожалением прикрывает глаза и сводит брови к переносице. Чонгук правда не хотел мешать ему своими вечными ночными похождениями то на кухню, то в туалет, то просто посидеть-повтыкать в одну точку в саду, если тепло на улице. Он также нередко кричит, даже лунатит. Тэ бы тогда не выспался. Но тот тоже неожиданно вспылил – нужно было ему сразу объяснить. Обозначить границы, в конце концов. А они просто спустя час знакомства решили заняться сексом. Не лучшая идея: Чонгук после панической атаки и Тэхён, согласный на всё. Жалел ли он о проведенной с ним ночи? Ни капли, в этом нет смысла. Ему не то что бы приходилось часто иметь случайные и быстрые связи, но это было не в первый раз. Чонгук отвык за все эти года о чем-то беспокоится, не считая кошмаров. Или о ком-то. Хотя сказать, что он волнуется за Тэхёна было бы явной ложью. Они друг другу никто, так зачем было парню разбрасываться такими словами? Ему недавно скинули расписание и приставили нового менеджера. Их с Тэхёном расписание совпадает, они будут тренироваться практически вместе. Имеется в виду, что находится в одном помещении, как он понял. Тогда-то и нужно вовлечь Тэ в разговор. Если они и дальше продолжат прятаться друг от друга по углам, то ничего хорошего потом не выйдет. Ни на трассе, ни в жизни.

***

Тренажерный зал выглядел очень современно и дорого. Все расходы лежат не на нём, и на том спасибо. Везде куча оборудования и инвентаря на любой вкус и цвет. Он находится почти в центре города, так что ехать было не особо долго. Чонгук осматривается в помещении, ожидая своего менеджера, а затем и личного тренера. Давно он не выходил в люди, так что сейчас ощущает некий дискомфорт. Уже ничего не отменить–его поставили и утвердили как второго пилота команды. До начала сезона еще два с половиной месяца, он должен всё наверстать. Сначала тренировки, потом симулятор, предсезонные тесты и он практически вольная птица. Такая уж вольная? Его жизнь опять будет под прицелом папарацци и журналистов, бренды тоже нередко сотрудничают с ними, так что такой участи ему вряд ли удастся избежать. Ну и другие гонщики. Слава богу, остались еще те, с кем он в свое время соревновался. — Доброе утро, Господин Чон, я ваш новый менеджер Мин Юнги, приятно иметь с вами дело. Звать можно просто по имени и на "ты". Нежданно-негаданно появился тот, кого он ждал. Тоже кореец, в отглаженном костюме, отросшими черными волосами и глубоким пронзительным взглядом. — На ваш телефон я уже отправил расписание на ближайшие два месяца. В первые три недели вас ждут только тренировки в зале, после чего начнутся симуляторы. На настоящей машине вы выедите только к концу второго месяца, на тестах—приблизительно в конце февраля. План диеты также прописан в документе, взвешивание проводится каждую неделю. Есть вопросы?— Юнги никогда не разбрасывается лишними словами, консервативен, но верен своему делу. Слова холодные, четкие и понятные. — Вас приставили ко мне на весь срок контракта?— всё же решил уточнить Чонгук. — Так точно. Если мы не сработаемся, вы всегда сможете заменить меня,— так непринуждённо об этом говорит, как будто о погоде рассказывает, а не о своем возможном увольнении. После этих слов разбрасываться таким менеджером почему-то перехотелось. Не то что бы такое желание было, просто первое впечатление всегда обманчиво. Он чувствовал, что сработаются они очень даже хорошо. — Сейчас пройдем с вами к тренажёрам, там будет ваш тренер,–отчеканил Юнги и твёрдыми шагами, будто военными, повёл его в нужное место. Пока они шли, Чонгук вспомнил, что сегодня здесь должен быть и