Чертовы кроссовки

Жизнь полна разочарований. И никто из нас не знает, когда они настигнут. Детство — это наша собственная сказка. У кого-то она ярко-радужная, как после летнего дождя, а у кого-то тёмная, как ночное небо. Чимин бы остался в этой радужной сказке, если бы только знал, каково это — взрослая жизнь. Хотя жаловаться он не собирался. Потому что… он самый счастливый отец во всем мире. Ведь: — Ну пап, мне нужны именно эти кроссовки, — с самого утра плаксиво ныл его проказник. Чонгуку завтра исполнится семь лет, и в этом году он пойдёт в школу. Называть его маленьким, наверное, не совсем правильно, но каждый ребёнок остаётся для своих родителей тем же маленьким карапузом, который истерил, пока ты готовил ему кушать. Время пролетело незаметно. Чимину казалось, что ещё совсем недавно он носил на руках новорождённого кроху по больницам, в поисках помощи от сильной боли в животике. Сколько бы дорогих смесей он ни покупал, все они не подходили Чонгуку, и его состояние только ухудшалось. Почему никто не предупредил его, что даже самые качественные смеси могут вызвать боль в кишечнике? К счастью, у него не было чёртовой аллергии. Но всё равно это был настоящий кошмар. Ребёнок плакал без остановки то от голода, то от боли. Чимин не помнил, сколько раз у него были нервные срывы, пока он ждал в коридоре детской больницы, чтобы Чонгуку сбили температуру. Когда твой ребёнок корчится от боли или голода, а ты ничем не можешь ему помочь, это убивает. Безысходность губит любого человека. Особенно родителя. И сейчас, глядя, каким сильным и здоровым растёт его сын, Чимин был готов плакать от радости. Ведь в то время даже самые лучшие врачи Сеула не давали хороших прогнозов. Какое же счастье, что теперь всё это в прошлом. — Я тебя услышал, сынок, — с улыбкой произнес он, наливая своему ребенку его любимое банановое молоко. — Всё будет. Чонгук довольно улыбнулся, потому что знал и верил своему отцу. Отношения у них с сыном были почти дружескими. Чимин всегда стремился к этому, считая, что такой подход позволит им стать еще ближе, чем просто отец и ребёнок. Они могли обсуждать любые темы без ограничений. Несмотря на то, что Чимин вырос в совершенно другой атмосфере, он не хотел, чтобы Чонгук чувствовал себя одиноким, как когда-то чувствовал себя он сам. Нет, Чимин не мог сказать, что его родители были плохими или что у них были плохие отношения. Те любили его от всего сердца. Однако Чимин никогда не разговаривал с ними откровенно. Он многое скрывал, опасаясь, что они в нем разочаруются, или не желая беспокоить своими проблемами. Но после того, что он пережил с Чонгуком, ему захотелось родительской поддержки. И теперь он старался, чтобы Чонгук не скрывал от него ничего. Доверял ему свои самые сокровенные секреты или вообще всё, что происходило в жизни, как лучшему другу. Хотя в то время, когда Чимину была нужна банальная фраза «Как ты, друг? Всё ли у тебя хорошо?» от близкого друга, никого не было рядом. Просто такого друга не находилось. А как же хотелось… Так с чего же он так расстроился? Сегодня у него дел было выше крыши — подготовка к празднику. — Сегодня меня не будет на тренировке. Меня заменит дядя Хо. — Ну папа… — Нет, не ной. У меня дела. Ты обещал мне слушаться его. — Он называет меня кроликом. А это, между прочим, обидно. — Ты и есть мой кролик, — улыбнулся Чимин, глядя на недовольное личико сына. Как же он всё-таки вырос! — И ты туда же… Это нечестно… — Ну ладно-ладно, давай я скажу ему, чтобы он больше так тебя не называл. — И хитро добавил: — Только я могу называть своего ребёнка «Мой маленький крольчонок», так что… — весело рассмеялся он, не выдержав надутые губки своего мальчика. Чонгук не остался в долгу. Он начал стрелять в отца хрустящими шариками из коробки. Но на его лице не было обиды, а наоборот, счастливая улыбка. Такие игры у них происходили не первый раз, и Чимин был уверен, что далеко не последний. Часто такие перестрелки заканчивались безжалостным спаррингом по разным элементам боевого искусства. Чимин являлся тренером небольшого клуба по тхэквондо в центре Сеула. У него был чёрный пояс, и его уважали как Сабомнима. Несмотря на свой возраст, Чонгук тоже имел зелёный пояс. Его ребёнок всё схватывал на лету. Чимин считал, что занятия спортом сыграли большую роль в укреплении здоровья Чонгука. Пак был очень рад, что когда-то родители отвели его именно на этот вид спорта. Ведь если бы не навыки по тхэквондо, возможно Чимин не смог бы найти нормальную работу, бросив университет с новорождённым ребёнком на руках. Как же ему всё-таки повезло в жизни! — Ну всё, ты победил, я признаю своё поражение, — рассмеялся он, подняв руки вверх. — А теперь беги переодеваться, мы опаздываем. Чонгук громко рассмеялся, встал и побежал в свою комнату переодеваться. Да, кажется, Чимину нужно было больше тренироваться, ведь даже ребёнок смог уложить его на пол.

