Маски

      Вид Ин Хо явно говорил о том, как ему неловко. Он зажато сидел, собираясь на полном серьезе консультироваться с братом, еще и младшим, по поводу того, как выстраивать дружбу. В свои-то годы.       По крайней мере, Ин Хо смог себе признаться в том, что это необходимый шаг и далеко без советов человека более социального он не уйдет в своих попытках подружиться с Ги Хуном. Доказательством тому были последние две недели, за которые Хван под руководством Джун Хо, сам того не зная, смог создать образ друга для механика. А потом, стоило только взять ситуацию в свои руки, смог за секунду этот образ сломать.       Джун Хо же выглядел взволнованным, но исключительно в положительном ключе. Еще бы! Не каждый день Ин Хо приходит с желанием поговорить о чем-то личном. Ин Хо вообще не каждый день приходит, с этого стоит начать.       — Ну, рассказывай!       Прежде чем начать говорить, старший Хван протяжно вздохнул.       — Ты был прав.       Джун Хо гордо сложил руки на груди.       — Я прав в 99% случаев. Так что, будь добр, укажи, что конкретно тебя поразило на этот раз.       С каких пор полицейский стал таким смелым перед братом? Ин Хо привык к его сарказму и подколам, не мог сказать что-то против, но все равно немного огорчался от понимания, что раньше в их общении подобного было намного меньше.       — Ты был прав, когда говорил, что Ги Хун может обидеться.       — И?       — Я все рассказал ему и он… Мы даже выпить не успели. Он кричал и ушел из дома, а до этого…       — Нет-нет, Ин Хо, это все понятно. — Джун Хо мягко перебил брата, махая рукой перед своим лицом. — Оно было очевидно, что так и будет. Давай лучше перейдем к той части, в которой ты рассказываешь, почему тебя вообще волнует то, что кто-то на тебя обиделся.       — Дело не в обиде, дело в Ги Хуне. Он…       — Он тебе нравится?       — Хватит перебивать!       Джун Хо поднял руки в примирительном жесте и откинулся на спинку своего кресла, показывая этим готовность слушать и ни в коем случае не говорить раньше времени. Ин Хо еще несколько секунд сверлил офицера строгим взглядом, надеясь, что тот каким-то образом его почувствует, и только потом спокойно продолжил рассказ.       — Он не такой, как я думал…       Ин Хо упомянул все: от момента, когда Ги Хун перешагнул порог его дома, до обещания забрать механика завтра после работы к себе. Не стал скрывать детали, слово в слово пересказывая всю их встречу. Даже если для этого пришлось повторить свои бестактные и дерзкие ответы. А когда Джун Хо узнал, что Ги Хун снова послал брата, он тихо сдерживал смех, чтобы действительно не перебивать Ин Хо, как и обещал. Однако в конце истории, когда настала его очередь говорить, вместо того, чтобы начать обсуждение, Джун Хо лишь изрек короткий вывод, отвечая на свой вопрос раньше.       — Он тебе нравится.       За этим пришел Ин Хо? За детскими глупыми поддразниваниями? Он, вообще-то, рассчитывал на помощь и сострадание! Но если дела пойдут так и дальше, то проще будет справиться в одиночку. Поэтому Хван молча встал со своего места. Но Джун Хо поспешил его остановить.       — Ладно! Ладно! Я пошутил!       Увидев каплю серьезности на лице офицера, Ин Хо вернулся на стул. Правда, тут же пожалел, когда брат снова открыл рот.       — Но в каждой шутке есть доля правды…       — Джун Хо!       Это начинало раздражать. Нет, Ин Хо ничего не имеет против мужчин, но это не значит, что теперь стоит сводить его с первым попавшимся. У Ги Хуна красивые волнистые волосы — единственное, что может подметить Хван. Однако это совсем не повод задуматься о Соне в качестве партнера!       — Да нет, ты послушай! Ну я ведь прав! — Ин Хо чудом не начал возражать, давая младшему шанс высказаться. — Ты бы не стал так переживать из-за того, что обидел его, если бы он тебе не нравился!       — Я хочу просто подружиться с ним. Не больше. Ты надумываешь.       — Так я и не говорю о романтике!       Это на секунду поставило Ин Хо в ступор и заставило задуматься, говорят ли они вообще об одном и том же. Джун Хо воспользовался этой его заминкой, чтобы объясниться.       — Я бы и не смог особо поговорить о романтике, знаешь ли… Я о том, что он нравится тебе как человек. В его характере нету чего-то, что отталкивало бы тебя. Иначе ты бы и не подумал с ним дружить.       Теперь логика в словах Джун Хо была понятна. И он действительно прав, снова.       В характере Ги Хуна в самом деле нет ничего отталкивающего. Он ведь такой… Такой… Такой механик? Такой не-вор?       Что вообще Ин Хо о нем знает? Кроме сводки из полицейской базы данных? Разве что его любимый кофе — и все на этом. Какие-то общие факты, но ничего личного. Ничего, что бы говорило о характере Сона, о его увлечениях, о его вкусах.       В моменте Хван ощутил небольшую панику. Что если желание подружиться возникло лишь на фоне чувства вины? Чтобы очистить карму после нанесенной обиды? Или, что еще хуже, вдруг Ин Хо увидел в Ги Хуне потенциального друга только из-за того, что других претендентов на эту роль нет? Потребность заполнить пустую нишу — не важно чем, лишь бы было.       И это не столько переживания из воздуха, сколько суровая правда. Ин Хо увидел возможность и схватился за нее, хотя Ги Хуна как человека толком и не знает. Все началось, только потому что Сон первым протянул руку.       