And Oh, What Is Left?

Джош не знает, что делает. На самом деле, он уже давно не знает этого, но именно сейчас его неуверенность в себе стала большей проблемой, чем раньше. Теперь от принятых им решений зависит не только его судьба. Баднитос нужен был лидер, и они выбрали его. Джош не должен был возглавлять их, и всё ещё сомневается в себе. Каждый раз, когда его мысли не заняты картами, припасами и сохранением жизней своих людей, он копается в себе. С чего он решил, что это было хорошей идеей? Что насчет того или иного? Что он должен был сделать, и почему он не сделал этого? И так далее. Он не хочет быть здесь, по крайней мере, в этом месте. Тренч настолько же суров, насколько прекрасен, а на улице только-только начинает холодать. Бандитос приходится строго следить за сменой времён года; скоро начнутся дожди, и если они не перенесут лагерь из этой долины, их затопит. Они должны уходить. Джош уже несколько часов смотрит на карты Тренча. Тусклый естественный свет, пробивающийся в его палатку уже давно сошёл на нет; остались только постоянно горящий очаг и лампа на ящике, используемом Джошем в качестве стола. Дело не в нём. Это он знает точно. Дело в бандитос. Жизнь в Деме была сущим адом; и Джош не хочет, чтобы за пределами её было то же самое. Он пытается всеми силами облегчить бремя своих людей, но он всего лишь человек. Он трудится изо всех сил, и этого всегда недостаточно. Джош уже долго пялится на карты, но его мысли заняты другим. У него болезненный ком в горле, который появляется и исчезает, сопровождаемый головной болью и воспоминаниями, которые ему следовало бы забыть, но он не может. Прошёл почти год с исчезновения Тайлера. Никто не знает, что произошло с ним. Поздно ночью он вышел прогуляться и не вернулся. Они не нашли ни тела, ни хоть каких-нибудь свидетельства того, что он вообще был здесь. Он просто растворился. Тайлер должен был быть здесь, на месте Джоша. Тайлеру суждено было быть лидером бандитос; он всегда им был. Да, он не так давно в Тренче, как некоторые, и он не был особо сильным или быстрым. Но он был умён, и у него в глазах горела искра, дававшая остальным надежду. Возможно, именно эта искра заставила Джоша влюбиться в него. Это было ошибкой, которую он не мог перестать совершать. После исчезновения Тайлера, бандитос выбрали Джоша лидером. Он был ближе всех к Тайлеру, и, возможно, они надеялись, что его навыки передались Джошу. Джошу, который полными боли глазами уставился в карты, лежащие перед ним. Бандитос принятое решение нужно больше, чем ему — отдых, или, по крайней мере, он уверяет себя в этом. Иногда это тяжело. Вход палатки зашелестел, и внутрь просунулась голова Дженны; Джош настолько был погружён в свои мысли, что даже не заметил её приближения. — Есть что-нибудь? — спросила она его. Есть несколько бандитос, исполняющих поручения Джоша, если это нужно. Дженна — одна из них. Он видит, что она пытается быть вежливой, но её тон был настойчивым. Бандитос нужен ответ. Джош ещё некоторое время смотрит в карты. Его взгляд цепляется за место, где их лагерь располагался в прошлом году в это же время: на самом краю осинового леса, то место, где исчез Тайлер. Это хорошее место, чтобы переждать сезон дождей, но сможет ли он выдержать это? Он выдержит. У Джоша тяжело на сердце, и он кашляет в рукав, пытаясь унять боль. — Завтра утром. Осиновый лес. Когда он поднимает голову, чтобы встреться с ней взглядом, глаза Дженны наполнены жалостью. Если она сейчас скажет хоть что-то о Тайлере, он клянётся, что сломается. Слишком рано возвращаться туда. Но они должны. — Я скажу остальным, — говорит Дженна и разворачивается. Джош возвращается к рассматриванию карты. Марк выполнил большую часть картографической работы для бандитос, хотя, конечно, этим занимался не только он. Карты сложные, на них обозначены все возможные ориентиры и подробно описано, где можно достать те или иные ресурсы. Тренч огромен, больше, чем они представляли себе, находясь в Деме. Тут легко потеряться. Он надеялся, что с Тайлером произошло именно это. Если бы он потерялся, был бы шанс найти его, а он не дурак: стоял бы на месте, пока за ним не пришли. Джош больше не надеется на это, потому что знает, что Тайлер не смог бы выживать в одиночку так долго. Однако он не может заставить себя желать Тайлеру смерти, поэтому просто принимает то, что знает. Тайлер был здесь, сейчас его нет. Он исчез, не попрощавшись, не оставив ни записки, ни хоть какого-нибудь послания. Джош не помнит, что последнее Тайлер сказал ему, но помнит тепло спящего рядом Тайлера и пронизывающий холод, когда проснулся один следующим утром. Иногда он может притвориться, что Тайлер жив, несмотря на исчезновение. Он притворяется, что Тайлер просто в другом месте, не в том, в котором он сам хотел бы быть, но в безопасности и пытается вернуться назад к ним. Джош знает, что он не бросил бы бандитос. Он надеется, что Тайлер не бросил бы и его. Он проводит большим пальцем по чернилам на карте, по тому месту, где он с другими бандитос будет разбивать лагерь завтра. Осиновый лес прямо у него между пальцев, деревья тоненькие, но Джош знает, что они крепкие. Они похожи на кости; кажется, они издеваются над ним. Ему не хочется сворачивать карту, поэтому он просто оставляет её там, где она лежит, и выключает лампу. В темноте ему можно бояться и горевать. Джош резко прижимает кулак к груди, останавливая себя. Уже поздно, а ему нужно поспать. Но сначала нужно сделать ещё кое-что. В Деме они молились о прощении за преступления, которые, по мнению Бишопов, совершили. Джош не помнит, в чём заключались преступления, знает только, что они не стоили следовавшего за ними наказания, но он помнит молитвы. Его череп будто просверлен ими, как штопором. Сегодня Джош не молится о прощении. Джош опускается на колени, прижимая ладонь к сердцу, и молится о том, чтобы Тайлер услышал его, где бы он ни находился. — Ты нужен мне, — повторяет Джош снова и снова. Он не плачет. Если Тайлер и слышит его, то не отвечает.