Там, где тают льды

Подготовка к выставке шла полным ходом. Джош распечатал фотографии и с помощью студентов развесил их на стенах библиотеки. Оставалось добавить подписи и подготовить небольшую речь в день открытия. Он даже Тайлера привлёк к организации: Джош хотел, чтобы на выставке было какое-нибудь звуковое сопровождение и решил, что музыка Тайлера отлично к этому подходит. Тайлер загорелся этой идеей и подкинул ему несколько трэков, которые Джош не слышал раньше. «Вау, это лучшее, ” — написал он ему после прослушивания. «Целую твой светлый лоб» В ответ Тайлер прислал ему сердечко и смущающийся смайлик. Джош был доволен. Работы было много: научная деятельность, выставка, лекции. Ему всё нравилось, особенно последнее время. Он подозревал, что частично это потому, что его связь с Тайлером стала крепче. Они жили в разных штатах с четырёх часовой разницей во времени, но Джош всё равно радовался: теперь у него действительно есть парень. Он был официально в отношениях. Он чувствовал это и даже немного гордился. В их общении что-то поменялось, и Джош не всегда понимал, что именно. Он стал расслабленнее, ему не надо было придумывать темы для разговора — они находились сами. Они смеялись над мемами, спорили из-за его фотографий и что разница во времени так или иначе влияет на них. Как-то они обсуждали насколько нормально изменять друг другу, и Тайлер сказал, что голову ему откусит, если он попробует это сделать. Специально прилетит из Барроу с ножом улу, и отрежет все органы, которые посчитает нужными отрезать. Джош посмеялся и убедил его, что не собирается изменять. — Ловлю на слове, — Тайлер не сводил с него хмурого взгляда. — Я надеюсь, ты понимаешь, что я больше не увлекаюсь сексом на одну ночь. После тебя все кажутся такими… никакими. — А ты пробовал секс на одну ночь с кем-то после меня? — в шутку спросил Джош, но на самом деле ему было страшно услышать ответ. — Конечно нет! — возмутился тот. — Зачем, если у меня есть ты. Джош вспоминал об этом диалоге, когда ловил на себе многозначительные взгляды девушек, которые приходили к нему на лекции, женщин, с которыми он работал. Иногда даже парни оказывали ему внимание. Джошу это льстило, но он не поддавался. Он не хотел терять Тайлера, не хотел нарушать обещания, и ни три тысячи миль между ними, ни разнообразные соблазны не могли сбить Джоша с пути истинного. По крайней мере, он думал так в первый месяц после того, как они об этом поговорили. Всё чаще после секстинга и последующей мастурбации перед камерой, Джоша грызло странное чувство. Грязные разговорчики, совершенно безумные вещи, которые они вытворяли, занимаясь сексом, не касаясь друг друга, были прекрасны, но после этого у Джоша стало появляться ощущение пропасти между ними. Сначала совсем чуть-чуть, но с каждым разом, она разрасталась, становилась шире, бездоннее. Позже он признался себе, что ему не хватало тепла, не хватало прикосновений и объятий. Ему хотелось вдохнуть его запах, притронуться к волосам, увидеть как блестят его глаза — и не через камеру, пикселя и помехи, а в реальности. Это казалось глупым капризом, и Джош ругал себя за подобные порывы, но от этого становилось хуже. Он думал о том, что другого выбора у него нет, что заниматься сексом по видеосвязи тоже весело и интересно, что он привыкнет, что он уже почти привык. Но его сразу охватывала