Спаси-Себя-Сам для обгрызенного демона

Ясные глаза Ло Бинхэ сияли, словно утренние звёзды. Прекрасный юноша с нежным лицом излучал красоту и свежесть. Почтительный, но твёрдый взгляд свидетельствовал о благородном и несгибаемом характере. Идеальная осанка и высокая стройная фигура — о том, что он, скорее, сломается, нежели согнётся. Мосян Тунсю, «Система-спаси-себя-сам для главного злодея»

Макото очень внимательно слушал разъяснения Джей-сана, для пущей наглядности вытащившего одну из своих схем — наверное, единственную, подписанную более-менее понятно. Это было крайне интересно — потенциальное существование древа параллельных вселенных, разные ветви которых реализовывались в зависимости от неких случайных событий, в первую очередь выбора сильных мира сего и тех, кто взаимодействовал с ними… Но пример, выбранный демоном для иллюстрации, поразил юношу до глубины души. Потому что, оказывается, судьба Преисподней в немалой степени зависела от его выбора… Ну, и от Джея, конечно, тоже, но уж герцогу-то положено определять судьбу своего домена. Четыре обманчиво простых вопроса, четыре решения (по два на каждого), одно из которых уже принято. Он скользнул взглядом по описанию последствий и нахмурился. — Джей-сан, я… Не подумай, я очень благодарен за то, что ты решил не делать этого за моей спиной. Я действительно был бы обижен, если бы ты сделал из меня демона, даже не спрашивая, хочу ли я того. Но кое-чего я тут не понимаю. — Что именно тебе неясно, Мако-чан? Если то, почему некоторые ветви этого древа решений короче других, ну, так я себя хорошо знаю, и в некоторых вариантах мой дальнейший выбор очевиден. Я просто не собираюсь делать того, что однозначно приведёт к худшему исходу, вот и обрезал часть ветвей. Действительно, одна ветвь, окружённая кокетливыми сердечками, вырывалась на свободу почти сразу. Высказанное открыто предложение Джея сделать его демоном, его согласие — и вуаля! Другая вызывала вопросы к терминам «конвертировать душу в золото», «душа в кредит» и «духовный отпечаток», но в целом Макото понимал — если бы герцог уважил его отказ на становление демоном прямо сейчас, то предпочёл бы сохранить хотя бы шанс не потерять совсем. И со стороны Джея в таком случае было логично не разрушать его душу, но бережно позволить ему переродиться демоном — из-за его склонностей в этой жизни? из-за контракта? Вероятно. А потом найти этого демонёнка в Преисподней, используя связь между ними — через недополученную или отложенную на более поздний срок оплату за контракт — и попытаться ещё раз. Нет, если не считать мелких технических нюансов, Макото понимал здесь ход мыслей демона. Его куда больше волновало другое. — Тут я как раз понял, почему сетка вариантов неполная — ты не собираешься делать того, что точно приведёт к катастрофе. Но вот почему ты уверен, что всё пойдёт именно так? Почему вот в этом и этом вариантах ты не планируешь выжить? Мы… мы познакомились только вчера, как ты можешь быть уверен в том, что хочешь будущего именно со мной и что длительные отношения между нами вообще возможны? — Ох, я… ай, если я попытаюсь ответить сразу, то только запутаю… Ладно. Мако-чан, ты можешь придержать эти вопросы совсем чуть-чуть, чтобы я подошёл к ответам на них, ну, не перепрыгивая туда-сюда? Демон казался искренне сконфуженным и даже капельку расстроенным, так что Макото, естественно, согласился подождать. И в результате получил ещё кипу информации об устройстве мира… нет, миров, и о судьбе души после смерти. Сначала Джей, чтобы пояснить свои записи в схеме развилок их будущего, пояснил, что происходит с душами, проданными демонам, и вообще с душами грешников. Что все дурные воспоминания, обиды и тёмные помыслы и желания заключившего контракт воплощаются после его смерти россыпью демонического золота — платой за выполнение контракта. А оставшейся после этого части души, павшей в Преисподнюю, приходится обычно при следующем воплощении вступать на путь становления личности заново, потому что её огрызок слишком нестабилен — и распадается, пополняя хаотичную энергию ада. Макото в этом отношении является скорее исключением из правил, подписав контракт из