Драко Малфой и дело Мясника из Брайтон Бич

Once I had a love and it was divine

Soon found out I was losing my mind

It seemed like the real thing, but I was so blind

Mucho mistrust, love's gone behind

In between

What I find is pleasing and I'm feeling fine

Love is so confusing there's no peace of mind

If I fear I'm losing you. it's just no good

You teasing like you do

Heart of Glass by Blondie

***

      20:00. ПЯТНИЦА, 3 ОКТЯБРЯ 2008. ОСОБНЯК ЗАБИНИ. СОМЕРСЕТ.       Пэнси окинула взглядом просторный и безупречно оформленный зал. Парящие подносики с бесконечно пополняемыми бокалами шампанского были готовы кружить среди гостей, буфет ломился от креветок, крабов, устриц и других изысканных закусок, свет был настроен тускло, но не мрачно, а тщательно подобранный плейлист был зачарован негромко играть по всему круговому залу.       Атмосфера идеально подходила для того, чтобы выкрасть чей-то секрет.       Пэнси прекрасно понимала: одной лишь манипуляцией ей Грейнджер не расколоть. В этот раз требовались куда более хитроумные методы — и, конечно, подходящее место.       Седьмой отчим Блейза Забини был самым богатым болваном, когда-либо женившимся на его матери — женщине, чьё ненасытное обожание к галеонам питалось за счёт престарелых мужей и секретов. Именно он, этот безымянный дурак — Пэнси не смогла бы вспомнить его имя, даже если бы ей к виску приставили палочку —, по настоянию новоиспечённой супруги построил особняк в Сомерсете, а гостиную велено было оформить по образу и подобию собора Святого Павла в Лондоне. Под чутким руководством госпожи Забини зал украсили мраморными колоннами, позолоченными карнизами и мрачными барочными полотнами с предками отчима, чьи осуждающие взгляды вызывали необъяснимое чувство вины.       Но главная особенность зала крылась не в позолоте, а в архитектуре: куполообразный потолок круглого зала обладал удивительными акустическими свойствами. Всё, что было нужно — знать, где именно стоять. Это было не волшебство, а лишь результат безупречно точного расчёта: форма помещения и купола создавала идеальные условия для того, чтобы шёпот разносился по пространству — и чуткие уши могли уловить тайны, обронённые без должной осторожности.       Пэнси после долгих проб и ошибок освоила акустику зала в совершенстве — даже Блейз не был так искусен в том, чтобы улавливать волнующие сплетни на мероприятиях, устраиваемых в его доме. Хитрость, которой она научилась с годами наблюдая за миссис Забини на бесчисленных приёмах с юных лет, заключался в следующем: держаться у края зала, часто придумывая отговорки, играя роль приветливой хозяйки, а между делом — незаметно перемещаться по «горячим точкам», куда шёпот долетал особенно отчётливо.       Именно этим она и занялась сегодня вечером. В платье цвета расплавленного серебра, больше состоящем из разрезов, чем из ткани, она с улыбкой встречала гостей, направляя их как фигуры на шахматной доске: кого куда поставить, с кем свести, чтобы в нужный момент уловить случайную сплетню, шальную фразу, неосторожное признание, подхваченное куполом зала.       Гости начали подтягиваться: строгие костюмы, элегантные платья, дежурные комплименты Блейзу, который и сам сиял в своём дорогом смокинге и бриллиантовыми серьгами.       Публика была солидной: сотрудники Министерства, связанные с Драко, тусовка Блейза — вечные искатели выпивки и удовольствий — и эксклюзивный, и весьма узкий круг людей, которых Пэнси не ненавидела. Человека четыре, максимум.       На Невилла была возложена ответственность, чтобы Золотая Девочка точно явилась — под страхом смерти. Она приказала заманить её любыми средствами, хоть при помощи Империо. Невилл лишь рассмеялся, пообещав, что Грейнджер придёт. Зная его необыкновенную способность добиваться своего, Пэнси немного успокоилась.       Пока она ждала своего любовника и его лохматую подопечную, решила начать сбор компромата с наблюдения за любопытной парочкой: Гарри Поттер и Драко Малфой — нестабильная, взрывоопасная, но чертовски интересная комбинация.       Драко, как и полагалось, был одет с иголочки: изящная мантия, идеально подогнанные брюки, аккуратно уложенные волосы. Не в романтическом вкусе Пэнси, но обращаться с чарами для волос он умел блестяще — это она признавала. А вот Поттер... как всегда растрёпан. Магловский пиджак, брюки, никакого галстука. Пэнси сжала губы, но решила оставить это без комментариев — в конце концов, Избранный.       