тоска, когда он представлял, что так будет всегда. Что пока он в отношениях с Тайлером, ему остаётся только дрочить собственной рукой, вечно голодать по нежности и убеждать себя, что это нормально. Иногда его настолько накрывало, что он открывал сайт с авиабилетами и на полном серьёзе размышлял о том, чтобы сгонять в Барроу хотя бы на выходные. Но взвесив все за и против — время на два перелёта, джетлэг, потраченные деньги — он с горечью понимал, что не может себе этого позволить. Это было тяжело признать, и он ругал себя ещё и за это: почему он не может просто взять и прилететь? Почему всё так сложно. — Хэй, — услышал Джош. Они только что закончили очередную сессию, которую Джош с трудом мог назвать удовлетворяющей. Да, он кончил, но удовольствия получил мало. Это была сплошная механика, никаких чувств, никаких эмоций. С таким же успехом он мог бы подрочить от скуки, чтобы сбросить напряжение и уснуть крепким сном. — Хэй, — снова позвал Тайлер. — Мне кажется, или ты загрустил? — Тебе кажется, — он заставил себя улыбнуться. Повисла пауза. — Джош. — Тайлер, — он посмотрел на него: тот наблюдал за ним, слегка нахмурившись. — В чём дело? — Ни в чём. — Я тебе не верю, — констатировал Тайлер. — Ты что-то скрываешь. Я не слепой. Джош вздохнул. Он сцепил пальцы в замок и уставился на них. Молчание было тяжёлым, статическим. Джош почувствовал себя глупо, а потом его накрыло раздражение. Такое ощущение, что ему больше всех надо. Неужели Тайлер не понимает, что отношения на расстоянии — хрупкая штука? В них нужно вкладываться гораздо больше, чем в обычные отношения. Переписываться и скидывать друг другу смешные фотки, это хорошо, конечно, но работает слабо. Неужели он не понимает, что отсутствие физической близости разрушает не хуже измен? — Что не так? — вкрадчиво, мягко переспросил Тайлер, и у Джоша свело живот от того, что он плохо подумал о нём секунду назад. — Я… — протянул он, чтобы выиграть время. На самом деле, он не знал, что говорить: я хочу чувствовать тебя рядом с собой? Я скучаю по твоей коже? Подобные фразы звучали пафосно и абсурдно, он не мог себя заставить их произнести. Срываться в Барроу каждый раз он не мог. Потребовать, чтобы Тайлер вылетел в Колумбус первым рейсом, тоже было выше его сил. Джош не хотел давить, он хотел дать Тайлеру время и пространство, чтобы он сам решил это. И вместе с тем, его терпение заканчивалось. Его разрывало от желания сохранить лицо и сказать, как ему надоело делать вид, что у них всё замечательно. — Тебе отказали в выставке? Уволили? Поругался с родителями? — затараторил Тайлер. — Нет, боже, — Джош усмехнулся. — Тогда что? Набрав воздуха в грудь, он спросил: — Помнишь, ты говорил, что подумаешь о том, чтобы вернуться в Колумбус? — у Джоша начинала болеть голова. — Ты подумал? — Да, я… — он затих и посмотрел в сторону. — Я работаю над этим. — Работаешь над этим? — что-то вспыхнуло у него в груди. — Да, мне нужно ещё немного времени, но я… — Тайлер метнул на него взгляд. — Я не могу сказать тебе точных дат, но я правда делаю всё, что могу. Это звучало интригующе: Джошу было интересно, что он такое делал, но расспрашивать не стал. Он кивнул и улыбнулся. Ему стало немного легче после этого разговора. Шанс, что когда-нибудь он снова может обнять Тайлера, грел его душу. Это вдохновляло, и он вновь радостно смотрел в светлое будущее.