Все эти мысли неприятно кольнули. Но, вместо того, чтобы продолжать топить себя в размышлениях, как это происходит обычно, Ин Хо на удивление легко выкинул все волнения из головы.       «Это исправимо»       Если дружба зародилась из жалости и одиночества — пусть будет так. Это еще не означает, что так будет всегда. Наоборот, это знак, что нужно сделать так, чтобы все было по-настоящему. Чтобы на смену вине пришло любопытство, на смену одиночества — интерес. Естественное влечение к разговору, к присутствию.       Ги Хун тоже начинал лишь с целью подзаработать, получить какую-то выгоду, не так ли? А дружба пришла к нему сама уже в процессе. Так что мешает Хвану тоже начать с чистого листа? Он вырастит эти отношения, как росток из пепла. Прожженная земля ведь всегда плодороднее! Значит у Ин Хо есть все шансы построить что-то новое на обломках старого.       Он представил, как будет наверстывать упущенное: наблюдать не для того, чтобы сделать новую пометку для эксперимента, а чтобы просто узнать Ги Хуна поближе. Разговаривать с ним на любые темы, не боясь вопросов в свой адрес и откровений.       Ги Хун уже зацепил. И зацепит еще больше, когда Ин Хо познакомится с ним по-настоящему.       Легкая, едва ли уловимая улыбка появляется под маской. Но даже учитывая, что никто ее не увидит, Ин Хо все равно смущенно опускает голову, прячась.       — Ну… В таком случае да, нравится…       — Вот видишь!       На лице Джун Хо тоже расцветает улыбка. Широкая и искренняя, показывающая, что он рад за брата. Но быстро из довольной она превращается в хитрую.       — Правда, учитывая, как редко ты бываешь в ком-то заинтересован, я и не удивлюсь, если он тебе понравится больше, чем просто друг.       — Перестань.       — Просто если это действительно произойдет, давай ты будешь держать себя в руках, хорошо?       От резко серьезного тона и ушедшей с лица офицера улыбки пробежали мурашки. Ин Хо совсем не ожидал, что Джун Хо сможет припомнить тот случай и тем более подумать, что старший Хван способен его повторить.       — Это была случайность, ты же знаешь…       — Просто предупреждаю… — В миг Джун Хо снова повеселел. К нему вернулась прежняя бодрость и он подвинулся ближе, чтобы опереться локтями на стол, с любопытством смотря на Ин Хо. — Так что ты хотел у меня узнать?       Эти перемены настроения у Джун Хо когда-нибудь доведут. Но пока Ин Хо ограничился только коротким вздохом.       — Посоветуй что-нибудь. Как с ним разговаривать? Как себя вести?       Ненадолго офицер задумался, видимо перебирая возможные рекомендации в голове, но в итоге так ничего и не выбрал. Ответ был куда проще.       — Тебе не нужна моя помощь в этом. Ты уже хорошо справляешься.       — В смысле?       — Ну вы же вроде неплохо провели время? Вот эта твоя идея покатать его по городу — сам ведь придумал, без меня, и нормально сработало. Даже еще одну встречу уже назначил.       — Так говоришь, будто это было просто! Он мог и не согласиться! В следующий раз так не получится.       — А ты думаешь, что если будешь делать по моим инструкциям, то он гарантированно твоим другом станет сразу? Ин Хо, это общение, а не… математика! Тут не просчитаешь наперед!       Повисла тишина, в которой один продолжал усердно думать над тем, как все же помочь другому, а второй… Ну, Ин Хо просто смирился, что, кажется, до конца жизни так и останется одиночкой. Пока младший Хван все же не продолжил мысль.       — Но если тебе так нужна какая-то формула — просто будь собой. Ничего мудреного.       Ин Хо усмехнулся на такой ответ.       «Будь собой». Они в какой-то мелодраме? Или Джун Хо ослеп во всех смыслах? Не нужно обладать особой внимательностью, чтобы заметить, что Ин Хо — далеко не идеал для любого рода отношений. Холоден, закрыт, моментами неприятно упрям и скуп на эмоции. Так какой самоотверженный решит по своей воле общаться с кем-то на подобии Ин Хо, если тот так и продолжит «быть собой»?       — Это вообще не сработает.       — Сработает! Или ты планируешь перед ним всегда кого-то другого из себя строить? Ты либо с ним настоящий, либо не лезь вообще. Иначе какой вообще смысл в такой дружбе? Он потом узнает, что ты опять «не такой», опять поругаетесь, опять придешь ко мне. И все по кругу. Оно тебе надо?       Ин Хо поджал губы, понимая, что Джун Хо, чтоб его, в очередной раз прав.       — Мне кажется, ты сам себя не знаешь. А я знаю! Может ты весь такой конечно угрюмый и загадочный, но не нужно думать, что ты был таким всегда. Ты просто… немного закрылся ото всех тогда…       «Немного» — мягко сказано.       — И будет супер, если Ги Хун тебя заново откроет и вернет мне того Ин Хо, каким я его помню.       Ин Хо не стал спорить. Может, и правда, все не так безнадежно, как кажется. Он ведь уже сумел сделать шаг. Значит, может получиться и дальше. А даже если и нет, все равно стоит попытаться. Хотя бы ради Джун Хо, который, как оказалось, ужасно скучает по былым временам. Уловить нотку горечи в его голосе у Ин Хо получилось, и это больно отзывалось в груди.       — Хорошо. Я попробую…       Несколько секунд Ин Хо молчал, но следующее слово вырвалось само, на удивление легко и без последующего чувства стыда.       —Спасибо.       Искренняя благодарность.       

