Окрилений сталью

ФРАГМЕНТ ВНУТРЕННЕГО ОТЧЁТА. ДОКУМЕНТ №7738/С, ФАЙЛ ВИДЕОФИКСАЦИИ (РАСШИФРОВКА): "ВСТРЕЧА С ОБЪЕКТОМ N–13. ЛОКАЦИЯ: СЕКТОР 7–G, РАЗРУШЕННЫЙ ДОК ЦЕНТРАЛЬНОЙ ПЛАТФОРМЫ. СТАТУС: НЕПОДТВЕРЖДЕННЫЙ СОЮЗНИК" --- [00:00:03] Изображение дрожит. Камера фиксирует узкий, затянутый пылью коридор. Обломки, вывернутые панели, глухие отблески сигнальных ламп. В нижнем правом углу — показания жизненных систем: заряд реактора Эбби упал до 11%. Он дышит тяжело. На фоне — срывающееся клацание сервоприводов и периодическое потрескивание поврежденного звукопередатчика. [00:00:08] Запускается локальный сканер. Обнаружен сигнал SOS: слабый, модулированный, код N-серии. Дрон демонтажного типа. Устройство подаёт сигнал уже 42 часа без перерыва. Эбби вздыхает, еле слышно говорит: — Ну хоть кто-то... ещё живой... [00:00:42] Камера поворачивается вправо. Среди обломков — искорёженный каркас дрона N-серии. Большинство внешней брони отсутствует, один из манипуляторов оторван, левый глазной сенсор разбит. Но основная плата — жива. Регистрация: N–13. Дрон едва держится в сознании, питаясь остатками энергии от резервной ячейки. [00:01:15] Эбби склоняется ближе. Поднимает кусок корпуса, присаживается рядом. Долгое молчание. В кадре — медленное движение губ, но микрофон ловит фразу: — Понюхать — не воняет. Значит, не мёртвый... пока. [00:01:38] Он отцепляет небольшой контейнер от своей спины. Внутри — остатки внутренних компонентов четырёх ранее сожранных рабочих дронов. Кидает их к ногам повреждённого N–13. Тот не сразу реагирует. — Давай... Жри. Регенерируй. Раз уж орёшь тут полдня — надо бы и выжить, — бормочет Эбби, вставая и отступая на шаг назад. [00:02:01] Дрон медленно, как будто с сомнением, подтягивает к себе один из фрагментов и впечатывает в торс. Начинается регенерация. Световой сенсор на голове мигает стабильнее. [00:02:14] Запись прерывается. --- [ТРАНСКРИПТ РАЗГОВОРА, АУДИОФАЙЛ С "ЧЁРНОГО ЯЩИКА" ЭББИ, ЧАСТЬ 2/3] — Почему ты не добил меня? — голос N–13 звучит глухо, с перебоями. — А зачем? Всё равно сдохнешь сам. — Значит, ты просто добрый, да? — Я не добрый. Я голодный. Но ты не еда. Ты... ты как я, мы с тобой похожи. — Так съешь. Ты же уже ел других. — Ел. Четырех. — И что? — И то. Вкусно. И энергия идёт. — Значит, я тебе нравлюсь? — Не льсти себе. Просто ты можешь говорить. А это, — Эбби мотает головой, — лучше, чем одиночество. — Боишься быть один? — Уже один. Слишком долго. Тут пусто. — Тогда... давай будем вместе. Ты странный. Но сильный. Ты знаешь, как жить. А я... я знаю, как не умереть. — Это не одно и то же. — Ну и что. Вместе — не так страшно. [Длинная пауза. Записано дыхание Эбби, скрип механизмов.] — Ладно, — наконец говорит он. — Будешь со мной. Но только попробуй меня обмануть — я выдеру твой модуль и закопаю тебя в бетон. — Договорились. --- [ФРАГМЕНТ ЛИЧНОГО ЛОГОВОГО ЗАПИСА ЭББИ, ЧАСТЬ 3/3] > Я не знаю, кто он такой. Говорит, что просто дрон демонтажник, как и я. Только более старый. Только... всё время несёт какую-то бредятину. Про "дрона в шкуре человека", по имени "Грех". Что она идёт на Копер-9. Что она сотрёт всё, до последнего винта. Ну и бред. Какая ещё шкура? Какие люди? Какая Грех? Дрон повернутий на религии, я когда жив был то знал одного человека который так был повернут на религии что устроил кровавую баню, потому что "Бог мне так сказал" Он шепчет ночью, когда думает, что я не слушаю. Повторяет одни и те же слова. "Она уже здесь... она придёт... сожжёт всё..." У него глаза блестят, когда он это говорит. Мне это не нравится. Мне вообще он не нравится. Но... он живой. Почти. И... может, он прав. Быть одному — хуже. Даже если кто-то рядом врёт. А дроны? Рабочие? Я теперь знаю, что они дают энергию. Я теперь могу жить. Они не живые. Они не живые. Они НЕ ЖИВЫЕ! ...Но почему тогда я помню, как один из них смотрел на меня, когда я ломал ему шею?.. Почему у него было лицо?.. И откуда... Откуда у них етот вкус~, жареная свинина покрытая специями, с часночним соусом и етим димним вкусом~ Господи ето так вкусно но почему так отвратительно. --- КОНЕЦ ЗАПИСИ