Тэхён. Откладывать важный разговор не хотелось. Вряд ли его менеджер знал о расписаниях других гонщиков, но попытаться стоило. Ради душевного спокойствия можно было постараться. — Юнги, ты случайно не знаком с менеджерами других гонщиков? — У меня есть контакты, но личное близкое знакомство ни с кем не вожу. Что вас интересует? — Тэхён. Ким Тэхён. Он должен быть сегодня здесь. — Пока вы будете на тренировке, я найду его менеджера, если они сегодня и правда здесь,— без лишних вопросов, без доносов, Юнги выполняет свою работу. Впечатляет. Чонгук только кивнул на его слова с благодарностью. Как вспомнит своего прошлого менеджера, так мурашки по коже. Мужчина не лучшего телосложения и ума, как его вообще взяли в то время на работу–огромный вопрос. Мало того, что о любом его вопросе и проступке доносили наверх. Тогда еще молодой Чонгук не понимал его намерений, но сейчас может сказать точно. Этот, мягко говоря, ублюдок хотел его. Постоянно касался, был рядом, но Чона это не напрягало. Он думал, что так и должно быть. До того момента, как тот зажал его в боксах, в раздевалке, когда все ушли. Жирдяй тогда получил по самое не хочу–уволили спустя сутки. Надо было ему еще больше навалять, думал Чонгук. Сейчас это уже стерлось годами в памяти, но осадок остался. — Ваш тренер–Чон Хосок. Один из лучших в последнее время. Дальше вы сами справитесь без меня. Я приду за вами через три часа и обязательно выполню вашу просьбу,— Юнги в последний раз взглянул на него и ушел. Хосок протянул ему руку в знак приветствия с широкой улыбкой на губах. Выглядит тот более оптимистично и дружелюбно, чем Юнги, но не раздражающе. Чонгук жмет руку в ответ, отвечая еле поднявшимся уголками губ. — Привет, мы тут с тобой еще надолго и я не только про сегодняшний день! Я для начала должен понять уже имеющиеся у тебя данные и к следующему занятию составлю график тренировок. — Я вроде как не терял массу за четыре года. Поддерживал форму. — Отлично! Тогда сможешь потом быстрее сесть за руль. Начнем...

***

Юнги подошел к стойке регистрации, чтобы спросить о сегодняшних посетителях и уточнить об одном конкретном. Насколько он помнит, то Тэхёну в прошлом году заменили менеджера, с которым Мин был ещё не знаком, поэтому номера пока что не было. Еще один хороший повод подойти. Ему указали на беговые дорожки, где за углом обычно тренируется Ким. Юнги никогда не задавался глупыми вопросами на чужие просьбы, по типу: зачем, почему, как и так далее. Зачем морочить себе голову, он всего лишь одно из рабочих звеньев. Его мама еще с детства ему вдолбила в голову, что люди выше по статусу не любят языкастых. На примере ему в детстве тоже дали это понять, когда, работая у мамы в парикмахерской, Юнги съязвил какой-то важной шишке из мафии и украл пару тысяч вон, а потом за такую мелкую оплошность её убили. Лучше бы его, всё бы отдал, лишь бы сейчас вместо матери лежать в сырой земле. Он живет только потому, чтобы сохранить о ней память и чистить её могилу, потому что никому она не сдалась на старом кладбище. Подходя к тренажерам, он и правда замечает Тэхёна, а рядом менеджера. Неожиданно розовые волосы, аккуратная сережка в ухе, губы бантиком и милые щёки. Отставить мысли. — Извините что мешаю, мне нужно через вас передать кое-что вашему подопечному,— немного севшим от молчания голосом обратился Юнги. Голова парня отрывается от планшета, в котором тот что-то писал и врезался взглядом в темные омуты. Они как дураки просто стоят и смотрят друг на друга, может кто-нибудь из них уже хоть что-нибудь скажет? — Здравствуйте, да конечно. Я Пак Чимин, приятно