***

      Из полицейского участка Хван выходил непривычно счастливым. Проведенной беседой в итоге он остался очень даже доволен, несмотря на все сомнения, терзающие мужчину в процессе разговора.       Положительное влияние диалога с братом распространилось на весь оставшийся вечер. Желание «побыть собой» рядом с Ги Хуном было таким сильным, что уже не терпелось поскорее увидеться и поговорить. Мысли о том, что кто-то в теории сможет принять Ин Хо таким, какой он есть, грели душу, и очень хотелось проверить все на практике.       Но одновременно с этим разговор пугал. Потому что Хван понимал, что им еще предстоит обсудить все произошедшее, и он явно не будет в выигрышной позиции. А беседы про кофе и другие мелочи еще нужно заслужить каким-то образом. Своими силами, что может быть проблематично. Хотя Ги Хун всегда легко шел на контакт, кто знает, как он будет вести себя теперь?       Механик довольно легко согласился на поездку по городу, даже улыбался. Да и закончили они, вроде как, на хорошей ноте. Но вдруг это все только из-за общей сумбурности вечера? Наверняка, придя домой, Сон все обдумал и проанализировал, формируя новую четкую позицию. И эта позиция может сыграть вообще не в пользу Хвана.       Ги Хун не выходил из головы, но Ин Хо как мог пытался отвлечься. Сделал еще один прокат по улицам Сеула, но понял, что кататься вдвоем с Соном было веселее. Потом Хван решил съездить поужинать в одно из своих любимых мест. Но и там невольно задумался о механике и о том, как же все-таки уныло ужинать в одиночку. Как он вообще терпел это раньше и не замечал странностей?       Плохим решением было заскочить в гараж к Хи Суну. Потому что это то место, где о Ги Хуне нельзя было умолчать. А еще Ин Хо явно разозлил Пака своим появлением за 10 минут до закрытия мастерской. Хотя он уже приезжал так раньше, сегодня, по каким-то причинам, Хи Сун был куда раздражительнее обычного.       Он обернулся лишь на секунду, отрываясь от двигателя ремонтируемой машины, чтобы посмотреть на того, кто пришел.       — Чего тебе?       Застать Хи Суна за работой — невероятное везение. А застать его за работой над твоей машиной — сравни чуду. Aston Martin стояла с открытым капотом, рядом в какой-то своей определенной последовательности, знакомой лишь механику, лежали некоторые инструменты.       — Как она?       — Целая.       Мужчина злобно выплюнул ответ, так и ковыряясь гаечным ключом в моторном отсеке. Очевидно, Хван хотел бы услышать больше подробностей, но, конечно же, Хи Суну абсолютно на это наплевать.       Но почти сразу механик замер, лениво отрываясь от автомобиля.       — Блять, только посмей сказать, что я зря ее тут вылизываю, потому что тебе снова на кой-то хер понадобилось сломать машину.       Ин Хо на эту реакцию усмехнулся.       — Нет, это в прошлом.       Он подошел ближе, двигаясь вдоль машины и легким касанием пальца проводя по ее кузову.       — К аукциону готова?       — Почти.       — Что значит «почти»? Что можно так долго делать в машине, которую тебе привезли в идеальном состоянии?       Ин Хо оторвал палец от машины, тут же его осматривая и чувствуя на подушечках грязь.       «Он даже не мыл…»       Машина в распоряжении Хи Суна почти неделю. Как долго может занять ее подготовка, если она поступила в гараж уже полностью осмотренная? Либо механик приступил к работе вот-вот, чуть ли ни за пару минут до приезда Хвана, либо…       И снова неприятный укол сомнения.       — Или с ней что-то было не так, когда я ее привез?       Не хотелось снова поднимать тему того, что Ги Хун может быть преступником. Но эти ассоциации, будь они прокляты, сами лезут в голову. А Хи Сун их только закрепляет.       — Ты ж сам ее чинил. Последний, кто ее видел. Наверное, должен знать, какой привез ее.       — Не я ее чинил. Что с машиной?       Пака совсем не волновал поставленный вопрос. Вместо этого все внимание он уделил началу фразы. Задумался, застыв на пару секунд, что было немного странно, а потом громко недовольно цокнул.       — Пока я тут вожусь с твоими тачками, ты уже замену мне ищешь?       — Ничего я не ищу. Машины после тебя чинил другой механик, чтобы я мог… проверить его способности.       — Типо просто ради интереса? Это что за причуды богатых? — Хи Сун с хлопком закрывает капот и упирается на него сверху руками. — Нанял на три машинки, посмотрел и выпнул?       — Я никого не выпинывал. Завтра у него будет моя Subaru.       Ин Хо хотел было продолжить защищаться, как понял, что ему просто заговаривают зубы. А на заданный вопрос, тем временем, так и не дали ответ. От всего этого Хван медленно закипает.       — Что с машиной?       Хи Сун же снова пропускает все мимо ушей. Все, кроме того, на чем можно потрепать нервы Ин Хо. В его голове ударения стоят на совсем других словах.       — Subaru… Так значит он еще у тебя? И че делает? За мной работу проверяет? Такой профессионал нашелся?       — Хи Сун, что с машиной?       Пока Хван пытается понять, не идет ли из его ушей пар, мужчина напротив только усмехается.       — А ты у него спроси.       Ну почему он не может дать четкий ответ? Ин Хо отказывается верить, что Ги Хун мог все-таки что-то украсть или сломать в их самую первую встречу. Хочется утереть Хи Суну нос, крикнуть: «Спрошу!». Но, сделав это, он точно потеряет все шансы на прощение от Сона. Как это вообще будет выглядеть? «Привет, прости, я знаю, что ты не вор, но ты точно ничего не крал?». Ну да, так, просто спросить на всякий случай. Чтобы в ответ Ин Хо наверняка еще раз послали далеко и надолго.       — Я тебя спрашиваю. Плачу тебе, чтобы ты обслуживал мои машины и говорил, в каком они состоянии, а не чтоб стоял тут и дерзил.       Хи Сун выпрямляется и складывает руки на груди. Растягивается тишина, в которой механик нарочито медленно шагает к Ин Хо, огибая автомобиль. Но даже встав прямо перед ним, он не сразу начал говорить, а какое-то время просто смотрел на грани черной маски, будто мог считать по ней эмоции Хвана.       — Хорошо. Скажу то, что, как считаю, ты должен узнать…       Хи Сун специально делает паузу, поднимает подбородок, будто собираясь наконец выдать долгожданный ответ, чуть наклоняет голову. Будто нарочно тянет время, чтобы еще больше побесить. Но Ин Хо все равно невольно замирает, ожидая хоть крупицу конкретики. А внутри даже не знает, что будет хуже: если Хи Сун специально его злил на ровном месте, или если Ги Хун правда что-то натворил. Ни один из вариантов его не устроит, но надежда на что-то хорошее еще теплится где-то внутри. Он наклоняется чуть ближе, когда видит, что механик набрал воздуха в легкие для оглашения чего-то, походу, ужасного. Но уже в следующий миг из-под маски виднеется едва заметная ухмылка.       — У меня смена закончилась.       Пока Хван несколько секунд стоит в растерянности, а потом еще пару секунд тратит на то, чтобы глазами найти настенные часы на одной из стен, Хи Сун успел снять рабочие перчатки и хлопнуть Ин Хо по плечу.       — До завтра.       Хван терпеть не будет и вот так просто уйти уже развернувшемуся Хи Суну не даст. Он почти сразу грубо хватает его за плечо, оборачивая назад к себе. Сжимает ткань черного комбинезона в кулаке с нарастающей злобой, еще раз встряхивает мужчину на эмоциях.       — Никуда не уйдешь, пока не ответишь!       Постоянная наглость и отсутствие всякого уважения со стороны Хи Суна уже в горле сидят. Терпение у Ин Хо сильное, но всему есть предел. Чаша, наполняемая годами по капле, переполнена.       Хи Сун не сопротивлялся, позволяя себя трепать, но и слабины не давал. Держал лицо, без страха смотря словно сквозь чужую маску. Голос его оставался ровным.       — Был бы повнимательнее, запомнил бы, что я еще вначале сказал, что машина целая.       Даже в таком положении умудряется опустить морально и не дает себя задавить: наступает сам, выставляя Ин Хо клоуном, который разорался почем зря.       Пак одним движением освобождается из чужой хватки, но никуда не уходит. Наоборот, удерживает запястье Хвана в своей руке, будто став еще на пару сантиметров ближе. А небольшая разница в росте в пользу Хи Суна заставляет оставаться на месте.       — Ты должен доверять мне, Хван. А не кому-то, кого еще нужно проверять. Я — уже проверенный. Так что давай тут не путай, кто свой, а кто — нет.       Только тогда он отпускает руку Ин Хо, а тот сразу потирает больное запястье.       — Вон из гаража.       Ин Хо не ответил. Несколько секунд стоял неподвижно, будто не до конца понял, что только что услышал. В груди что-то неприятно сжалось то ли от злости, то ли от унижения. А внутри остался странный осадок после сказанного. Хван сам не мог бы объяснить, что задело сильнее: опять надменный тон Хи Суна или смысл его слов.       Ин Хо ведь не сомневался в Ги Хуне. Не имел права сомневаться, верил, что тот не смог бы навредить и автомобиль в порядке.       Но если не сомневался — зачем тогда снова и снова спрашивал о машине? Значит, был не так уж и уверен, раз оставлял вероятность того, что ответ Хи Суна будет неутешительным? Продолжал давить и надеялся, что услышит желаемое, при этом все равно сохраняя тень сомнения.       Ин Хо ведь правда доверяет Ги Хуну? Или только пытается убедить себя в этом?…

***

      Хван думал об этом всю дорогу домой. Думал о словах Хи Суна.       Ведь они действительно знакомы очень давно. И всегда, несмотря на грубости и нахальство, Пак выполнял свою работу на отлично. Межличностные отношения не оказывали никакого влияния на качество выполняемого ремонта. Наверное, именно поэтому Ин Хо и терпел годами все дерзости со стороны механика.       Ги Хун же, наоборот, очень покладистый по своей натуре. Не хамит и не язвит. Иногда немного растяпа, но это даже ничего. Из-за его доброй манеры общения, если, конечно, не считать странных «уебков» в его телефонной книжке и широкий вокабуляр матов, может возникнуть ощущение, что и работник из него хороший. Но так ли это на самом деле? Вдруг Ин Хо не доглядел за ним когда-то и даже не узнал об этом?       Хван встряхнул головой, выкидывая все предрассудки из головы.       «С чистого листа…»       Никакой предвзятости к Ги Хуну. Нужно относится к нему… проще. Не думать слишком много. Искать простые пути общения с ним.       Поэтому, откинувшись на спинку кресла в своем домашнем кабинете, Ин Хо берет телефон, чтобы набрать знакомый номер. Он звонил Сону каждый вечер на протяжении недели, а тому вроде это только нравилось. Так почему бы не продолжить?       Ин Хо знал, что завести полноценную беседу у него вряд ли получится сейчас, так что поставил перед собой простую цель — уточнить, во сколько и куда ему завтра подъехать за Ги Хуном. Не особо значимый разговор, учитывая, что Хван и так помнит и его место работы, и назначенное время встречи. Но для Сона это должно показаться милым, что Ин Хо учтиво переспросил, чтобы ни в коем случае не ошибиться и не подвести механика.       Нет, Хван ни в коем случае не думает снова обманывать! Просто покажет, что он на связи и серьезен в своих намерениях. Напомнит о себе лишний раз. Все-таки в этот раз он пытается быть вежливым не из долга, а по собственному желанию.       Гудки звучали не долго. Трубку взяли почти сразу.       — Алло?       Шорохи и странные посторонние звуки слышны на фоне, а голос приглушенный. Ги Хун, скорее всего, прижимает телефон к уху плечом.       — Привет. Не отвлекаю?       — Ах, это ты… — что-то похожее на выдох с облегчением послышалось из трубки. После этого интонация стала повеселее. — Да не, я рис колупаю, говори.       Не отвлекает, отлично. Значит надо просто спросить про время, пожелать доброй ночи и отключиться. Спросить про время, пожелать…       Ин Хо непонятливо хмурит брови, напрочь сбиваясь с запланированного маршрута.       — Ты делаешь что?       — Пытаюсь отодрать рис от кастрюли.       Так вот что это за звуки…       Хван отпустил тихий смешок.       — Надеюсь, он просто подгорел, а не настолько старый, что слипся весь?       — Он и подгорел, и старый. Так что лучше надейся, что после такого ужина я выживу и смогу приехать к тебе завтра.       Это было смешно до момента, когда Ги Хун сказал про ужин.       — Подожди, ты собираешься есть это?       — А ты что думал? Обжарю и нормально будет.       Ин Хо чувствует этот противный вкус застоявшегося риса на языке. А потом вспоминает, что он еще и подгоревший, отчего только сильнее морщится. Неужели у Ги Хуна правда все настолько плохо, что приходится питаться подобным?       — Назови мне адрес, я закажу тебе чего-нибудь нормального…       С той стороны слышно, как громко и недовольно Ги Хун цокнул. А его речь, до этого беззаботная, будто он не видел ничего плохого в том, что на ужин у него клочки старого риса, изменилась.       — Себе заказывай! Мне не нужно вот этого! Я тебя не заставляю это есть и сам не жалуюсь… У меня гочучжан есть…       — Ладно…       И все же он упрямый. Раз так, Ин Хо может только вздохнуть от безысходности и смириться. Это дело Ги Хуна — какие отходы употреблять в пищу.       «С гочучжаном…»       Господи, да никакой соус на свете уже не спасет это блюдо и желудок Сона!       Тут же в голове что-то щелкнуло. И вот невкусный рис кажется не такой уж и плохой затеей, а на завтра уже зреет план действий. Ин Хо хотел найти легкий способ подружиться? Этот способ сам пришел к нему в руки!       Ладно, на чем Хван остановился? Впрочем, это уже не так важно, но Ин Хо все равно переспросил о их встрече и все же пожелал спокойной ночи. Взаимного пожелания от Ги Хуна услышать не получилось. Тот только одобрительно промычал что-то в трубку и ждал, пока Ин Хо сбросит вызов. А сам был в этот момент слишком занят войной ложки и кастрюли на предмет того, чей же все-таки рис.       По-крайней мере, Хван очень надеялся, что только из-за риса Ги Хун забыл попрощаться.       