самопожертвования и имея достаточную чистоту души и силу духа, чтобы сохранить большую часть своей личности в целости. Другие же души грешников попадают в этот океан агонии целиком. Демоны зачерпывают энергию вместе со сгустками страданий и обид грешных душ, чтобы придать ей форму и воплотить те или иные предметы в меру своей силы и фантазии — от перекошенного домишки в трущобах и сухой лепёшки до изысканнейших ландшафтов и блюд, достойных лучшего ресторана. Но рано или поздно наказание за грехи исчерпывается, и души покидают ад для нового рождения. Сами демоны же суть воплощения душ, закалённых Преисподней достаточно, чтобы переродиться прямо в ней — единожды или же снова и снова. Потом демон вернулся к вопросу о множественности миров, сообщив, что мироздания, не происходящие от одного корня, редко соприкасаются напрямую. Но ветви двух деревьев — систем параллельных миров — могут сплестись достаточно тесно, чтобы сильная душа могла между перерождениями перейти на ветвь другого дерева. Косвенным подтверждением этого служат сказки и мифы, отражающие не структуру этого мира, но воспоминания о воплощении за его пределами, прорывающиеся иногда у таких душ. — Полагаю, именно таков источник историй Китая о совершенствующих тело, дух и душу бессмертных даосах, праведных монахах, о призраках, духах, демонах и божествах, — задумчиво произнёс Джей-сан. Макото понимающе кивнул, потому что в числе прочитанного им были и такие истории. Да и вообще, мифотворчество разных народов было весьма разнообразно. — И мне доподлинно известно о существовании подобного мира и о том, что обмен душами между ним и этой вселенной вполне возможен. Его особенность в том, что там существуют гораздо более богатые, чем у нас тут, возможности обуздать рамки потока пространства-времени и вырваться из его берегов хоть на чуточку. Провидцы и ясновидящие, провалы и врата между мирками-измерениями… У наделённых силой там есть шансы вспомнить кусочек-другой прошлой жизни или даже вернуться в прошлое. — И причём тут время? — Ммм… представь себе на минуточку, что мы с тобой реализовали вот эту ветвь будущего, — демон проследил пальцем несколько пометок. — Вариант, где ты не стал спрашивать мнения человеческого мальчишки, а решил мою судьбу сам по своему усмотрению? — сморщил нос Макото. Теперь эта ветвь была неосуществима, Джей-сан уже сделал другой выбор, что очень радовало юношу. — Мгм. А ты, не понимая толком, что происходит, не смог оказать существенного сопротивления и стал демоном помимо своей воли. Хах, извини, Мако-чан, но я действительно сначала подумывал о таком, — Джей-сан вздохнул и сморщился, как будто ему в рот попала какая-нибудь гадость. — Представь, что я и дальше давал тебе поводы для обиды, снова и снова, пока твоя привязанность ко мне не была отравлена ненавистью. И это закончилось тем, что ты сумел найти моё слабое место, превзойти и убить меня — а в результате остался тосковать в одиночестве на годы и столетия. — Это было бы очень жестоко и очень грустно, — Макото поджал губы, сверля взглядом соседний вариант, тот, где сопротивление демонизации раскололо бы его душу на части и разорвало бы связь с Джей-саном. То, что от него осталось бы, в таком случае переродилось бы человеком, но… Но под этим предложением таким же ровным, каллиграфическим, ни на миг не дрогнувшим почерком была начертана судьба самого демона в этом случае. Вырастить преемника — нового эрцгерцога — и умереть от его руки, разорвав в клочья собственную душу. Они познакомились только вчера, и Макото не думал, что за время выполнения контракта они сблизились бы достаточно для такой трагедии в стиле Ромео и Джульетты. Это соображение и параллель между двумя ветвями будущего, в которых демон хладнокровно предсказывал свою смерть, подсказывали юноше, что тут был подвох. Сродни его собственному решению самовыпилиться, покутив напоследок. Как там говорится, рыбак рыбака видит издалека? Что же случилось у Джей-сана, чтобы он за беззаботным фасадом скрыл стремление к саморазрушению? Макото хотел было спросить, но передумал — такие вещи всегда были очень личными, и бесцеремонно лезть в больное демону было… ну, мягко