Розовая Луна

— Что? — переспросила Агнес. — Говорю, можно к вам в команду? — повторила Альба. Агнес с Августой переглянулись. Что вообще происходит? Новенькая только что отказалась вступать в команду к популярной Айви и просится к ним? — Но… — опешила Агнес, — мы даже не знакомы. — Разве это проблема? — улыбалась девушка. Она повернулась к Августе и сказала: — Я — Альба, а тебя как зовут? — Августа, — настороженно ответила девушка. — Очень приятно, Августа, надеюсь мы поладим. — Я как бы тоже тут стою, — сказала Агнес. Альба перевела на неё свой лисий взгляд. — А как твоё имя? — Агнес. — Вот мы и познакомились. Что думаете о моём предложении, Агнес и Августа? От Агнес не ускользнуло, с какой пренебрежительной интонацией она произнесла её имя. Или ей это просто показалось? Наверное. День выдался насыщенным. — Послушай, Альба, мы можем дать тебе ответ завтра утром? Мы только что с задания, нам нужно отдохнуть. — Хочешь, чтобы я мучалась до утра? — обиженно сказала Альба, а Агнес всё меньше хотела видеть эту девушку рядом с собой. — Августа, а ты что скажешь? Августа была удивлена не меньше Агнес её поведением. — Я думаю… нам лучше обсудить это утром на свежую голову, — сказала она. Альба закатила глаза. — Вы такие скучные! — Вот поэтому подумай ещё раз, прежде чем напрашиваться к нам, — произнесла Агнес. — Нет уж. Вы лучше чем остальные. — И чем же? — Я по вашим глазам вижу, что вы хорошие, — лукаво улыбнулась она и перевела взгляд с Агнес на Августу, чем заставила девушку почувствовать себя неуютно. Кое-как, но им удалось убедить Альбу обсудить всё после завтрака. — Что думаешь? — спросила Агнес, пока они вдвоём шли по коридору до общежития. — Даже не знаю. Это так неожиданно. — Кажется, ты ей понравилась, — усмехнулась Агнес. — Перестань, — отмахнулась Августа. — Как скажешь. Но всё же, как думаешь, хорошая ли это идея — взять её в команду? — С практической точки зрения, ещё одна участница — это хорошо, но с эмоциональной… — Августа задумалась. — Мне кажется, нам понадобится время, чтобы понять подруга подругу. — Согласна. Первое впечатление о ней у меня сложилось не очень. Да и если не заладится совместная работа, можно же в любой момент попросить её покинуть команду? — сказала она больше для того, чтобы убедить в этом себя. Агнес решила отпустить ситуацию. Если к ним просится союзница — так тому и быть. На заданиях лишняя помощь не помешает, а там может и подружиться получится. Утром в зале-столовой звенела посуда, в воздухе витали ароматы кофе, свежеиспечённых вафель и каши. Девушки заняли столик у стены, где проходило меньше всего людей. — Ну, что вы решили? — не пойми откуда появившаяся Альба села на сторону Августы. Агнес встретила её безрадостным взглядом. — По твоим глазам вижу, что ты согласна, — съязвила ей девушка и повернулась к Августе. — Как дела? — спросила Альба. Её улыбка явно скрывала нечто большее, чем Агнес могла считать. — Ладно. — наконец сказала Агнес. — Ты сходишь с нами на один заказ и решишь, нужна ли тебе такая команда как мы. — Отлично! — глаза Альбы заблестели от радости. — Пойду сбегаю за закусками, — сказала она и убежала в буфет. Нутром Агнес чуяла, что ничем хорошим этот союз не закончится. — Агнес, ты уверена? У меня мурашки от неё, — сказала Августа. — У меня тоже. Но может стоит дать ей шанс? Объявление гласило: «В Средних Трутовиках обглодан человек. Подозреваются волколаки и берендеи из Малых Трутовиков и Больших Трутовиков.» — Волколаки и берендеи? — спросила Альба. — Оборотни-волки и оборотни-медведи, — пояснила Агнес. — В прошлом враждовали между собой, а сейчас мирные племена, ведущие образ жизни ничем не отличающийся от образа жизни любых других деревенских жителей. — И кто же из них мог обглодать человека? — Это нам и нужно выяснить. После недолгого обсуждения было принято решение сначала отправиться в Большие Трутовики, к берендеям. Вождь берендеев — старик, умудрённый опытом, явно повидавший на своём веку немало. Его лицо избороздили морщины, на руках синели вены и седина окрашивала длинные волосы и