❄

Открытие выставки прошло спокойно. В начале он сказал короткую речь о своём путешествии на Аляску, рассказал о собранных материалах и как они помогали в изучении популяции китов. Людей пришло на удивление много: студенты, преподаватели и сотрудники университета с интересом выслушали его, а потом разбрелись смотреть фотографии. Кто-то подходил к нему и задавал вопросы о Барроу, о фестивале Налукатак и инупиатах. — Отличные получились фотографии, — услышал Джош. Он стоял у стены, наблюдая за окружающими, и так глубоко погрузился в мысли, что не заметил, как к нему подошла Дэбби. — Спасибо, — он смутился и посмотрел в пол. — Сколько ты провёл там времени? — спросила она. — Неделю. — Честно? Завидую тебе, — она блеснула улыбкой, быстро посмотрев на него. — Мне бы тоже хотелось пожить с инупиатами. Джош поджал губы. Он украдкой окинул её взглядом, на долю секунды задержавшись на груди: на Дэбби была лёгкая, белая блузка с глубоким вырезом и юбка-карандаш. От неё едва уловимо тянуло фруктовыми духами, волнистые волосы были небрежно струились по плечам. Они были знакомы месяца два — с тех пор, как Джош начал читать лекции об экологии океана. Они часто пересекались в кампусе, пили кофе в перерывах между работой и обсуждали совместные и личные проекты. Дэбби писала книгу об Аляске и мечтала там побывать, но пока у неё не складывалось. Когда она узнала, что Джош побывал в Барроу да ещё и на фестивале, у неё загорелись глаза. Она уговаривала его дать ей эксклюзивное интервью, чтобы потом использовать полученный материал для книги. Джош был не против, но у них никак не получалось совпасть во времени и пространстве, чтобы спокойно сесть и всё обсудить. Кроме того, последнее время ему казалось, что она подкатывала к нему. Что помимо интереса к инупиакской культуре, ею двигало что-то ещё. Она как будто невзначай прикасалась к нему, откровенно разглядывала его, кокетливо прикусив нижнюю губу. Всё это напрягало Джоша, и вместе с тем вызывало ответную реакцию, которая его пугала. Ему приходилось напоминать себе, что где-то на Аляске есть парень с улу, который не будет церемонится, если узнает, что Джош замутил с любительницей инупиатов. Ему самому не хотелось в это ввязываться, усложнять и без того сложные отношения. И вместе с тем… — Как насчёт пропустить по бокальчику? — предложила Дэбби; в её тоне улавливались соблазнительные нотки. — Оу, — Джош заморгал. — Сегодня? — Да, в честь открытия выставки, — она сделала широкий жест. — Мне кажется, что это событие, которое стоит отметить. Джошу понравилась эта идея. Он действительно много сделал для того, чтобы это мероприятие состоялось. Поблагодарить себя за это лишним не будет. Он кивнул, и они покинули здание университета. Они засели в ближайшем баре. Играл джаз, царил полумрак — дискошар меланхолично крутился под потолком, светомузыка плыла по стенам разноцветными пятнами. Дэбби заказала коктейль, Джош пиво и, подняв тост, они выпили за успешные будущие проекты. — Теперь расскажи мне с самого начала до самого конца, что ты делал на Аляске, — попросила Дэбби, наклонившись вперёд. — Как тебе удалось уломать их на фотографирование? Они же не очень любят это дело, насколько я знаю? Джош придерживался фактов: он рассказал, что подкупал старейшин шоколадом и табаком, как подписывал договор об анонимности. О том, что инупиаты верят в различных духов и что амулеты важны для них. Он также упомянул о поездке к источнику, о китовой аллее и муктуке. — А на каком языке вы общались? — спросила Дэбби. — Они говорят на английском? — Плохо, — ответил Джош. — Пришлось пользоваться услугами переводчика. — О как. А где ты его нашёл? — Буквально в первый день фестиваля, — брякнул он. — Помнишь фотографию, где охотники перепрыгивают через сани? — Угу. — Там я познакомился с парнем, который впоследствии помогал мне, — сказал