Она двигалась по краю зала, улыбалась, кивала в приветствиях, раздавала комплименты тем, кто выглядел прилично, и мерила взглядом тех, кто — не очень. Когда оказалась на противоположной стороне комнаты от Поттера и Малфоя, остановилась, делая вид, что поправляет сервировку на одном из столиков. Тео попытался подойти к ней, но она нетерпеливо отмахнулась. Он уже знал: если Пэнси в режиме шпионки — лучше не мешать. Он лишь подмигнул ей и ушёл встречать гостей вместе с Блейзом.       — …мы так и не смогли извлечь ничего нового из тел, но я заходил к Горбину…       — …в прошлый раз, когда ты там был, ты пытался протащить Пожирателей в Хогвартс…       — ...как же ты любишь это мне припоминать, Поттер...       Пэнси закатила глаза. Ну конечно, эти двое.       От Невилла она знала: напряжение между ними никуда не делось. «Терпят друг друга», — так он это называл. Но Пэнси чувствовала, что за этим стоит больше, и рано или поздно она вытянет это из него.       Гости продолжали прибывать, музыка мешалась с разговорами, и она начала терять нить диалога, так что слегка приглушила звук заклинанием.       — ...кольца не чёрные, а из слоновой кости, но без опознавательных знаков — как то, что мы видели. Возможно, убийца использует их, чтобы похищать жертв. Я хочу копнуть глубже...       — …поищи в своих чистокровных кругах. Возможно кто-то из твоих богатеев уже успел похвастаться каким-нибудь фамильным наследием…       С другого конца зала Пэнси заметила, как Драко провёл рукой по волосам — явный признак раздражения.       — Возможно. Но я всё больше чувствую себя идиотом в погоне за какими-то грёбаными Дарами Смерти — полной выдумкой...       Поттер лишь пожал плечами. Их напряжённый разговор — в котором Пэнси уже начала теряться (речь шла о каких-то загадочных кольцах из слоновой кости, связанных с делом серийного убийцы), — прервал чей-то приход.       Пэнси проследила за их взглядами к входу, где Блейз встречал Невилла и Гермиону. Та была в тёмно-зелёном платье из шёлка и выглядела на удивление хорошо. Пэнси хмыкнула — видимо, Грейнджер решила, что если наденет зелёное, то впишется. Вот только с её хаосом на голове она выделялась в любой толпе.       Пэнси перевела взгляд на Драко — и чуть не подавилась шампанским. Он явно не возражал против её кудрей. Напротив, выглядел он так, будто не прочь был бы закинуть её себе на плечо и утащить в постель. Полное отсутствие изящества — и ты ещё называешь себя слизеринцем. Пэнси неодобрительно цокнула.       Её взгляд наконец остановился на её мужчине, и она позволила себе с наслаждением задержаться на его облике — пусть и ненадолго: удовольствие почти сразу испарилось. На Невилле был вязаный свитер. Ооо, нет. Не в мою смену.       Она сверлила его взглядом из другого конца комнаты, пока воображаемые ножи, которые она метала глазами, не достигли цели. Он поймал её взгляд и, уловив выражение лица, озадаченно нахмурился. Она окинула его быстрым взглядом с головы до ног и поджала губы. Он взглянул на себя, затем запрокинул голову с тяжёлым вздохом. К его счастью — он тут же удалился. По крайней мере, она надеялась — за тем, чтобы переодеться во что-нибудь действительно уместное для такого вечера.       Пока он отсутствовал, Пэнси подкралась к Гермионе и мягко подвела её к нужной точке зала, идеальной для подслушивания.       — Грейнджер, — протянула она с показной, приторной любезностью, — как хорошо, что ты пришла!       — Да, Невилл был очень настойчив, — без особого энтузиазма ответила Грейнджер.       Пэнси протянула ей бокал шампанского и с усмешкой наблюдала, как Грейнджер опрокинула его залпом и поставила пустой бокал обратно на парящий поднос рядом.       — Нервничаешь?       — Едва ли. Просто неделя выдалась… кошмарная, — ответила та и оглядела зал. От Пэнси не ускользнуло, как взгляд Грейнджер задержался на Драко чуть дольше, чем стоило бы.       Пэнси решила воспользоваться моментом:       — Должно быть, непросто — работать над делом с тем, кто в прошлом тебя травил. Столько... неразрешённого напряжения, могу только представить.       К сожалению, Грейнджер на приманку не клюнула — лишь сделала глоток из второго бокала шампанского, который успела перехватить, и со скучающим видом пожала плечами. Пэнси не удивилась — она уже знала, что перед ней совсем не типичная гриффиндорка.       — Вижу, ты пригласила весь Департамент, — заметила Грейнджер.       — Ну, только симпатичных, — невозмутимо ответила Пэнси. Завидев высокого мужчину с тёмными волосами, Пэнси решила сменить тактику: — Кстати, кто это болтает с Уизлеттой?       — Джинни здесь?! О, Мерлин. Где Гарри? — Гермиона вытянула шею, пытаясь разглядеть своего растрёпанного друга.       — Успокойся, он в порядке. Наваливает себе креветок и кокетничает с Тео, — Пэнси махнула в сторону буфета.       — Кокетничает? — фыркнула Гермиона. — Ну, Тео — может быть, а вот Гарри его не выносит.       Обе уставились на них. Тео схватил крабовую клешню и, хитро улыбаясь, сделал вид, что щипает ею Поттера за зад. Гарри подпрыгнул чуть ли не на полметра, лицо залилось краской, и он пробормотал что-то осуждающее в адрес коварного слизеринца.       — М-м, да уж, — протянула Пэнси, возвращаясь к изначальной теме. — Ладно, вернёмся к красавчику, которого только что оттеснил Блейз. — Она взглянула на часы. — Не прошло и десяти минут, как он начал клеить Джинни Уизли. Классика.       — Кларк. Кэлвин Кларк, — рассеянно ответила Грейнджер. И как по команде, он направился к ним, взгляд медленно скользил по фигуре Гермионы. В нём чувствовались секс, власть и что-то почти опасное. Ну, она определённо притягивает, определённый тип мужчин, — подумала Пэнси, сравнивая его мрачную, но хищную притягательность с Драко, пока тот приближался.       — Гермиона, — сказал он, его низкий шотландский акцент практически грохотал раскатами грома. — Ты сегодня потрясающе выглядишь.       Пока он откровенно пожирал её взглядом, Пэнси метнула взгляд в сторону Драко — как и ожидалось, его прищуренные глаза были прикованы к ним.       Боги, Драко, ты так очевиден.       — Привет, Кэлвин. Рада тебя видеть, — вежливо ответила Гермиона. — Пэнси, это Кэлвин Кларк, аврор, недавно переведённый из Глазго. Кэлвин, это моя... э-э...это Пэнси.       Пэнси протянула руку ладонью вниз. Он легко коснулся её пальцев, задержав взгляд на её глазах, чуть наклонившись, будто собирался поцеловать. Если бы не её страсть к убийце змей, она бы, возможно, и задумалась.       — Пэнси Паркинсон. Очарована.       — Паркинсон… вы, случайно, не родственница Престона Паркинсона?       — Мой дедушка, — ответила она с невинной улыбкой, игнорируя как Гермиона закатила глаза.       — Думаю, мой дед знал его, они были на одном потоке, — сказал Кэлвин, обворожительно улыбаясь. Грейнджер. Заканчивай играть в кошки-мышки с Драко — забирай уже этого красавчика.       — Как мило. А как вы с Гермионой познакомились?       Его улыбка стала шире, и он снова повернулся к вечно кудрявой.       — Она моя преподаватель по магловедению, — хмыкнул он.       — Я бы так не сказала, — снова закатила глаза Гермиона. — Ты прочёл одну книгу по моей наводке, Кэлвин.       — Первая из многих, не сомневаюсь. Кстати, мы ведь встречаемся завтра?       — Завтра? А что завтра? — переспросила Пэнси, с нескрываемым интересом глядя то на одного, то на другую.       — Эй, Кларк! Подойди на минутку, — позвал Драко из другого конца зала.       Серьёзно, Драко? Ты не можешь дать ему и пяти минут поговорить с Грейнджер, чтобы не влезть?! — мысленно закатила глаза Пэнси. Очевидно, Драко не помешал бы курс по обновлению навыков обольщения — чтобы не вести себя как кретин, рядом с женщиной, с которой хочет переспать.       — Извините, дамы. Гермиона, десять утра подойдёт?       Грейнджер кивнула, он ещё раз блеснул ослепительной улыбкой и ушёл к Драко и какому-то другому аврору, которого Пэнси пока не знала.       — Ну? — Пэнси уставилась на Гермиону. — Что завтра?       Та выглядела так, будто лучше бы её бросили в яму с василисками, чем начинать этот разговор. Но, выпрямив спину, уверенно произнесла:       — Свидание. У нас завтра утром свидание.       Ого. Надо отдать ей должное — мужчин она умеет выбирать. Не считая, конечно, Уизла.       — Правда? — протянула Пэнси. На её лице заиграла хищная улыбка. — А я почему-то была уверена, что ты уже занята.       Грейнджер прищурилась, оценивая Пэнси.       — Да? Ну, полагаю, даже великая Пэнси Паркинсон может что-то напутать.       — Напутать?       — Забудь, — фыркнула Гермиона. — А теперь, если позволишь, пойду поздороваюсь с Джинни, пока она не затащила Забини в чулан с мётлами.       Пэнси искренне рассмеялась. Блейз и Джинни и правда выглядели так, будто были в двух секундах от того, чтобы сорвать друг с друга одежду. Так что это было вполне вероятно.       Она наблюдала, как Гермиона подошла к Джинни и буквально оттащила её от Блейза. Тот, в свою очередь, откровенно окинул взглядом зад рыжей, пока она уходила. Ну да, Пэнси не была фанаткой этой надменной, но втайне, возможно, не такой уж невинной Грейнджер (если её рабочая теория верна). Но надо признать — в ней было что-то. Разрушительно умная, остроумная почти на уровне Пэнси, и, если закрыть глаза на эту львиную гриву, которую она называла причёской, Пэнси, пожалуй, могла бы признать: внешне Грейнджер обладала определённой притягательностью.       