Багровые руки

-Кто у вас тут главный? Бандиты не особо сильно обращали внимания на заявившегося к ним в лагерь мужика. Они гуляли, празднуя удачную вылазку. Только псы лаяли, чуя незнакомца. Тот, однако, не стушевался. Оглядел разгулявшуюся толпу, выискивая взглядом того, кто казался бы старше и злее остальных. Наконец, остановился на здоровенном типе с багровым лицом и золотой цепью толщиной в палец. Тот, запрокинув голову, глушил прямо из горла жидкость из глиняной бутыли. Только после короткого диалога оказалось, что он не главарь. -Главарь у нас молодой. Поищи вон у костра. Сидит чего-то выстругивает. Не смотрите что щуплый. Он тут за мозги отвечает. Мужчина кивнул, направляясь к указанному месту. Костер потрескивал, бросая отсветы на лица сидящих вокруг. В тени действительно сидел парень. На вид совсем юный. Сосредоточенно работая ножом по куску дерева. Был одет странно. Будто вещи похватал первые попавшиеся под руку. Длинные белые волосы были заплетены в сложную косу. Бледный и худющий. Никогда бы не подумал что главарь бандитов может быть таким. -Ты тут главный? -Смотря что тебе нужно. - Ответил, не отвлекаясь от своего дела. - Говори. Что встал? Время деньги. -Дело есть. У нас человек пропал. -Мои ребята на ищеек похожи? -Там... Дело такое. В городе говоря мол главарь "Багровых рук" с индейцами умеет говорить. -Допустим. Подобные услуги стоят дороже. Не все племена готовы болтать. А тем более, оставлять в живых пленников. Возможно, тот уже мертв. -Наш старший заплатит сколько скажешь. Только помоги. -Лааадно. Где ваш человек попал? Когда и что от него осталось если вообще осталось? -На равнине, которая за городом. Три дня назад пропал. Наши думают его утащили. Но куда непонятно. Парень раздраженно вздохнул. -Думать можно что угодно. Может он свалил туда, где лучше платят? Или, возможно, он просто не захотел возвращаться. - Продолжив вырезать. - Но если готовы платить, то… Я узнаю его судьбу. Так и быть. Придешь утром принесешь любое его тряпье, чтобы собака след взяла, и плату. Понял? Мужик облегченно выдохнул. Хоть какая то надежда. Он уже и не чаял найти управу на этих разбойников. Слухи о жестокости "Багровых рук" ходили по всему городу. Говорили, они не щадят никого, а их главарь — настоящий зверь в человеческом обличье. Но этот парень… Он больше походил на ученого или поэта, чем на предводителя банды. -Понял, конечно, понял. Спасибо тебе, добрый человек. Завтра с утра принесу все что нужно. Парень лишь махнул рукой, не поднимая головы. Тот поспешил прочь из лагеря, чувствуя на себе недобрые взгляды бандитов. Псы продолжали лаять ему вслед, пока он не скрылся в темноте. -Че он хотел, Марли? Марли бросил щепку в костер. Огонь жадно подхватил ее, разгоняя тени. -Дружка своего потерял. Думает, я ему помогу. -Будешь время на такое тратить? -Ну раз платят, то пусть. Хотя, просто ограбить было бы приятнее. Ну да ладно. Труд, одна из немногочисленных женщин в банде, к нему подошла. Присела рядом, заглядывая через плечо Марли на его работу. В руках парня постепенно рождалась фигурка волка, хищно оскалившего пасть. -Красиво. Зачем тебе это? -Так, баловство. Отвлекает от скуки. Да и успокаивает. Труд усмехнулась. Успокаивает? Это звучало странно из уст человека, чье имя внушало ужас окрестным жителям. Но знала Марли лучше, чем кто либо в банде. Видела его другую сторону, скрытую от посторонних глаз. Ранимую, задумчивую и даже немного потерянную. -Знаешь... Иногда мне кажется что ты не на своем месте. Что тебе нужно что-то другое, а не это вот все. Парень замер. Поднял взгляд на нее. -Не говори глупостей, куколка. Это моя