Призрак и Пламя

Йоркшин никогда не спал. Даже в самый тёмный час в городе кипела жизнь: где-то лихорадочная и отчаянная, где-то громкая и азартная, где-то пропитанная запахом крови, дорогих сигар и доступных женщин. Особенно бодр Йоркшин был в ночи, подобные этой, когда дневная жара августа с наступлением темноты сменялась прохладой и дождем. Ночь выманивала на улицы всех: богачей в дорогих костюмах, нищих в поисках удачи, искателей приключений и охотников за сокровищами. Они прибывали в город со всего континента, привлечённые слухами о грядущем сентябрьском аукционе — главном развлечении года, где можно было найти всё, от редких книг до человеческих останков. Город был переполнен людьми и амбициями, и каждый считал себя игроком, когда на деле большинство были лишь пешками в чужих руках. Праздный шум на одной из главных улиц города нарушили звуки погони. Мотоцикл ревел, разрезая влажный воздух, наполненный запахом дождя. Красные отблески светофоров мелькали в зеркалах заднего вида вместе с фарами преследующих его чёрных внедорожников. Девушка, управляющая байком, крепче сжала руль и резко свернула в узкий проулок. Мотоцикл заскользил по мокрому асфальту, но она успешно выровняла его. За спиной послышался визг тормозов и глухой удар — один из преследователей не вписался в поворот. "Минус один", — подумала она, выжимая газ до упора. Она вылетела на очередную оживлённую улицу, и дорогу перегородил ещё один внедорожник, выскочивший из-за поворота. Она не сбавила скорость — вместо этого направила мотоцикл прямо на препятствие. В последний момент она резко потянула руль на себя, и железный конь взмыл в воздух, перелетая через капот автомобиля. Приземлившись на заднее колесо, она восстановила равновесие и помчалась дальше. Оставив районы небоскрёбов с их лабиринтами улиц, она, не сбавляя скорости, выехала на старую безлюдную трассу и вздохнула с облегчением. Она ненавидела Йоркшин всей душой — каждый его камень и каждую улицу. Город, который раз за разом закрывал её в клетке. Город, который превращал хороших людей в чудовищ, а слабых — в жертв. Город мафии, с которой она была неразрывно связана узами крови. Впереди показались очертания трущоб — самого опасного места в пригороде. Место, куда даже полиция предпочитала не соваться, да и не было нужды — здесь жили по своим законам и правилам те, кого уже не нужно было спасать. Она свернула в проход между двумя полуразрушенными зданиями. Ещё один поворот, ещё одна узкая улочка — и она оказалась перед заброшенной многоэтажкой, давно превращённой в пристанище для бездомных и наркоманов. Но сейчас, в дождливую ночь, даже они попрятались в более укромные места. Загнав мотоцикл через разбитые ворота внутрь здания и быстро скрыв его за грудой старья, она прислушалась. Снаружи доносился рёв моторов — преследователи рыскали по окрестностям, но, похоже, потеряли её след. Она поднялась по полуразрушенной лестнице на третий этаж и подошла к окну с выбитыми стёклами. Отсюда открывался вид на большую часть трущоб.  Девушка сползла по стене и опустилась на пыльный пол. Адреналин постепенно отступал, уступая место усталости и напряжению в мышцах. Она стянула шлем и достала из внутреннего кармана куртки помятую пачку сигарет. Она глубоко затянулась, наслаждаясь дымом, заполнившим легкие. Выдохнула, наблюдая, как сизое облако медленно растворяется в темноте комнаты. Сделала ещё одну затяжку и с удовольствием прикрыла глаза. Дождь усилился, барабаня по крыше успокаивающим ритмом. Впереди была долгая ночь, и ей нужно было решить, что делать дальше. Но на несколько минут она позволила себе просто сидеть в тишине. Зыбкую и недолгую идиллию нарушил скрип половиц в коридоре, заставивший её на мгновение замереть. Она потушила сигарету об подошву ботинка и сосредоточилась.  Шесть мужчин.  