Спектромантия в мире пара и магии.

И вот начался второй бой полуфинала. С одной стороны была пустынная эльфийка, выполнявшая функцию защиты и поддержки для мага грязи и светлого жреца, с другой — все трое людей, хотя тёмный жрец из-за причудливого симбиоза с демоном теперь уже отчасти напоминал скорее двуглавую амфибию, в отличие от паладина, имевшего в качестве оружия то, что Виталий мог охарактеризовать как «большие нунчаки», и, собственно, лидера команды — уже больше года как знакомую ему Якуй. Ту, что с ранних лет могла разговаривать с духами разумных насекомых, у которых заимствовала силу их ядов, дабы отравлять не тело, но дух врагов, и первоочередным врагом для неё была Нурия — обладательница духа Айгюль, легендарной целительницы, достигшей невиданных высот в искусстве лечения и, по легендам, способной очищать и душу, и тело одним только взглядом. Во всё это отравительнице слабо верилось, что, впрочем, не убавляло её желания победить соперницу в первую очередь. — Какой наш план, начальница? — спросил её паладин с боевым цепом, уже успевший оценить её навыки командира. — На кого будем нападать первыми? — Вы отвлекаете внимание мага воды и земли, а я нападаю на жреца и целителя. Поняли? — Как-то я сомневаюсь, что ты выстоишь одна против двоих, — дав пасти демона проглотить пару зелий, вмешался тёмный жрец. — Сомневаться можно во многом. Но так мы ничего не добьёмся, — вертя пару длинных игл между пальцами, ответила Якуй. — Можете поставить по тридцать серебряных на то, что мой план не сработает. Будет хоть утешительный приз на случай моего поражения. — Хм, ладно, поставим, — ответил за жреца паладин. — Чхончхен, ты согласен на ставку? — Эй, я Чонджен. И ладно, поставлю против Якуй. Если тебя вырубят, а мы победим, будешь потом должна нам по шестьдесят имперских серебряных. Идёт? — Идёт, — с привычной безэмоциональностью ответила девочка в обтягивающем костюме, выдав затем очевидный факт: — Не стоит торопиться, похоже, они ждут, когда мы сами сделаем первый ход. — Тогда действуем по твоему плану. — Ага, действуем. Сказав это, паладин и тёмный жрец тут же накинулись на грязевого мага, в то время как сама командующая призвала сразу жучьего воеводу и князя саранчи лишь для того, чтобы натравить их на вражеского жреца и его фамильяров, а самой при помощи более мелких крылатых насекомых залететь в тыл и начать осыпать свою цель иглами, которые она заряжала своей псионической энергией, а затем метала в темнокожую эльфийку, дабы опустошить её запасы маны и сбить концентрацию, часть которой и так уходила на помощь жрецу, периодически пропускавшему удары от духов, которых он практически не мог видеть из-за того, что его связь с потусторонним миром была намного слабее, чем у шаманов. — Парирование! — кричала на эльфийском Нурия, отражая потоки игл, которыми Якуй пыталась её задеть. — Давай, отражай, отражай, отражай! — Бесполезно, — вновь сухо констатировала факт её соперница. — Я училась уклоняться и от собственной атаки, ведь никто не исключает того, что её могут скопировать или отразить, как это делаешь ты. Впрочем, эта информация тебе всё равно не поможет. Нурия даже не хотела её слушать, а лишь бесилась от одного того факта, что той, с кем она ведёт активный бой, хватает времени на разглагольствования, в то время как она уже не может даже помочь жрецу, которого парализовало ядом хитинового клинка одного из насекомых, заранее получивших приказ идти следом за магом, который и до этого кое-как управлялся один против двоих, а теперь ему приходилось биться одному против четверых, не считая грязевых големов, которые, впрочем, долго не жили, жертвуя собой всякий раз, когда их создатель был в шаге от поражения. Наконец у него банально кончилась мана, как, и у Якуй с Нурией, что, однако, не помешало первой одолеть вторую, повалив её на лопатки и зажав руки между бёдер. — Блин, Якуй победила, — выразил недовольство тёмный жрец. — Теперь отдавать ей все сбережения. — Не все, мы договаривались на тридцать, если продержится, — парировал паладин. — Да, Якуй? — Конечно, — дав соседке по комнате сдаться и уйти с миром, ответила глава отряда. — Но если хотите, можем поднять ставку и поставить по шестьдесят каждый. — Вот ещё, — с ехидством высказался одержимый демоном. — Ищи дурака, — следом ответил мальчик с цепом. — Лучше давай расскажи, как нам победить ту зеленоволосую, у которой с тобой была ничья. — А никак не победить, — разведя руками, Якуй впервые позволила себе ответить несерьёзным тоном. — Единственный выход — это молиться всем богам, чтобы она не захотела взять с собой дух своей всемогущей пра-прабабки. — Ты сейчас шутишь? — спросил её паладин, в голову которого начали закрадываться мысли о том, что у их лидера не все дома. — Ты это, не шути, это не смешно. — А я похожа на ту, что умеет шутить? — сказав это, она посмотрела на своих подчинённых таким взглядом, что те сразу же проглотили языки.