говоря, не мудро. Демон отбросил свой листок бумаги и сжал его в объятиях крепче. Короткие волоски на макушке Макото шевелило тёплое дыхание, потом сверху прижался твёрдый подбородок. Несколько раз глубоко вдохнув и выдохнув, демон снова заговорил. — …Да. Это, и правда, было бы очень грустно. Его голос был… Макото не знал, какие именно эмоции заставили его говорить таким странным тоном, и не мог повернуться и посмотреть на лицо Джея, пойманный и спелёнутый руками и крыльями. Да. Точно. Он не будет об этом спрашивать, но если Джей-сан сам захочет поделиться душевной болью — выслушает и поддержит. Раз уж герцог ада, даже только кружа вокруг опасной темы, вцепился в него, как дитя в плюшевую игрушку. — А потом, неизвестное время спустя в том мире совершенствующихся кое-кто написал историю… Теперь Джей-сан говорил напевно, как будто рассказывал сказку. Он поведал Макото о манге, описывающей как раз ту ветвь будущего. Об её авторе-демоне и читателе-школяре со странным смешанным наследием и ещё более странными способностями — их собственных следующих перерождениях. О том, как школяр, разгневанный трагической концовкой и перепутавший благовония, дотянулся-достучался до сознания своего «прошлого я» и оставил ему в подарок собственные воспоминания. — …Для кого другого вляпаться вот так было бы шоком и полной фантастикой, но не для него — то есть, не для меня. — Почему? Герцог иронически хмыкнул, но в его голосе чувствовалась гордость. — Потому что в той жизни один мой отец, демон и повелитель теней, сделал пространство своей сучкой. Второй, пророк, нагнул и поимел самоё время, а третий был сильнее любого демона и способен читать окружающих, как раскрытую книгу. И после этого кто-то хочет, чтобы у меня была нормальная жизнь? Пффф! — А в результате ты теперь знаешь, что ждёт нас в одном из вариантов будущего. — Ага, и стараюсь вывернуть на менее трагический. Не хочу, чтобы моя повозка снова перевернулась на той же колее. — Поэтому ты даёшь мне выбор… ну, по крайней мере, пытаешься дать, так? — Макото подобрал схему ветвей будущего и потёр пальцем развилку, на которой Джей либо принимал его отказ, либо пытался сделать его демоном без согласия. — Ах, Мако-чан… Пусть мы знакомы совсем мало, но ты мне уже очень симпатичен. И я знаю теперь, что нас связывает красная нить судьбы. Поэтому я не уверен, что сумею преодолеть своё собственничество, если ты откажешься быть со мной, и отпустить тебя хотя бы на время. Мако-чан, я знаю, что прошу о многом. Перебраться в Преисподнюю, стать демоном — это будет нелёгкий и болезненный путь. Я понимаю это, но… — Ты не хочешь оставаться в одиночестве, да? — Макото извернулся и заглянул демону в лицо. Тот очень серьёзно кивнул, попытался улыбнуться, но вышла скорее гримаса. — И если я не… если мне не хватит сил позволить тебе уйти, я надеюсь, ты сможешь когда-нибудь простить меня. Макото попытался представить себя на месте Джея — впрочем, он и на своём собственном его неплохо понимал. Всего лишь за сутки знакомства юноша уже чувствовал себя, как дома, бесстыдно усевшись на коленях демона, прильнув к его широкой груди и млея от конечностей, крепко, но мягко обвивающих его поперёк тела. Уже успел поделиться с ним своими горестями и получить поддержку. — Я не знаю, смогу ли, но я постараюсь, — пообещал Макото. — И вообще, я ещё не отказался от твоего предложения, помнишь? — Ты… согласишься? — вскинул брови Джей, в его глазах мелькнула надежда. — Мне нужно время, чтобы решить. Ты же сам предлагал сначала лучше понять, во что я ввязываюсь. — …Хорошо. Я расскажу, что могу, и постараюсь не теребить тебя с этим вопросом лишний раз. Демон выглядел уставшим и смирившимся с необходимостью ожидания, и Макото решил, что постарается принять решение быстро. Он пока не был уверен, что сумеет пройти путь становления демоном, о котором говорил Джей, и не озлобиться, не затаить обиду на того, кто подтолкнул его к этому. Но у него ещё будет время, чтобы обдумать это. Чтобы порыться в собственной душе. А пока… пока он хотел стереть грустные морщинки вокруг третьего глаза Джея, отвлечь его от невесёлых мыслей. И он даже знал, как это сделать.