Пэнси двигалась по краю комнаты, перебрасываясь парой слов с разными группами гостей, следя, чтобы бокалы были полны шампанским.       И тут она заметила, что вернулся Невилл — и у неё едва не отвисла челюсть. На нём был костюм-тройка тёмно-синего цвета, идеально подогнанный по фигуре. Кто бы мог подумать, что у него вообще есть костюм, не то, что такой. Очки в черепаховой оправе сидели на носу, волосы аккуратно уложены. Даже нагрудный платок — в тон.       Салазар. Сделай глубокий вдох.       Сдерживая непреодолимое желание вытащить его из комнаты за галстук, оседлать и заниматься любовью до самого заката, Пэнси вместо этого обошла зал и заняла стратегически выверенную позицию напротив Грейнджер и Уизлетты, которые о чём-то шептались. С ними стояла ещё одна женщина — Пэнси не узнала её, но решила, что та, возможно, училась с ними на одном потоке в Хогвартсе.       — О боги, посмотрите на Невилла! — воскликнула блондинка. — Он же просто секс!       — Я знала, что он перерастёт свою неловкую долговязость. Поздно расцветающие — часто такие горячие, — у Пэнси внутри всё сжалось, когда она заметила, как та откровенно разглядывает его фигуру. — Уверена, у него там всё более чем.       — Джинни! — возмутилась Гермиона. Обсуждение уже явно перешло границы приличия. Пэнси стало жарко — если бы у неё были когти, она бы уже точила их. — Кроме того, — продолжила Грейнджер, — он, вообще-то, занят.       Вот это уже заслуживало внимания. Она видела, как Невилл пытался поймать её взгляд, но это было слишком важно. Она отвернулась, сделав вид, что не видит его.       — Да ну? Кем?       — Прости, Ханна. Кажется, они пока не готовы афишировать, — ответила Гермиона. Ханна... Ханна... Имя вроде бы знакомое, но в памяти не всплывало.       — Невилл тебе сказал? — с любопытством спросила Джинни. Пэнси тоже чуть не подавилась от желания узнать — она сделала глубокий вдох и сосредоточилась на ближайшей цветочной композиции, якобы поправляя бутоны.       — Нет, на самом деле я их видела. Они были на рынке Белладонна на прошлой неделе.       Что?!       Пэнси застыла. Значит, Гермиона знала. У Грейнджер был такой козырь, и она ни разу не использовала его против неё? Не поставила на место одним точным ударом? Она просто молча держала при себе это знание. Пэнси сузила глаза. Что за игру ты затеяла, Грейнджер?       — Интересно, у них всё серьёзно?.. — мечтательно произнесла блондинка.       Да чтоб тебя. Только попробуй, сучка.       — Думаю, да, — ответила Гермиона, и Пэнси показалось, что она даже немного улыбнулась. — Никогда не думала, что скажу такое… но мне кажется, она ему подходит.       У Пэнси будто бы перевернулось всё внутри. Грейнджер… одобрила?! Она была уверена, что её отношения с Невиллом вызовут у его добродетельных друзей полную гамму осуждения. Но вот — сама мисс Чрезмерная Правильность вживую благословляет их связь как нечто само собой разумеющееся. Возможно, Пэнси недооценила её.       — Ну, кольца-то я не вижу, — вставила блондинка. — Выглядеть так и надеяться, что с тобой никто не будет заигрывать — просто преступление. Я иду в атаку.       — Давай, детка, покажи класс! — радостно подбодрила Джинни. Пэнси, разумеется, должна была догадаться, что причиной её изжоги окажется именно Уизли. — Потом расскажешь, что за змею он прячет в этих брюках.       — Джинни! Святой Годрик, — отрезала Гермиона, увлекая подругу к закускам. — Идём, найдём тебе еды.       Пэнси вздохнула. Ну что ж. Её вынудили пойти ва-банк. С решительным видом она направилась через зал и схватила Невилла за локоть, когда он проходил мимо.       — О, привет, Паркинсон, — улыбнулся он своей сногсшибательной кривой ухмылкой. — Предполагаю, теперь тебя всё устраивает?       — Альков у зала. Через пять минут, — прошипела она, не глядя в лицо. Она чувствовала его взгляд, когда уходила, нарочно добавляя движению бёдер немного больше театральности.       Поиграв в хозяйку ещё пару минут и бросив Блейзу лукавую улыбку, когда он поинтересовался, добыла ли она нужную информацию — хотя, по сути, она не узнала ничего нового —, Пэнси сделала вид, что уходит в дамскую комнату.       Она спряталась в своём любимом уголке для поцелуев, нетерпеливо ёрзая, пока ждала, когда появится Невилл. Спустя несколько минут в массивные двери зала проскользнул Невилл, озираясь по сторонам, явно пытаясь понять, куда она исчезла. Пэнси коротко выразительно свистнула. Он тут же дёрнул головой в её сторону. Она была скрыта гобеленом, но высунула руку и, изогнув палец, подозвала его.       