познакомиться. Мне нужно знать, кто вы и зачем вам Тэхён,— милая улыбка озарила лицо парня. Высокий и мягкий голос, такой несвойственный для парней, но Чимину он шел беспрекословно. — Мин Юнги, менеджер Чон Чонгука, тоже приятно познакомиться. Чонгук хочет встретиться с ним после тренировки. Если что, я могу оставить вам свой номер, чтобы предупредить заранее,— у Юнги какая-то неразбериха в голове, может это из-за необычного облика парня перед ним? Да ну бред. — Я передам ему. Ваш номер бы мне не помешал. Знаю вас как работника года, вы очень профессиональны,— сверкнул радужкой глаз и закусил губу Пак. — Спасибо. Запишите номер, пожалуйста, плюс три... Чимин на автомате записывал цифры, как ему за стуком сердца удалось из расслышать, загадка и только. Перед ним не мужчина, а мечта. У Чимина не было предрассудков по этому поводу никогда и красоту тот всегда умеет ценить. Немного холодный, несомненно состоявшийся и красивый мужчина сейчас стоял перед ним. Ангелы познали к нему снисхождение и послали ему Юнги? Даже если нет, он теперь обязан попытаться, даже если ничего не получится. Лучше сделать и пожалеть, чем не сделать и жалеть всю жизнь, как говорится. — Буду ждать сообщения. До встречи,— обольстительно улыбнувшись, проворковал Чимин. Это всегда работало. — До свидания. Пусть стало немного грустно от того, что больше они и не поговорили, но шанс еще не упущен. Он только появился. Спасение собственной личной жизни началось.

***

Чонгук стоял на крыльце, около входа в высотку, в которой находился спортзал. Юнги передал место встречи и время, в которое тот может встретиться с Тэхёном. Мелкая морось билась о козырёк над ним, тучи медленно текли по небосводу, завораживая и приковывая взгляд. Он смотрел куда-то вдаль, задумываясь обо всём и ни о чем одновременно. Голова забита ватой из вопросов, не принося никакой пользы. Как же хочется сейчас домой, особенно после изнурительных тренировок. Хосок его не жалел и делал это очень профессионально. Мышцы будут болеть еще неделю точно. Ему бы сейчас... — Извини, что опоздал. Меня вызвали подписать пару бумажек, –как сквозь вакуум прозвучал голос. ...решить пару вопросов с Тэхёном. Точно. —Ничего страшного. Сразу перейдем к делу?–Чонгук не откладывает важное на потом. Никогда. Тем более, сейчас ему точно не до милостей. Тэхён немного опешил от решимости Чона, но все же неуверенно кивнул. Неприятное предчувствие залезло к нему в голову. Он готов был к любому вердикту, даже если с ним сейчас оборвут всякую связь. — Отлично, –продолжил Чонгук.– По поводу проведённой ночи с тобой. Я не имею претензий, не сожалею и так далее. Но я немного не понял твоей реакции по поводу... –Прости. Я был слишком эмоционален. Нам следовало хотя бы что-нибудь обсудить, перед тем как..,–Тэхён теребит ремень от спортивной сумки на плече, сегодня настроение ни к черту. — Заняться сексом. Да. Мы оба виноваты, мне тоже нужно извиниться перед тобой. Но про кошмары тоже было правдой. Я не привык спать ни с кем в одном доме, тем более в постели,–Чонгук говорит с расстановкой, пытаясь не спугнуть Техена. — Это просто было неожиданно. И прости за пощёчину, я обычно никого не бью,–нервно хохотнув, Тэ заправил волосы за ухо. — Все нормально. Ну так, мы все решили? — Да, думаю да. — Тогда можем разойтись, если больше нечего сказать. — Мгм. Точно. Ну пока. Неловко перебивая друг друга и спеша закончить разговор они натянули медду собой неловкость, как канат. Тэхён уже развернулся, чтобы как нашкодивший ребенок сбежать отсюда подальше, от Чонгука, что прожигает его взглядом, как ему в спину летит пуля, со словами: — Тэхён, подожди...