Джош и сделал большой глоток пива. А потом мы всю неделю целовались и трахались, подумал он и усмехнулся. От Дэбби это не ускользнуло. — Что? Хороший парень? Вы подружились? — с энтузиазмом расспрашивала она. — О, да, — Джош допил пиво и заказал ещё одно. — Это здорово, — Дэбби облокотилась об стол и, опустив глаза, стала помешивать трубочкой коктейль. — Мне так сложно находить друзей. Кажется, что с возрастом становится только сложнее. Хочется простого, человеческого контакта, но такое ощущение, что чтобы получить его, нужно пройти квест. — Мм, — взгляд Джоша упал на ложбинку в декольте, и он спешно отвернулся, сделав вид, что снова ищет официанта. — Иногда мне кажется, что я не еду на Аляску только потому, что я боюсь не найти общего языка с местными. — О, я уверен, ты справишься, — улыбнулся Джош. — Спасибо, — она вытянула руку и вдруг сжала его ладонь. — Спасибо, что поделился всеми этими деталями. Было очень интересно тебя слушать. — Угу, — от её прикосновения у него побежали мурашки. — Я тобой восхищаюсь, честно, — тон её голоса изменился: он стал кокетливым, манящим. — Ты такой смелый и многогранный, раскрой свой секрет. — Секрет? — Джош почувствовал, что поплыл от её слов и алкоголя, это было приятно и страшно одновременно. — У меня нет секретов. — Ой, да ладно, не прибедняйся, — она коротко рассмеялась и посмотрела ему в глаза. — Как только я увидела тебя, я сразу поняла, что такие как ты, особенные и встречаются очень редко, а у меня, поверь, глаз намётан. — Вот как? — он пьяно улыбнулся. — Намётан на что? — Сразу видно, что ты хороший, устойчивый, с принципами, — продолжала она, проигнорировав вопрос. — Настоящий мужчина. — Настоящий мужчина? — Джош хмыкнул. — Как ты отличаешь их от не настоящих? — Просто ты, — она откинула волосы назад, обнажая шею, и Джош впился взглядом в её изгиб, — ты притягательный. Мне хочется узнать тебя поближе. Джош смотрел на её полураскрытые губы, и ему было интересно, каковы они на вкус. Каково это снова ощущать под собой мягкое женское тело, после Тайлера, после его поджарых мышц. Джош перевёл взгляд на стену и увидел там картину: абстрактные чёрные фигуры, они напомнили ему о татуировках у Тайлера на груди. Он вспомнил, как он целовал их, как он лежал у него на животе и обводил их кончиком пальца, и Тайлер останавливал его, говорил, что ему щекотно. — Как насчёт продолжить вечер у меня? — заговорчески прошептала Дэбби, наклонившись так близко, что Джош заметил края кружевного лифчика. Он моргнул. Что если он согласится? Что если, он пойдёт сейчас к Дэбби, займётся с ней сексом и удовлетворит, наконец, свою потребность в тепле и ласке? Они оба выпили, и это неплохое оправдание, хотя бы для самого себя. Это будет быстро, он дождётся, когда она уснёт и уйдёт. Тайлеру он не скажет. Тайлер далеко, ему не обязательно об этом знать. Но потом? Что будет потом? Джош вдруг пожалел, что столько выпил: мысли путались, под кожей, внизу живота нарастало нетерпеливое желание. Его мутило от похоти. Он поднял глаза на Дэбби и понял, что она ждала, когда он сдастся. Он зажмурился несколько раз, пытаясь прийти в себя. — Прости, я… — он поднялся из-за стола, слегка покачиваясь, — я на минуту. Он добрался до туалета, подошёл к раковине и открыл кран. Плеснув холодной водой в лицо, он поднял голову посмотрел на отражение в зеркале. Зрачки были расширены, на щеках играл румянец. Переспать с Дэбби не будет проблемой ближайшие двенадцать часов, но что будет потом? Он не скажет Тайлеру, но сможет ли он сделать вид, что ничего не произошло? Настолько ли это пустяк? Конечно нет. Он не сможет простить себя, даже если его простит Тайлер. Но Тайлер не простит его: он дал это понять чётко и ясно. Потерять его потому, что не смог удержать собственный член в штанах, было бы глупо. Да, Джош хотел почувствовать тепло и дыхание