***

             Практически ровно к пяти часам дня Ин Хо уже подъехал к автомастерской на серебристой Toyota Supra. Как раз ее по планам должен был осматривать сегодня Ги Хун. Но, так как Хван нашел для них занятие поважнее, а эта машина и так совсем недавно уже проходила полный техосмотр, работа подождет.       Здание автосервиса совсем небольшое. Ин Хо остановился прямо рядом с ним, о чем сразу же пожалел, когда вышел из машины. Потому что перед ним оказался тот, о ком он забыл чуть ли не сразу же после последней их встречи — Али Абдул. Мужчина сразу же узнал обладателя черной маски и одной из своих крутых тачек, подбегая ближе.       — Господин Хван! — Али отдал низкий поклон. — Простите, что вам пришлось ехать сюда! Вы не смогли дозвониться до меня?       Как бы так помягче сказать, что никто и не собирался звонить, а приехал Ин Хо совсем не к нему? Стало очень неловко.       — Я не…       Хван не может подобрать слова. Он не хочет разочаровывать мужчину, но, кажется, что бы он ни сказал, этого не избежать. Остается только собраться и сделать серьезный вид, чтобы отказать Али хотя бы с уважением.       — Я хотел сообщить лично. Приношу свои извинения, но мы посчитали, что вы не обладаете достаточной компетенцией для выполнения поставленных задач. Боюсь, для вас эта вакансия закрыта.       Как же плохо это звучит на фоне того, что Ин Хо говорил Али раньше. Он ведь обещал, что точно перезвонит, как только они соберут несуществующую команду. А теперь просто неожиданно вычеркивает его из проекта.       Черт, да почему Джун Хо всегда оказывается прав?       Абдул выглядит разочарованным, хотя и пытается не показывать этого.       — Ох… Хорошо, я понял вас. Значит… значит нет?       Ну почему он вынужден повторять это?       — Значит нет. Верно.       Каким же нужно быть любителем доставлять плохие новости, чтобы приехать и лично, лицом к лицу, отказать в приеме на перспективную работу. Именно таким и кажется в данный момент Хван.       Повисла неприятная тишина. Они продолжали глупо стоять друг перед другом, что действовало на нервы. Ин Хо неловко прочистил горло и все же решил вернуться к тому, зачем на самом деле сюда приехал.       — Не могли бы вы позвать Господина Сона?       — Господина Сона?...       Замечательно. Теперь это выглядит, что Ин Хо не только забрал у Али возможность, но и прямо при нем передаст эту возможность его же коллеге, о котором спрашивал еще на собеседовании. Какой позор.       Али будто поник еще больше.       — Конечно, одну секунду.       Наконец Ин Хо может спокойно выдохнуть. Но тут же вздрагивает, потому что на его плечо падает чья-то рука. Запах сигарет бросается в нос. Радуясь, что Ги Хун так быстро нашел его сам, Хван поворачивается.       Однако, вопреки его ожиданиям, вместо Ги Хуна перед ним мужчина в маске медведя. С видом и тоном не самым довольным.       — Мужик, ты че?       Судя по всему, другой механик стоял где-то неподалеку, вне угла обзора Ин Хо, и слышал весь разговор.       — Тебя кто учил на работу принимать? Он за свой счет выходной взял, чтоб на твое собеседование придти, а ты так.       Ин Хо аккуратно убрал чужую руку с плеча и постарался оставаться спокойным.       — Так вышло. Решение окончательное.       — Ну окончательное и ладно, но ты мог как нормальный работодатель все в какой-нибудь более формальной обстановке объявить. Зачем лично приезжать и настроение портить? Еще и в рабочее время! Кто так делает?       Что за нелепая ситуация! Почему чтобы просто забрать Ги Хуна с работы нужно пройти через столько унижений? Ин Хо совсем не гордится тем, что расстроил непринятого работника, но что уж теперь поделать? К чему эти споры и обвинения?       — И что значит «так вышло»? Какие, блин, компетенции?… У нас Али лучше всех тут пашет, че тебя не устроило? Ему вообще-то семью кормить, он на эту работу рассчитывал.       Это начинает раздражать. Какой-то случайный коллега вдруг вызвался быть Ин Хо судьей! Даже если он не прав и действительно поступил неправильно, вовлекая Али в расследование, это еще не значит, что он позволит кому-то обращаться к себе в такой манере. Они ведь даже не знакомы!       — Тестовое задание на собеседовании было оплачиваемым, это во-первых. А во-вторых, я вообще никого не нанимаю. Не тебе тут решать, как я веду свои дела, ясно?       Медвежья маска же выносит из этого свои выводы, не собираясь останавливаться.       — Так ты разводила? А Ги Хун тебе зачем? Его тоже хочешь что ли…       — Кто меня хочет?       Оба мужчины поворачиваются на звук, что резко перебил их разговор. Ги Хун, вышедший из гаража и услышавший, походу, только последнюю часть фразы и свое имя, двигался как раз в их направлении с легкой улыбкой на лице.       Неизвестный механик опомнился первым и сразу подошел к другу, указав на Хвана и не сводя с того настороженного взгляда.       — Ты знаешь этого типа?       Ги Хун же оставался абсолютно спокойным, не обращая внимания на странное взвинченное поведение коллеги.       — Да. Я рассказывал тебе о нем в субботу, помнишь? Ин Хо — мой…       Сон запнулся, не зная, как теперь следует его представить. Но Хван взял все в свои руки. Буквально — также шагнул к Ги Хуну, становясь чуть позади него, и мягко опустил ладони на его плечи.       — Друг.       Ги Хун дернулся от неожиданности. Нет, Ин Хо всегда был достаточно тактильным и постоянно искал чужие плечи для быстрого касания, к этому Сон уже привык. Его поразило не столько движение Хвана, сколько его слово и та уверенность, с которой оно было сказано. Он обернулся на секунду, словно сомневаясь, не было ли это просто слуховой галлюцинацией, а потом и сам попробовал слово на языке. Эхом повторил его, тем самым неуверенно соглашаясь.       — Мой друг…       Незнакомец наблюдал за этим, складывая в голове два плюс два. Прежняя резкость ушла и теперь он просто осматривал этих двоих.       — А… Ну вот он тебя и хочет.       