* * *

Оставив своего ребёнка и остальных учеников на попечение напарника, Чимин поспешил в торговый центр. Он хотел успеть купить в отделе спортивной одежды кроссовки, о которых Чонгук прожужжал ему уши. Он видел их на сайте и был уверен, что они замечательные. Цена, правда, была высокой, но Чимин считал, что они того стоят. Несмотря на стоимость, Чимин всегда старался покупать Чонгуку только качественные вещи. Он бы и эти кроссовки заказал в том же интернет-магазине, но, к сожалению, доставка задерживалась на пару-тройку дней. А ему нужно было купить их именно сегодня, чтобы завтра подарить сыну на день рождения. Обычно он предпочитал заказывать, потому что по факту у него не было времени ходить по магазинам. Но сейчас он понимал, что другого выхода нет. Он должен был успеть. Лишь бы был размер Чонгука. — Извините, но в данный момент такого размера нет в наличии. — Как это нет? Я же видел его на сайте только сегодня утром! — Да, но его уже разобрали. — Вы издеваетесь? Заказать доставку невозможно, а когда приходишь — всё раскупили, — сказал он, кажется, слишком громко, хотя ему совсем не хотелось повышать голос. Девушка на кассе виновато посмотрела на расстроенного горе-родителя. Чимин был уверен, что она уже видела таких, как он, и не раз. Бывают и более неприятные ситуации. Есть люди, которые обвиняют во всём кого угодно и ведут себя ещё хуже. Чимин совсем не хотел бы оказаться в их числе, но его чертовски злило, что Чонгук может обидеться. На самом деле, виноват только он сам. Нужно было прийти раньше, а не в последний день. И что же ему теперь делать? — Господин, — отвлекла его от размышлений кассирша. — Последний покупатель ещё не успел оплатить эти кроссовки. Он оставил их в корзинке, а сам где-то здесь. Если они вам так нужны, может быть, вам удастся договориться с ним? — тихо предложила она, указывая на корзинку рядом. И действительно, там лежали те самые кроссовки. Однако Чимин не представлял, как можно уговорить владельца кроссовок. В его жизни такое случалось впервые. Кто сказал, что быть родителем легко? Поверьте, это не так просто. Нет, он не может обидеть своего кролика. Чимин готов просить очень настойчиво. Он предложит в два раза больше денег, лишь бы завтра не видеть разочарование в глазах сына. — Господин… Простите, — тихо окликнул он мужчину невысокого ростом. Мужчина не спешил поворачиваться. Возможно, он не слышал? Вроде Чимин звал его громко, но, кажется, недостаточно. В чём же дело? Пока незнакомец продолжал рассматривать, по всей видимости, спортивную одежду, Чимин рассматривал его спину. У него есть странная привычка оценивать телосложение людей. Возможно, это из-за занятий спортом. Ведь перед спаррингом спортсмен сначала изучает своего противника. И сейчас он без зазрения совести рассматривал человека напротив. Итак, мужчина почти такого же роста, как он сам, но с довольно широкими плечами. Под одеждой невозможно было оценить его телосложение полностью. Однако было видно, что он спортивный человек. Волосы тёмные, длинноватые, собраны в маленький хвост на макушке. Одет довольно молодёжно: в белую футболку свободного кроя, широкие шорты и высокие кроссовки. Чимин тоже любил одежду свободного кроя, но почему-то считал, что ему уже не подходит такой стиль. Хотя ему всего тридцать два года. Из-за своего небольшого роста