Лифт

Есть в жизни моменты, когда вся наша сложная личность, со всеми детскими травмами, дипломами и плейлистами в Spotify, сжимается до размера молчащего тела в замкнутом пространстве. Тело едет вверх. Или вниз. С соседом. И молчит. Иногда глядит на кнопки, как будто впервые видит цифры. Лифт – вообще странная штука. Это как временный брак по расчёту: вы с соседом находитесь подозрительно близко, с одной общей целью и сомнительной вентиляцией. С человеком, которого вы видели уже сотню раз, но до сих пор не уверены, как его зовут. Валерий? Василий? Вурдалак? А самое страшное – это тишина. Такая плотная, что её можно резать ножом и подавать с гарниром. Именно она, кстати, и показывает, насколько человек тебе незнаком. С близкими людьми в лифте молчание не ощущается. Оно как тёплый плед. А с незнакомцем – как забытая реплика в школьной пьесе, когда весь зал ждет, а ты стоишь с открытым ртом. И некуда бежать. Поэтому мы смотрим на кнопки. Даже если ездим на свой этаж уже десять лет. Мы изучаем их, будто там могло появиться что-то новое: может, кнопка "2x", или "свайп влево". Хотя всё, что там есть – это набор цифр и кнопка "Вызов диспетчера", которую все боятся нажать больше, чем ядерную. Иногда, конечно, кто-то нарушает молчание и спрашивает, не лифт ли это вниз, или как у нас там дела с мусоропроводом. И тут начинается нечто гораздо хуже. Надо поддерживать разговор. Надо притворяться, что нам интересно. Мы вдруг вспоминаем, что у нас лицо, и оно должно как-то реагировать. Гораздо безопаснее – кнопки. И вот ты стоишь, смотришь на "3", хотя тебе на "6", и думаешь: не дай бог он сейчас заговорит. И в то же время: ну хоть бы что-нибудь сказал, а? И, возможно, это и есть ключ к современной человеческой цивилизации. Мы живём в обществе, где каждую секунду кто-то стоит рядом и молчит. И чтобы не чувствовать, что мы стали частью какого-то случайного театра, мы делаем вид, что внимательно читаем меню, схему эвакуации, надписи на лифтовой панели, или даже инструкцию к молотку. Потому что если признаться себе, что всё это – просто молчание двух случайных людей, ставших временными попутчиками в маленьком стальном ящике, то может щёлкнуть что-то важное. Может, станет ясно, что весь этот мир – тоже один большой лифт. И никто не знает, на какой мы едем этаж.