К счастью, обычные люди, никто из них не был пользователем Нэн. К несчастью, она была с ними почти на одном уровне. «Твою мать, ну почему именно сейчас?» Прятаться было негде, бежать — только в окно, и надеяться, что хоть какие-то кости останутся целы. Она достала из голенища ботинка нож и, тяжело вздохнув, приготовилась к неминуемой встрече с новым испытанием. И в тысячный раз пожалела, что вернулась в Йоркшин. Стоила ли того добытая ею информация? Дверь с грохотом распахнулась, ударившись о стену. Она внимательно оглядела ввалившихся в комнату мужчин. Четыре здоровяка, явно опытные и натренированные бойцы. Но опасность представляли не они, а двое позади них — холёные молодые мальчишки с наглыми улыбками и пустыми глазами. Дорогие часы и шмотки уже указывали на их родство с криминальными боссами, но даже одень их в лохмотья, выражение лица и взгляд выдавали бы с головой. Высокомерные, избалованные, никогда не слышавшие слова «нет», для которых человеческая жизнь была лишь развлечением. Один из них, невысокий и рыжий, крутил перстень на пальце, разглядывая её с ленивым интересом охотника, знающего, что жертве некуда бежать. Второй, блондин с зализанными волосами и мерзкой улыбкой, поднял фонарь, чтобы лучше разглядеть свою неожиданную добычу. — Ты посмотри, как нам повезло, — сказал блондин, отвратительно усмехнувшись. — Красивая. И сильная. С такой можно долго играть. — И фигура что надо, — рыжий оглядел её равнодушно. — Предыдущая шлюха была слишком тощей. Блондин цокнул языком, не сводя с неё глаз. — Да. Эта мне больше нравится. Спорю на десять штук, что она продержится до рассвета. — Пятнадцать, что она сломается раньше, — ухмыльнулся рыжий. — Хотя…глаза у неё дикие. Дерзкая. Это будет интересно… Пока они обсуждали её, как товар на рынке, она оценивала ситуацию. У двоих точно были пистолеты, у остальных, вероятно, только ножи. Шестеро против одной. Бывало и хуже. Она прислушалась к звукам снаружи, но кроме шума дождя не услышала ничего. Потеряли её след? Отлично. Была ни была. Она медленно встала, сняв кожаную куртку и откинув её в сторону. Рыжий щёлкнул пальцами, и четверо телохранителей начали окружать её. — Ого, ты решила сама раздеться? — блондин засмеялся. — Не спеши, у нас вся ночь впереди. Ты же не будешь долго сопро… Фонарь в его руке вспыхнул ярким пламенем и взорвался с громким хлопком. Осколки стекла и брызги горячего масла обдали блондина, он с воплем отшатнулся, закрывая лицо руками. Комната погрузилась в полумрак, освещаемая только тусклым светом с улицы. Воспользовавшись замешательством, она рванула в сторону ближайшего громилы и, пригнувшись, вонзила нож ему в живот. Лезвие вошло глубоко под рёбра. Мужчина издал глухой стон и осел на пол, зажимая рану, из которой хлестала кровь. Второй попытался выхватить пистолет, но она уже была рядом. Её нога взметнулась вверх, выбивая оружие из его руки. Следующий удар — локтем в солнечное сплетение, затем коленом в лицо, когда он согнулся от боли. Она пнула оружие в тёмный угол комнаты и резко ударила здоровяка локтем в висок, чтобы вырубить наверняка. Вдруг что-то твёрдое, похожее на кастет, врезалось ей между лопаток, посылая импульсы боли по всему телу. Она упала на колени, и второй удар, теперь уже ногой, пришёлся по рёбрам. Третий, кулаком в скулу, не заставил себя долго ждать. Мир на мгновение померк. И всё же она успела вовремя отскочить от очередного удара кастетом. Она встала в защитную стойку и, несмотря на резкую боль, сделала глубокий вдох и выдох. Когда здоровяк снова бросился на неё, она уклонилась в сторону, ловко уходя от атаки, и нанесла резкий удар ногой в его челюсть. Его голова дёрнулась, и он рухнул на пол, потеряв сознание. — Какого чёрта?! — закричал рыжий, наводя на неё пистолет. Она повернулась к нему и с улыбкой кивнула, показывая на рукав его рубашки, ткань которого полыхала огнём. Мужчина закричал, выронил оружие и начал отчаянно хлопать по горящему рукаву. Она подбежала к нему и ударила в пах, хватая пистолет. Остался один. Всего одна пуля, и дело с концом. Но если дракой и воплями в трущобах никого не удивишь, то на звуки выстрелов сюда сбегутся все. Она тихо выругалась и отбросила