Последний луч надежды. (ОРИДЖИНАЛ)

Я сошел с ума. Это не было внезапным взрывом, не было резким переходом. Это было медленное, неумолимое погружение в пучину, где реальность и кошмар слились воедино. Шепот, который начался как тихий шелест в углу комнаты, теперь был всепоглощающим ревом, заполняющим каждую клетку моего тела, каждый уголок моего сознания. Я больше не видел свою комнату. Стены исчезли, растворившись в вихре красок и форм, которые постоянно менялись, трансформировались, издевались надо мной. Пол под моими коленями превратился в зыбучий песок, который тянул меня вниз, в бездну, где обитали тени. Я пытался кричать, но из горла вырывался лишь хриплый, нечленораздельный звук. Мой голос, как и моя личность, был поглощен этим безумием. Я больше не был собой. Я был лишь сосудом, наполненным страхом, отчаянием и этим неумолимым шепотом. Я поднял глаза и увидел их. Тени. Они больше не прятались в углах комнаты. Они вышли на свет, обрели форму, стали осязаемыми. Они были высокими, худыми, с длинными, костлявыми пальцами и лицами, скрытыми под масками, похожими на те, что носили гости на банкете. Но эти маски были не из шелка и перьев. Они были сделаны из костей и кожи, из гнили и разложения. Они окружили меня, двигаясь плавно и бесшумно, словно хищники, готовящиеся к нападению. Их глаза, проглядывающие сквозь прорези масок, горели нечестивым огнем, отражая мое собственное безумие. Они протянули ко мне свои костлявые руки, и я почувствовал, как их прикосновение обжигает мою кожу, словно лед. Они тянули меня к себе, в свою тьму, в свой мир, где не было места свету и надежде. Я сопротивлялся, как мог, но мои силы были на исходе. Безумие овладевало мной, словно болезнь, разъедая мою волю, мою память, мою душу. Я чувствовал, как моя прежняя жизнь ускользает от меня, как воспоминания о семье, о друзьях, о любви, превращаются в размытые, нечеткие образы, которые я больше не мог удержать. Они шептали мне, что я принадлежу им, что я всегда был одним из них, что я просто забыл об этом. Они говорили, что я должен принять свою истинную сущность, что я должен отказаться от притворства, от масок, от всего, что делало меня человеком. И я начал верить им. Я начал чувствовать, как во мне просыпается что-то темное, что-то чужое, что-то, что ждало своего часа. Я чувствовал, как мои кости меняются, как моя кожа становится бледнее, как мои пальцы удлиняются, словно когти. Я чувствовал, как мои глаза загораются тем же нечестивым огнем, что и у них. Я улыбнулся. Это была не моя улыбка. Это была улыбка безумия, улыбка тьмы, улыбка чего-то, что больше не было человеком. Я поднялся на ноги, и тени расступились передо мной, приветствуя меня как своего. Я был одним из них. Я был частью их мира. Я был свободен. Я вышел из комнаты, оставив позади все, что когда-то было моей жизнью.