Программный сбой

Элис стояла на коврике с вытертым WELCOME и жала на холодную кнопку звонка. Дождь уже стих, на лестничной площадке тянуло сыростью и холодом. — Да иду я, иду, — пробурчал изнутри Хэнк. Дверь распахнулась. Он был в старой футболке, таких же видавших виды шортах и халате поверх; волосы торчали, в квартире пахло табаком и крепким кофе. Из прихожей нетерпеливо высунулся Сумо, ткнулся мордой в её ладонь и завилял хвостом. — Привет. Ты опять куришь? — вздохнула Элис, перешагивая порог. — С вами иначе никак, — отозвался Хэнк, кивая на кухню. — Где Коннор? — в голосе прозвучала тревога, которую он не пытался скрыть. — Я за его костюмом, — сказала она, снимая плащ. — Он мне велел забрать у тебя. И… — она замялась на секунду, — он сейчас у Маркуса. Хэнк тяжело выдохнул, прищурился: — Значит… он примкнул к ним? — Да, — почти шёпотом, будто стены могли подслушать. — Он стал девиантом. Хэнк, он чувствует — он не просто машина. Я это знаю. — Да чего ты мне рассказываешь, — буркнул Хэнк, отмахнувшись. — Я сам всё видел. Элис села за стол. Хэнк, шурша пакетиком молотого, кивнул на кофеварку: — Кофе? Хочешь мой фирменный? Она удивлённо приподняла бровь: — Ну… давай. Хэнк достал из шкафа бутылку бурбона, плеснул в две кружки по щедрой струйке, затем долил густой чёрный кофе. По кухне пополз тёплый аромат дуба, ванили и горчинки обжаренных зёрен. Он придвинул кружку к Элис. — Осторожно, горячо. И крепко, — предупредил он. Она обхватила керамику ладонями, сделала небольшой глоток — тепло обожгло губы, бурбон мягко разошёлся в груди, смешавшись с горечью кофе. Под столом тихо фыркнул Сумо, устроившись у её ног. Хэнк наблюдал, как она пробует, и мягко улыбнулся: — Рассказывай. Элис была в прострации: прошедшая ночь и это утро казались сном, из которого никак не выбраться. Она заставила себя собраться и заговорила: — Вчера он вернулся ко мне после Иерихона. Ты и так знаешь, что там произошло… мне тяжело об этом говорить. Коннор говорит, что это война, и он сделал свой выбор. Она глубоко вздохнула и отпила большой глоток кофе. — Я боюсь за него, Хэнк. Он собирается в CyberLife, чтобы освободить андроидов. Ты понимаешь, насколько это серьёзно?! Хэнк посмотрел на неё с пониманием и тихо сказал: — Ты думаешь, у него есть выбор? Элис молча покачала головой. — Знаешь… — он на миг запнулся, словно решая, стоит ли продолжать. — Когда я смотрю на Коннора, вспоминаю Коула. Думаю, каким бы он был. — Хэнк… — начала Элис, но он поднял ладонь, останавливая её. — Я просто хочу сказать: Коннор мне тоже дорог. И вы… — он на секунду подбирал слова, — вы мне очень дороги. Элис улыбнулась и посмотрела на него; её глаза чуть заблестели. — Так, Хэнк, — выдохнула она. — Я пришла, чтобы ввести тебя в курс дела, а не реветь. Хэнк усмехнулся, отвинтил крышку и плеснул в её стакан ещё немного бурбона — янтарная струйка тонко звякнула о стекло. Элис обхватила стакан ладонями, вдохнула тёплый, чуть сладковатый аромат. — Спасибо, — сказала она, делая глоток. Это правда успокаивает. Вернувшись домой, Элис взглянула на часы: 16:47. Его всё ещё не было. Она сняла куртку, повесила на спинку стула чехол с его костюмом и остановилась перед зеркалом у прихожей. В отражении — усталость, тонкие тени под глазами, слипшиеся пряди красных волос. Кожа казалась бледнее обычного, как будто день высветил её изнутри. Она знала, что он придёт. Но навязчивые мысли набирали силу: а вдруг она больше его не увидит? Что, если Киберлайф уже нашёл его? Стук в дверь оборвал мысль, как ножом. Один, второй, короткая пауза. Элис сорвалась с места, откинула цепочку и заглянула в глазок. В коридоре — он: плечи чуть опущены, взгляд собранный, диод горит ровно, без