Глава 175.
Неизвестно, сколько времени прошло, прежде чем ведущая верблюдо-овца наконец остановилась. К счастью, кроме управляющего Фэна и той пары, все остальные были в порядке, но верблюдо-овцы понесли тяжёлые потери. Кроме ведущей, осталось всего три. Глава конвоя Цин Пань не стал долго раздумывать, быстро проложил новый маршрут и повёл всех дальше. Когда они вернулись на место вчерашнего столкновения с демоническими солдатами, оказалось, что тех не заинтересовали ни сено, ни бурдюки с водой. Повозки, наполовину занесённые песком, стояли на прежнем месте. Несколько членов конвоя, перебрав вещи, взвалили на спины несколько мешков и продолжили путь. Хоть теперь и не было верблюдо-овец, тянущих повозки, скорость группы не только не уменьшилась, а наоборот, возросла. Увидев ужас демонических солдат, никто не хотел оставаться здесь ни на секунду дольше. Напряжённая атмосфера спала лишь тогда, когда они добрались до окраины Бесплодных земель древней пустыни. Люди перестали молчать и снова начали переговариваться и смеяться. — Дядя Чжун, что это за демонические солдаты? Мин Синь недавно присоединился к конвою Красного Рога и впервые столкнулся с демоническими солдатами. От страха он даже не осмелился взглянуть на их ужасающие фигуры. — Никто не знает. Они все скрыты под чёрными доспехами, а после смерти превращаются в жёлтый песок. Видны лишь когти, похожие на звериные, поэтому все и называют их демоническими солдатами. Дядя Чжун покачал головой. Он и сам убил несколько низкоуровневых демонических солдат, но так и не понял, что это за существа. — А я вот слышал одну легенду, — внезапно заговорил старец в чёрных одеждах, шедший позади всех. — О? Расскажи-ка, — тут же заинтересовался дядя Чжун. Услышав это, старец подошёл к дяде Чжуну. — Эта легенда гласит, что... Не успел он договорить, как молниеносным движением схватил дядю Чжуна за горло. — Ты... Все были ошеломлены этой внезапной переменой. Опомнившиеся члены конвоя тут же окружили старца. — Что ты делаешь?! — Немедленно отпусти его! ... За эти дни наблюдений старец в чёрном ясно понял, что этот старик по имени дядя Чжун пользуется большим уважением, не уступая даже главе конвоя Цин Паню. Более того, сам Цин Пань был очень привязан к дяде Чжуну, поэтому он и выбрал старика своей целью. — Тихо, я скажу! — Цин Пань поднял руку, успокаивая взволнованных членов отряда, а затем посмотрел на старца и спросил: — Чего ты хочешь? Старец не стал бы нападать без причины. Цин Пань был уверен, что тот понимает: оскорбив конвой, он лишится проводников, если только за этим не стоит нечто куда более важное. — Вашим старым главой был Бо Сянь, верно? — спросил старец. — Верно, но его схватили очень давно, мы ничего о нём не знаем. Старец холодно хмыкнул и продолжил: — Хмф, я, конечно, не его ищу. Мне нужно то, что он оставил. Услышав это, Цин Пань нахмурился и пояснил: — Не знаю, какие слухи до тебя дошли, но старый глава Бо Сянь ничего не оставлял. — Пока гроба не увидишь, слёз не прольёшь. Старец в чёрном тут же отрубил дяде Чжуну руку. — Дядя Чжун! — Цин Пань, сжав кулаки, в ярости уставился на старца, но ничего не мог поделать. — Что тебе нужно, я найду! Старец стряхнул кровь с клинка, словно обдумывая правдивость слов Цин Паня. — Мне нужна вот эта вещь. Он вытащил из-за пазухи кусок чёрной шкуры демонического зверя. Её вид и материал заставили сердце Цзи Ши`И дрогнуть. Он с удивлением обнаружил, что шкура в руках старца была точь-в-точь как фамильная драгоценность матери Бо Юэ, по крайней мере, внешне. Вспомнив фамилию Бо Юэ, он подумал: неужели того самого старого главу Бо Сяня отправили на Корабль миров? Надо сказать, Цзи Ши`И был близок к истине. После того как Клан Алхимиков увёл старого главу, они уничтожили его культивацию и продали в рабство — для практика такая участь была хуже смерти. После долгих скитаний старый глава попал на Корабль миров, став там самым низшим из слуг. Цин Пань, очевидно, узнал эту вещь, но в следующий миг столкнулся с трудностью. — Я знаю эту шкуру. Это знак каждого главы конвоя, но она в сумке для хранения. — Давай сюда свою сумку для хранения, — безцеремонно потребовал старец. — Ты... Цин Пань хотел было что-то возразить, но широкий меч на шее дяди Чжуна придвинулся ещё на миллиметр. Казалось, ещё одно усилие — и голова отделится от тела. — Давно бы так, и проблем бы не было. Старец в чёрном убрал брошенную Цин Панем сумку для хранения и продолжил прикрываться дядей Чжуном. — Ты, отдай мне ведущую верблюдо-овцу! Мин Синь, который как раз держал поводья, дрожащей рукой протянул их. В тот самый миг, когда старец протянул руку, Мин Синь сделал свой ход. Хоть он и не мог использовать духовную силу, боевые техники культиватора тела не полностью от неё зависели. Напротив, старец был практиком и совершенно не ожидал, что этот робкий на вид юноша осмелится сопротивляться. Старец с глухим стуком отлетел в сторону. Цзи Ши`И, внимательно следивший за ситуацией, немедленно атаковал. Ослабленный удар Кулака Чёрного Демона отправил старца в полёт, а затем последовало ещё несколько ударов в грудь. Сразу за Цзи Ши`И подоспел Цин Пань. Поняв, что дело плохо, старец раздавил в руке чёрный шарик. Густой чёрный дым окутал всех троих. Цзи Ши`И ударил туда, где в последний раз видел старца, но попал в пустоту. Когда дым рассеялся, все увидели лишь удаляющуюся спину старца. Кто-то из конвоя хотел было броситься в погоню, но Цин Пань остановил его. — Это Бесплодные земли. Если хотите умереть, я вас не держу. — Так и дать этому гаду уйти? Я не могу смириться... — Кха-кха, хватит уже, я ведь не умер, — прокашлялся дядя Чжун, приняв пилюлю, которая была у одного из членов отряда, и быстро остановив кровь. — Похоже, теперь у меня больше не будет возможности ходить с вами в походы. Пилюли для отращивания конечностей, конечно, существовали, но их цена была такой, что дядя Чжун не смел о ней и помыслить. Далеко от них, обессиленный старец в чёрном рухнул у подножия песчаной дюны. Конвой, очевидно, чего-то опасался и не стал его преследовать. — Ха-ха-ха-ха, не зря я искал полжизни! Это тайное сокровище скоро станет моим! Старец потянулся к груди, где хранил карту и сумку для хранения, но нащупал лишь пустоту.