The Unholy Trinity II: Nemesis / Несвятая троица II: Немезида

      Солнце выглянуло из-за горизонта, лаская Шотландское высокогорье своими золотыми лучами. Вдалеке птица запела одинокую утреннюю песню. Звук был слабым, но его было достаточно, чтобы пробудить ее ото сна. Глаза Андромеды распахнулись, и она резко села, не сразу узнав окружение. Постепенно воспоминания о прошлой ночи нахлынули на нее. Северус Снейп. Он был их союзником. Он привел их сюда. Они больше не были одни.       — Привет.       Она резко повернула голову, узнав голос дочери. Тонкс сидела в кресле рядом с кроватью, на ее губах играла улыбка, — Я уже собиралась тебя будить. Я думала, что ты проспишь весь день.       — Который час? — спросила Андромеда, выскользнув из постели. Ее ноги коснулись холодного пола, и она вздрогнула. Она схватила с прикроватного столика волшебную палочку и призвала свою одежду.       — Чуть больше девяти, — ответила Тонкс и усмехнулась, увидев испуганный взгляд матери, — Тебе нужно было поспать, мам. Я уже не помню, когда в последний раз ты спала ночью больше двух часов, если вообще спала. Твое тело не выдержит. Рано или поздно ты упадешь в обморок, — Она пристально изучала лицо своей матери, — Как ты себя чувствуешь?       — На двадцать лет моложе, — усмехнулась Андромеда, застегивая мантию и завязывая волосы в высокий хвост. Она взяла палочку в руку и посмотрела на нее. Образы прошлой ночи стали более четкими, и она повернулась, чтобы посмотреть на свою дочь, — Старшая палочка в Хогвартсе.       — Да, в могиле Дамблдора, — ответила Тонкс, — Но ты не сможешь использовать ее, если не обезоружишь Драко. Мы даже не знаем, принадлежит ли она ему до сих пор или надо искать кого-то другого.       — Мы должны добраться до него, — сказала Андромеда, ее голос не терпел возражений. Выражение ее лица стало суровым, когда она отвернулась от маленького зеркала и встретилась взглядом с дочерью, — Мне все равно, что с ним делает Снейп, этот парень нужен мне сейчас же. Покончим с этим.       — Он в гостиной, разговаривает с Розмертой, — сказала Тонкс и последовала за матерью из спальни в гостиную.       Северус Снейп стоял посреди комнаты, и Андромеда почувствовала, как при его появлении у нее перехватило дыхание. Это длилось всего долю секунды, но в этот момент она поняла, что чувствуют люди, когда смотрят на нее. Конечно, она знала, но это огорчало ее. Люди часто принимали ее за Беллатрикс, страх и гнев в их глазах были тем, к чему она привыкла. Рука инстинктивно потянулась к палочке, но она вспомнила, зачем он здесь, и успокоилась. Если он и заметил ее внезапное сомнение, то не подал виду, за что она была ему благодарна.       Она скрестила руки на груди, — Нам нужен Драко.       — Он на занятиях.       — Мне плевать, даже если он на чертовой луне! — возразила Андромеда, — Я не могу ждать, пока он закончит свое эссе по зельеварению, Северус. Рано или поздно мне придется взять эту палочку своими руками, и я предпочла бы поскорее покончить с этим, если ты не против.       — Северус отправил сообщение Беллатрикс и Гермионе о том, что Нарцисса в заключении неподалеку от замка, — сказала Розмерта, пытаясь разрядить внезапно возникшее напряжение в комнате. Андромеда и Северус оба были искусными магами, и оба обладали таким качеством, что их эмоции могли наполнить комнату магией за считанные секунды. Уровень магии, царившей между ними, был ощутим, — Поздним утром Беллатрикс и Гермиона будут знать, что Нарциссу в последний раз видели в этом районе.       — Зачем? — спросила Андромеда, — Чем меньше они будут знать о нас, тем лучше.       — Если я не скажу им, что вы рядом, они поймут, что я помог вам. По-другому вы не смогли бы попасть в замок, — объяснил Северус, — Как только они узнают, что вы внутри, они поймут, что кто-то помог вам. Я не хочу, чтобы они думали, что кто-то — это я, ведь вам все еще нужна моя помощь.       