%%%%%%%

Некоторое время назад, выплакавшись на его плече и выплеснув свои горести, Мако-чан выглядел опустошённым и измочаленным. Прямо сейчас Джей чувствовал себя примерно так же. Для демона — любого демона, но в первую очередь для носящих инициалы — было гораздо проще и легче вывернуться наизнанку буквально, с хрустом костей и фонтанами крови, чем откровенничать с кем бы то ни было. И даже зная, что Макото, будущий Эм — его судьба и неизбежность, тот, в чьей власти будет спасти или погубить его… Даже осознавая это и ощущая, как душа тянется к отзывчивому мальчишке, герцогу приходилось переступать через въевшиеся привычки, чтобы поделиться чем-то по-настоящему личным и вызывающим сильные эмоции. Поделиться уязвимостью. И потому он прикрыл все три глаза в приступе усталости и облегчения, что он ничего — пока — не испортил. Мако-чан завозился в его руках, и Джей немного ослабил свою хватку, позволяя ему ёрзать и теребить покрывало, в которое демон был задрапирован. Под руками сосредоточенно пыхтящего мальчишки оно задралось достаточно, чтобы тонкие пальцы обожгли прикосновением обнажённые мышцы. Это ощущение выдернуло демона из меланхолии и заставило открыть глаза. Мальчик сидел на его коленях верхом, лицом к нему, и на ощупь поглаживал край раны на бедре, не сдавливая, но ощутимо прижимая к плоти подушечки пальцев. Другой рукой он запутался в складках покрывала на плече демона, а голову прижал к его груди и бицепсу, выжидательно глядя ему прямо в глаза. Поняв, что диверсия не осталась незамеченной, Мако-чан слабо улыбнулся: — Нам обоим стоит отвлечься от высоких материй, пока совсем в депрессию не впали, как думаешь? В горле Джея зародился низкий смешок. Ах, как быстро приспосабливался его Мако-чан! Как бесстрашен и заботлив был мальчишка. Казалось, вот только заливался густым багрянцем и отворачивался, чуть что, а теперь уже и сам делает первые шаги в искусстве флирта. Лишь только слегка порозовевшие щёчки выдают, что смущение всё ещё не побеждено до конца. Аввв! Демон согласно хмыкнул и подтянул своего почти-любовника поближе, шепнув согласие прямо в тонкие сухие губы: — Конечно, Мако-чан. Приятного аппетита, что ли? Мальчишка преодолел последние крохи пространства между ними, скользнув рукой к его затылку и приподнявшись, чтобы прихватить его нижнюю губу своими и старательно лизнуть. Они не закрывали глаз, и Джей с удовольствием полюбовался с расстояния в несколько сантиметров, как Макото пробует то или иное движение губами и языком, не прекращая оглаживать рукой бедро и одновременно пытаясь отследить его реакцию. Хах, решил переключить его с бесполезных переживаний на чувственное удовольствие? Как трогательно с его стороны! И даже на кровь подманивать не пришлось, хе-хе! В награду Джей высунул язык, ввинтившись во влажный рот Мако-чана и широко лизнув изнутри твёрдое ребристое нёбо и мягкие щёчки. Посмаковал слюну, впитавшую остро-терпкие оттенки приязни и всколыхнувшегося возбуждения. Мальчишка на мгновение широко открыл глаза и сжал пальцы (айщщ!), но тут же контратаковал, погнавшись следом за ним собственным юрким язычком. А он быстро учился. Вот только долго обходиться без воздуха люди не умели, и вскоре Мако-чану пришлось вырваться из поцелуя, чтобы несколько раз хватануть ртом воздух. Мальчишка потряс головой, а потом сузил глаза и начал извиваться, бормоча, что