жизнь. И я в ней неплохо устроился. Вернулся к своей работе, словно отмахиваясь от ее слов, как от назойливой мухи. Но Труд видела как напряглись его плечи и чуть дрогнули пальцы, держащие нож. Знала что за маской жестокости и цинизма скрывается совсем другой человек. Человек, который любит тишину леса, запах свежескошенной травы и звук дождя по крыше. Человек, который умеет видеть красоту в простых вещах и создавать ее своими руками. -Неплохо устроился? Ты убиваешь, грабишь и живешь в грязи. Это ты называешь хорошей жизнью? Тот резко поднялся, отбросив недоделанную фигурку волка в сторону. Глаза его потемнели. В них вспыхнул гнев. -Заткнись! Ты ничего не понимаешь! Это единственный способ выжить. В этом мире слабых жрут заживо. Он отвернулся, уходя в глубь лагеря. Труд осталась сидеть у костра, глядя на костер. Жалко его было. Мальчишка совсем. Была благодарна за то что вытащил из борделя. Потому и хотела ему все лучшего. Она подняла с земли недоделанного волка и провела пальцами по гладкой поверхности дерева. В этой фигурке чувствовалась сила и ярость, но вместе с тем и какая то грусть. Словно сам Марли, заключенный в деревянную оболочку. Марли дал псу понюхать рубаху пропавшего. -Буран, искать. Буран, огромный пес с густой черной шерстью, послушно ткнулся носом в ткань. Он заворчал, словно пробуя запах на вкус. Затем, подняв голову, решительно рванул с места, увлекая за собой Марли и нескольких бандитов. Труд осталась в лагере, наблюдая за удаляющейся группой с тревогой. Равнина кишит опасностями и не только индейцами. Марли ехал, стараясь не отставать от Бурана, внимательно осматривая окрестности. Солнце палило нещадно и пот струился по лицу. Бандиты, сопровождавшие его, переговаривались, но Марли не слушал. Он был сосредоточен на следе, который безошибочно брал Буран. Вскоре нашли место, где явно была борьба. Спешившись, они осмотрелись. -Здесь были не индейцы. Лошади подкованы. -Искать дальше. - Скомандовал Марли, поднимаясь на ноги. - Не могли же они сквозь землю провалиться! Буран покрутился вокруг места. Найдя кусок оборванной ткани ткнулся в него носом. Беловолосый потрепал его по холке и они двинулись дальше, углубляясь в равнину. След становился все более отчетливым, указывая направление. Вскоре выбрались к небольшой рощице, окруженной высоким кустарником. Буран залаял, рванувшись вперед. Марли насторожился, приказав своим быть наготове. Они осторожно пробрались вперед и увидели небольшую поляну. На ней стоял покосившийся сарай, а рядом валялись пустые бочки и сломанные телеги. Все говорило о том что здесь когда то было поселение, но теперь оно заброшено. Возле сарая виднелись свежие следы копыт. -Здесь они. - Прошептал один из бандитов, указывая на следы. - И лошадей много было. Марли спешился. Кивнул, жестом приказав окружить сарай. Сам, достав нож, медленно двинулся к двери. Он прислушался. Внутри было тихо. Марли резко распахнул дверь и ворвался внутрь. В сарае было темно и сыро. В углу, сгрудившись, сидели несколько человек. Среди них был и тот, кого искали. Все они были связаны и измучены. Рядом стояли двое мужчин в грубой одежде и с оружием в руках. Увидев Марли, они опешили. -Ты кто такой?! Марли молниеносно бросил нож. Тот вонзился прямо в горло противника. Второй даже не успел среагировать, как Багровые руки ворвались в сарай и скрутили его. Горожане, увидев своих спасителей, закричали от радости. -А за остальных не уплачено. Главарь бандитов окинул взглядом освобожденных пленников. Его взгляд задержался на том самом мужике, из за которого вся эта канитель и заварилась. Жирный, лоснящийся от довольства