По ту сторону

      Мэй очнулся спустя три часа после возвращения к жизни, в 17 часов 58 минут. В голове была полная неразбериха. Мысли о том, что попытка самоубийства оказалась неудачной, терзали душу Мэй. Слабо приоткрыв глаза, он увидел лишь Блока, что сидел рядом на стуле. Блок, увидев, что брат проснулся, бросился к нему в объятия. В голове Мэй крутилась лишь одна мысль: "Коснуться меча".       — Мэй... Зачем ты это сделал? Ты же знаешь, что я с тобой... — Слова Блока прерывались тихими всхлипами. Слёзы, что безудержно бежали по лицу Блока, падали на плечо Мэй. — Ты же говорил, что всё в порядке...       Мэй слегка оттолкнул Блока. Его взгляд был пустым, а глаза приняли цвет темноты. Мэй более не чувствовал боли, что казалось ему странным. Он снял бинт, который из-за засохшей крови приходилось отдирать. Мэй обнаружил, что рана очень быстро затянулась, оставив лишь шрам, напоминающий о произошедшем. "Так быстро затянулась...", Мэй подумал, что рана затянулась быстрее благодаря магии Ксена.       — Блок, ты ведь живешь в другом городе. Зачем ты приехал сюда? — Голос Мэй звучал тихо и сухо, будто ему было наплевать на происходящее, словно это событие уже происходило.       — О чём ты говоришь, Мэй? Как только я узнал об этом, я сразу сел за руль! — голос Блока дрожал, а на глазах виднелись слёзы. — Почему ты ведёшь себя так, будто я для тебя чужой человек? Почему ты...       Блок не успел договорить как в палату беззвучно вошла женщина в странной одежде. Её волосы были цвета, напоминающего космические туманности, а одежда была окрашена цветом нежного пурпура. В руке у неё была колода карт, на коробке изображён тёмный глаз, вокруг которого расположены планеты Солнечной системы, включающую ещё одну, разрушенную планету, на рубашке карт в центре изображены Солнце и Луна, а вокруг них созвездия. Она вошла в палату и встала напротив койки, на которой лежал Мэй.       — Приветик, Мэй. А я гадала, когда ты проснёшься. — Её голос звучал нежно, с нотками заигрывания и тайны. — Моё имя Мемория, кое-кто попросил меня рассказать тебе о происходящем.       Услышав голос Мемории, Мэй слегка нахмурился.       "Этот голос, я его уже слышал.". Эта мысль крутилась в голове Мэй до тех пор, пока Мемория не щёлкнула пальцами. В комнате стало темнеть. Блок не понимал, что происходит, а Мэй смотрел в одну точку. Мемория села на стул рядом. Блок хотел спросить, как Мемория это делает, но та жестом попросила молчать. Блоку пришлось выполнить просьбу Мемории.       — Как ты понял, я пришла за тобой. — Мемория достала карты из колоды и начала тасовать их. После она достала карту, на которой был нарисован человек, стоящий на берегу моря, состоящего из тьмы. — Эта карта олицетворяет тебя, милашка. Я надеюсь ты помнишь, что тебе говорил Ксен? — Мемория указала взглядом на пространство под койкой.       — Подожди, Мемория. Какой Ксен? Какие карты? Ты вообще о чём? — недоумевая, спросил Блок. Он посмотрел на Мэй, надеясь, что тот даст ответ, но его взгляд в одну точку пугал Блока.       — Блок, дорогуша. — Мемория говорила тихим и ласковым голосом. Нотки её слов будто бы успокаивали Блока и тот слегка расслабился. — Сейчас ты мало что понимаешь, но твоему брату выпала возможность стать тем, кого мы ждали много столетий. Если хочешь, я позже объясню тебе, что происходит. — Мемория подмигнула Блоку, а после повернулась к Мэй и задала вопрос — Мэй, ты ведь помнишь, о чём тебе говорил Ксен?       Мэй молча встал с койки и присел, чтобы посмотреть под неё. Под ней лежал меч, что отдавал лёгким холодом, тревогой, но при этом манил к себе. Мэй взял меч в руку.       Когда Мэй начал вытаскивать меч из ножен, его волосы начали белеть, глаза поменяли пустотный цвет на алый, почти кровавый цвет, пальцы рук же окрасились в тёмно-красный цвет, а сами руки покрылись лепестками ликориса. Блок же сидел в шоке, не сумев сказать ни слова.       В голове Мэй проявились воспоминания. Воспоминания о том, как Ксен говорил Мэй о пророчестве, как Мэй оказался в том зале, кем станет Мэй и что ему придется стать Спасителем. Также Мэй начал слышать знакомый голос.       — Когда весь мир окрасится в чёрно-белые цвета, алый цветок станет твоим путеводителем. — голос в голове звучал всё громче и громче, повторяя одну и ту же фразу. У Мэй закружилась голова и тот упал на колени, опираясь на меч. Его волосы, глаза и пальцы приняли изначальный вид.       — Мэй! — Блок вскочил со стула и помог брату сесть на койку. — Мэй, пожалуйста, посиди, ты ещё не оправился!       — Теперь ты всё вспомнил, Мэй. Продолжим наш разговор после. Мое время подходит к концу, дорогуша. Как только выберешься из палаты - зайди в подвал, там тебя будут ждать. — С этими словами Мемория исчезла, а в комнате восстановилось привычное освещение.       Блок сидел с недопониманием, что произошло. "Кто эта женщина?", "Кто такой Ксен?", "Почему именно Мэй стал избранным?". Все эти вопросы вертелись в голове Блока, запутывая его окончательно. Мэй сидел на койке и не понимал, где же он слышал голос Мемории. В палату вошла медсестра и Мэй быстро спрятал меч под койку.       — Уже лучше? Хорошие новости, Мэй. Твоё состояние на удивление стабильно. Никаких переломов, хотя при падении ты должен был сломать ноги. Полежишь денёк здесь и мы тебя выпишем! — Медсестра посмотрела на Блока и дополнила — Твой брат очень переживал за тебя, так что рекомендую посетить психотерапевта. Вот тебе номер хорошего специалиста. — Медсестра протянула бумажку с номером телефона и именем врача. Мэй взял бумажку и положил её в карман. — Что-ж, не буду мешать вам. Отдыхайте!       Медсестра вышла из палаты и Мэй лёг на койку и почти сразу же уснул. Блок же продолжил сидеть на стуле рядом с Мэй, пытаясь до конца понять, что происходит.