оружие в сторону коридора, повернувшись к последнему. Четвёртый, самый крупный, выхватил нож и бросился на неё. Он атаковал с неожиданной для его размеров скоростью. Она едва успела отклониться от удара. Лезвие всё же задело её, распоров кожу и оставив рану на плече. Она отступила, оценивая противника. Этот выглядел сильнее всех — явно профессионал. Он снова атаковал, на этот раз серией быстрых выпадов. Она уходила от ударов, постоянно меняя позицию, не давая противнику зафиксировать её в одном месте. Случайный звук отвлёк её внимание, кто-то явно рыскал в темноте в поисках пистолета. Мужчина заметил её мимолётное отвлечение и воспользовался этим, нанеся мощный удар ногой. Она блокировала его предплечьем, но сила удара отбросила её к стене. Он тут же последовал за ней, нанося рубящий удар ножом сверху вниз. Она перекатилась в сторону, и лезвие вонзилось в деревянный ящик рядом с ней. Воспользовавшись секундной заминкой, когда он вытаскивал нож, она нанесла удар ногой в колено. Раздался хруст, мужчина зарычал от боли, но не упал. Её нога встретилась с его виском, и громила грузно рухнул на пол, но тут же перекатился и вскочил на ноги, хоть и прихрамывая. И всё же она добилась своего, держа в руке его нож, который он выронил пару секунд назад. Собрав все оставшиеся силы, она вновь ударила его в уже раненое колено. Когда он, наконец, рухнул, ей хватило одного плавного движения — лезвие рассекло его горло. Кровь хлынула фонтаном, заливая их обоих. Она отскочила и попыталась отдышаться.  Аура, жаркая и удушающая, заполнила помещение. Воздух стал плотным, тяжёлым, насыщенным металлическим запахом свежей крови. Она посмотрела в сторону тех, кто устроил всё это. Рыжий всё ещё корчился на полу, держась за пах. Обожжённый блондин пытался ползти к выходу.  Уголки её губ дрогнули, растягиваясь в неестественную улыбку. Правая сторона лица опухла до неузнаваемости от сильного удара, кожа натянулась и посинела, пульсируя глухой болью. Капли крови, чужой и своей, покрывали щеки и подбородок тёмными пятнами, придавая улыбке пугающую гротескность. Она медленно направилась в их сторону и, схватив за волосы блондина, рывком подняла его голову. Его глаза, полные ужаса, встретились с её ледяным взглядом.  Первый удар — кулаком в челюсть. Второй — в скулу.  Третий — в нос.  Она продолжала бить, выплёскивая весь оставшийся адреналин и ярость. Её кулаки стирались о его зубы, но она не чувствовала боли. Когда его лицо превратилось в месиво из крови и разбитой плоти, она отпустила его. Тело, словно сломанная кукла, упало на пол с глухим звуком. — К…кто ты? — рыжий попятился к стене, когда она перевела свой взгляд на него. Его глаза были огромными от шока, по щекам текли слёзы. — Мой отец даст столько денег, сколько нужно. Только отпусти меня. Ему повезло больше, чем блондину. Одна рука легла на подбородок, вторая на затылок. Её руки обхватили его голову почти нежно. В тишине комнаты хруст позвонков прозвучал особенно громко. Закончив, она выпрямилась и, пошатываясь, вышла в коридор. Сил больше не осталось. Она прислонилась к стене и медленно сползла на пол, оставляя кровавый след на грязных обоях. «Просто дыши» — твердила она себе — «просто дыши».  Она инстинктивно коснулась медальона на шее, в надежде, что холодный камень успокоит разум.  Она раскрыла себя. Скоро они придут. Расправиться и с ними тоже? Показать свою настоящую силу? Нельзя. Тогда он точно её никогда не отпустит. К её счастью, в кармане брюк нашлась сильно пострадавшая пачка с двумя почти целыми сигаретами. Будь что будет. Справится, до этого же справлялась. Она затянулась и закашлялась от резкой боли в рёбрах. Всё-таки трещина или перелом. Фильтр сигареты окрасился в красный от чужой крови на её пальцах. Она проигнорировала это и затянулась снова, несмотря на боль. — Знаешь… — прозвучал холодный женский голос из темноты. — Это было впечатляюще. Она напряглась, готовая в любой момент вскочить на ноги. Из темноты только хмыкнули, и на тусклый свет