бороду, но немощным вождя не назвать. Ростом он был под два метра, на широких плечах лежала шкура, некогда убитого им медведя. И несмотря на солидный возраст он продолжал заниматься тяжёлой работой на благо своего племени. — Говорите, что мой народ подозревается в убийстве человека? — сказал вождь своим низким голосом. — Да, — подтвердила Агнес. Глашатай берендеев, молодой парень лет двадцати пяти, стоял позади своего предводителя и нервно разглядывал девушек. — Уж не думаете ли вы, что байки о том, что оборотни питаются человечиной — правда? — сказал он. — Молчать, — басом произнёс вождь. — Мы благородное племя берендеев, которое много веков обитало бок о бок с людьми, защищая их от диких зверей и монстров, в то время как люди обучали нас вести хозяйство. Не вождь я, если кто-то из моего народа осмелился напасть на человека. Получив очевидную информацию, согильдийки покинули избу предводителя берендеев и направились прямиком к волколакам, в Малые Трутовики. За время, что они провели в поселении оборотней-медведей, небо успело затянуть серыми тучами, и заморосил мелкий дождь. — Их глашатай — сколький тип, — сказала Альба. — Рыбак рыбака… — невольно начала Агнес. — На что ты намекаешь? — разозлилась она. — Не ссорьтесь, — произнесла Августа. — Глашатай действительно вызывает подозрения, но мы не можем делать выводов пока не опросим волколаков. К тому же вождь не выглядит тем, кто стал бы обманывать. — Он не всемогущ, может и не замечать, что творится за его спиной, — сказала Альба. Хмурый взгляд, недовольный тон вкупе с исполинским ростом создавали вокруг вождя волколаков хмурую ауру. Сказал он, конечно же, то же, что и предводитель берендеев — что их благородное племя никогда бы не напало на человека. Сообщив это, вождь покинул своё жилище, сославшись на свою занятость. И девушки остались наедине с его глашатайей и её ребёнком, тихо занимавшимся рисованием в углу комнаты. — Не пугайтесь его. Наш вождь хоть и выглядит суровым, но он крайне справедлив и никогда бы не напал на слабых. — А что вы можете сказать о случившемся? — спросила Агнес. — Может быть заметили, что кто-то вёл себя не так как обычно? Женщина заправила прядь светлых волос за ухо и сказала: — Нет, знаете, ничего необычного. Все ведут себя как и раньше. Я — глашатая, и моя работа следить за благополучием соплеменниц и соплеменников. Уверена, что, если бы кто-то совершил такое зверство, он бы не остался незамеченным. Поблагодарив глашатаю, девушки отправились в деревню Средние Трутовики, где проживали обычные люди. — Не смотря на её слова, вождь волколаков у меня под подозрением, — сказала Альба. — Только из-за внешней суровости? — уточнила Агнес. — Внешность многое говорит о человеке. — А вы не заметили, что её ребёнок рисовал жуткие картинки? — сказала Августа. — Что там было нарисовано? — спросила Агнес. — Мне могло показаться, но я видела, что он рисовал человека в луже крови. — И ты не сказала об этом? — Говорю же, что мне могло показаться. — И что ты предлагаешь? Допросить ребёнка об убийстве? — сказала Альба Агнес. — Он мог быть свидетелем, а нам нужно поймать того, кто это сделал, пока не пострадал кто-нибудь ещё. — В любом случае мы почти в деревне, надо расспросить жителей. Местные оказались враждебно настроенны по отношению к своим соседям-оборотням. Стоило согильдийкам задать вопрос одному, как их окружила вся деревня. Споря друг с другом, каждый односельчанин доказывал свою правоту. — Это точно волколаки! Их вождь всегда выглядит так, будто готов перегрызть глотку первому встречному, — сказал кто-то из толпы. — А вождь берендеев? Здоровый словно гризли! Ему ничего не стоит прикончить человека! — И глашатай его тот ещё плут, они точно работают заодно! Гомон не умолкал, но девушкам это было только на руку. Вытягивать информацию не пришлось, жители сами всё рассказали. — Как быстро они забыли факт, что волколаки и берендеи не питаются людьми, — сказала Августа. — Людям свойственно бояться непохожих на них, — ответила Агнес. — Нужно скорее с этим разобраться, пока они не пошли с