Спектромантия в мире пара и магии.

После перерыва на обед и отдых турнир продолжился, и на этот раз следующей выступила Элиз, которая не справилась со своим противником так же, как и Нурия: ей не помогли ни щиты, ни парирование. А вот Якуй, Ранни и Томоко показали себя отлично, как и кошки-близнецы, которым попались, на удивление, лёгкие противники. Шаманы в целом хорошо держались: выбывших было менее половины состава, чем могли похвастаться лишь тёмные жрецы, которые, впрочем, потеряли второго по силе члена своего факультета. Последующие бои сильно порядили шаманов, равно как и другие классы, но при этом для тройки сильнейших учеников противники казались слишком слабыми, отчего бои не длились дольше пары минут. Этими учениками были Раннивейг, Якуй и, конечно же, Виталий, чей уровень благодаря победам над абоминациями и фамильярами уже был близок к двадцать седьмому. Наконец и Виталий смог одолеть представителей всех классов, кроме своего собственного, и теперь спокойно наблюдал за боями четвертьфинала, предпоследним из которых был бой их волчицы с трёхглазой девочкой-паладином, а уже за ним должен был быть бой Якуй против тёмной жрицы, которая, по-видимому, приходилась ей сестрой или соклановцем. Прямо напротив волчицы стояла девочка-паладин, имевшая характерный для своей расы третий глаз, а вместе с ним — и атрибуты члена Церкви Уризена, в которой трёхглазые занимали ключевые места. — Это будет очень интересный бой, — проявив интерес к Виталию, начала Вакаша. — Несмотря на общие низкие показатели, кроме интеллекта и восприятия, эта трёхглазая имеет способность предвидеть будущее либо читать мысли того, на ком сконцентрирован её взгляд, пусть и на пару секунд, после чего глаз устаёт и закрывается. Во всём должен быть баланс, и это один из его примеров. — Ты сама об этом знала или прочитала где-то? — поинтересовался попаданец. — Узнала на личном опыте. На втором году обучения мне тоже попался трёхглазый, и я ему продула. — Получается, турниры устраиваются для каждого года? — Да: для первого года — через месяц, для второго — через два, а для меня, соответственно, — через три, но награда та же — десять золотых. — А можно было и побольше, — как всегда, вмешалась в разговор Минако, — на десять золотых я бы не прожила и десяти дней. Хорошо, что я уже неживая. — Бабку спросить забыли. — Эй, а кого это ты бабкой назвал? Я выгляжу всего лишь на двадцать семь лет, — призрак сильнейшего существа снова забрал часть его маны, чтобы призвать фамильяра, похожего на небольшого осьминога, который быстро заполз в рот своему носителю, после чего жертва призванного существа не смогла сказать ни слова. Это действо вызвало лёгкий смех у наблюдавшей за этим полудраконихи. — Вот так, теперь ты сможешь говорить, только когда я тебя спрошу. А в это время на арене творилось то, за чем не всегда имел возможность уследить человеческий глаз. Ранни старалась атаковать соперницу как можно быстрее, заходя с разных сторон и делая разные интервалы между нападениями, но всякий раз её врагу удавалось блокировать и парировать все её наскоки, что, однако, не останавливало её, и нападения продолжались. — Чую твою усталость, — сделав очередную паузу, произнесла она. — Давай, сдавайся. — Ни… за… что, — воспользовавшись паузой, чтобы отдышаться, ответила девочка с третьим глазом. — Я отбивала и буду отбивать все твои зубы и когти… Ты — глупый зверолюд, которому не дано познать истину. — А ты сейчас познаешь, каково это — получить в ебло с ноги! — Ранни резко подскочила, а затем почти с огромной скоростью понеслась в сторону своей добычи, чтобы ударить её задней лапой в прыжке. Та тут же увернулась, но в этот момент появился Рагнар и крутанул свою хозяйку в воздухе. — С другой ноги, сучка! Последние слова последовательница Уризена уже не услышала, так как её разум мгновенно отключился, в то время как тело пропахало десяток метров по мягкому грунту арены, после чего было сразу телепортировано спасательной командой. Её предвидение оказалось бесполезным в