он предпочитал носить или ботинки на высокой подошве, или челси. Кажется, он отвлёкся. Наверное, это всё нервы. Так, стоп. Интересно, кому этот мужчина покупал кроссовки? Навряд ли сыну, потому что был явно молод. Может быть, младшему брату? — Простите? — отвлёк его от размышлений чуть хриплый голос. Мужчина, или всё-таки парень, уставился на него с вопросительным взглядом. Чимин старался выглядеть уверенно, но от тёмных глаз незнакомца он немного растерялся. Да, что же такое!? — Я... Я хотел у вас спросить… — произнёс он, пытаясь собраться с мыслями. Если бы он пришёл сюда раньше, не было бы этого неловкого разговора. Как же теперь объяснить всё правильно? — Эм… Знаете… — Молодой человек, я вас внимательно слушаю, но, кажется, вы не спешите. К сожалению, я очень занят и не могу тратить время на пустые разговоры. Если у вас есть что сказать, — мужчина посмотрел на свои дорогие «Ролексы» и уточнил, — ещё минута. Чимин несколько раз тупо моргнул, а затем нахмурился. Он не был готов к такому резкому обращению. Они не были знакомы, так что неудивительно, что он не знал, с чего начать этот неловкий разговор. Значит, нехер ему грубить. Чимин не лох. Просто немного растерян. Он не собирался молча терпеть такое отношение. — Я пытаюсь придумать, с чего начать этот неловкий разговор с вами. Я впервые в жизни прошу продать мне вещь, которую вы даже не покупали. Но у меня нет другого выбора, потому что я сам виноват в сложившейся ситуации. Я должен был прийти сюда раньше и купить эти чёртовы кроссовки, из-за которых мой единственный ребёнок потерял покой и просит подарить их на свой день рождения. Поэтому не стоит грубить мне только потому, что я не знаю, с чего начать... Он выпалил всё на одном дыхании, не забыв при этом сжать губы в агрессивной гримасе. Это был его первый опыт в подобной ситуации. Чимин хорошо понимал, что значит быть отцом-одиночкой. В его жизни было всякое, но такое и правда впервые. Из-за этого он чувствовал некоторую растерянность, но это не давало незнакомцу права на такое отношение. Чёрт... — Ааа… — протянул незнакомец, понимающе кивнув несколько раз. В его лице не было ни капли сожаления, и это бесило Чимина. — Знаете, я вас понимаю… У меня тоже есть такой ребёнок. Он тоже просил именно эти кроссовки, хотя они мне и не понравились. Я бы предпочёл что-то более качественное. Но поскольку у нас не день рождения, мы можем подождать ещё несколько дней. Так что, как отец, я вас понимаю. Чимин снова растерянно заморгал, пока его разум пытался переварить полученную информацию. Да, незнакомец согласен, и ему следовало поторопиться с ответом, чтобы не выглядеть ещё более глупо. Хотя, казалось, куда уж больше? Но пусть будет так. В любом случае, он больше никогда не увидит этого человека и забудет о нём, как о страшном сне. — С-спасибо, — пробормотал он, удивляясь своему заиканию. Что с ним сегодня? Они больше не разговаривали. Мужчина молча вытащил кроссовки из корзины, расплатился и вышел из магазина. Только после того, как Чимин получил свои кроссовки, он вспомнил, что должен был сказать «спасибо» ещё раз. Но он не стал зацикливаться на этом. Ведь он уже сказал спасибо, этого же достаточно? К тому же, тот мужчина тоже не просил прощения за свою грубость. Так что они квиты. Главное, у него есть подарок, а остальное не имеет значения.