фонаря, проникающего через разбитое окно, вышла девушка — невысокая с розовыми волосами, собранными в хвост, в коротком уваги и шортах. Её большие глаза казались почти детскими, но взгляд был холодным и расчётливым. В руке она небрежно вертела длинную тонкую иглу, созданную из Нэн. — Мачи, — представилась внезапная гостья, продолжая играть иглой между пальцами с невероятной ловкостью. — А ты? — Рора, — ответила она, не отрывая взгляд от иглы. — Если всё видела, могла бы и помочь. — Наслаждалась представлением, — равнодушно пожала плечами Мачи и оглядела девушку перед собой. — У тебя есть несколько глубоких ран. Давай заштопаю тебя. Рора посмотрела на неё с опаской, но всё же подпустила к себе. Мачи подошла ближе, не выпуская иглу из рук. Она внимательно осмотрела рану на плече и начала работу. Её пальцы двигались быстро, игла мелькала, соединяя края раны. «Интересное Хацу», — подумала Рора, завороженно наблюдая за ней. — Ты не из тех, кто обычно живёт в трущобах, — заметила Мачи, принимаясь за рассечённую бровь. — Что привело тебя сюда? — То же, что и большинство в этом городе — проблемы, — ответила Рора, закрывая глаза. — А тебя? Ты тоже явно не отсюда. Мачи слегка усмехнулась. — Работа. Я здесь по работе. — Какого рода? — Того рода, о котором не говорят с незнакомцами, — Мачи закончила последний стежок и отрезала нить. — Готово. Следа не останется. Рора осмотрела шов на плече — работа была безупречной, словно её зашивал лучший хирург, а не странная девушка с Нэн-иглой посреди заброшки. — Спасибо. Мачи кивнула и перевела взгляд на комнату, где валялись тела. — А что с ними будешь делать? Рора ударилась затылком об стену, устало глядя в потолок. За ней наверняка скоро придут. Значит, скоро это станет не её проблемой. — Не знаю, — ответила она. — Убью тех, кто остался в живых, и оставлю здесь. Не в больницу же этих мудаков тащить. — Логично, — согласилась Мачи, заглядывая внутрь. — Но ты не успеешь. Давай я хотя бы свяжу их. А ты пока разберись с теми, кто пришёл за тобой. Рора напряглась. Снаружи послышался звук приближающихся шагов. Много шагов, тяжёлых, уверенных. Она поднялась, морщась от боли в рёбрах и, потушив предыдущую, закурила последнюю сигарету из пачки. А может и последнюю в жизни, кто знает. — Твои друзья вот-вот будут тут, — донёсся голос Мачи из комнаты. — Я закончила. Ты уж извини, но я помогать тебе не буду. Кого-то важного ты разозлила, да? Рора усмехнулась. — Можно и так сказать. Лучше уходи, пока они не заметили тебя. Спасибо за помощь. Ответом была тишина. Девушка вошла в комнату и обнаружила, что Мачи исчезла, связав всех мужчин, даже мертвецов. Рора равнодушно оглядела тела. В комнате отвратительно воняло кровью, мочой и палёной плотью. Она посмотрела на свои окровавленные руки и снова на тела. Ничего. Эта кровь была не первой на её руках, и всё же равнодушие к смерти иногда даже пугало её. Она помотала головой, отгоняя ненужные мысли, и направилась вглубь комнаты в поисках своей куртки. — Вот же сука… — раздалось в темноте через несколько минут. В комнату ворвались вооружённые люди в чёрном. Их лица скрывали маски, но Рора знала, кто их послал. — Добрый вечер, господа, — произнесла она, выходя на свет и поднимая руки. — Передайте моему отцу, что я возвращаюсь. Человек, стоявший впереди, снял маску, обнажая жёсткое лицо с глубокими морщинами. — Здравствуйте, госпожа Лидделл, — сказал он с лёгким поклоном. — Господин Лидделл будет рад вашему решению. — Сомневаюсь, — сказала Рора, невесело усмехнувшись. *** Дождь барабанил по крыше заброшенной библиотеки мрачной мелодией. Мачи бесшумно скользила между поваленными книжными стеллажами. Вода просачивалась сквозь крышу, капли падали на страницы забытых книг, размывая истории, которые уже никто никогда не прочтёт. Призрачная Труппа собралась почти в полном составе, ожидая её. Куроро Люцифер сидел на подоконнике, читая книгу. Его тёмные глаза, казалось, поглощали свет от свечей, расставленных рядом. Чёрный крест на лбу