Проект «Зеро» — Два нуля

СОН Милка шла по длинному, тихому коридору. Линолеум под ногами поблёскивал от солнечного света, пробивавшегося через высокие окна. Было непривычно тихо — ни детских голосов, ни шагов, ни скрипа стульев из классов. Лишь отдалённый гул ветра за стеклом. В руках у неё был ключ с прикреплённой металлической пластинкой. На ней чётко выбито число: 12. Она нахмурилась, огляделась. Кабинеты тянулись вразнобой: 5, 18, 3, потом вдруг 27. Логики не было. Шаги эхом разносились по пустому зданию. Сердце начало биться быстрее, когда взгляд упал на знакомое число на двери: 12. Она коснулась холодной ручки, слегка нажала. Дверь поддалась с лёгким скрипом. Милка остановилась на пороге и замерла. Это был не кабинет. Стены — пустые, голые, без парт, без доски. Только в дальней стене чернела странная металлическая дверь. Она осторожно вошла внутрь, шаги звучали гулко. Подойдя к двери, на секунду задержала дыхание, схватилась за ручку и дёрнула. За дверью оказался лифт. Внутри было непривычно просторно, стены отражали её бледное лицо. На панели управления — 12 кнопок, и на каждой цифра 12. — Что за... — выдохнула она. Двери закрылись сами, с глухим звуком. Милка дёрнулась к панели, стала жать на все кнопки подряд, но лифт не реагировал. — Откройся! — закричала она, забила кулаками по дверям, ногами по стенам. Стучала, кричала, но звук гас внутри замкнутого пространства. Паника сжимала горло. Выдохшись, она осела на холодный пол, обняла колени и заплакала. Слёзы текли по лицу, капали на металлическое покрытие пола. И вдруг — мягкий звон. Лифт остановился. Двери медленно поползли в стороны, открывая яркий белый свет за ними. Милка подняла голову, с надеждой бросилась к выходу... Но шагнуть не успела. Лифт дёрнулся так резко, что её отбросило назад. С невыносимым скрежетом кабина начала падать вниз. Всё быстрее, быстрее, стены дрожали, уши закладывало от скорости. Милка закричала — и её крик растворился в гуле стремительного падения. Роксдез сидел на диване, тупо глядя в стену, а потом перевёл взгляд на Милку. Она лежала на животе. Волосы спутаны, дыхание тяжелое, а глаза плотно закрыты. Запах алкоголя висел в воздухе. Он выругался про себя и осторожно подошёл. — Чёрт, что с тобой сделали?.. — пробормотал он, опускаясь на колени рядом с кроватью. Он аккуратно перевернул её на спину, чтобы проверить, её телефон. Пальцы коснулись ткани джинсов и нащупали твёрдый прямоугольник. Роксдез потянул, вытаскивая смартфон. Экран загорелся. Пароль? Он знал его — они давно перестали скрывать что-то друг от друга. Пальцы быстро набрали цифры. Телефон открылся. Первое, что он сделал, — проверил звонки. Ничего странного. Потом мессенджеры. Он знал, что найдёт там ответ. Листая список контактов, Роксдез заметил имя «Алёна». Он бы прошёл мимо, если бы не прочитал последнюю строчку: «Чё ты убежала? А, сука?». Брови нахмурились. Он нажал на чат. Экран вспыхнул перепиской — и его будто ударило током. — Что за… — выдохнул он, читая строчки одну за другой. В сообщениях мелькали слова, от которых у него внутри всё похолодело: «порошок», «пятница», «на веселе», «захвати деньги». Смайлы, гифки, обещания «кайфа». Роксдез стиснул зубы. Не может быть… Милка? Он пролистал вверх. Ещё сообщения, старые. Её слова: «Я не хочу это делать», «Отстань от меня», «Мне плохо после этого». В ответ — агрессия, угрозы, насмешки: «Не прикидывайся», «Ты мне должна», «Или я солью твои фотки». Роксдез почувствовал, как его пальцы сильнее сжали телефон. Челюсть свело. Он не верил, что она связалась с такой мразью. Но ещё хуже — она была в ловушке, а он даже