жизнью, даже в таком жалком виде. Он скривился. -Мы проводим вас до города. Но за спасение придется отсыпать монет. Остальные пленники тут же закивали, обещая щедрое вознаграждение за свое освобождение. Тот ухмыльнулся. Всегда приятно, когда благодарность выражается звонкой монетой. Выбравшись из сарая, Марли построил освобожденных в колонну. После двинули в сторону города. Буран бежал впереди, весело помахивая хвостом. По пути расспрашивали пленников о том кто их похитил и зачем. Оказалось это были люди из другой банды, промышлявшие разбоем на дорогах. Они надеялись получить выкуп за пленников. Ничего удивительного, впрочем. Конкуренция. Когда они добрались до города, Марли приказ отдал одному из своих остаться, чтобы проследить за тем как пленники сдержат свое слово. Остальные направились в салун, чтобы отметить успешное завершение дела. Вечерело. Город оживал после дневной жары. В салуне было шумно и весело. Бандиты заняли столик в углу и заказали выпивку. Марли откинулся на спинку стула, чувствуя усталость. Буран улегся у его ног, положив голову на лапы. Вскоре появился посыльный от освобожденных пленников. Он принес мешок с монетами. Главарь пересчитал деньги и остался доволен. Как в лагерь вернуться, разделит добычу между своими. Не забудет и про Бурана, которому достанется большая кость. А пока можно было расслабиться и насладиться заслуженным отдыхом. Он поднял кружку и произнес тост: -За удачу и звонкую монету! Бандиты поддержали его дружным криком. После тоста в салуне началась настоящая вакханалия. Песни лились рекой, кружки ходили по кругу, а бандиты, позабыв о дневных приключениях, отдавались веселью. Марли, хоть и уставший, не мог не улыбаться, глядя на своих людей. Он сделал глоток виски и почесал Бурана за ухом. Пес благодарно лизнул его руку. -Сейчас бы девочку. - Сказал один из бандитов. -Тогда тебе в ближайший бордель. - Хмыкнул их главный. Разговоры о девицах подогрели атмосферу. Кто то уже вскочил со стула, пошатываясь, намереваясь немедленно удовлетворить свою потребность. Марли усмехнулся. Молодые, горячие. Ему сегодня не хотелось к дамам древнейшей профессии. Пропустил еще пару стаканов. Буран, обнаглев, стащил со стола закуску. Хозяин его усмехнулся. Значит точно жрать можно. **** -Стоит алмаз не дать, не взять. Паук отвлекся от того, что волосы натирал отваром. Посмотрел на Марли, который из за дерева показался. -Приперся, белый демон. -Мимо проезжал слышу кто-то плещется в реке. Дай думаю посмотрю. Может девка. -И как девка? -Хороша, как рассвет. -Ой, льстец. -Лечишь чего? Бальзам от старости придумал? -Поговори мне тут. Я еще молодым фору дам. -Хе-хе. Не сердись. Это я любя. -Так люби дальше молча. -Какой злой дядька. Парень ближе подошел к воде. Присел на корточки у самой кромки воды, наблюдая как травы и коренья плавают вокруг шамана. -Чай не свататься пришел? -Проведать. Да и чтобы к тебе свататься слишком много коней надо. Паук хмыкнул, не отрываясь от растирания волос. Запах трав густой волной ударил в нос Марли. -Мне твой табун ни к чему. У меня тут всего в достатке. Лес кормит, река поит. Чего еще старику надо? Он выжал волосы и принялся растирать ими плечи. Отвар пах горькими травами и землей. -Не знаю. Людям всегда что-то надо. -Людям? Да что они понимают эти люди? Бегают как угорелые. Все им мало. То земли им подавай, то золота. А что в итоге? Все там будем. Под землей. И земля эта им поперек горла встанет. Марли усмехнулся, глядя на ворчливого старика. Все как всегда. Ничего не изменилось. -Ты прав как всегда, дед. Но пока мы здесь, наверху, каждый сам за себя. И каждый хочет кусок побольше. Шаман