кое-что нужно, и решительно выбираясь из объятий. Джей отпустил его, и Мако-чан тут же потянулся в изголовье кровати за подушкой, сжав её в руках и повернувшись обратно к нему с решительной командой: «Ложись!». Хм, ладно. Пока он укладывался, Мако-чан подпихнул свою подушку под его зад и тут же дёрнул за узел на плече, пытаясь выпутать его из покрывала. Джей с тихим польщённым смешком послушно приподнимался и поворачивался, позволяя мальчишке окидывать себя решительно блестящим и уже отчётливо собственническим взглядом. Славно, славно, такими темпами к завершению контракта человечек и сам вцепится в него, не желая оставлять. Уложив его по своему разумению, Мако-чан торопливо содрал и собственную одежду, бросив на пол к его «тоге». Напоролся на позабавленный взгляд Джея и порозовел сильнее, но упрямо вздёрнул подбородок: — Лучше так, чем снова одежду застирывать! — А я и не спорю, мой маленький хрупкий лягушонок, — промурлыкал Джей, наконец-то без помех любуясь юношей, стройным, но не тощим. На этом скелете определённо хватало мяска — вон как прорисовываются мышцы при каждом движении — но комплекция Макото принадлежала скорее увёртливому, быстрому и выносливому бегуну, чем мощному атлету. Хорошо! Мако-чан, отведя взгляд, неловко забрался на кровать и пристроился между его ног. Конечно, вряд ли мальчику сегодня хватит духу на то, чтобы взять его, но вот такая позиция и уже наливающееся вожделением выражение лица подарили ему мурашки предвкушения. Это случится скоро. А пока тонкие пальцы обеих рук пробежались по его надъеденной ноге, подталкивая задрать её повыше, оглаживая и пощипывая, даря одновременно нежную ласку и первые жгучие уколы сладкой боли. Мако-чан восхищённо пробормотал, какое длинное и ровное у него бедро, какая гладкая и шёлковая кожа, как соблазнительно вкусна его плоть. Поёрзал, подпихивая колени под подушку и приподнимая зад и бёдра Джея ещё выше. Спустился ласково ладонью вдоль чувствительной внутренней поверхности бедра к самому паху, посмотрел из-под ресниц на член, уже начавший набухать и лежащий совсем рядом с загорелыми костяшками пальцев, обхватывающих основание бедра, и чуть хрипло попросил: — Приласкай себя здесь, Джей-сан. Я хочу видеть, как тебе хорошо, пока я тебя ем, — после этой фразы Макото жадно облизнулся и поднял взгляд на его лицо. Какой приятный прогресс — и как восхитительно в голосе и взгляде юноши сочетались нежность, страсть и желание поглотить его. Джей был чуть-чуть разочарован, что его человечек сам не потянулся взять его мужское естество, но не стоило требовать и ожидать всего и сразу. Пока было достаточно и того, что Мако-чан хотел увидеть его удовольствие и высказал своё желание вслух. Так что демон послушно потянулся рукой к своему паху. Потом поколебался — и решил всё же подтолкнуть мальчика к большему, совсем чуть-чуть. Макото сейчас сидел на пятках, прижав щёку к его колену и обвив бедро руками, и снова опустил взгляд на его член. Демон приподнялся на локте, чтобы дотянуться до лица Мако-чана, провёл пальцами вдоль челюсти к губам и попросил облизать их. Немного удивлённый, Макото приоткрыл рот, издав вопросительный звук, но тут же сообразил, зачем это нужно — и с готовностью втянул подушечки пальцев Джея в рот, чуть посасывая и подталкивая их влажным языком. Смочив руку слюной как следует, Джей снова расслабленно