Он быстро метнулся и нырнул в альков, наложив чары уединения. Почти сразу же его руки обвили её талию, он прижался к ней, вдыхая запах её кожи, целуя линию челюсти и опускаясь к шее.       — Ммм, идеальный момент. Ты выглядишь потрясающе… пахнешь ещё лучше… — он лизнул и прикусил то самое место на её шее, от которого у неё подогнулись колени, — …а на вкус…Мерлин, Пэнси…       Она опустила руку между ними, нащупала под тканью нарастающую твёрдость и начала медленно двигать ладонью вверх-вниз. Её безумно заводило то, что он делал языком, но у этой встречи была чёткая цель — положительное подкрепление.       Думаешь, можешь заявиться в вязаном свитере и получить доступ к этой киске? Нет уж. Но вот костюм, сшитый по фигуре...       Пэнси опустилась на колени, неторопливо расстёгивая молнию, не сводя с него взгляда из-под ресниц, игриво прикусывая губу, и достала его член, даже не потрудившись расстегнуть ремень. Невилл резко выдохнул, голова его откинулась и стукнулась о холодную каменную стену.       Она провела влажными губами по всей длине — от основания до самой головки, а затем обвела её кончиком языка, тёплого и нетерпеливого.       Невилл сдержанно застонал:       — Боги, Пэнси тебе не обязательно...       — О, ещё как обязательно, — выдохнула она, обхватывая его обеими руками, щедро размазывая по нему слюну. — Ты был таким хорошим, Лонгботтом. Дай мне тебя вознаградить.       Она обхватила его губами — уже без поддразниваний, без промедлений, и опустилась почти до самого основания. Почти — потому что даже для такой опытной волшебницы, как Пэнси Паркинсон, это был серьёзный вызов.       Он застонал, бережно заправляя короткие пряди её волос за уши. Она двигалась уверенно, влажные звуки, которые она издавала, были уже откровенно неприличными.       — Пэнси, погоди... — Он тяжело дышал, слегка отстраняясь, пытаясь восстановить контроль. Закрыл глаза, потом снова посмотрел на неё — зрачки были расширены от желания, и от одного этого вида у Пэнси перехватило дыхание.       — Если ты правда хочешь меня отблагодарить… — он поднял её на ноги, расстегнул пуговицу пиджака и, проведя пальцами по её челюсти, резко подхватил её за бёдра, прижимая к себе. — Тогда теперь моя очередь.       Он развернул её к стене, приподнял ещё выше, закинув её ноги себе на плечи. Шёлковое платье взлетело вверх, оголяя бёдра, он отодвинул в сторону крошечную полоску её трусиков — и тут же принялся с жадностью слизывать влажность, собравшуюся между её ног.       Пэнси сжала его волосы одной рукой, другой уцепилась за позолоченное бра на стене, запрокинула голову и громко застонала:       — Да… боже… вот так… ты такой…       Слова оборвались — Невилл, его нижняя губа, ритмичные движения подбородка и давление сводили её с ума. Он знал, что делает. Он обожал её, обожествлял — губами, руками, языком, всем телом, будто в мире не существовало ничего, кроме неё и её удовольствия.       Когда Пэнси уже почти перестала дышать, она всё же нашла в себе силы оттолкнуть его за волосы.       — В меня. Сейчас, — выдохнула она.       Он застонал — звук вибрацией прошёл сквозь неё. Он без труда подхватил её с плеч, легко опуская на свой твёрдый член, всё ещё торчащий из брюк. Он вошёл в неё одним движением, руки обхватили её бёдра и сжали.       Они были на пределе. Она всё ещё была прижата к стене, пока он снова и снова вбивался в неё, подстраивая её бёдра так, чтобы входить ещё глубже. Они смотрели друг на друга в упор, дышали одним воздухом, с каждым толчком прижимаясь друг к другу ещё сильнее.       — Вот так, Пэнси… дай мне свою награду… кончи для меня, детка… я хочу почувствовать как ты…       Его голос — хриплый от желания, ласковый, умоляющий — довёл её до края, и она сорвалась, сжалась всем телом вокруг него, её ноги задрожали и сомкнулись на его бёдрах.       Невилл зарычал, его толчки стали беспорядочными, отчаянными, пока Пэнси вздрагивала от послевкусия оргазма. Он прижался ртом к её шее, укусил почти до боли — и, простонав, кончил, застыв глубоко внутри неё, пока дыхание вновь не вернулось в грудь.       — Блядь...       Пэнси улыбнулась, проводя руками по его шее. Она знала, когда он ругался — значит, она сделала всё как надо. Он взглянул на неё тем особенным взглядом, от которого у неё сжималось сердце — с той самой кривоватой, искренней улыбкой, и поцеловал — медленно, жадно.       Её чувство собственничества, и без того зашкаливающее, стало почти невыносимым, когда он отстранился от поцелуя, всё ещё оставаясь внутри неё, тёплая влага начала медленно стекать по внутренней стороне бедра, сердца бешено бились в унисон.       — Не разговаривай сегодня ни с какими блондинками.       — Что?