выделялся на бледной коже, как клеймо. Он поднял взгляд, когда Мачи вошла. — Ты встретила её, — произнёс он спокойно, закрывая книгу. Мачи кивнула. — Эта Рора… интересная девушка. Она кинула на стол её байкерскую куртку, явно прошедшую с ней не одно испытание. К столу подошёл Фейтан. Поправив воротник, скрывающий половину лица, он начал обыскивать карманы, один за другим вытаскивая на стол содержимое. Пачка сигарет, зажигалка, несколько монет, повидавший виды кастет, нефритовый браслет, нож-бабочка… и флэшка. Куроро подошёл к Мачи. — Расскажи мне всё. Каждую деталь. Мачи описала всё: бой в заброшенном доме, странную девушку, как она дралась, и, главное, её ауру — странную, но пылающую и яростную, которая ощущалась, как бы та не старалась её скрыть. — Она даже не использовала свою силу, — сказала Мачи. — Но когда фонарь взорвался и окатил того человека горящим маслом… Я уверена, это была её способность. Шалнарк, который всё это время что-то искал в своём телефоне, поднял взгляд: — Скорее всего, люди Лидделла вернули её в особняк. Интересная биография у этой девушки. Ты должен взглянуть, Босс. Куроро кивнул и взял в руки телефон Шалнарка, изучая информацию на экране. «Аврора Лидделл. 19 лет.  Младшая дочь Риона Лидделла. В 14 лет сбежала из дома.  Была арестована за поджог и помещена в психиатрическую клинику.  Через полгода сбежала оттуда во время пожара в здании.  В 16 лет была арестована за кражу мотоцикла и умышленное причинение тяжкого вреда здоровью.  В 17 лет замечена путешествующей с бандой байкеров, промышляющих воровством и разбоем.  В 18 лет успешно сдала экзамен на Охотника. Убив во время экзамена четверых человек.  Тип Нэн: неизвестен.  Способности: неизвестны.» Куроро внимательно изучал информацию на экране, его тёмные глаза медленно скользили по строчкам. Уголки его губ едва заметно приподнялись в подобии улыбки. — Интересно, — произнёс он наконец, возвращая телефон Шалнарку. — Очень интересно. Фейтан нетерпеливо переступил с ноги на ногу. — Что будем делать с ней, Босс? Она видела Мачи. Куроро обвёл взглядом собравшихся членов Труппы. — Ничего. Пока ничего, — ответил он спокойно. Фейтан нахмурился. — Ничего? Она дочь мафиози. Враг. — Судя по её биографии, она не питает тёплых чувств к семейному бизнесу, — возразил Куроро. — Такие люди часто ищут своё место в мире. Место, где их примут такими, какие они есть. Шалнарк, всегда оптимистичный, широко улыбнулся. — Новый член Труппы? Это будет интересно! Куроро не ответил. Он снова повернулся к Мачи: — Расскажи мне ещё раз, как она сражалась. Каждую деталь. Мачи начала рассказывать, восстанавливая в памяти каждое движение Роры, каждый удар, каждый блок. Куроро слушал с нескрываемым интересом, словно пытаясь представить бой в своём воображении. — Она использовала Нэн только для взрыва фонаря? — спросил он, когда Мачи закончила. — Насколько я могла заметить, да. Но её боевые навыки… они впечатляют. Она сражалась с шестью противниками, четверо из которых были опытными бойцами, и победила всех. Куроро кивнул, задумчиво потирая подбородок. — Усилитель? Не похоже… контроль над огнём… но в какой форме? Он сделал паузу, словно перебирая в уме все возможности. — Что если её способности связаны не с огнём, а с чем-то вроде телекинеза? — предложил обычно молчаливый Омокаге. — Тогда как объяснить поджоги и пожар, когда она была подростком? — парировал Шалнарк. — Нужно это выяснить, — твёрдо сказал Куроро. — Шалнарк, найди всю информацию об Авроре Лидделл, которую сможешь. — Он взял со стола флэшку и протянул ему. — И выясни, что здесь. А пока мы будем наблюдать за особняком её отца. Я хочу знать о каждом её шаге, о каждом её слове, о каждом проявлении силы. Члены Труппы послушно кивнули, один за другим растворяясь в тенях здания. Куроро подошёл к окну, медленно, словно чётки, перебирая пальцами бусины на браслете. Тонкое пламя свечи танцевало от ветра, создавая причудливые узоры на гладком зеленом камне.  Он улыбался. — Скоро увидимся. Аврора…