вилами на соседей. — Идём допрашивать ребёнка? — сказала Альба. — У тебя есть идея получше? Дверь открыла удивлённая глашатая. — Вы же уже были у нас. — У вас да, а у вашего сына нет, — сказала Альба. — Что вы имеете в виду? — Мы имеем в виду, что он вполне мог быть свидетелем, — ответила Агнес. — Он? Да вы с ума сошли! Он самый тихий из всех детей, которых я видела! — А вы видели что за рисунки он рисует? — вмешалась Августа. — Разве это имеет значение? Он же ребёнок! У детей хорошо развита фантазия. — Если вы нас не пустите, то подозрения падут на вас, — сказала Альба и получила в бок локтем от Агнес. Бегающие глаза глашатой и дёрганность движений выдавали в ней нервозность. Она постоянно поправляла свою серую шаль и теребила верёвочки на её концах. — Понимаете, — начала она, — он не обычный ребёнок. Он почти не говорит. — Почти? — переспросила Альба. — Он любит молчать. — Вы думаете, это должно нас остановить? — сказала Альба и поймала на себе недовольный взгляд Агнес. — Что? Допросить ребёнка было твоей идеей! — Чем дольше вы нас не пускаете, там больше у нас домыслов, что вы можете что-то скрывать, — сказала Агнес. Мальчик сидел на полу за низким столом и рисовал. Альба, не теряя времени, подошла и уселась напротив. — Итак, пацан, а ну расскажи тёте из Розовой Луны что ты рисуешь. Мальчик не обратил никакого внимания ни на неё, ни на её слова. — Нам сказали, что ты не любишь говорить, но слышать-то ты слышишь? Он по-прежнему не подавал вида, что вопросы направлены к нему. — Слышь, парень! — она ударила ладонью по столу. — С тобой разговаривают! — Альба! — крикнула ей Августа. Мальчик прекратил рисовать. Он медленно оторвал глаза от рисунка и перевёл их на Альбу. Было в его взгляде что-то дикое, нечеловеческое, от чего мурашки пробегали по спине. Глашатая от страха прикрыла рот рукой. — Всё! Хватит! Вы его напугали! Ладно, я вам всё расскажу, только, пожалуйста, уйдите от него! Спустя мгновение они сидели на диване в гостиной. — Глашатай берендеев? — переспросила Агнес. — Да. Мы с сыном гуляли в лесу, и видели, как он в облике медведя растерзал того бедного человека. — Почему вы сразу не сказали? — Я не хотела быть той, из-за которой наши племена поссорятся. — Звучит неубедительно, — сказала Альба. — Я знаю, — вздохнула глашатая. — Но мы столько столетий враждовали и сейчас наконец существуем мирно друг с другом. Пожалуйста, не говорите об этом вождю. Я сделаю это сама, но мне нужно немного времени. На улице смеркалось, когда они вышли. Сквозь оранжевые стволы сосен просвечивало заходящее солнце, а воздух наполнял аромат растопленных бань и запах свежескошенной травы. — Что думаете? — спросила Агнес. — Темнит она, — ответила Альба. — Как можно о таком не доложить своему вождю? — Такая информация — большая ответственность, — сказала Августа. — Если между племенами вновь вспыхнет вражда, то её жизнь, а может и жизнь её сына, будет под угрозой. — К слову насчёт её сына. Вам не показалось, что он излишне жуткий? — спросила Агнес. — Однозначно. У меня мурашки от него, — ответила Альба. — Увиденное могло сильно его шокировать, — сказала Августа. — Думаешь? — спросила Альба. — Представь себя на его месте. Сначала на твоих глазах растерзали человека, а потом домой приходят незнакомые люди и намеренно пугают. — Зато глашатая раскололась. Переночевать девушки отправились к людям, в Средние Трутовики. Дорогу с обеих сторон окружали высокие сосны, их стволы медленно покачивались и скрипели. Из чащи доносилось воркование вяхиря, а где-то над головой стучал дятел. Темнело быстро, и лес вокруг обретал зловещие очертания. Уханье совы эхом отражалось от деревьев. Природа прекрасна в любом своём обличии, но всё же идти по тёмному лесу стало жутко. Августа обернулась назад. — Ты чего? — спросила Агнес и сделала то же самое. — Ничего, — ответила девушка чуть помедлив. Бродить по мрачному лесу, когда где-то рядом бродит убийца, не входило в их планы. — Слышите? — сказала Альба, остановившись и обернувшись. — Что? — переспросила Агнес. — Шаги. Агнес и Августа