*

      Спустя какое-то время Пэнси вернулась в зал — ни один волосок не выбился из причёски, а на щеках разлился довольный румянец. Она давно перестала следить за временем, проведённым с Невиллом, и, честно говоря, её это совершенно не волновало. Вместо этого она направилась проверить, как поживает её любимый несчастный блондин.       Драко стоял у стены — один, угрюмый и уже явно пьян.       — Весело проводишь время? — пропела она с прицельной долей сарказма — знала, что это обычно помогало его встряхнуть.       — Где ты пропадала? — буркнул он. Пэнси закатила глаза и потащила его в угол зала, где их точно никто не подслушает.       — Не срывай свои любовные страдания на мне, Драко. — Она схватила бокал с пролетающего рядом подноса. После недавних утех ей точно не помешает что-нибудь освежающее. — Я ведь не та, на кого ты зол.       — Я не страдаю. Просто не в настроении для светской болтовни.       Она проследила за его взглядом — через весь зал, туда, где Грейнджер, смеясь, разговаривала с шикарным брюнетом, имя которого Пэнси уже забыла.       — Конечно. Ни капли не страдаешь. — Она сделала маленький глоток вина и пристально посмотрела на друга. Она и не подозревала, что всё зашло так далеко. У Невилла уже несколько недель была теория, что между ними что-то есть, но Пэнси до сих пор не видела, чтобы они вообще как-то взаимодействовали. Только Драко, с глазами как у щенка под дождём, глядящего через всю комнату. Он попытался перевести разговор.       — Пэнс, ты ведь знаешь Розье?       — Фу, с чего вдруг интерес к ним? Подожди... они ж вроде как твои родственники?       Он отмахнулся:       — Двоюродные в седьмом колене. Слушай, что ты слышала о Феликсе?       Феликс Розье. Пэнси попыталась вспомнить, не упоминала ли его двоюродная бабушка на последнем обязательном чаепитии. Кажется, он был лет на десять старше неё — младший брат Эвана Розье, убитого в Первую войну, сын того самого старого Розье, который угодил в Азкабан после Второй.       — Да что о нём можно сказать… Пытается вернуть семье хоть какое-то положение в обществе — хотя особо блистать им никогда и не удавалось. Устраивает у себя в имении эти высокопарные приёмы, хвастаясь, что собрал у себя едва ли не лучший магический зверинец в мире. А что?       — Как часто он их проводит? — Драко всё ещё следил за Грейнджер и красавчиком-аврором, челюсть сжата, взгляд напряжённый, но в голове явно закрутились шестерёнки.       — Не знаю... кажется, раз в месяц?       — Сможешь достать приглашение? — Он наконец повернулся к ней. Глаза горели — напряжённо, суетливо.       — Разумеется, смогу. Но зачем мне тащиться на унылое сборище этого паршивого сноба с его странным зверинцем?       Он снова перевёл взгляд через комнату и залпом осушил бокал виски.       — Это по работе. Организуешь? Как только он устроит следующий приём — идём.       — Мы? Вдвоём? Ни за что. — Пэнси решительно замотала головой. — Если я появлюсь там под локоть с тобой, моя тётя Уинфри пришлёт мне образцы тканей на свадебное платье ещё до того, как мы вернёмся домой.       — Ладно, тогда тебе придётся пойти с кем-нибудь из моей команды, — он оглядел зал, взгляд задержался на группе гриффиндорцев, среди которых был и Невилл. — Как думаешь, сможешь провести вечер с Лонгботтомом? Он, между прочим, вполне милый, если не обращать внимания на его неуклюжесть. Или, может, уговорю Поттера...       — Лонгботтом подойдёт. — Она сохранила безупречно нейтральное выражение лица, хотя мысль о Невилле в костюме, ведущем её под руку, отозвалась во всём теле воспоминанием о недавней сцене в алькове. — Главное, чтобы руки держал при себе. — Она никогда в жизни не врала с таким лицом.       — Просто достань приглашения, Пэнси.       — Как скажешь. А ты кого пригласишь?       Он промолчал — и, как и следовало ожидать, снова уставился на Грейнджер.       Пэнси прикусила губу, обдумывая опции. В конце концов, она решила вернуть должок — после того, как одна белобрысая стерва посмела заглядываться на её мужчину, Грейнджер тоже заслужила маленькую услугу.       — Подойди к ней, ради Мерлина. Ну и что, что у неё «свидание» с этим шотландским красавцем. Они ведь не помолвлены.       — Свидание? — Драко оторвался от Гермионы и бросил на Пэнси полный тревоги взгляд. — О чём ты говоришь? Они не встречаются.       — По словам Грейнджер, у них утреннее рандеву. Так что, если она не соврала мне в лицо... — Хм. Впрочем, такое возможно. — В любом случае, сидеть тут с унылой миной — точно не вариант. Действуй! — она повернула его и слегка подтолкнула в сторону Грейнджер.       Драко снова обернулся, качая головой.       — Грейнджер не заинтересована в нём.       — Высокий, темноволосый, красивый, который смотрит на неё так, будто мечтает, чтобы она села ему на лицо? Да, Драко, сюрприз, знаю, но, оказывается, ты не единственный, кто вьётся вокруг Грейнджер, как щенок с разбитым сердцем. Представляешь, на неё могут и другие глаз положить. И вообще-то, чтобы пойти на свидание, её сначала кто-то должен на него пригласить.       — Чёрт побери, Пэнси, — он провёл рукой по лицу, пытаясь унять раздражение. Скулы ходили ходуном — явно сжимал челюсть. — Ладно. Я приглашу её. Но это не чёртово свидание, это расследование, — буркнул он и, нахмурившись, зашагал к Грейнджер с тем самым недовольным видом, с каким всегда уходил, когда Пэнси задевала за живое.       — Да, расследование… как лучше всего снять с неё трусики, — прошипела она ему вслед и едва не захихикала, глядя, как он идёт, подобрав плечи чуть ли не к ушам.       Пэнси, конечно, не удалось уличить Грейнджер во лжи или выудить какой-нибудь грязный секрет, но теперь было абсолютно очевидно: между ней и Драко что-то определённо происходит. Если уж поведение Малфоя — хоть какой-то показатель.       Хотя теперь, когда стало понятно, что Грейнджер в курсе её отношений с Невиллом, Пэнси почему-то стало меньше хотеться вмешиваться.       Пока что.