тот момент, когда уже не хватало сил и внимания, чтобы отреагировать. После победного танца красной фурии на арену вышли последние участницы полуфинала, которые сблизились, а затем, вместо того чтобы обменяться ударами, начали диалог. — О, кого я вижу, — с издёвкой начала девочка, половину тела которой закрывали чёрные волосы, доходившие аж до колен. — Неужто дети из других классов оказались такими слабаками, что продули моей сестричке? — Как видишь, Озёй, — стараясь, как всегда, сдерживать эмоции, ответила Якуй. — Я тоже рада тому, что ты поможешь мне заработать. — Тебе? А-ха-ха-ха. Ты думаешь, я поделюсь с тобой долей, если ты сейчас же ляжешь на пол и дашь вытереть о себя сапожки? — Ой-ой, очень смешно. Ты так уверена в своей победе просто потому, что продала демону половину своих потрохов? — Продала? Скорее, удачно вложилась. Половина органов не идёт ни в какое сравнение с тем, что мне было даровано. Ты со своими духами жуков побеждала меня только потому, что я тебе поддавалась. — Скорее потому, что управляющий тобой паразит не видел во мне угрозы твоей жизни, а потому не хотел давать силы больше, чем чтобы обозначить своё присутствие. — Уж кому, а не тебе говорить о чужих паразитах, когда у самой буквально тараканы в голове, — Озёй сложила руки в замок, при этом половина её волос двигалась сама собой. — Мы сдерживались только потому, что я не хотела, чтобы ты сразу умерла от страха. — Да я лучше сдохну прямо сейчас, чем буду чесать с тобой хрящи ещё две минуты. Не удивлюсь, если нас сейчас дисквалифицируют за бездействие. — Ну, раз ты так не хочешь сдаться, то начнём, — сестра ядовитой девочки сделала жест, а затем повернулась к ней спиной и начала отсчёт до десяти: — Раз… два… три… четыре… десять! — Десять! — одновременно с Озёй сказала Якуй, тут же перекувырнувшись и отбив «хвост» абоминации клинком Кабуто Даймё. Клинок был отравлен, а потому демонический паразит вынужден был отбросить часть себя. — Ты всё ещё предсказуема. — Фатальная ошибка! — сестра шамана обнажила антропоморфный сгусток горелой плоти, заменявший то, что поглотил демон; то, что заменяло ей левый глаз, начало сиять всё ярче на фоне нарастающей тьмы. — Теперь Лорд Фобус считает твой яд угрозой, и сейчас ты пожалеешь о том, что не придушила себя пуповиной до того, как родиться вслед за мной. — Нет, это у тебя фатальная ошибка, — наблюдая за навеянными образами страхов и стараясь отбиться от тех, что выглядят наиболее реалистично, вновь хладнокровно ответила старшая сестра. — Ты что, совсем забыла про свойства моего организма имитировать уже изменённое сознание? Может быть, это работало на других людях… но… не на… таких… как… я! Выдавливая из себя последние слова, Якуй смогла сконцентрироваться за пределом, а затем, развеяв иллюзию, достать отравленную иголку из подсумка и с размаха вогнать её в плечо сестре, отчего её паразит резко запаниковал и бросил все ресурсы на то, чтобы не дать токсину распространиться по телу, и немного — на поддержание движения, отчего теперь её способности сильно подубавились. — Ха, опять твои яды, — волоча ставшую бесполезной руку, выдавила тёмная жрица. — Ты ведь хочешь увидеть, как я буду унижаться перед тобой и сдаваться? — Нет, Озёй, этого хочешь ты. А если не хочешь, то давай, выруби меня одним ударом. У тебя ведь осталось немного маны, да? — П-правда? — дрожа и заикаясь, сестра Якуй влила всю ману в руку и ноги. — Ну тогда получай! — Отлично. Вложив все силы в один удар, Озёй была готова ударить Якуй в солнечное сплетение, но промахнулась, почувствовав затем резкий удар в затылок, после чего её лицо встретилось с полом арены. — Поздравляю… — еле выдавила из себя она. — Теперь понятно, почему дядя выбрал тебя. Эй, с-стой… Пропустив слова младшей сестры мимо ушей, Якуй прошла обратно в зал подготовки, а затем вместе со всеми отправилась на ужин. Полуфинал в связи с общей продолжительностью боя был перенесён на завтра. У победительниц было очень много времени для того, чтобы подготовиться к будущим сражениям.