А если мы будем время от времени встречаться? Еле слышно, но предложение долетает до слуха Кима и бьёт по барабанным перепонкам. Чонгук в свою очередь не понимает, зачем вообще это сказал. Стоит как вкопанный и бегает глазами по спине Тэхёна. — Ты же шутишь?–спина напряглась, а затем Ким все же пересилил себя, чтобы повернуться. Взгляд из стеснительного в мгновение стал твёрже, как гвозь, прибивая к земле. Тэхён вчера глотал литрами свои слезы не для того, чтобы позволить кому-то втоптать его в грязь из "доступности" и "наивности". — Тэтэ, ты такой доступный. Как дешевая квартира, в которую заезжаешь, чтобы через месяц уехать. Глупый и наивный Техен.., –мужчина вдалбливал в голову слова, которые как ножи рассекали голову. — Убирайся отсюда. Какая же ты тварь,–охрипший голос стал ему ответом. Техен стоял посередине разгромленной кухни в дорогом шелковом халате, босыми пятками ощущая осколки тарелок и сожалений. Вино в бокале плавно покачивалось, опухшие глаза смотрели на его уже бывшего мужа безразлично, всё больше разочаровываясь. Он вернулся домой пьяным и с запахом чужого одеколона на одежде, начиная тирады о Техеновой никчемности. Как его смог удовлетворить другой парень, тогда как муж никогда не стоил и доллара в его огромном кошельке. Как надоедливая копеечная денежная мышка, про которую все забывают и выбрасывают. — Ты мне верил. Даже в моё предложение. Это было так весело, когда ты каждый раз смотрел на меня влюблёнными глазами и шептал о любви. Богатые люди никогда не бывают честными. — Видимо еще и глухие к просьбам простых смертных. Я. Сказал Убирайся,–Техен шипел, как бешеная кошка. — Да, конечно. Только передай своей команде, что моего спонсорства больше не будет. Как ты это им объяснишь–твоя проблема. И верни кольцо, мне же нужно как-то сделать другое предложение. Техен яростно кинул уродливое кольцо в мужчину, которому удалось его поймать и положить в нагрудный карман пиджака. — И не будь таким наивным, Тэтэ. Тебе не идёт. Оглушающая тишина, пустая квартира, после хлопка входной двери. Разлетевшаяся в дребезги любовь, приобретенная спустя столько лет и разбитая каплями свежей крови от кинжала предательства его бывшего мужа. Он проиграл партию. — Чонгук, я не секс-игрушка. Не наивный пай-мальчик по вызову,–Тэхен подошел ближе к Чонгуку, чтобы кто-нибудь случайно не услышал их. — Я не имел это в виду, просто как обычные люди, будем иногда..,—Чонгук чувствует, как его затягивает в болото прежних ошибок. —А знаешь, давай всё-таки останемся незнакомцами. Мы пытались наладить отношения, не получилось. Мнение о тебе не поменялось. Не смей показать на камерах, что между нами что-то произошло. До свидания, Господин Чон,–тяжелые шаги проследовали до личной машины и стихли после ее отъезда. Обращение резануло по слуху, заставив сморщиться. В этот раз обошлось без физической пощёчины, она была психологической. Только теперь болит не щека, а сердце, которое кричит своему хозяину о неправильном выборе. Он серьёзно не понял, в чем оплошал. Четыре года одиночества всё-таки сказались на его эмоциональном и духовном состоянии. Дожили, теперь с людьми не умеет разговаривать. Не всегда кто-то способен распознать реакцию другого или предугадать. Всё равно что тыкать пальцем в небо, надеясь попасть в нужную звезду. Они вывели друг друга из равновесия и теперь пытаются его наладить, эгоистично забрав опору. Кому-то дождь бьет по макушке, а кому-то по стеклу машины, смывая пейзаж города и мыслей, растекающийся у обоих под ногами огромными воронками луж.