закончил с плечами и принялся растирать грудь. -Сильные всегда правы. Так было и так будет. -Не всегда. Бывает и так что сильный споткнется о слабого. Паук фыркнул, словно не веря в такую возможность. -Это сказки для малых детей. Сила есть сила. Ее ничем не победишь. -Победишь. Хитростью, обманом, предательством. Вариантов уйма. Тот головой покачал. -Ты много знаешь. Слишком много. Боюсь, это тебя погубит. -Может быть. А может быть и нет. Кто знает что будет завтра? -Только Боги. -Пххх... В Бога не верил. Он далеко, а они тут на земле все ползают. Взгляд поднял когда за руку схватили. Понять ничего не успел как в воде оказался. -Ых! За что?! -Чаще мыться надо. От тебя как от волка дикого несет. -Противный дед! Он ухватил его за ногу, норовя уронить, но шаман оказался проворнее. Вывернулся и окатил Марли водой. -Ах ты так! Ну держись! Завязалась потасовка. Брызги летели во все стороны, смех и ругань разносились по округе. Юнец пытался ухватить скользкого от отвара индейца, а тот ловко уклонялся и окатывал его водой. Наконец, Марли удалось схватить старика за талию и повалить в воду. Оба оказались в реке, барахтаясь и смеясь. -Дурной мальчишка! Тот язык показал. Паук от такого еще больше рассмеялся. Вода была прохладной и бодрящей. Марли почувствовал, как смывается дорожная пыль и усталость. Он отплыл немного, чтобы отдышаться. Паук вынырнул, отряхивая с лица мокрые волосы. -Вот же ж. Молодежь. Старость не уважает. -Я ни в чем не виноват. Это ты меня коварно соблазнил. -Бедный. Один раз было. Дальше сам. -Ага! Признался! Тот отмахнулся. Марли усмехнулся. По глаза в воду опустившись, наблюдал за тем как Паук подошел к берегу и сел на камень, подставив лицо солнцу. Морщины его казались еще глубже в ярком свете. -Стареешь, дед. - Сказал, тоже на берег выбравшись. -А ты думал вечно молодым буду? Наивный. Марли пожал плечами, выжимая промокшую рубаху. -Вы, колдуны, и не такое можете. Сам рассказывал про шаманку из другого племени, которая ни на день не постарела после тридцати весен. -Тебе не понять всех тонкостей. Даже если бы был из племени. -Что сразу?! Ты расскажи. Вдруг пойму. Паук прищурился, словно солнце слепило ему глаза сильнее обычного. -Есть вещи, которые нельзя объяснить словами. Их можно только почувствовать. Это как с ветром. Видишь, как листья шелестят, как трава колышется, но сам ветер не ухватишь. Так и с шаманизмом. Это не просто знание трав и заклинаний. Это связь с духами. С природой. Это умение слышать то, что другие не слышат. Парень вздохнул. Зануда. Нет бы сказать что колдовство. Так надо это разводить. -Я понял что сложно. -Молодой еще. Со временем поймешь. Рано задуматься о молодости вечной решил. -Мне просто интересно было. Мать тоже рассказывала что колдуны живут больше века. Многие с ее родины сюда убежали от преследования церкви. -Они хуже любого зверя. Всех под одну гребенку. Кто не с ними — тот враг. -Священники злые, потому что Бог трахаться с девками спокойно не дает. Шаман с такого посмеялся. Слезы проступившие вытер. -Все намного проще, юный Волк. Люди бояться тех, кто от них отличается. -Звучит знакомо. -Ты сам как демон для своих. -Хааа... Будто я виноват что таким родился?! -Никто не виноват. Просто так устроен мир. Все, что не вписывается в привычное, вызывает страх и агрессию. Парень скривился. -Бесит... -Бесит, не бесит, а жить с этим надо. Или бороться до конца. Но тогда будь готов к последствиям. -Я то готов. Скорее люди не готовы к тому что я могу натворить. -С такого станется. Такой мелкий, а уже мужиками здоровыми командует. Дар убеждения у него достоин похвалы. -Тебя свои не