Андромеда сглотнула, — Ладно.       Взгляд Северуса стал жестким, — Я позову Драко. Встретимся в Большом Зале через полчаса.       Он развернулся на каблуках и исчез, черная мантия развевалась за его спиной. Как только он ушел, Андромеда повернулась к дочери, — Он ведь говорил, что собирается держать Нарциссу в одном из подземелий?       — Да. А что?       — Я хочу ее видеть.       — Мам, ты правда думаешь, что это хорошая идея? — спросила Тонкс и хотела взять мать за руку, но Андромеда отстранилась.       — Я должна.       Она оставила свою дочь и Розмерту посреди гостиной и вышла в тускло освещенный коридор. Она тихо произнесла «Люмос», и серебристое сияние ее палочки осветило ей путь. Звук ее шагов эхом отражался от стен, пока она шла, и так продолжалось несколько минут. Пройдя, как ей казалось, в темноте несколько миль, Андромеда добралась до единственной деревянной двери. Маленькое окошко было закрыто решеткой, и она приподнялась на цыпочки, чтобы заглянуть внутрь.       При свете серебряной палочки она обнаружила Нарциссу, лежащую на старом грязном матрасе, накрытую черным одеялом. В углу стояли миска с водой и пустая тарелка. Единственный свет, падавший в комнату, исходил от ее волшебной палочки, и она заметила, что глаза Нарциссы были широко открыты. Ее сестра не спала.       Нарцисса села, увидев сестру, стоящую по другую сторону двери. Одеяло упало к ее ногам, — Что тебе нужно?       — Сказать тебе, что я нашла Бузинную палочку, — ответила Андромеда, — Я собираюсь покончить с этим, Нарцисса. Это конец.       — Это никогда не закончится, — тихо усмехнулась Нарцисса.       Андромеда почувствовала, как ее захлестывает печаль. Ей было грустно, что такое случилось с Нарциссой и Беллатрикс. Тьма поглотила их. Они были потеряны, — Это когда-нибудь закончится, Нарцисса, — ее голос был мягким, неожиданно дрогнувшим от слез, — Я сделаю все возможное, чтобы это закончилось. Я обещаю тебе, это прекратится.       — Ты умрешь, — тихо прошептала Нарцисса. Нотка веселья в ее голосе была немного тревожной, — Ты умрешь, пытаясь это сделать.       — Я рискну, — ответила Андромеда, — В отличие от тебя, я не боюсь умереть.       Андромеда и глазом не успела моргнуть, как ее сестра вскочила на ноги и побежала к двери. Она попыталась дотянуться до лица Андромеды сквозь прутья решетки, но промахнулась, когда брюнетка отступила назад. В серебристом свете волшебной палочки она увидела безумие в ее глазах. Кожа Нарциссы была тонкой, как бумага, и почти прозрачной. Ее волосы были в беспорядке. Ногти были сломаны и почернели, как будто она скребла ими пол камеры. На мгновение Андромеде вспомнилась фотография Беллатрикс в «Ежедневном пророке» много лет назад, когда она сбежала из Азкабана. Она казалась расстроенной и сумасшедшей. Нарцисса сейчас выглядела такой же безумной.       — Ты никогда не вернешь ее, — усмехнулась Нарцисса. Она по-детски пропела эти слова, словно передразнивая горе Андромеды, — Ты потеряла ее навсегда, Энди. Бедная маленькая Гермиона никогда к тебе не вернется.       Глаза Андромеды потемнели, — Это ты никогда к ней не вернешься.       — НЕТ! — закричала Нарцисса, — Мы тебя одолеем! Ты никогда не будешь сильнее нас!       — Я уже сильнее вас.       Андромеда развернулась и пошла обратно по темному коридору. Позади она слышала, как Нарцисса кричит в своей маленькой камере. Стук ее кулаков эхом отражался от стен, сопровождая звук ее шагов, когда она уходила от сестры. Беллатрикс и Нарцисса были пленниками, и даже если Нарцисса когда-нибудь выйдет из этой камеры, она никогда не будет свободна. Они были заложниками тьмы, запертыми в своем извращенном сознании. Им никогда не выбраться. А заключение было пожизненным.

