***
Гримёрка, сразу после концерта. Все ввосьмером заваливаются практически без сил в небольшое душное помещение, где мгновенно становится ещё жарче. Парни выложились на полную, отдав последние силы, в предвкушении долгожданных пары дней отдыха. Минги первым стягивает с себя футболку. — А чего прямо на сцене не разделся? – подкалывает старшего Уён, как обычно, в своей манере – Я бы заснял, а потом хвастался перед эйтини, что у меня есть более пикантные ракурсы, чем у них. Все рассмеялись, его шутки практически всегда были уместны в подобных ситуациях. Обстановка разряжается, один только Минги был крайне сосредоточен. Его рубашка валялась уже где-то на полу, бутылка с водой полностью осушена, а взгляд… Прикован к нагло выпирающим из-под футболки, розовым соскам Юнхо. Он только что вылил на себя бутылку воды. Полностью. Сон Минги влип окончательно и безвозвратно, ведь он не мог контролировать реакцию собственного организма. Прямо перед ним, объект обожания, вечно милый и скромный Юнхо, этот шатен, предстал в столь подстрекающем виде, невыносимо быть столь уязвимым и сексуальным одновременно. Чон поднимает глаза, их взгляды пересекаются на мгновение, но, кажется, что этого было достаточно. Брюнет понял намёк, схватил с пола свою уже знатно помятую рубашку, прикрыл обнажённое тело и поспешил удалиться из гримёрки. Через пару мгновений Юнхо последовал за ним. – Куда это они? Ещё и оба одновременно! – Хонджун, наблюдавший со стороны за развернувшейся драмой, уже придумал миллион сюжетов в своей голове. Возможно, он даже напишет об этом песню. Потом. Наверное. В любом случае, мы не узнаем, о ком конкретно там поётся. – Наконец решили уединиться и удовлетворить свои потребности – доносится хихиканье Уёна, он похлопывает по плечу Чонхо, который намекающе ухмыльнулся вслед уходящим парням. Они всё понимали.***
В коридоре всё так же было жарко, даже для двоих. Дыхание сбивается, а в голове туманно. Юнхо неожиданно хватает младшего за руку и притягивает к себе. Его голос звучит обеспокоенно: – Ты выглядишь подавленно, что случилось? Так внезапно – не успел он договорить фразу, как на полуслове его губ коснулись чужие, он едва заметно приоткрыл рот. Поцелуй оказывается жадным, страстным, Минги будто пытался сожрать вокалиста без остатка. И он поддался влиянию, схватил рэпера за плечи, не разрывая поцелуй. Язык Сона тут же проникает глубже, исследуя рот своего хёна, руки постепенно спускаются к тонкой талии, сжимая её так сильно, что у Юнхо перехватывает дыхание. Всё его тело дрожит под этим настойчивым напором, оставляя его полностью во власти партнёра. Шатен был не из стеснительных, как могло показаться, исходя из его подачи на сцене. На самом деле, его заводили порой очень грязные вещи, почти всегда парень доминировал в романтических отношениях, любил держать всё под контролем. А сейчас, кажется, будто он сам был не прочь оказаться подавляемой фигурой, ведь чувства не обманешь. Минги был слишком настойчив, когда толкнул вокалиста в первую попавшуюся дверь, отчего тот растерялся, ещё крепче ухватился за партнёра. – Тише, малыш, я не сделаю тебе больно. Только приятно – от этих слов Юнхо ещё больше мякнет в объятиях, расслабляется, интуитивно начинает двигать тазом на встречу рэперу, что вызывает удивление у Сона. Прямо как в своём соло, хореографию которого Минги прокрутил в голове уже, наверное, больше тысячи раз. Диван в этой комнате был слишком короткий для двух высоких парней, поэтому Сон хватает Юнхо по рукам и тащит к кушетке, роняет растерянного парня и нависает сверху. Звон пряжки от ремня нарушает тишину, и вот уже руки вокалиста связаны крепким узлом, запрокинуты за голову, и он абсолютно точно обездвижен большим телом сверху. Минги заводит тот факт, что Чон совершенно не сопротивляется, лишь смотрит на него снизу вверх, будто ожидая дальнейших действий. Даёт ему почувствовать власть над собой. Юнхо не свойственна пассивная позиция в отношениях, но сейчас он другой, будто бы Минги именно тот, для которого он готов быть таким, отойти от привычных правил. Волосы были растрёпаны, закрывали обзор, но сквозь них Юнхо видел оголённый торс с выступающими капельками пота, так сексуально… Он хотел дотронуться, дыхание становилось прерывистым, из-за ограничений в движении его член набухал от каждого прикосновения, возможно дело даже не в ремне, а в том, кто завязал его на запястьях. Да, Чон Юнхо испытывал симпатию на сексуальном уровне, пока что он не понял, насколько глубоко влип. Сон обходится без прелюдий, не