Ги Хун вспыхнул в ту же секунду.       — Чонг Бэ!       Эти шутки в закрытом пространстве гаража были терпимы. Но слышать их тут, когда Ин Хо прямо здесь, еще и так близко, еще и касается Сона в этот момент… У Чонг Бэ в кои-то веки появилось настоящее основание для подкола, пусть и в самое неподходящее время.       Ги Хун был готов провалиться под землю. Но быстро взял себя в руки, когда понял, что возможно Ин Хо и не увидел ничего такого во фразе Пака. В конце концов, он пока не знаком с его великим чувством юмора и может видеть в этой шутке не больше, чем простое продолжение диалога. Не нужно делать из этого много шума. Как раз-таки по такой бурной реакции от Ги Хуна Хван может начать что-то подозревать. Поэтому Сон лишь поджал губы, оставаясь на месте и молясь, чтобы Чонг Бэ не продолжил смехопанораму.       Однако Пак и сам сомневался в том, чтобы говорить что-либо еще. Он бы точно выдал свои самые лучшие каламбуры, но их разговор с Ин Хо до прихода Ги Хуна оставил слишком неприятный осадок. Плохое выдалось знакомство.       С другой же стороны, в отличии от Али, Сон уже работал у Хвана. И получал вполне реальные деньги. Ги Хун всегда отзывался о нем исключительно хорошо. И точно нельзя забывать о том телефонном разговоре в баре. Это «увидимся»…       Чонг Бэ запутался. Запутался в том, как относиться к Ин Хо и как вести себя конкретно сейчас. Поэтому просто махнул рукой, разворачиваясь, чтобы вернуться в гараж.       — Разбирайтесь тут сами, потом еще поговорим…       Ги Хуну остается гадать, о чем это Чонг Бэ собрался с ним говорить. В то время как Ин Хо мог только надеяться на то, что Пак будет держать рот закрытым. Потому что если Ги Хун узнает еще и про аферу с Али, Хвану точно будет худо. Его положение сейчас и так не самое лучшее.       От этих мыслей Ин Хо машинально чуть крепче сжал плечи Сона. Тот воспринял это по-другому, подумав, что Хван все же распознал подкол в словах Чонг Бэ. Поэтому поспешил скорее сменить обстановку. Выскользнул из рук Ин Хо и пошел к его машине. Точнее сказать, к единственной машине на улице, которая выглядит достаточно дорогой, чтобы принадлежать Хвану.       — Поехали уже. Не обращай на него внимания.       Ги Хуну хватило одной совместной поездки, чтобы теперь по-хозяйски смело занять пассажирское сидение. Ин Хо планировал открыть дверь перед ним, но не успел среагировать на быстрый побег Сона. Впрочем, это не так уж и важно.       Хван сел на место водителя и начал движение, но ничего не говорил. Только через десять минут Ги Хун начал что-то замечать. Будучи водителем в прошлом он хорошо знал город. И может сказать, что либо Ин Хо забыл, где живет, либо выбрал какую-то странную длинную дорогу.       — Мы же не к тебе домой едем…       — Не ко мне, да.       — А куда?…       Ин Хо усмехнулся.       — В ресторан.       Ги Хун этой радости не разделил. Услышав про ресторан, он, наоборот, только недоверчиво покосился на Хвана и даже погрустнел, сам не понимает отчего. Хотя догадки были.       Может это просто от неожиданности? Все-таки Сон рассчитывал на привычную работу в гараже, а не спонтанный ужин, вот это и выбило его из колеи. А может дело в волнении? Разделить трапезу с Ин Хо, с которым до этого они разве что вино вместе пили, и то безуспешно — довольно необычно.       Ну или ответ куда проще: Ги Хун вовсе не рассчитывал на какие-либо траты, кроме метро. Каковы шансы, что Ин Хо, бизнесмен за рулем спорткара, выбрал для ужина место, которое будет Сону по карману? Учитывая, что в его карманах только дырки!       — Что за ресторан?…       — Тебе понравится.       Нет, Ги Хуну не понравится сидеть со стаканом воды. Хотя, может и та будет стоить космических денег…       Уже через полчаса они были на месте. И, честно говоря, с виду заведение выглядело не таким уж и люксовым. Да и район далеко не центральный, один из тихих. Но это наверняка какая-то особенная стилистика, как думает Ги Хун. Кто знает, может у богатых сейчас тренд на что-то попроще? А это — скрытое, очень нишевое заведение, далеко не для всех.       — Одну закрытую на двоих, пожалуйста.       Этот ресторан мало чем отличался от тех, в которых Ги Хун бывал раньше. По периметру стены, за дверьми из матового стекла, находятся приватные комнатки. В одну из таких мужчины как раз и направлялись. В этих помещениях можно спокойно поесть и без маски, не боясь быть увиденным. Место для свиданий и встреч тет-а-тет. Но для тех, кому такая конфиденциальность не нужна, и кто готов быстро перекусить, или чаще выпить что-то, прямо в маске, существует общий зал. Пространство между вышеназванными комнатками, со столиками поменьше, которые обычно рассчитаны не более, чем на четверых, в лучшем случае.       Атмосфера внутри очень даже приятная. Здесь не веет пафосом — только милый интерьер, оформленный в теплых тонах. Людей не слишком много.       Но, несмотря на все это, с каждым шагом Сон чувствовал лишь больший стыд. Сколько Ин Хо пришлось заплатить, чтобы механика пропустили прямо так? Как же дресс-код? Сам Хван выглядит как всегда шикарно, в черной рубашке и брюках. А Ги Хун может только надеяться, что от него не слишком сильно воняет машинным маслом и он не распугает этим других гостей.       Официантка любезно провела мужчин к их кабинке. Внутри находился столик, состоящий из двух полукругов, изгибами направленных друг к другу. Предполагается, что люди будут сидеть в выемках, смотря один на одного. Но механизм данного стола предусматривает и другое положение столешниц: меняясь местами они смыкаются в кольцо, оставляя в центре пространство для двух стульев. Так собеседники оказывались спиной друг к другу, пока стол опоясывал их практически полностью, за исключением заранее продуманного среза, через который можно выйти.       Именно второй вариант рассадки интересовал мужчин в данный момент, о чем Хван уведомил официантку. Ведь иначе он просто не сможет снять маску, чтобы попробовать еду.       