хвататься? -Они заняты. Грабят одного зажравшегося мужика. У него земли как волос на башке. -Грабить грабителя святое. - Глаза прикрыв. - Ну, раз явился, пошли со мной. Хоть покормлю. А то кожа да кости. -Я только с удовольствием. Да и лишний раз твоих соплеменников попугаю. Белая смерть, ууу. -Своим видом ты и воробья не напугаешь! Паук с места поднялся и собрался. Оделся в вещи, что были сложены на берегу. Марли коня позвал, который рядом пасся. Тот фыркнул, почуяв запах трав и речной воды. Послушно подошел к Марли, позволяя оседлать себя. Вдвоем они двинулись по тропинке, ведущей вглубь леса. Паук шел впереди, уверенно ступая по земле босыми ногами, словно знал каждую кочку и корень. Марли ехал следом, наслаждаясь прохладой леса и обществом ворчливого старика. -А какой ты был в молодости? -Ох и спрашиваешь, Волчонок. Да всяко бывало. Дикий был, как ты сейчас. Никого не слушал. Делал что хотел. Девки за мной толпами бегали, а я от них только носом воротил. Думал, весь мир у моих ног. -Ты и сейчас ничего. -Пхах! Не подлизывайся. -Лаадно. Он поравнялся с шаманом и наклонился, протягивая руку. Старик ухмыльнулся, принимая помощь и запрыгивая на коня позади Марли. -Держись крепче, дед. А то вылетишь еще. -Не дождешься. Я еще тебя переживу. Всю дорогу до племени они травили байки и подкалывали друг друга. Марли рассказывал о своих разездах по чужим городам. Паук делился историями о духах, живущих в деревьях и о говорящих животных. Марли тихо усмехнулся, когда его девушки обступили, пока коня привязывал. -Соскучились что ли? -Волк, где ты был? -Глупый вопрос. -Опять кого-то грабил поди. Парень коня по морде похлопал. -Так это моя работа. -А мог бы быть честным человеком. -Да. Мы же звали тебя в племя. Тот фыркнул. -Я чужак. Меня большинство ваших не примет. Девушки повздыхали. К ним Паук подошел. -Хватит мальчишке голову дурить. Не до девок ему. Он пожрать приехал. Те обиженно посмотрели, но спорить не стали. Одна из них, самая смелая, все же не удержалась: -Хоть бы спасибо сказал что волнуемся! Марли подмигнул ей и направился за Пауком вглубь поселения. Запах жареного мяса ударил в нос, заставляя желудок заурчать. Вокруг костра уже собралось несколько человек. Увидев шамана, они приветственно закивали. На бандита не сильно обратили внимания. Паук уселся на свое привычное место и знаком указал Марли сесть рядом. Тот послушно опустился на землю, принимая протянутый кусок дымящегося мяса. Жевал жадно, будто не ел несколько дней. Сок стекал по пальцам, но он не обращал на это внимания. Когда живот набил, огляделся. В поселении царила обычная для этого времени суток суета. Кто то чинил оружие, кто то плел сети, кто то играл с детьми. Жизнь шла своим чередом, несмотря на все опасности. Марли всегда удивлялся способности этих людей находить радость в простых вещах. Паук сидел рядом, попыхивая трубкой. Дым сладковатого табака приятно щекотал ноздри. -Ну что, наелся, Волчонок? -Ага. Спасибо, дед. -Вот и хорошо. Нечего по лесам шастать голодным. -Я просто издалека ехал. Надо было разобраться с одним идиотом. -Что за человек, раз лично потащился? -Шериф новый из города. Мешал нам с мужиками работать. Думал самый умный. Ну я его и пришил. Шаман нахмурился. -Это уже серьезно. Не боишься что тебя найдут? -Меня итак ищут. Что-то до сих пор живой. Он из за пазухи вытащил помятый лист. Развернул его. -Вот, полюбуйся. Красиво нарисовано, правда? Паук взял лист, внимательно изучая изображение. -За твою голову хорошую цену дают. Не удивлюсь, если кто-нибудь из твоих же захочет тебя сдать. -Пусть попробуют. Я им быстро головы поотрываю. Марли