рядом, и это желание было сильным, но он должен подумать о последствиях сейчас, если не хочет, чтобы потом было больно и ему, и Тайлеру, и возможно даже Дэбби. Он вернулся за стол, чувствуя себя трезвее, чем пять минут назад. Дэбби встретила его с загадочной полуулыбкой. Перед ней на столике стоял пустой бокал. — Я попросила счёт, — сказала она. — Отлично, — он полез за карточкой. — Я заплачу. — Видишь? Ты такой джентльмен, — она мечтательно вздохнула. — Я живу недалеко, но думаю, лучше взять такси. После этого коктейля меня слегка развезло, — она хихикнула, прикрыв рот ладонью. — Да, давай я провожу тебя до такси, а сам немного прогуляюсь, — он избегал смотреть на неё. Подошёл официант, и Джош расплатился. Поблагодарив его, он бросил взгляд на Дэбби: та не моргая, наблюдала за ним. — Ты передумал? — спросила она. — Да, я… — начал он. — Я встречаюсь кое с кем. — Оу, — брови у Дэбби подлетели высоко вверх. — Оу. Я не знала. — Я особо никому не рассказывал, — он представил, что было бы, если бы он признался, что он в отношениях с тем самым парнем-переводчиком с Аляски. — Сколько вы вместе? — Примерно полгода. Дэбби покачала головой, поджав губы. Что-то в её лице подсказывало Джошу, что она под впечатлением. — Кому-то повезло, — она невесело усмехнулась. — А я, как всегда, опоздала. — Дэбби, я уверен… — Всё в порядке, — она перебила его, подняв руку. — Не волнуйся, я справлюсь. Они вышли на улицу и ждали такси в неловкой тишине. Когда машина, наконец, подъехала, Дэбби подошла к нему и поцеловала в щёку. — Спасибо за вечер, — сказала она. — Увидимся в универе. Она помахала ему из окна, и Джош помахал ей вслед. Потом он достал телефон: было почти десять вечера, значит, на Аляске шесть. Он набрал сообщение Тайлеру: «Сможем созвониться через полчаса?» Ответ пришёл через пять минут, когда Джош был на полпути домой: «Конечно. Судя по всему, это что-то очень срочное,» — и смайлик-баклажан. О, да, детка, это что-то очень, очень срочное, подумал Джош, ускоряя шаг. Он быстро принял душ и уселся в кресло, поставив телефон на специальную подставку. Он нажал на значок видеокамеры, и вскоре на экране появилось лицо Тайлера. — Хэй, — сказал он. — Я хочу тебя, — выдал Джош, не размениваясь на приветствия. — Окей, я знал, и поэтому подготооо-вил-сяяя, — пропел он, потряхивая бутылочкой с любрикантом. — Нет, я хочу тебя здесь, в Колумбусе, рядом с собой, — продолжал он. — Я хочу чувствовать твою кожу на своей, хочу слизывать с тебя пот, глотать твою сперму, целоваться и видеть, как ты кончаешь, когда я прикасаюсь к тебе. Повисла пауза. У Джоша горели щёки от смущения и возбуждения. Тайлер смотрел на него, открыв рот. — Это было, — он прочистил горло, — весьма графично. — Мне похрен, как это было, — у Джоша заколотилось сердце. — Я надеюсь, ты понял мой посыл. — Я понял, но… — Не говори мне, что ты работаешь над этим, — перебил он. — Скажи, сколько времени тебе ещё нужно, чтобы я понимал, сколько мне ждать. Или не ждать и не надеяться, что когда-нибудь это действительно произойдёт. Снова стало тихо. Джошу было жарко, ему было стыдно за свою несдержанность. И вместе с тем, его попустило. Видимо, благодаря общению с Дэбби, ему окончательно снесло резьбу, и он наконец, смог сказать то, что мучило его довольное долгое время. — Дай мне два дня, — сказал Тайлер, и Джош поднял голову. — Пожалуйста? — Конечно, — он растерялся: он не ожидал такого чёткого ответа. — Спасибо, — Тайлер замолчал и принялся покусывать щёку изнутри: Джош уже выучил, что он делал так, когда глубоко погружался в раздумья. — Не против, если мы на этом закончим? Мне нужно кое-что поделать. — Да, конечно, — Джош засуетился. — До связи, — он отправил ему воздушный поцелуй и отключился. Джош долго смотрел на чёрный экран, изо всех сил надеясь, что это был не последний раз, когда он видел Тайлера.