***

      23:44. ПЯТНИЦА. 3 ОКТЯБРЯ 2008. КВАРТИРА ЛОНГБОТТОМА. ЛОНДОН.       Пэнси и Невилл рухнули обратно на подушки — запыхавшиеся, раскрасневшиеся, вспотевшие и до одури довольные.       — Мерлин, Пэнси. Ты чуть не прикончила меня.       Она перевернулась, уложив подбородок на руки, сцепленные на его крепкой груди. Он выглядел чертовски хорошо: растрёпанный, вспотевший, с довольным выражением на лице. Она бы дала ему пару минут отдышаться, а потом начала бы слизывать капли пота у него с живота.       — Хмм… Я ещё не закончила вознаграждать тебя за хорошее поведение. Но, если честно, я в шоке, что у тебя вообще есть такой костюм. Почему я его раньше не видела?       Он тихо усмехнулся, проводя ладонью вдоль её позвоночника, задержавшись на ямочках на пояснице.       — Он новый. Решил, что пора приводить гардероб в порядок — в соответствие с твоими... стандартами.       Чёрт бы его побрал. Вот и всё. Несмотря на всё её сопротивление. Пэнси влюбилась.       Она прикусила губу, глядя на него с нежным блеском в глазах.       — Есть возможность… скажем так… устроить тест-драйв всему этому, — она обвела рукой их двоих.       — Мм? — Невилл приподнялся, подложив под голову руку. Очки валялись где-то на ковре, поэтому он мило щурился, стараясь удержать фокус на её лице.       — Драко собрался на одну из унылых тусовок, что устраивает Феликс Розье. Кажется, как-то связано с вашим делом об убийствах. Я отказалась идти с ним — иначе мама с тёткой напечатают о помолвке в Пророке, и нам придётся срочно жениться. Так что Драко предложил, чтобы меня сопровождал ты.       — Вот как? — его низкий смех прокатился по Пэнси, прижатой к нему всем телом. — Я знал, что всё-таки есть причина, по которой он мне нравится.       — Значит, наш первый выход в свет?       Он с кивнул, и она нежно прикусила его ключицу.       — Правда, не рассчитывай, что это будет романтично. Посредственное вино, мерзкий чистокровный трёп, да ещё Феликс Розье со своей нелепой выставкой редких и «удивительных» тварей.       — Интересно, получится ли уговорить Драко взять с собой Луну. Её познания в магических существах точно бы пригодились       — Слишком поздно. Он уже кого-то пригласил. Или, по крайней мере, собирается.       Невилл шумно втянул воздух, а потом расплылся в довольной, лукавой ухмылке:       — Осмелюсь предположить… Гермиона?       Пэнси ткнула его в нос:       — С первой попытки.       — Ну что ж, у нас теперь двойная миссия. Найти зацепки по делу, чтобы выйти на убийцу. И подтолкнуть этих двоих идиотов наконец-то признаться друг другу в чувствах.       — Откуда ты знаешь, что Грейнджер испытывает к нему хоть что-то? Драко, да, ведёт себя как типичный Малфой — ревнует, метит территорию, всё как надо. А она… она была довольно непреклонна, когда я пыталась её разговорить.       — Ну, тут-то никакой сенсации. Конечно, Гермиона не стала бы тебе признаваться, Пэнси. Но могу тебя заверить — Драко не один в этом плавании.       Пэнси задумалась.       — Завтра у неё свидание с тем горячим шотландцем.       — Горячим, да? — Он тут же попытался защекотать её, но с явным разочарованием обнаружил, что Пэнси Паркинсон не боится щекотки.       Она подняла бровь.       — Может, он и горячий, но ты — сногсшибателен, Невилл Лонгботтом.       Она наклонилась к его лицу, скользнув губами по его, провела языком по его пухлой нижней губе. Он приподнялся, чтобы поймать её в поцелуй, но она в последний момент игриво отстранилась.       Он прищурил глаза, затем перевернул их, раздвигая её бедра своими ногами, прижимаясь к ней всем своим весом и поднимая её руки над головой в восхитительном доминировании.       — А считается ли это свиданием, если она попросила — нет, умоляла — чтобы мы с Джинни к ним присоединились? — произнёс он, понизив голос до опасно соблазнительного шепота.       Теперь уже Пэнси ахнула:       — Ах, хитрая сучка!       Она всё сильнее убеждалась в своём предположении: Грейнджер и есть та самая Загадочная Богиня Секса, с которой всё это время маялся Драко. Оставалось лишь понять, вмешиваться или нет. В любом случае, чем больше они будут проводить времени вместе, тем выше шанс, что Драко сам всё поймёт. А уж что он сделает с этой правдой — его дело. Пэнси представляла множество вариантов — с Малфоем были возможны любые реакции: от ярости до оргазма. Или того и другого.       — Как думаешь, у них с Драко уже что-то было? — Она ещё не озвучивала Невиллу свою теорию о том, что именно Грейнджер стояла за тем самым заклинанием забвения. Пэнси осторожно решила прощупать почву. — Ну, например… в ту ночь после отставки старого главы Департамента?       Невилл поджал губы, задумываясь.       — Нет… нет, я так не думаю. Сначала мне так и показалось, но теперь, когда он считает, что ведьма стёрла ему воспоминания… — Его брови сошлись на переносице. Он явно обдумывал каждое слово. — Нет, не могу представить. У Гермионы есть недостатки, но это… это уже слишком. Учитывая её прошлое — нет. Ни за что.       Её прошлое... Пэнси становилось всё любопытнее. Невилл явно что-то недоговаривал.       До того как Пэнси успела озвучить хоть какую-то из мыслей, вихрем носившихся в её голове, он отвлёк её — своим восхитительно ловким языком, спускающимся к её груди. Уделяя внимание каждому соску, пока из неё не вырвался сдавленный стон желания.       — Должен тебя предупредить, Паркинсон, — прошептал он, прерываясь лишь на поцелуи. — Мне становится всё труднее держать руки при себе на людях.       Его слова зажгли её сильнее, чем огненное виски, особенно в сочетании с тем, что он делал с её телом. Одно осознание того, что он хочет её так сильно, что хочет, чтобы все знали, что она принадлежит ему, доводило Пэнси до полубезумного состояния. Или, может, дело было в том, как он расцеловывал её живот, разводил бёдра всё шире, прижимал её к кровати — не давая ни малейшего шанса сбежать.       Она выдохнула неприлично томно:       — Напомни, зачем мы вообще решили, что всё это должно быть тайной?       — Есть две очень веские причины… — его голос понизился до хриплого шепота. — Но, боюсь, я не в состоянии произнести их имена, когда нахожусь так близко к твоему клитору.       Смех Пэнси быстро превратился в стон, когда его язык начал ласкать её между бёдер, мягко, дразняще скользя вдоль её складок, пока не добрался до самого чувствительного.       Августа Лонгботтом и Уинфри Фрюин: профессиональные свахи с 1946 года.       — Пэнси, пока ты позволяешь мне делать с тобой это… — он медленно провёл языком по её влажной коже, — мне всё равно, когда мы всем расскажем. Через месяц, — ещё один ленивый, мучительно сладкий поцелуй. — Через год — круг языком вокруг клитора. — Никогда.       Он сомкнул губы на её клиторе, прикусив ровно настолько, чтобы её бёдра вздрогнули и подались вперёд к его лицу.       — Просто скажи мне, что я могу оставить тебя себе.       Что она могла на это ответить? Невилл Лонгботтом, женись на мне? Вместо этого она сделала единственное, на что была способна — потерять над собой контроль в ошеломляющем оргазме, шепча: «да»... снова и снова и снова.

***

I wanna spread the news

That it feels this good gettin’ used

Oh, you just keep on usin’ me

Until you use me up

Use Me by Bill Withers