Отрегулировав стол и усадив гостей, сотрудница ресторана оставила меню и удалилась.       Ги Хун даже не смотрел на список блюд. Он знает заранее, что ничего не потянет здесь. Ин Хо вряд ли был бы доволен этим, поэтому это только к лучшему, что сейчас он сидит спиной к Сону. Хотя, впрочем, сам виноват! Зная финансовое положение Ги Хуна такие сюрпризы точно не самые удачные.       Через пять минут Ин Хо поинтересовался, готов ли Ги Хун сделать заказ, и, получив одобрение, вызвал официанта по кнопке. Девушка, что приходила ранее, вернулась, не забыв спросить разрешения перед тем, как войти. Она умело делала пометки в маленьком блокнотике, записывая выбранные Хваном позиции из меню. После настала очередь Ги Хуна.       — Воду, пожалуйста.       Ин Хо повернулся к нему почти сразу, услышав этот масштабный заказ.       — Ты ничего не будешь? Почему?       «Потому что я не могу проедать последние деньги»       — Тебе не нравятся блюда? В этом месте должна быть отличная острая курочка. Ты должен взять себе что-нибудь.       Ин Хо использовал знания, полученные из полицейской базы данных, по максимуму. Помнил, что Ги Хун и сам когда-то владел своей забегаловкой. И если он и мог что-то из этого вынести, так это предположение о любимом блюде Сона, которое звучало в названии уже несуществующего заведения. Именно это сыграло ключевую роль в выборе места для их ужина — в этом ресторане преимущественно блюда из курицы, с очень даже неплохими отзывами. Ин Хо и подумать не мог, что его гениальный план задобрить Ги Хуна любимой едой потерпит крах.       Но Ги Хун все же попал на крючок. Он давно не ел вкусного мяса, а Ин Хо с такой заботой дает рекомендации, еще и так удачно попав во вкусовые предпочтения Сона, что отказывать ну просто некрасиво. Скрипя сердцем, но искренне желая отведать местную кухню, Ги Хун все же берет в руки меню. Но взгляд с первых секунд направлен к правому краю листа — туда, где пишутся цены.       Мужчина ожидал схватить инфаркт от многозначных цифр, но, к его удивлению, цены оказались вполне себе приемлемыми. Ги Хун бы даже сказал, что они чуть ниже средних, что просто поразительно, учитывая милое оформление ресторана и его расположение не на самой отшибе города.       «Он специально искал это место?…»       Убедившись, что указанная стоимость — не мираж, Ги Хун серьезно подошел к выбору блюда, позволяя себе основываться в первую очередь на описании, а не цене. Определился он достаточно быстро.       — Яннём и кимчи, пожалуйста…       — Напитки?       — Все еще вода.       Надо быть скромным.       Официантка еще раз озвучила весь заказ и, получив подтверждение, что все верно, ускакала прочь, вновь оставляя мужчин наедине. Они сняли маски, вешая их на специальный для этого крючок на краю стола.       Это самый обычный ресторан. Не замаскированный люкс, не что-то для богачей, а просто ресторан. Куда пустили без дресс-кода, потому что дресс-кода и нет никакого. Где мало людей не потому что это место не для всех, а потому что это просто одна из многочисленных забегаловок Сеула, в которой нет изюминки, привлекающей толпу. Тогда же Ги Хун замечает и пару потертостей на столе, и царапины от посуды, и слегка мерцающую лампочку в одном из настенных светильников. Меню заламинированно неровной пленкой, что выдавало возраст заведения. Фотографии блюд были немного расплывчаты, цвета — уже немного выцветшие. А судя по мятым уголкам не один Ги Хун сидел и также теребил эту бумажку пальцами.       Значит, Ин Хо действительно учел то плачевное состояние Ги Хуна, о котором узнал вчера? Специально выбрал место с приемлемыми ценами, чтобы они могли просто посидеть и поесть вместе? Прямо как… друзья, на самом деле?       Это может быть так? Или это снова на Сона нацепили розовые очки?       — Зачем ты меня сюда позвал?       — Чтобы поговорить. И чтобы ты поел.       Поговорить. Да, им определенно нужен разговор. Но сперва…       — А я, по-твоему, не ем?       — Ты ешь, но, по-моему, полную дрянь.       Ги Хун фыркнул.       — Думаешь, я без тебя в ресторан сходить не могу? «Спасибо, Ин Хо, что показал, что еду можно покупать!»… Я ем «дрянь» не по своей воле, чтоб ты знал. Да я бы с большим удовольствием хоть каждый день приходил в кафешки пожевать чего-нибудь, но я осознанно этого не делаю, потому что…       Начал говорить с уверенностью, но, как только дошел до момента, когда проблему нужно было озвучить вслух, застопорился. Язык не поворачивается вот так взять и признаться открыто, что денег нет.       — Потому что не хочу…       Ги Хун не хочет, чтобы его жалели. Неужели Ин Хо действительно организовал целый поход в ресторан вместо запланированной работы только из-за вчерашнего случая с рисом? Что за позор…       — Ги Хун, я угощаю. Ты же понимаешь это?       — Что!? Нет, я сам за себя заплачу!       Это даже не просто жалость — это самая настоящая гуманитарная помощь. Акция «накорми голодающего». Но Ги Хуну не нужны такие подачки! Он, может, и бедный, но не настолько, чтобы есть за чужой счет. Ладно еще, если речь идет о выпивке — это дело нормальное, понятное. Но еда?       К счастью, Ин Хо быстро пошел навстречу, соглашаясь на раздельный чек. Но это быстрое поражение было только ради скорейшего обсуждения их последнего конфликта.       Но даже так разговор не завязался сразу. Ин Хо боялся начать, боялся сказать что-то не то. Но когда молчаливая пауза слишком затянулась, с глубоким вздохом он все же начал говорить. В голосе непривычная неуверенность, однако Хван не позволит Ги Хуну услышать все волнение, что его наполняет, скрываясь за маской еще и морально.       Сама тема предстоящего диалога слишком ярко напоминает эпизод из прошлого, когда Ин Хо приходилось произносить почти точно такую же речь перед братом. С другой стороны, как бы сложно это ни было тогда, сейчас между Хванами больше нет никаких недопониманий.       