* * *

День рождения Чонгука прошёл очень весело. Его мальчик был невероятно рад получить кроссовки. Увидев искреннюю радость в его глазах, Чимин почувствовал удовлетворение от того, что попросил помощи у незнакомца. Он был благодарен, что тот правильно его понял и в какой-то мере помог. Конечно, можно было поискать кроссовки в других магазинах, но это заняло бы драгоценное время, которого и так не хватало. К тому же Чимин потратил немалые нервы. Поэтому, если они когда-нибудь снова встретятся, Чимин обязательно поблагодарит незнакомца. Радость его маленького кролика того стоила. Чонгук заслуживал только самого лучшего. — Спасибо, папочка… Я очень сильно тебя люблю. — И я тебя, сынок.

* * *

Говорят, понедельник — это тяжёлый день недели. Однако Чимин так не считал. Наоборот, он всегда с нетерпением ждал начала новой рабочей недели, наполняясь силами и энергией. Чимин был убеждён, что первый день недели — это прекрасная возможность начать всё сначала. Начать всё с чистого листа. Поэтому он верил, что если начинать каждый новый день с хорошим настроением и с удовольствием заниматься любимым делом, то всё будет просто замечательно. И сегодня он чувствовал себя просто великолепно. Его настроение было на высшем уровне. — Итак, дети, сегодня к нам присоединится новый сабомним и его сын, который недавно вернулся из Соединённых Штатов, — объявил Чимин своим ученикам, взглянув на наручные часы. — Однако, они немного опаздывают. Эту новость Чимин узнал только утром от своего партнёра и единственного близкого друга Хосока. Они с Хосоком долго обсуждали, стоит ли нанимать третьего тренера. Если честно, Хосок настаивал на этом, потому что в последнее время количество учеников удвоилось, и появились новые группы. Из-за этого пришлось изменить график работы и добавить новые занятия. Конечно, больше учеников — больше денег, но теперь у них фактически не было времени на себя. Проблему с усталостью можно было как-то решить, но времяпровождения со семьёй никак нет. Сам Чимин каждый день проводил время с сыном, Чонгук был совсем не против находиться здесь. Но с Хосоком дела обстояли сложнее. Он недавно стал отцом, и ему очень хотелось помочь супруге с ребёнком. Чимин, как никто другой, понимал, каково это — ухаживать за новорождённым. Когда-то ему тоже нужна была помощь и поддержка. Чимину было искренне жаль своего друга. Хосок — хороший человек, и понятно, что он сильно переживал за супругу и малыша. К тому же, дети в этом возрасте такие забавные, и не успеешь оглянуться, как они уже становятся взрослыми. Именно поэтому они оба решили нанять ещё одного человека, чтобы разделить обязанности и освободить больше времени для семьи. Хотя слово «нанять» — не совсем правильное. Скорее, партнёрство. Потому что все трое собирались делить доходы и обязанности поровну. Чимин, конечно, не стал бы доверять совершенно незнакомому человеку, но этот человек — близкий друг Хосока, который пять лет назад покинул Корею. По словам Хосока, они раньше учились в одной школе, а после работали в одном из лучших клубов города. У этого человека, как и у Чимина, чёрный пояс, и он, кажется, много раз занимал призовые места на соревнованиях. Потом он решил переехать в США, где, как понял Чимин из слов Хосока, открыл свою школу. Дела у него шли хорошо, но недавно он решил вернуться на родину. Чимин не знал остальных деталей, да они были и не нужны, так как его это не касалось. Главное, чтобы человек был хорошим. — Хо, твой друг опаздывает, может быть, позвонишь ему? Просто потом не хотелось бы останавливать основную тренировку. — Я уже разговаривал с ним, Чимин. Они вот-вот приедут. Просто попали в пробку. Прости, ладно? — Ничего страшного, бывает, — ответил Чимин. Как только он это сделал, раздалось: — Hello, my friend! How