хочет оттягивать момент, когда наконец возьмёт вокалиста и как следует трахнет, чтобы тот стонал во весь голос под ним и просил о продолжении. Одна лишь мысль о таком Юнхо заводила похлеще алкоголя. Минги сильно надавливает на талию партнёра, чтобы тот выгнулся, а затем легким движением стягивает штаны, оставляя на нём только белые боксёры. – Чёрт – шатен закрывает глаза локтями, возможно от стыда, возможно просто по привычке, ведь его член стоял колом, из него сочилась смазка. Он перевозбудился от легких касаний? От мысли о грядущем сексе? В любом случае, ему нравится, и Минги очень льстит данный факт. Рука ложится на возбуждённый орган через бельё, вызволяя первый громкий стон. Минги создаёт дополнительное трение, чтобы заставить Юнхо дойти до разрядки первым. Блять, как же сейчас нижний выглядел безумно привлекательно. С его пропорциями, то, как он выгибался, будто римская картина ожила и спустилась с поднебесной. Пара резких движений, дрожь вновь охватывает тело Чона, он не знает, куда пристроить связанные руки, решает закинуть их на шею Минги, заключая в объятия. Тот был не против. Они вновь целуются, теперь так грязно, развратно, перебивая звуки активной дрочки. Их тела разделяет пара миллиметров, чувствовать тепло друг друга приятно, даже слишком. – Дай кончить наконец, хватит испытывать – стонет шатен, умоляя. Его ноги крепко обхватывают Минги сзади, пах младшего упирается чужую в промежность, сквозь бельё, имитируя контакт. Пока одна рука занята членом, второй Сон стягивает с себя эти тесные, из-за стояка, очевидно, боксёры и откидывает их куда подальше – Потерпи ещё немного, детка, или ты хочешь, чтобы было больно? А Юнхо уже просто хочет, хочет ощущать тепло этого парня не только снаружи, почувствовать себя заполненным , для него это в новинку. Волнение, в сочетании с настигшим стыдом, заставляли вести себя странным образом. Минги был раскрепощённым, экспериментировал в сексе бесчисленное количество раз, в то время, как Юнхо больше любил стабильность: постоянный партнёр, любимая поза, сексуальная музыка для настроя, но сейчас это всё ему было просто не нужно, он отдаётся до конца моменту, как будто бросает вызов самому себе. Первый толчок оказался довольно болезненным, однако чувство наслаждения, эта спешка, когда Минги сразу же отстраняется, чтобы вновь войти, потупили боль. Наконец Юнхо может как следует ухватить широкую спину рэпера, пока тот ведёт его тело под собой. Оставить несколько следов от ногтей, быть громким, ведь никому нет до них дела. Почему-то согруппники по ту стенку не особо заинтересованы их личными делами, ведь прошло уже около двадцати минут с момента их отсутствия. – Юнхо, ты даже не представляешь, как хорошо у тебя там… внутри – брюнет ускоряет темп, входит почти на всю длину, но он продолжает быть осторожным. Не хочет, чтобы их первый секс оставил плохое впечатление, ведь у него большие планы на вокалиста, – В следующий раз я буду тем, кто изучит тебя изнутри – Юнхо не оставил провокационную фразочку без ответа. Действительно, он бы вполне мог быть сверху сегодня, и парни обязательно повторят этот день, когда-нибудь. Очередной поцелуй. Чон был первым, кто кончил, излившись себе на живот из-за предварительной стимуляции. Однако, Минги не планировал так просто остановиться, ведь старший молчаливо кивнул ему, будто бы давая позволение на продолжение. Шатену искренне нравилась эта ситуация, нравилось собственное положение, он был готов кончить во второй раз, только для Минги, который проецировал на своём лице все стадии наслаждения. Юнхо любил, когда на него смотрят таким взглядом. Обжигающим, полным восхищения и страсти, как будто он был единственным и самым драгоценным сокровищем на планете. Минги целует парня вновь, прижимая его к дивану до хруста дерева, входит в последний раз и оставляет густой след спермы вокруг чужого ануса. Оба падают без сил, словно отыграли ещё один концерт только для них двоих. Это было божественно. – Как хорошо у вас там внутри – доносится голос Уёна из-за двери, а следом раздаётся смех. Они слышат перешёптывания, как будто только что кто-то проиграл крупную сумму денег. Неужели они всё-таки поспорили, кто из них будет сверху? Пиздец полный, вот тебе и группа из восьми братьев. Рэпер выдыхает, торопливо опускается на пол, чтобы собрать хаотично раскиданные вещи. Он закидывает их на диван, после чего помогает Юнхо подняться, проверяет его состояние. Сон Минги вполне мог перестараться, но как удержаться, когда рядом с тобой такой красавец?