переглянулись. — Нет. — Ты нас разыгрываешь? — спросила Августа. — Мне, по-вашему, совсем делать нечего? Правда ничего не слышите? Она достала кинжал и приготовилась защищаться от невидимого врага. — Тебе удалось нас разыграть, нам страшно. А теперь прекращай, — сказала Агнес. — Да не шутка это! — прикрикнула она. — Давайте скорее дойдём до деревни, — произнесла Августа. — Прекратились… Альба настороженно убрала клинок в ножны. Но стоило девушкам продолжить путь в Средние Трутовики, как за их спиной под чьей-то ногой треснула сухая веточка. Этот звук донёсся до каждой. Они обернулись в полной боевой готовности. Перед ними стоял ребёнок. Мальчик глашатой. — Ты заблудился? — первое, что пришло на ум, сказала Агнес. Он неотрывно смотрел на Альбу. В его ни живых ни мёртвых глазах отражалось пламя Агнес. Его лицо стало вытягиваться и обращаться в звериную морду. На руках выросли когти. Уши поползли на макушку, но вместо заострённых волчьих они были плоскими и висячими. — Это… — начала Агнес. — Он не волколак. — А кто же тогда?! — произнесла Альба. В глазах оборотня сверкнула ярость, и он, скаля зубы, кинулся на девушку. — Альба! — крикнула Августа. Альба успела выхватить кинжал, и враг налетел прямо на лезвие. Безжизненное тело упало на дорогу, и вокруг него медленно росло тёмное пятно крови. — Почему ты не воспользовалась стихией? — спросила Агнес. — Не было нужды, — сказала Альба, вытирая кинжал платком. — Так кто же это был? — спросила Августа. — Пёсиглавец, — ответила Агнес. Согильдийкам пришлось вернуться в Малые Трутовики. Вся деревня вышла посмотреть, что за шум поднялся среди ночи. Глашатая в истерике склонилась над телом своего мёртвого сына. — Вы обманули нас, — сказала Агнес. — Всё это время людей убивал ваш приемный сын из племени пёсиглавцев. Как же вас угораздило подобрать щенка этих молчаливых монстров? — Монстры здесь вы! Вы убили моего ребёнка! Вождь незаметно подозвал согильдийек в сторону. — Так вы знали?! — удивилась Агнес после того, как он всё рассказал. — Эта женщина… — говорил предводитель упавшим голосом, — мечтала о ребёнке, но здоровье не позволяет ей иметь детей. И однажды в лесу она нашла корзинку с плачущим щенком пёсиглавцев. Вы думаете я мог ей отказать? Она клялась, что воспитает из него достойного соплеменника, но я знал, что рано или поздно этот день настанет. Вы сделали то, чего не смог сделать я — защитить людей. — Вы сделали всё, что в ваших силах, — попыталась поддержать его Агнес. В гильдию они вернулись с рассветом. Месяц растущей луны проглядывал сквозь розовые облака, окрашенные первыми лучами солнца. Хоть они и справились с заданием, но послевкусие осталось отвратительное. — Ты в порядке? — спросила Августа, когда они распрощались с Альбой и оказались в коридоре общежития. — Да, — не слишком уверенно ответила Агнес. — А по тебе не скажешь. Переживаешь насчёт произошедшего? — Тяжёлый был день. — Это точно. — К слову, как ты смотришь на то, чтобы Альба покинула нашу команду? — Она тебе об этом сказала? — Нет. Я собираюсь попросить её об этом. Августа устало улыбнулась. — Мне изначально она не понравилась, почему я должна быть против? — сказала она. — Хорошо. Тогда до завтра? — До завтра. Августа не удержалась от того, чтобы не обнять согильдийку напоследок. Агнес чувствовала, что будет ещё несколько лет вспоминать этот счастливый момент. Она не помнила, когда последний раз обнималась. У двери своей комнаты Августа наткнулась на Альбу. — Что ты здесь делаешь? — Тебя жду. Не обращая на неё внимания по причине измотанности, Августа искала в рюкзаке ключи от комнаты. — Давай завтра поговорим, сейчас я хочу спать. — Уже завтра, — ухмыльнулась девушка. — Ты поняла о чём я, — вздохнула Августа, пытаясь попасть ключом в замочную скважину. — Есть кое-что, о чём нужно поговорить сейчас. — И что же? — безразлично спросила Августа. Альба схватила девушку за руки и прижала к стене. Ключи со звоном упали на кафель. Хватка у Альбы оказалась железной, не пошевелиться. — Отпусти, — невозмутимо произнесла девушка. — Августа, ты мне нравишься.