ухмыльнулся, глядя на пламя костра. -Ты либо бесстрашный, либо самоубийца. Не знаю даже чего хуже. -Просто живу, как умею. Человеку без роду и племени только такое и остается. Вечер тянулся неспешно. Марли слушал байки охотников, наблюдал за танцами у костра и даже сыграл на флейте. Ему нравилось смотреть на то, как другие веселятся, как огонь отбрасывает причудливые тени на лица. В этом была какая то своя магия. Ночь опустилась на поселение, укрывая его своим темным пологом. Звезды зажглись на небе, словно бриллианты, рассыпанные по черному бархату. Воздух наполнился ароматом костра, трав и дыма. Марли сидел рядом с Пауком, наблюдая за тем, как танцуют остальные. Он чувствовал себя здесь своим, хоть и знал что это всего лишь иллюзия. Был чужим и среди индейцев, и среди белых. Может и правда демон. А может просто с папашей не повезло. В любом случае, это положение дел не меняло. -Пора мне. - Вдруг сказал, поднявшись на ноги. Паук кивнул, не отрываясь от созерцания танцующих. -Будь осторожен, Волчонок. -Помню. Спасибо за все. Марли направился к своему коню. Оседлал его и уехал в темноту. Лес принял его в свои объятия, окутывая темнотой и тишиной. Он ехал быстро. До лагеря надо было добраться поскорее. А то разбалуются там его бандиты. Ветер свистел в ушах. Конь мчал по знакомой тропе, словно чувствовал нетерпение хозяина. Когда добрался, его встретил радостный лай собак. Он спрыгнул с коня и хлопнул его по крупу. -Спасибо что довез, дружище. Отдыхай. В лагере царила оживленная атмосфера. У костра сидели его люди, играли в карты и травили байки. Увидев Марли, они радостно зашумели. -Вернулся! -Где пропадал, шеф? Мы уж думали, тебя черти унесли! -Да вот по делам ездил. Как тут без меня? Не скучали? -Скучали, конечно! Без тебя тут тоска зеленая. Марли улыбнулся. Эти люди были его семьей. Его стаей. И он был готов за них стоять горой. -Ладно, рассказывайте как дело прошло. Разговор затянулся до поздней ночи. Марли слушал рассказы своих людей и смеялся над их шутками. Он откинулся на спину, подложив руки под голову. Звезды мерцали вдалеке. Спокойно. Хорошо. Жаль, что так не будет всегда. Рано или поздно придут охотники за головами, солдаты или просто желающие легкой наживы. Но он будет готов. Всегда готов. Изрядно набравшись, беловолосый потащился к палатке Труд. Та проснулась от того, что он к ней завалился. -Какого хрена? -Моя лесная нимфа, я вернулся. -Твою ж мать... Напугал. Девушка к нему развернулась. Пьянящий, но хоть целый. -Поцелуй меня. Я тебе помурчу. Труд закатила глаза, но отказать не смогла. Марли был хорош собой, даже когда пьян. Она приподнялась и легко его поцеловала. Тот схватил ее за плечи, углубляя поцелуй. ​​​​​​​-Соскучился. -Я тоже. - Призналась девушка, обнимая его за шею. Парень без стеснения уткнулся ей носом в грудь. Труд тихонько засмеялась, запуская пальцы в его волосы. Она любила его таким, каким он был – диким, необузданным, но в то же время нежным и заботливым. Знала что за маской разбойника скрывается ранимая душа и именно это ее в нем привлекало. -Родишь мне ребенка? -Не говори глупостей. -Почему? Каждая женщина ведь хочет мужика при деньгах. Я может и бандит, но деньги есть. Чем не жених? Труд отстранилась, удивленно вскинув брови. Слова Марли прозвучали неожиданно. -Ты пьян. И говоришь глупости. - Повторила она, пытаясь скрыть волнение. - Ты еще сам ребенок. -Пххх... Женщины вечно жизнь усложняют. Он отпустил ее и отвернулся. Девушка вздохнула. -Не обижайся. Просто... Я сейчас не готова к такому. Дети это большая ответственность. Сам подумай какая жизнь его ждет. Бесконечные переезды, грабежи, постоянная