Пот, кровь и карамельные духи

-Гена!! Генааааа!!? - орёт знакомый голос за окном, и Палкин морщится, а сидящий рядом Барашкин смотрит в сторону окна с явным непониманием. -Тебя там кто зовёт так отчаянно? - спросил капитан "Вымпелов" и поднялся на ноги. Он тусовался у Гены на ночёвке, такая у них традиция была, раз в месяц собираться у Гены и страдать хернёй. -Не знаю и знать не хочу, - Гена отворачивается и скрещивает руки на груди. Ване от этого только интереснее становится, и он открывает шторы, а потом смотрит вниз. Картина интересная: на снегу нарисовано кривенькое, но большое сердце, а в нём надпись: "Гена, извини! Вернись, пожалуйста!!" А рядом автор этого шедевра, Хитрюк, в одной олимпийке с букетом каких-то цветов, который продолжает орать имя своего ненаглядного рыжика. Барашкин аж на пол сел от смеха и жалости. Такого он ещё не видел: ебанутый на всю голову Хитрюк просит прощения под окном. Анекдот, а не ситуация. -Гена, тебе просто необходимо это увидеть, хотя бы чтоб поржать, - кое-как выговорил Ваня, уже валяясь на полу от смеха и судорог в животе. Палкин сделал глубокий вдох и решительно подошёл к окну и, раскрыв его нараспашку, высунулся на улицу. -Хули тебе надо?! - рявкнул он. Так как это был второй этаж, вопрос прекрасно дошёл до адресата. Петя аж на колени упал и голову поднял, руки с букетом тоже. -Гена! Прости меня!! Я твоё лицо себе на хлебальник набью!! Только прости меня!! - орал Петя, стоя на коленях, пока Гена злобно на него смотрел. Время 11 часов ночи, а этот долбоёб припёрся на морозе стоять, да ещё так легко одетый. -Хватит орать, поднимайся, пока очко не простудил себе, и беги нахер, пока я не спустился! - напоследок крикнул Гена и резко закрыл окно. Ваня снова пал ржать. -Ты чё, реально к нему спустишься? -Да, но только чтобы выбить ему ещё несколько зубов, - холодно проговорил Гена, надевая куртку. Тут Ваня напрягся: это ж что такое между этими дуриками произошло, что Гена собирается Хитрюку зубы выбить? Ваня тоже засобирался, иначе кастрюлька у Гены совсем засвистит. -А что у вас случилось-то вообще? - спросил Барашкин, застегивая зимние сапоги. -Случилось то, что этот ебанат натрия начал за мной сталкерить! Всюду за мной ходил, все контакты пробил, всех друзей, родственников, знакомых. Футболку каким-то хуем умудрился у меня украсть, ношенную причём?! В шкафчик послания любовные подкладывал. Я его в жизни больше вообще видеть не хочу!! - бурно жестикулируя и не стесняясь выражений, Гена поведал своему другу о такой вот проблеме. За разговорами они уже спустились к дверям подъезда. Петя в это время даже и не думал подниматься с заснеженного тротуара. Колени уже начинали болеть от холода, да и в принципе Хитрюк нормально так промёрз и будто протрезвел. -Похуй, пускай побьёт, я заслужил… от его рук и синяки приятны будут, - подумал Петя и с ухмылкой вообще на снег лёг. Развалился как звезда посреди дороги и смотрел в чёрное небо, пока вдруг над ним не нависла знакомая шапка с помпоном и очень злое лицо Гены. -Тебе жизнь вообще не дорогá, смотрю? - Гена смотрит на него сверху вниз, стоит сейчас как сахарница: руки в боки. Петя лишь улыбается и потихоньку поднимается на ноги, конечно, весь дрожит, нос краснее обычного, лицо бледное. -Похуй мне на жизнь, если она без тебя будет. Бей куда хочешь, я заслужил, может, хоть мозги на место встанут, - спокойно, хоть и проглатывая окончания, проговорил Петя, разводя руки в стороны. Вот, мишень готова, стоит и не шевелится. Какой же сейчас Петя был жалкий: весь растрёпанный, промёрзший до самых костей, со скромным букетиком из пяти розочек с гипсофилой. И сейчас этот доходяга стоит как пленник на расстреле и ждёт удара от возлюбленного. Гена же немного не такую реакцию Пети представлял, он думал, что тот