***

Финал вызывал у всех троих смешанные чувства. С одной стороны, победа оказалась очевидной, и каждый из них был в разной степени рад тому, что теперь получит хоть и меньшее, но всё же вознаграждение; с другой — двое из них чувствовали себя бесполезными на фоне третьей, обладавшей самым высоким уровнем, а также духом-хранителем, ломавшим баланс даже при использовании самых «слабых» заклинаний. Одно из них будет продемонстрировано прямо сейчас, а пока его хозяин придумывал, чем занять ставшую уже совсем бесполезной крольчиху. — Эй, Бель, ты ещё можешь сражаться? — Да, ещё как. Мой знакомый маг земли починил мою броню, однако кристаллы восстановить не смог, так что на победу с одного удара можешь не рассчитывать. А что? — Ничего. Постарайся отвлечь тех двоих на себя, а я займусь третьей. — Поздно, — произнесла Минако, прежде чем объявить об использовании заклинания. — [Знак Молнии и Воздуха ~ Двойное ошеломление]! — Поздно, — повторил за ней попаданец, глядя на то, как двое из его противников тут же были атакованы оглушением, а затем параличом, после чего эвакуированы, а третья куда-то пропала, оставив после себя воронку, тогда как вторая тут же возникла у него под ногами. Но маг воды успел пропитать песок и грунт достаточным количеством влаги, дабы сделать почву более вязкой, отчего у Минако хватило времени оторвать своего потомка от земли. Аналогичным образом обстояли дела у отскочившей Бель и взлетевшего на большом пузыре Уми. Взлетев и подпрыгнув повыше, они обнаружили, как из одной части арены вылезают щупальца огромного существа, напоминавшего одновременно моллюска и гусеницу, а с другой — голова с ртом, полным зубов, внутри которой находилась Якуй, окружённая псионическим силовым полем. Они не знали, духом какого членистоногого было это существо, однако точно не собирались попадаться на его уловки. — Эй, Мина-тян, у тебя есть какое-нибудь заклинание на этот счёт? — обратился Виталий к той, что его держала. — Конечно. Только оно опять оставит тебя без маны. — Давай! — [Знак Земли и Воздуха ~ Дрожь Земли]! После её слов по земле пошла рябь, волны которой только усиливались, пока наконец не вытолкнули Якуй вместе с её червём, призыв которого также стоил ей всей маны, что, впрочем, не помешало ей подняться и продолжить сражение. — Давай, подойди поближе, — приготовившись метать отравленные иглы, начала она провокацию. — Бель, не надо! — начал было Уми, но не успел ничего предпринять: его сокомандница уже лежала, отравленная, пусть и не смертельно. В этой партии ему оставалось сделать лишь один шаг: — Водная броня! — Хм, смогу ли я её пробить? — пробормотала она вслух, а затем метнула несколько игл, но те увязли в толще жидкой брони, полностью покрывавшей каждый сантиметр его тела. — Похоже, что нет. — Сдаёшься? — Да, маны у тебя предостаточно, а пробивать мне тебя нечем. — В таком случае это не я, а мы победили. — Ага, — пытаясь помочь крольчихе подняться, ответил Виталий. — Спасибо, что не кинул, братан. — Всегда пожалуйста. Без твоих мощных заклинаний мы бы ни за что не победили. И так окончился турнир второго года обучения, в ходе которого каждый из победителей получил обещанные три золотые монеты и неделю каникул, на которые у девочек были совместные планы. Впрочем, это будет уже завтра, а сегодня им не хотелось ничего, кроме отдыха.