Разговор с братом помог выровнять отношения между ними. Пусть разговор теперь поможет и отношениям с Ги Хуном.       — Я хочу извиниться.       Он начал, не торопясь.       — За все. Я очень виноват перед тобой. Большой наглостью было так влезать в твою жизнь и, не спрашивая твоего мнения, впутывать в такую… ситуацию.       Ги Хун не отвечал. Только откинулся назад, поджимая губы и продолжая слушать.       — Еще больше я виноват в том, что не заметил твоих чувств и позже оскорбил их неаккуратными словами. Ты предложил мне что-то ценнее моих расследований, а я… не разглядел. Прости.       Слова из вчерашней беседы с Джун Хо сами лезли в голову.       — Я хочу быть настоящим перед тобой. Я буду самим собой, попытаюсь. Просто скажу, что эта дружба мне правда очень нужна. И я буду очень признателен, если ты согласишься попробовать начать все заново, несмотря на обиды, и дашь мне второй шанс. Дашь узнать себя.       Ин Хо опустил голову, делая короткую передышку перед тем, как сказать одну из самых тяжелых фраз.       — Я был неправ. Я сожалею.       Повисла долгая тишина. Плотная — хоть ножом режь. Слышно, как в соседней комнате кто-то смеется, где-то бьется посуда. А у них тишина. И это заставляет Ин Хо волноваться. Он сидел неподвижно, будто боялся, что любое движение разрушит хрупкий баланс момента. Чувствует спиной движения Ги Хуна, как он дышит, хоть между ними спинки стульев. Чувствует его тепло. Но не понимает, почему тот продолжает так пугающе молчать.       Ин Хо сказал что-то не то? Показался слишком мягким? Зря он начал раскрываться! Изначально ведь знал, что тактика провальная! Быть собой — просто не его. Ему лучше быть кем угодно, лишь бы не собой. От «реального» Ин Хо нельзя ждать чего-то другого, кроме проблем, как происходит и сейчас. Не просто так ведь Ги Хун подружился именно с образом доброго Хвана, а не с его настоящим «я».        Ин Хо уже хочет сам спросить у него в чем же дело, сказать что-нибудь еще в свое оправдание, еще раз извиниться, попробовать начать говорить все заново, словно его не услышали. Но только открывает рот, как из-за спины раздается голос. Такой же тихий и волнующийся, как и у Хвана.       — Извини, что послал тебя нахуй…       Ин Хо моргнул. То, что сказал Ги Хун — последнее, что он ожидал услышать. Улыбка тронула кончики губ.       — Ты серьезно?       — Ну, я тогда злился. И, может, не стоило так… резко…       Тишина продлилась пару секунд, а потом Хван не сдержался и рассмеялся. Смех тихий, но настоящий, как облегчение. Ги Хун, не удержавшись, усмехнулся в ответ.       — Ну что я не так сказал?       — Ничего. Ты имел право злиться на меня тогда, не извиняйся за это. — Хван смахнул выступившую на глаза слезинку после смеха и продолжил более собрано. — Давай договоримся, что будем перед друг другом честны. Без вранья: ни по-мелочи, ни по-крупному.       Интересно, если Ги Хун соврет, что где-то в Сеуле не гуляет фотография с его широко открытыми глазами, это будет по-мелочи или по-крупному?       — Но у нас ведь могут быть личные секреты, так?…       Переспросил наверняка!       — Ну конечно. Пока они в рамках закона.       Ин Хо снова рассмеялся, но у Сона последняя его фраза вызвала только мурашки по телу. Лишнее напоминание о том, как близко он стоит к пропасти и без всякой страховки.       Для вида Ги Хун тоже посмеялся. Правда вышло это неловко и вовсе неправдоподобно, но Хван и не заметил. А уже через минуту им подали еду.       На стол легли аккуратно расставленные тарелки: дымящаяся курица яннём в густом остром соусе, рядом — мисочка с кимчи. Ароматы пряностей сразу наполнили пространство, заставив обоих чуть по-другому вздохнуть.       Сперва они ели молча, сосредоточенно, будто сама трапеза стала для них передышкой и возможностью перевести дух после всего сказанного. Атмосфера перестала быть такой тяжелой еще на моменте совместного смеха, но еда окончательно стерла все напряжение.       Случайно завязался разговор. Какой-то совсем простой, ни о чем, но он приятно разбавлял момент.       Уже скоро тарелки опустели. Ги Хун без преувеличения съел все до последней крошки, наслаждаясь первой за последние несколько дней сытной трапезой. И нужно сказать, что это было очень и очень вкусно. Точно вкуснее риса накануне. Пока мужчина отходил от удовольствия, Ин Хо успел попросить чек.       — Оплата по карте.       Сон уже достал кошелек, пересчитывая то небольшое количество купюр в нем, но остановился после слов Хвана.       — У меня не будет на карте…       — Я оплачу.       — Ин Хо, нет!       Писк терминала. Звук выезжающего чека.       — Я же просил!       Ги Хун расстроенно опускает голову на сложенные на столе руки. За него только что заплатили в ресторане. Что за унижение? Конечно, Ин Хо не подразумевал ничего плохого в этом жесте, но все же!       Перед лицом что-то положили. Поднявшись, Ги Хун увидел небольшую стопку купюр, отчего застыл в недоумении. За него не только рассчитались, но и доплатили сверху? За что это?       — За работу.       — Я… Подожди, я ничего не сделал еще. Я думал, мы поедем к тебе и там я…       — Нет, рабочий день закончен. Если тебе так легче, считай, что это оплата за выезд.       «За что?!»       — Боже, это звучит, будто я хожу на свидания за деньги!       Ин Хо негромко посмеялся.       — И правда не очень. Тогда можешь считать, что это моя тебе оплата за услуги таксиста. Отвезешь меня до своего дома, а дальше я сам.       Ги Хун недовольно цокнул, но в этом не было глубокого раздражения. Больше сарказм.       — Такси не так работает…       — Значит, мне нужно доплатить за особый тариф?       — Господи, нет!       На этот раз улыбка и на лице Ги Хуна. Чего он не ожидал, так это того, что ему придется по своей доброй воле отбиваться от нападков Ин Хо подкинуть ему больше денег. А кто еще вчера обвинял Сона в жадности? Может, он и правда куда лучше, чем кажется.       Деньги Ги Хун все-таки взял.