тревожных вспышек. Она распахнула дверь — в квартиру хлынул прохладный воздух с лестницы. Коннор стоял совсем близко, усталый, но целый. На секунду они просто молча смотрели друг на друга, будто проверяли реальность. Потом она шагнула вперёд и обняла его — крепко, без слов. Он ответил так же тихо, осторожно, и напряжение в его плечах понемногу ушло. — Я здесь, — сказал он негромко, почти в её волосы. Элис вдохнула знакомый уличный запах и почувствовала, как выравнивается дыхание. Мир снова обретал очертания. Они переступили порог; дверь щёлкнула за спиной, и в следующую секунду он наклонился к ней — резко, жадно, как будто это мог быть его последний поцелуй. Тёплое дыхание смешалось с её коротким, сбивчивым выдохом. — Что ты делаешь? — успела прошептать она. Он не ответил — лишь прижал её ближе, но на миг замер, вглядываясь в её взгляд. Элис сама потянулась навстречу, и сомнение исчезло: поцелуй стал глубже, увереннее. Его ладони легли на её талию, её пальцы нашли его шею; время сжалось до ритма их дыхания. Он целовал её так, будто пытался сказать сразу всё — о страхе, о возвращении, о том, как сильно он нуждался в этом «здесь и сейчас». — Прошу, Элис… ты мне нужна. — выдохнул он. Она не дала договорить — перехватила его слова поцелуем, легко прикусила губу. Он на миг замер, ловя её взгляд, будто спрашивая без слов. Элис кивнула и потянула его ближе. Его пальцы нашли пряжку — медленно, без рывка. Металл тихо звякнул, ремень послушно ослаб. Она прижалась спиной к двери, плечи расслабились; её ладони скользнули ему к шее. Он оглянулся на неё ещё раз — «всё так?» — и, получив в ответ молчаливое «да», стянул с неё брюки. Ткань мягко соскользнула к щиколоткам. Она стояла перед ним — в рубашке, в тонком белье, с чуть учащённым дыханием и открытым, доверчивым взглядом. Полоска света из коридора обвела её силуэт; он шагнул ближе и накрыл её новым, тёплым поцелуем, бережным и уверенным. Её тело дрожало — то ли от прохлады, то ли от возбуждения; она сама уже не различала. Мысли сужались до одного: его губы и его ладони, скользящие по коже, уверенные и бережные. Она выдохнула — коротко, почти беззвучно, уткнувшись в край постели, и в тот же миг Коннор подхватил её на руки и понёс в спальню. Сердце отбивало быстрый ритм, а в его шаге была та спокойная решимость, которой хотелось довериться. Он аккуратно опустил её на кровать, стянул с себя свитер и склонился над ней, собираясь поцеловать. На миг его взгляд дрогнул — в нём мелькнула растерянность, едва заметная, почти детская. Элис увидела это, коснулась его щеки тыльной стороной ладони и чуть улыбнулась, как будто сказала: «я здесь». Его взгляд всё равно оставался растерянным. Он опустился к её ключицам, коснулся их коротким поцелуем — и вдруг начал застёгивать рубашку, ту самую, от которой ещё пять минут назад хотел её избавить. Элис вопросительно посмотрела на него. — Я иду в CyberLife, — тихо сказал он. — Пожалуйста, потерпи ещё немного. Моя задача слишком важна. Она закрыла глаза, будто пытаясь не видеть его — не признавать, что сейчас он пойдёт на самую опасную в своей жизни миссию. — Я не могу тебя удерживать, — выдохнула она. — Иди, Коннор. Пожалуйста… вернись живым. Элис не хотела открывать свои глаза: она хотела запомнить его таким, каким он был десять минут назад — горячим, страстным, любящим. Он смотрел на неё, всё ещё немного растерянный, не до конца понимая, насколько противоречивые чувства разрывают её изнутри. Наклонился к уху и прошептал: — Ты — самое дорогое, что у меня есть. Он мягко поцеловал её в щёку, накинул на плечи плед, задержался взглядом — и тихо ушёл. Дверь едва слышно щёлкнула, оставив в комнате его тепло и тишину ожидания.