опасность. Я не хочу такого будущего для него. Тот молчал. Возможно, Труд права. Но в его пьяной голове все казалось таким простым и понятным. Хотел семьи. Хотел тепла и уюта. Хотел, чтобы кто то ждал его возвращения, чтобы было ради кого рисковать жизнью. Он перевернулся на спину и закрыл глаза. Труд прижалась к нему, обнимая. -Ну не обижайся. Он не ответил. Лишь крепче прижал ее к себе, чувствуя тепло ее тела. Заснул быстро, утомленный дорогой и разговорами. Труд еще долго лежала без сна, слушая его ровное дыхание. Думала о его словах, о его внезапном желании завести ребенка. И почему то ей становилось тоскливо. Он ведь сам в борделе вырос. Среди бандитов расти будет еще хуже. Почему вдруг такие желания? **** -Это богохульство! Бандиты лишь смеялись, продолжая осквернять церковь. Марли сидел на обломках алтаря, попыхивая трубкой. Ему нравилось злить священников. Они так забавно шипели и брызгали слюной, когда глумился над их святынями. Власть, пусть и над кучкой запуганных фанатиков, все еще власть. -Давай скажи почему твой Бог не спасает тебя от моих парней? -Вы поплатитесь за это! Тронуть дом Бога страшный Грех! -Богов много. А твой противнее всего. Он выпустил кольцо дыма и усмехнулся. Спрыгнув с алтаря, подойдя к священнику вплотную. -Бога придумали овцы, чтобы волков стыдит. - Ткнул трубкой в грудь священнику. - Посмотри вокруг. Где твой Бог? Где его молнии, карающие грешников? А?! Священник попытался выпрямиться. -Он видит все. И расплата неминуема. Марли рассмеялся, запрокинув голову. Его смех эхом разнесся по церкви. ​​​​​​​-Забудь о своем Боге, старик. Он тебя бросил как и всех остальных! -Ты не понимаешь что творишь, мальчишка. -От чего же? Прекрасно понимаю. Граблю церковь! Парень отступил на шаг, оглядывая разгромленную церковь. Лавки перевернуты и витражи разбиты. Его люди, как стая гиен, рыскали в поисках хоть какой то ценности. Ни золота, ни серебра. Лишь пыль и ветхость. -Граблю церковь. - Повторил он, словно пробуя слова на вкус. - Забавно, правда? А знаешь что самое смешное? Никто не остановил меня. Ни твой Бог, ни твои прихожане. Все боятся. Боятся волков, которые не боятся никого. ​​​​​​​Он снова затянулся трубкой, наслаждаясь горьким дымом. -Зачем? Почему ты это творишь? -Просто потому что могу. Скажешь что я заблудшая овца? -Нет, ты волк, возомнивший себя Богом. - Прошептал священник, глядя Марли прямо в глаза. - Демон в человеческом обличии. Тот ухмыльнулся. -Я просто выживаю. В этом мире каждый сам за себя. Твой Бог этому не научит, верно? Он учит подставлять вторую щеку, молиться и каяться. А я учу брать свое. Мы живем один раз, чтобы в чем-то себе отказывать. Он обвел взглядом церковь, словно оценивая масштабы разрушений. -А может мне тут развести Преисподнюю? Насколько жарко в Аду? Так же как в пожарище? Священник побледнел. Схватил его за руку. -Прекрати! Что тебе нужно?! -Ничего. Я же сказал что веселюсь. Марли выдернул руку. -Веселишься за чужой счет? Рано или поздно тебе это вернется. Бумерангом. -Бумерангом? Это как? Бог спустится с Небес и бросит в меня бумеранг? Да мне плевать на ваши сказки! Он подошел к разбитому витражу и поднял осколок. Поднес его к свету, рассматривая игру красок. -Красиво, правда? Жаль, что разбито. Как и твоя вера. Взял бросил осколок на пол. Тот разлетелся на мелкие кусочки. -Парни, поджигай! Внутри церкви воцарилась зловещая тишина, нарушаемая лишь потрескиванием факелов, которые принесли с собой бандиты. Священник смотрел на Марли с ненавистью и отчаянием. В его глазах читался немой вопрос: "Неужели нет ничего святого?" Марли усмехнулся, видя его мучения. Достал