~()~

      — Есть новости из Хогвартса!       Воин, пошатываясь, вошел в столовую и споткнулся о собственные ноги. Он оставлял за собой грязный след, и Гермиона обернулась и нахмурилась, увидев грязь на полу. Она щелкнула пальцами, и невидимая магия подняла воина на ноги. Он на мгновение встретился с ней взглядом, но отвел его. У него не хватило смелости посмотреть ей в глаза, и он склонил голову в знак покорности.       Беллатрикс, которая стояла, прислонившись к столу, подняла голову, — Что там?       — Господин Драко сообщил мне, что сопротивление держит в заключении его мать, и она находится в Хогсмиде, — сказал воин, — В последний раз ее видели вчера поздним вечером.       Гермиона чуть не выронила хрустальный кубок, который держала в руках, и ее карие глаза сузились, — Хогсмид разрушен. Андромеда не настолько тупая, чтобы вернуться в место, где они не смогут спрятаться, — ее глаза нашли Беллатрикс, — Какого черта они там делают?       Беллатрикс начала медленно расхаживать по комнате, — У них больше ничего нет. Грегорович мертв. Деревня разрушена. Им некуда бежать. Мир вокруг них развалился на части, — внезапно она остановилась, и ее темные глаза расширились, — Если только они не нашли то, что искали.       — Старшую палочку? — спросила Гермиона, — Ты думаешь, она нашла ее.       — Я не знаю, — ответила Беллатрикс, — Грегорович не смог сказать нам, кто был последним владельцем, поэтому я сомневаюсь, что он сказал ей, — она тяжело вздохнула, — Они что-то нашли недалеко от замка. Они не могут попасть внутрь, но я даже думать не хочу о том, что они бродят по окрестностям, — ее черные глаза снова устремились на воина, — Собери своих людей и отправь их в Хогвартс. Жди дальнейших распоряжений.       — Что ты делаешь? — спросила Гермиона, как только воин ушел.       — Это ликвидация последствий.       — А как же Ксенофиллиус Лавгуд?       — Он мертв, Гермиона. Мертвецы не разговаривают. Я попрошу одного из разведчиков обыскать его дом, но сомневаюсь, что мы что-нибудь там найдем. Андромеда где-то рядом с Хогвартсом, и Нарцисса с ней, — В глазах Беллатрикс отразился гнев, — Мне плевать, даже если чертова волшебная палочка валяется под кроватью старика Лавгуда. Я хочу вернуть Нарциссу!       Гермиона наблюдала, как Беллатрикс вышла из столовой и исчезла. Ее рука скользнула в рукав, и пальцы погладили деревянную палочку Нарциссы. Затем она последовала за Беллатрикс и нашла ее в спальне наверху. Она переоделась в одно из своих любимых платьев, и Гермиона наблюдала из-за приоткрытой двери, как старшая ведьма зашнуровывает свой корсет. Их взгляды встретились в зеркале, и впервые за несколько месяцев Гермиона заметила нежность на лице Беллатрикс. Потеря сестры причинила ей боль. Ее ломало изнутри.       — Мы найдем ее, — пообещала она, пересекая комнату и целуя Беллатрикс в затылок, — Я знаю, что найдем.       Она взмахнула палочкой и призвала одну из своих вещей. Она вздрогнула, когда почувствовала, как теплые ладони Беллатрикс скользнули по ее рукам, медленно снимая простую мантию, которая была на ней надета. У нее перехватило дыхание, когда она почувствовала, как теплые губы коснулись ее лопатки. Женщина стояла позади нее, Гермиона прикусила нижнюю губу, когда руки Беллатрикс погладили округлости ее груди, а затем исследовали живот. Прикосновение было чувственным и нежным, без какой-либо доминантности, которую обычно демонстрировала Беллатрикс. Это было прикосновение любимой.       Гермиона сбросила мантию, которая теперь лежала у ее ног, и ее глаза затрепетали, когда пальцы Беллатрикс прошлись по линии ее позвоночника и опустились чуть ниже ягодиц. Ее тело выгнулось дугой, и она инстинктивно привстала на цыпочки, когда руки Беллатрикс обхватили ее за талию и притянули ближе. Гермиона подняла одну ногу, затем другую, чтобы влезть в платье, и Беллатрикс осторожно натянула атласную ткань вдоль ее тела. Дойдя до плеч, она легко застегнула молнию на платье, прежде чем поправить шнуровку корсета. Тонкие и проворные пальцы завязали кружево в крепкий узел, и ее ладони скользнули по обнаженным рукам Гермионы.       — Ты прекрасна, — прошептала Беллатрикс ей на ухо, ее дыхание было таким теплым, что заставило ее тело пылать, — Мир падет к твоим ногам.       — Как и к твоим, — выдохнула Гермиона и обернулась.       Их губы нашли друг друга в обжигающем поцелуе, который был полон слов, которые навсегда останутся невысказанными. Они разделяли желание влюбленных и отчаяние тех, кто был вынужден расстаться с любимым человеком. Гермиона почувствовала вкус боли на губах Беллатрикс. Они разорвали поцелуй и прижались лбами друг к другу, и Гермиона обнаружила, что тонет в двух омутах тьмы перед ней.       — Пора идти, — прошептала Беллатрикс и поцеловала Гермиону в уголок рта, — Солнце восходит над новым днем. Пусть это будет день, когда миру придет конец.       Они спустились в вестибюль замка, и Гермиона открыла дверь. Мир снаружи все еще был покрыт снегом, и слабое зимнее солнце отражалось от белого хрустального покрывала. Несколько пар следов нарушили один из самых красивых пейзажей природы, и, выйдя на улицу, она почувствовала, как от холодного ветра у нее перехватило дыхание. Черный цвет их одежды резко контрастировал с безмятежной белизной вокруг. Она нашла руку Беллатрикс и взяла ее в свою. Ее глаза медленно закрылись, и они исчезли, оставив после себя только следы на снегу.

~()~

      Сердце Андромеды бешено колотилось в груди, когда она пробиралась по заброшенным коридорам замка Хогвартс. Она не знала, что ждет ее за следующим поворотом. Этот замок был не похож на тот, что она знала раньше. В каждом углу таились тени. Напряжение продолжало расти, и она все больше и больше ощущала присутствие Тонкс и Розмерты у себя за спиной. Когда они добрались до того места, которое когда-то было Вестибюлем, она обнаружила, что посреди него установлена большая каменная скульптура Трех Ядер. Она едва сдержала себя, чтобы не разнести ее в пух и прах, ведомая гневом, разливающимся у нее в животе.       — Сюда, наверх, — тихо сказала она и направилась к Большому Залу. Двери были заменены. Эти были сделаны из металла, и она ожидала, что, когда они откроются, будет шумно, но ничего не услышала. Сам Большой Зал был неузнаваем. Волшебный потолок исчез. Вместо него — черный мрамор. Комнату освещали свечи и факелы. Окна были закрыты решетками и не пропускали большую часть естественного солнечного света. Хотя на улице был день, здесь казалось, что наступила ночь.       Дверь за ними закрылась, и они растворились во мраке. Глаза Андромеды быстро привыкли к темноте вокруг, и она разглядела только две длинные скамьи, вырезанные из толстого темного дерева. На них не было вывесок факультетов. Все воспоминания о старом Хогвартсе были стерты. Преподавательский стол все еще стоял на прежнем месте. Стул посередине, на котором обычно сидел Дамблдор, был заменен металлической конструкцией со знаком Трех Ядер.       — Очаровательное местечко, — простонала Тонкс, — Думаю, у них не было дизайнера по интерьеру на быстром наборе.       Андромеда почувствовала, как по спине у нее пробежал холодок, и схватила дочь за руку, — Спрячьтесь. Кто-то идет.       Они все отошли в более темную часть комнаты, и Андромеда сунула руку в рукав за волшебной палочкой. Она вытащила ее и направила на дверь. Это не заняло много времени. Никто не должен был пострадать и никто не должен был умереть. Она заставила себя дышать медленно и сосредоточилась на ровном биении своего сердца.       Дверь в Большой Зал снова открылась, впуская свет снаружи. Появились две фигуры, и Андромеда сразу узнала Снейпа. Его сопровождал Драко. Когда свет упал на его лицо, она вспомнила, как сильно он похож на своего отца. Ей никогда не нравился Люциус, и то, что его сын был похож на него, разозлило ее. Нарцисса с детства отчаянно мечтала о ребенке. Она не говорила ни о чем другом, но к тому времени, когда родился Драко, она изменилась.       — О чем вы хотели со мной поговорить? — спросил Драко. В его голосе слышались нотки нервозности.       — О твоей матери, — ответил Северус, и не смотря на расстояние между ними, Андромеда увидела, как вытянулось лицо Драко, — Сопротивление схватило ее. Их видели неподалеку от замка. Ходят слухи, что они пытаются проникнуть в замок и выманить твою тетю и Гермиону на верную смерть.       — Тетя Белла никогда бы этого не допустила! — огрызнулся Драко, — Она скорее убьет их, чем подпустит к моей матери!       — Ты уверен в этом? — спросила Андромеда и вышла из тени с палочкой наготове. Рука Драко потянулась к его собственной палочке, и он взглянул на Снейпа, ища поддержки. Лицо мастера зелий было бесстрастным и стоическим, когда он вытащил свою палочку. Андромеда бросила быстрый взгляд в его сторону. Он никак не показал, что изменил своим убеждениям. Ей придется довериться ему. Это был единственный выход.       — Как вы сюда попали?! — закричал Драко, — Как вы проникли через защитные чары! Вам не следует здесь находиться!       Андромеда рассмеялась, — Защитные чары. У тебя талант первокурсника, Драко. Твои мать и тетя никогда не учили тебя как следует, не так ли? — она склонила голову набок, — Ты действительно думаешь, что сможешь одолеть меня? Ты сам по себе, Драко. Здесь нет никого, кто мог бы тебе помочь.       Драко взглянул на Снейпа, и в его глазах внезапно промелькнул страх. Андромеда снова рассмеялась.       — Не смотри на него, Драко. Он перешел на другую сторону еще до твоего рождения!       — Что… что вам нужно? — Драко запнулся, и его глаза расширились, когда он увидел, как две другие фигуры в плащах вышли из тени.       — Твоя палочка, — ласково ответила Андромеда и взмахнула своей, — Экспеллиармус!       Драко изо всех сил попытался ухватиться за палочку, но заклинание Андромеды не позволило ему этого сделать. Палочка выскользнула из его пальцев и, пролетев через всю комнату, приземлилась в протянутую ладонь Андромеды. Она почувствовала прилив радости и удивления от того, что все прошло так легко, и спрятала палочку в рукав. Драко уставился на нее, сбитый с толку тем фактом, что она не пыталась заколдовать его каким-либо другим способом, и Андромеда улыбнулась.       — А теперь можете идти, молодой человек. Есть дела поважнее, чем смотреть на тебя весь день напролет.       Драко уже собирался направиться к двери, когда она распахнулась. Андромеда резко подняла глаза, когда в комнату вбежали две фигуры. В мгновение ока она узнала темные волосы Гермионы и почувствовала, что ее сбили с ног. На мгновение она подумала, что это Беллатрикс, но, подняв глаза, поняла, что это Снейп. Он сверкнул мимолетной улыбкой, прежде чем схватить ее за руку и рывком поднять на ноги. Вместо того чтобы побежать к главному входу, он потащил Андромеду к преподавательскому столу и трижды постучал по стене своей палочкой. Появилась невидимая дверь, и внезапно они оказались снаружи.       — БЕГИТЕ! — крикнул он, — Вы знаете, куда идти!       Она бросилась бежать и, оглянувшись через плечо в последний раз, увидела, как зеленая вспышка ударила его в спину. Северус Снейп упал лицом в снег, и его палочка выкатилась из руки. Самый близкий друг Дамблдора, их неожиданный союзник, был мертв. Северус Снейп отдал свою жизнь, чтобы защитить их, помочь им. Он заплатил самую высокую цену. Беллатрикс появилась в дверном проеме позади него и уставилась на покрытую снегом землю. Ее сестра убегала от нее все дальше и дальше, и Беллатрикс знала, что Андромеда направляется к их конечному пункту назначения.       Она бросилась за ней, по следам на снегу. Она знала, что если Андромеда найдет то, что искала, это будет началом конца.