побежит от него, а тут… Петя просто стал грушей для битья. Палкин думал, что он просто побегает за этим оболтусом, пинок под зад ему даст да и всё, а Хитрюк реально готов принять пиздюли. Даже как-то некомфортно стало. Но Гена свои слова сдержал, недолго думая замахнулся, и его костлявый кулак прилетел чётко в нос Хитрюку. Тот матюкнулся и схватился за нос, ноги подкосились, и он упал на колени. На снег начала капать кровь. За эту зиму Петя её достаточно много уже потерял, даже как-то страшно. Всё это время Барашкин стоял в ахуе, он не думал, что добряшка Гена реально, блять, разобьёт нос Петру. Даже Гена, кажется, сам себя сейчас испугался, но только лишь на секунду. -Извини, но ты этого заслужил. Если продолжишь следить за мной, будем разговаривать в суде, - строго высказался Гена и уже развернулся, чтобы уходить, но тут Петя подорвался на ноги и схватил его за руку. -Цветы возьми, пожалуйста, - немного хрипло попросил Петя, держась одной рукой за нос, кровь так и лилась ручьём. Прямо избитый дворовый пёс. Даже Ване жалко его стало, но решать тут только Гене, который сейчас смотрел на этого ухожёра-неудачника и думал: въебать ещё раз или хер с ним? Петя тоже думал, что ему сейчас пропишут двоечку, но в итоге Гена забрал букет. Секундное прикосновение тёплой руки для Хитрюка было как касание ангела, он уже рук не чувствовал, еле как пальцы разжал. Гена даже вздрогнул от случайного соприкосновения с этой жертвой обморожения, кажется, если сейчас Гена уйдёт, то Петя тут и окочурится, побитый и замёрзший. Хоть и Палкин был ужасно зол на этого идиота, но в таком состоянии он его не бросит, по крайней мере не сейчас и не сегодня. Хитрюка молча берут за руку и ведут к подъезду, а тот идёт на негнущихся ногах и нихера не понимает, хотя и радуется в душе. -Мы за руки держимся! - проскочила шальная мысль у беззубого в голове, и он немного улыбнулся. Ваня продолжал смотреть на этот спектакль молча, настолько молча, что дверь подъезда захлопнулась перед его лицом. -Ну, ахренеть, голубки, блин, а про меня забыли?! - крикнул Ваня и начал стучать по железной двери. А за этой дверью Хитрюка вели под ручку по лестнице, чтобы не свалился. -Ты решил мозги последние отморозить? -Это второстепенная цель. -А первостепенная какая была? -Тебя увидеть и прощенья попросить. Вот и сорвался с хаты нахуй, сначала за цветами, потом за краской, потом к тебе кабанчиком. Забыл, блять, вообще что одеться надо было, да и не холодно было сначала, - хрипло объяснялся Хитрюк, чувствуя, как в тепле закоченевшие конечности потихоньку оживают и болят ещё сильнее. Гена всё это слушал и неосознанно сжимал ледяную ладонь, от чего Петька млел как сытый кот. Руки у Гены были тёплые, даже горячие, мягкие такие, отпускать не хотелось. Но их идиллию нарушил громкий стук в дверь подъезда. -Блять, Ваня, - Гена вспомнил, что оказывается вышел вместе с Барашкиным, лучшего друга на морозе оставил. Так что ручонку Хитрюка пришлось отпустить и пойти открыть дверь, но что-то пошло не так. Стоило Гене отойти к двери, как сзади послышался глухой стук, будто упало что-то неживое, а потом тихое шипение. Палкин только на кнопку нажал и вернулся к этому луковому горю, которое лежало, распластавшись на холодном полу. -Тебя ни на секунду одного нельзя оставить! - ворчал рыжий, поднимая этого додика на ноги. Петька же стыдливо глаза отводил в сторону и не сопротивлялся. Он действительно то ещё горе, которое вцепилось в плечи Палкина и пытается встать на ноги. -Да я случайно, ноги не держат просто, - оправдывался Петя, а сам готов был уссаться от счастья. -Пошли, чучело ты огородное, - скомандовал Гена, пряча красные щёки в воротник куртки, и они втроём пошли на второй этаж. Путь был долгий, но Петя к концу лестницы мог идти сам, и на том спасибо.