are you? Хосок — человек шумный, но с добрым сердцем. Из-за того он так весело и громко приветствовал своего старого друга, что Чимин невольно рассмеялся. Но когда его глаза увидели гостя, он был приятно удивлён. Да-да, такие случайности тоже бывают. Потому что перед ним стоял тот самый незнакомец из спортивного магазина. Да, именно тот, кто продал, или скорее помог ему подарить Чонгуку любимые кроссовки. — Да ладно тебе, говори по-корейски, а то меня уже тошнит от английского. С нашими акцентами там замучаешься, поверь мне. — Привет, Юнги-я! Позволь мне хотя бы поприветствовать своего Тэтэ на его языке. Чимин с улыбкой наблюдал за приветствиями друзей. Было очевидно, что они очень близки. Оба были искренне рады встрече. Мальчик тоже был счастлив увидеть Хосока. Они продолжали общаться ещё какое-то время, пока Чимин не решился вмешаться. Однако, чуть позже: — Ох, прости, Чимин. Мы так долго не виделись. Так что… — Хосок неловко улыбнулся, а затем… — Позвольте представить: мой близкий друг со времён школы — Мин Юнги, а это мой, так сказать, партнёр и тоже друг — Пак Чимин. — Кажется, мы уже встречались, — с улыбкой произнес Чимин, протягивая руку Мин Юнги, в котором узнал незнакомца из спортмагазина. — Рад знакомству, Пак Чимин. — Я тоже… Мин Юнги, — ответил тот, пожимая руку. Они обменялись приветствиями, пока Хосок с недоумением переводил взгляд с одного на другого, ожидая объяснений. Чимин честно не знал, с чего начать, но ему на помощь пришел Юнги. — Мы уже встречались несколько дней назад в торговом центре, — сказал он. — Правда, тогда мы не смогли нормально познакомиться. И я честно не ожидал, что встречу такого горе-родителя именно здесь. — Где, говоришь? Хосок все еще смотрел с любопытством. Надо было объяснить всё коротко и ясно, но как это сделать Чимин попросту не знал. — Эм… Он всё же рассказал, как они познакомились. Даже Чонгук с сыном Мина внимательно слушали его. Оказалось, что Тэхён старше Чонгука всего на пару лет, хотя по росту они не отличались. Однако характеры у них были совершенно разные. Чонгук был стеснительным и тихим ребёнком, а вот о Тэхёне такого не скажешь. Он был болтливым и уверенным в себе мальчиком. Пока Чимин рассказывал свою историю, Тэхён не умолкал, задавал вопросы и даже поприкалывал над Чонгуком. Сразу видно, что мальчик вырос не в Корее. Возможно, дело даже не в США, а в менталитете. Чимин бы тоже хотел, чтобы Чонгук был более откровенным и в каком-то смысле лёгким. Это не значит быть ветреным, нет. Наоборот, смотреть на жизнь с лёгкостью, не загоняя себя стереотипами всю жизнь. Не жить в рамках и чужих предрассудках. В Корее большинство людей жили и живут так же. А дети живут чужими мечтами. Чимин не хотел для Чонгука такой участи. Он бы хотел, чтобы его сын был более откровенным и свободным, как Тэхён. Вот чего он хотел для своего сына. — Как же хорошо, что вы, ребята, встретились! — с улыбкой сказал Хосок, похлопав Чимина по плечу. — Тебе повезло, Чимин, на самом деле. Если бы это была женщина или даже бабушка, твой Чонгук остался бы без подарка, поверь мне. Женщины могут быть очень злые, когда дело касается их детей. А здесь, видимо, сыграла свою роль мужская солидарность. — Да, наверное... Чимин знал, что Хосок прав. Он не раз видел, как матери отстаивают своих детей, даже из-за мелочей. Когда Чонгук только начал играть на детской площадке, у них были разные случаи. Чимин сам наблюдал, что может произойти, если разозлить женщину. Но с ними никогда не случалось ничего подобного. Возможно, потому что он был единственным мужчиной на их площадке, или, точнее, папой-одиночкой. Поэтому его уважали… Или, может быть, жалели? Неважно. В целом, его друг прав. Ему очень повезло, что Мин всё правильно понял. Но вообще-то… — Да, но сначала