улёгся и картинно, рисуясь перед Мако-чаном, огладил и обхватил пальцами свой член. Под жарким взглядом ласкать себя было даже более приятно, чем обычно, так что он пока простил мальчику нерешительность действий. Макото довольно вздохнул, ещё раз облизнулся, пробормотал: «Итадакимас» и, наконец, припал губами к его колену. На этот раз он не только старался попадать в ритм движения руки Джея на члене, но перемежал укусы с поцелуями, поглаживания ещё нетронутой кожи чуть шершавой ладонью и кончики пальцев, жёстко впивающиеся в разверстую плоть, раздвигая волокна мышц — чередуя интенсивность и характер ощущений. Джей стонал, откидывая голову, от того, как остро резонировали его собственные пальцы, прижавшие уздечку и огладившие головку, со сжавшимися на бедре зубами, неторопливо погружавшимися в плоть. Как Мако-чан склонился чуть ниже и втянул в рот нежную кожу с внутренней стороны бедра, оставляя засос и одновременно неотрывно следя за его рукой, огладившей мошонку. Когда сухожилия у колена все оказались перегрызены, одно за другим, Макото нашарил его взгляд своим, потемневшим от желания, и плавно потянул рукой, обхватив пальцами плоть и медленно, неторопливо отслаивая её от кости. Джей застонал громче и выгнулся, толкаясь в сжавшийся кулак и поспешно пережимая основание члена. Ах, это смотрелось так чувственно и ощущалось так томительно-болезненно, что он едва не кончил! — Хах, ещё! — попросил он, и Мако-чан зацепил зубами самый край и потянул, так же плавно, отдирая тонкую, длинную полоску кожи и мышц только для того, чтобы всосать её в рот, как лапшу долголетия, и перекусить у основания. Юноша прикрыл глаза и выпрямился, проглатывая трофей, и Джей невольно потянулся разумом и ощущениями к этому кусочку плоти. Сильные демоны могли воспринимать ощущения и контролировать даже отделённую часть своего тела, а уж его-то силы хватало и для такого маленького клочка, проскользнувшего через влажную тесноту пищевода вниз, вниз, в желудок — только для того, чтобы растаять там под напором жадности и голода Макото. Не физического голода, но страстного и алчного желания поглотить больше. Действительно, как иначе Мако-чан смог бы кушать его такими темпами? У него даже животик не округлялся, несмотря на более чем плотную трапезу — а ведь именно такова была ненасытная алчность демонов. И герцог ада продолжил чувственно выгибаться на постели, провожая стонами и урчанием каждый кусочек себя, растворяющийся в жадном вожделении, принимая и приветствуя щедро даримые боль и ласку. И когда поверх его ладони всё-таки — наконец-то! да! — легла другая, маленькая и узкая, он с радостью принял новые правила этой вечной игры, сплетя их пальцы и без слов показывая и подсказывая Макото, как ласкать, сжимать и надрачивать его член. На этот раз он излился первым, и Макото, с довольным видом оторвавшийся от того места, где совсем недавно было его бедро, приподнялся. Не разнимая их сплетённых и испачканных в семени рук, юноша придвинулся, демонстрируя и подставляя под пальцы собственный аккуратный тёмно-розовый член, не толстый, но довольно длинный, под стать остальной комплекции. Под удовлетворённым взглядом Джея он прикусил губу и, поскуливая, толкнулся вперёд — раз, другой, третий — а потом запрокинул голову, показывая нежное, беззащитное горло, и со вскриком добавил своё семя в лужицу на животе Джея.