не заметил. Он продолжал читать, но каждая новая строчка лишь добавляла ярости. Милкины ответы становились всё отчаяннее. Она писала: «Я не приду», «Отвали», «Я не хочу больше». Но Алёна давила, манипулировала, угрожала. Роксдез выругался тихо, глухо. Захотелось разбудить Милку и всё выяснить прямо сейчас, но он посмотрел на неё — она спала, бледная, губы пересохли. Слёзы на щеках засохли пятнами. Он глубоко вдохнул, пытаясь успокоиться. Внутри кипело, но срывать злость на ней он не собирался. Ей и так досталось. Роксдез медленно положил телефон обратно на кровать, рядом с её рукой, чтобы она утром не заметила лишнего. Встал. Глухая тишина в комнате давила, будто стены сжимались. Он вышел на кухню, сжал кулаки и опустился на стул, глядя в никуда. В голове крутилась только одна мысль: «Эта Алёна… сука. Она ответит за это». Он провёл рукой по лицу, чувствуя, как бешенство смешивается с беспомощностью. Милка резко проснулась, будто вырвавшись из чьих-то цепких рук. Пот холодными каплями стекал по вискам. Сон, такой яркий, будто реальность, не отпускал её, оставляя неприятный осадок. Лифт, цифра «12», бесконечное падение… Она села на кровати, тяжело дыша, пытаясь собраться с мыслями. Это был просто сон… просто сон, — повторяла она про себя, сжимая простынь в кулаках. Но ощущение ужаса не уходило. Она встала, привела себя в порядок и тихо пошла на кухню. Роксдез сидел за столом, опершись локтями на поверхность, и смотрел куда-то в окно. Он выглядел уставшим, но, заметив её, лишь слегка улыбнулся. — Привет, — произнесла она как можно спокойнее, чтобы скрыть тревогу. — Привет, — ответил он ровно, будто ничего не произошло. Милка на секунду задумалась: Сказать про сон? Но быстро решила — нет. Ему и так хватает проблем, а она не хочет показаться сумасшедшей. — Как себя чувствуешь? — спросил он, делая вид, что просто интересуется. — Легче… — она улыбнулась слабо. — Вчера было… ну, сам знаешь. Он кивнул, не показывая, что знает больше, чем она думает. Некоторое время они сидели молча, тишина висела, как туман. Потом Милка нарушила её: — Как там дела? Роксдез оторвал взгляд от окна, чуть пожал плечами: — Ничего необычного. С этих слов словно спала стена между ними. Разговор потёк легче, они обсудили пару мелочей, даже пару раз улыбнулись. Казалось, всё возвращается в норму. Милка вдруг поднялась: — Я хотела позавтракать, но хлеба нет. Схожу за ним. Роксдез только кивнул: — Ладно. Только недолго. Она вышла на улицу, сделав глубокий вдох свежего воздуха. После ночи с кошмаром и тяжёлых мыслей это было как глоток свободы. Магазин оказался почти пустым. Ни покупателей, ни кассира. — Странно… — пробормотала она, оглядываясь. Решив, что продавец вот-вот выйдет из подсобки, Милка спокойно пошла к стеллажу с хлебом. Выбрала буханку, взяла в руки… и вдруг заметила что-то странное: в глубине магазина приоткрывалась дверь. Тяжёлое дерево медленно, со скрипом, ползло на петлях, открывая тёмный проём. Милка невольно замерла. Вдалеке, за дверью, светился знак — цифра «12». Хлеб выпал из её руки на линолеум, глухо стукнувшись. Она подошла ближе. Сердце колотилось, будто знало — лучше не лезть. Но ноги сами несли её к этой двери. Внутри оказался узкий коридор, тускло освещённый лампами, уходящий куда-то вдаль. В конце — ещё одна дверь. На ней грубо, будто ножом, выцарапано «12». Милка дрожащей рукой толкнула её. Скрип. Дверь поддалась. Комната оказалась пуста, кроме странной панели на стене. На ней была всего одна кнопка. Над ней висела надпись: Хочешь остановить Проект “Зеро”? Тебе сюда ===> Она замерла, глядя на кнопку, словно заворожённая.