спички, высек искру и поднес ее к свисающему клочку ткани от алтарного покрывала. Ткань вспыхнула мгновенно и огонь начал пожирать дерево. Запах ладана смешался с запахом гари, создавая тошнотворную смесь. -Смотри смотри. Это твой Бог горит. Славно, правда? Священник закрыл глаза, словно пытаясь отгородиться от ужаса, происходящего вокруг. Он начал читать молитву, но его голос дрожал и срывался. Беловолосый рассмеялся еще громче, наслаждаясь его бессилием. -Молись молись! - Прокричал сквозь смех. - Твои молитвы здесь не помогут. ​​​​​​​Вскоре церковь охватил огонь. Бандиты вышли наружу, унося с собой все, что смогли найти. Марли последним покинул горящее здани. Он оглянулся на пылающую церковь и ухмыльнулся. В этот момент действительно казался демоном, вырвавшимся из Ада. Когда церковь превратилась в огромный костер, освещавший окрестности зловещим светом, он развернулся и направился к своему коню. Бандиты уже ждали его. На их лицах читалось пьяное ликование. Они чувствовали себя победителями. Хозяевами положения. Парень вскочил в седло и отдал приказ двигаться дальше. Ветер донес пепел от пожара до его лица. От того сплюнул, ощущая горький привкус на языке. Забавно как быстро все превращается в прах. -Куда теперь, шеф? -В поселение по дороге. Синие мундиры смотались куда-то. Не будем терять время. В поселении их встретила тишина и страх. Жители попрятались по домам, лишь изредка выглядывая из за занавесок. Марли спешился возле салуна. -Осмотритесь пока. Бандиты быстро разбрелись по поселению. С командиром остался один по кличке Глаз. Салун оказался грязным и полупустым. За стойкой стоял хмурый бармен, явно не обрадовавшийся незваным гостям. Марли заказал виски и окинул взглядом немногочисленных посетителей. Пара игроков в карты, одинокий ковбой, прижимающий к груди бутылку, и девица легкого поведения, скучающе оглядывающая зал. Он сделал глоток виски, ощущая как обжигает горло. -Как дела идут? Барман хмыкнул, не переставая протирать стакан. -Да как обычно. Пыль, скука, да редкие путники. С тех пор как военные уехали совсем тоска. Марли усмехнулся. -Тоска? Сейчас исправим. Глаз, позови ребят! Будем веселиться. Вскоре салун наполнился гамом и пьяными криками. Бандиты устроили настоящий бедлам. Столы перевернулись, стулья сломались, зеркала разлетелись вдребезги. Виски лился рекой, а девица легкого поведения, повизгивая, танцевала на стойке, пока один из бандитов, ухмыляясь, кидал ей монеты. Их главный, сидя в кресле, наблюдал за происходящим с довольной ухмылкой. Еще виски глотнул. Ковбой попытался было возмутиться, но, увидев направленные на него стволы, предпочел забиться в угол и тихонько плакать. Игроки в карты, лишившись стола, перебрались на пол и продолжили игру, словно ничего не происходило. Марли откинулся на спинку кресла, наблюдая за хаосом, что творился вокруг. Внезапно дверь салуна распахнулась и внутрь вошел священник с ружьем в руках. Его трясло от гнева, но в глазах читалась решимость. -Убирайтесь! - Прохрипел он, наведя ружье на Марли. - Убирайтесь, пока не поздно! Бандиты замерли, ошеломленные наглостью старика. Марли медленно поднялся, усмехаясь. -Ты что, святой отец? Решил заступиться за свою паству? -Вы ответите за то что сделали! -Ой ли? Беловолосый выхватил револьвер и, не целясь, выстрелил. Старик рухнул на пол. Из его груди сочилась кровь. Парень же небрежно подул на дуло револьвера. -Кто следующий? Бандиты снова принялись за свое, не обращая внимания на тело старика. Марли подошел к бармену и протянул ему монету. -Убери его. И налей еще виски. ​​​​​​​Он снова уселся в кресло, словно ничего не произошло.