***Тем временем в мире мёртвых***

      — Говорят, если миру настанет конец, то человек, что был рожден с Тьмой в душе, станет Спасителем.. — Человек с книгой стоял в зале напротив фрески, пророчащей о семи героях, разговаривая с собой. — И лишь семерым удастся предотвратить бедствие, именуемое как "Вечная пустота".       Мужчина медленно подошёл к окну. Из него открывался вид на город в мире мёртвых, что полнился движением и работой. В небе наблюдалась борьба между Светом и Тьмой.       — Эмби, я вернулась. Милашка Мэй сегодня должен спуститься в подвал больницы. — Мемория всё также игриво разговаривала с мужчиной. Она подошла к окну и, облокотив свою голову на руку, спросила — Слушай, а ты уверен, что этот план сработает?       — На самом деле, я не хочу, чтобы этот юноша проходил через этот ад снова и снова. — голос Эмбии звучал с сожалением, всё тише и тише. — Он не помнит предыдущие циклы, но чувствует, что эти события уже происходили. И так будет продолжаться до тех пор, пока он не пожертвует собой второй раз.       Мемория смотрела в окно. В его отражении можно было увидеть, как её лицо стало серьёзнее после услышанного.       — Эмби. Я понимаю твою грусть, но Мэй - единственный, кто сможет вернуть баланс сил. — Мемория повернулась к Эмбии и продолжила свою мысль — Мне тоже грустно за милашку, потому что его психика итак нестабильна. У нас есть возможность помочь ему.       Эмбия лишь смотрел в окно. В отражении было видно, что на его глазах проступили еле заметные слёзы. Мемория тихо вышла из зала, оставив Эмбию наедине со своими мыслями.       — Если судьба и существует, то Вестник Тьмы будет противиться ей до конца..