не был настроен на понимание, — сказал он, пытаясь добиться прощения. Потому что в тот день Мин был довольно груб, но даже сейчас он не спешил просить прощения. Напротив, выглядел слишком довольным. И это почему-то раздражало. — Мне показалось, что ты ко мне подкатываешь… «Что?» «Что только что он сказал?» Чимину нужно было срочно что-то ответить, но его мозг не спешил. Переварить эту информацию было слишком сложно. Что этот человек себе позволяет? Как можно говорить такое перед несовершеннолетними детьми? Вот что делает с людьми Америка. Охренеть... — Что вы имеете ввиду, господин Мин? — сказал он, пытаясь выглядеть дружелюбно, но ни хера у него не получилось. Но и чёрт с ним. Он зол. Даже слишком. — А чего так официально? Можно на ты, — с ухмылкой. В какой-то миг Чимину показалась улыбка Мина очень красивая. Хитрая, но красивая. А ещё… Да, Мин был симпатичен. Это просто факт. Он, чёрт возьми, в своих дорогих шмотках был похож как суперзвезда из глянцевых журналов. И это тоже бесило. Очень. Так стоп. Остановись. Чимин не такой… — Я сказал, что мне показалось, ты собираешься ко мне подкатывать. Знаешь ли, выглядел ты тогда слегка странно, — как ни в чем не бывало пояснил свои слова Мин. — Дети, идите тренироваться. Чонгук, покажи Тэхёну здесь всё, — дети неохотно, но всё же послушались его. Не зря Чонгук у него золотой ребёнок. После того как дети отошли в сторону, Чимин, стараясь подавить гнев, произнёс совсем недружелюбно: — Чего вы вообще несёте? В гневе Чимин страшен. Так ему сказали близкие люди. Для Чимина это был комплимент, ведь он тоже считал себя слишком милым, как и его знакомые. При этом он хорошо знал, что симпатичен. Но он МУЖЧИНА. Мужчина, черт возьми. — Вы… Вы в своём уме? Тут дети… Мои дети… — Чимин, успокойся, он же шутит. Юнги с детства был таким засранцем. Не бери в серьёз. — Но, Хосок-хён, разве я… — Я не шучу, господин Пак, — сказал Мин, глядя Чимину прямо в глаза. — И, честно говоря, вы мне тоже симпатичны. Но я не могу понять вашу реакцию. Вы что, очередной гомофоб? Или жертва гендерных стереотипов? Чимин был в шоке? И это мягко сказано. Если честно, он надеялся, что Мин шутит. Но сейчас это уже не казалось смешным. Мин смотрел на него пристально, будто видел его насквозь. И, кажется, Чимин покраснел. От злости ли? Чёрт... — Я… — Нет, Чимин даже не будет с ним разговаривать. — Хосок, пожалуйста, передай своему другу, что я больше не хочу его слушать. Я не против того, чтобы он работал с нами, поскольку он твой друг, но в моём присутствии я не потерплю подобных разговоров. Пусть держит язык за зубами. Не стоит устраивать сцены перед учениками. — Почему вы не можете прямо объяснить мне, что именно вас не устроило в моих словах, господин Пак? Вам не понравилось, что я назвал вас красивым? Или вы страдаете от общественного мнения? Или, возможно, у вас есть проблемы с гомофобией? Чимину пришлось приложить немало усилий, чтобы сдержать свой гнев и не накричать на человека, стоящего напротив. Он мог бы выразить своё недовольство прямо, но не стал этого делать, потому что тогда обидел бы Хосока. Чимин понимал, что если он сейчас выгонит Мина, им снова придётся искать партнёра. А найти хорошего тренера — это большая удача. К тому же это означало бы, что Хосок будет работать вдвое больше, хотя дома его любимой женщине нужна поддержка. Чимин не мог позволить себе такого. Он решил терпеть. В мыслях он посылал Мина куда подальше, а в реальности даже не стал с ним разговаривать. Как он и думал, ответ Чимина не обрадовал Мина. Тот продолжал задавать вопросы, которые Чимину были неинтересны. Поэтому Чимин молча отвернулся в сторону своих учеников, бросив на Мина убийственный взгляд. Мин тоже не выглядел дружелюбно, но Чимину было всё равно. Такой Мин его не пугал.