Совместимы едва ли на шестьдесят процентов | Barely sixty percent match

Несколько лет спустя. Гермиона должна была понять, что когда Драко предложил отправиться в отпуск в красивый отель со спа и велнес-центром — это была всего лишь хитрая уловка. К сожалению, дети унаследовали его спортивный дух и не хотели довольствоваться просто игрой у бассейна. Им гораздо больше нравилось море: они весь день бродили по окрестностям и исследовали природу этого спокойного греческого городка на ионическом побережье, который они выбрали для своего летнего отдыха в этом году. Был конец дня, начало сентября, когда они тащились вверх по холму к старой крепости, видневшейся с пляжа. Гермиона прищурилась сквозь очки и подумала, что крепость отсюда кажется намного ближе, чем снизу. У подножия холма, в начале тропы, стоял старый деревянный указатель, явно установленный не официальными лицами, а местными жителями: крепость находится в трёх километрах отсюда. Казалось, что должно быть больше километров, скорее тридцать, ведь они шли уже два часа с обеда. Три километра точно не должны были занять у них так много времени. Часть тропы превратилась в тропинку через сосновый лес, где они наткнулись на водопад в пещере, прошли между бесконечными рядами оливковых деревьев и сделали короткую остановку в небольшом кафе возле старой водяной мельницы на холодном источнике, или, возможно, на очень мелкой реке, где они наслаждались тенью и холодным напитком. Но теперь они снова вышли на открытую местность, а солнце всё ещё палило, не желая сдаваться. — Мамочка, — позвала её Кэлли, когда вернулась от Драко. Она сжала руку Гермионы и неуклюже убрала потные волосы с лба, прежде чем снова заправить их под розовую блестящую кепку. — Мне просто кажется… что у нас теперь такая сильная связь, и моё сердце становится тёплым и уютным, когда мы вместе. Гермиона улыбнулась. — О, дорогая, я чувствую то же самое. Её словарный запас становился просто невероятным. Возможно, потому что, кроме Пэнси, все вокруг разговаривали с ними, как со взрослыми, но также, вероятно, была и одна положительная сторона бесконечных часов мультфильмов по телевизору. Для четырёхлетней девочки Каллиопа была удивительно красноречива. — И я… не знаю, мне просто кажется… что это мои лучшие каникулы! — Разве ты не говорила так про прошлые? — Когда? — спросила она, поднимая свои золотисто-коричневые глаза. — В январе, сразу после Нового года, когда мы ездили в те горы, если помнишь, и ты пробовала кататься на лыжах и… — На лыжах?! — пискнула она. — Да, это было здорово, но это тогда. А теперь это мои лучшие каникулы! — Ну, ладно тогда. Гермиона огляделась, чтобы убедиться, что они одни, и затем опустилась на колени перед дочкой. Она поправила кепку Кэлли и наложила ещё одно незаметное заклинание амортизации на её розовые светящиеся сандалии, подаренные тётей Пэнси, конечно. — Сколько ещё, Драко? — спросила она его. Он повернулся, со Скорпиусом на плече. Двое светловолосых мужчин без рубашек, оба в синих шортах и сандалиях, были загорелыми, но не так сильно, как Гермиона и Кэлли. — Эмм, я не уверен. Может, ещё километр или около того? Гермиона нахмурилась и выдохнула. Она не предназначена для физической работы, особенно здесь и сейчас. Ей гораздо больше хотелось бы отдыхать на солнце и наслаждаться сном. Особенно с учётом проблем с желудком, которые у неё всегда возникали на отдыхе за границей. Тёплая погода и великолепная еда только усиливали её постоянную сонливость. — О, не корчи такую мину, — сказал он, снова обернувшись и продолжая идти. — Мы так здорово проводим время, не так ли, Поппи? — крикнул он через плечо. — Да, папочка, да! — ответила она, драматично шагая вперёд Гермионы и чуть позади Драко и своего брата. Маленький розовый рюкзачок с крыльями феи, ещё один подарок от её крестных, подпрыгивал при каждом шаге по камням. — Я не уверена, что эти каникулы лучше предыдущих, но мне просто нужно, чтобы ты была здесь, мамочка! — Я здесь, дорогая, куда бы мне ещё идти? — сказала Гермиона, поспешив догнать их. На самом деле, в последнее время её мысли были разбросаны повсюду: она задерживалась на работе и часто приносила дела домой. Ей было действительно тяжело, что она не могла проводить столько времени с семьёй, сколько надеялась. До рождения Кэлли её самой большой заботой была подготовка к декретному отпуску и родам и доказательство, что она сможет без проблем вернуться на работу, будто никогда не уходила. И, к её чести, она справилась, но того, чего она не ожидала, — это как справляться с чувством вины и сильным желанием оставаться дома и быть настоящей мамой, потому что, откровенно говоря, она этого действительно хотела. Она хотела быть дома, обнимать свою малышку и слушать эту раздражающе громкую детскую музыку, от которой иногда болела голова. Она мечтала о прогулках по окрестностям и разговорах с другими мамами о проблемах их малышей и способах справляться с трудностями родительства. Она жаждала ленивых послеобеденных часов, когда можно было ничего не делать, пока они вместе качались в саду. И, конечно, чувство вины за упущенное усилилось после появления Скорпиуса, потому что теперь она оставляла дома их обоих. Они сделали такой же график, как с Кэлли — шесть месяцев для неё, потом шесть месяцев для Драко, чтобы оставаться дома, но возвращение к работе после этих блаженных месяцев с новорожденным и Кэлли, ставшей прекрасной старшей сестрой, было ужасным. Поэтому она решила уменьшить нагрузку на работе и не перегружать себя. Теперь она задерживалась на работе только один день в неделю и приносила дела домой только на выходные. Эти драгоценные вечерние часы в течение рабочей недели были полностью посвящены её семье. Впереди будет ещё много лет для достижения карьерных целей, которые она поставила, а сейчас ей нужно было работать над своей склонностью к переработкам. — Она никуда не денется, дорогая, — прервал её мысли Драко с улыбкой. — На каникулах сов нет, помнишь? Скорпиус взмахнул руками от радости. — Нет сов! У-ху! — Вот именно, Скорп. Иди сюда, Поппи, дай мне руку. Драко также решил привлечь несколько новых помощников к своей работе, чтобы самому больше участвовать в жизни дома. Они стали реже посещать гала-вечера и светские мероприятия, продолжали делать значительные пожертвования благотворительным организациям, но для них больше не было важно считаться «властной парой» в волшебном обществе. Зато он с нетерпением ждал любой возможности сбежать из Лондона и путешествовать, но только магическим способом. Тот короткий полёт в Париж с малышом и ребёнком-торопыжкой преподал им ценный урок. — Смотри туда! — закричал он, указывая на лесок перед ними на склоне холма. — Что, папочка? Что? Я тоже хочу увидеть! — нетерпеливо спросила Кэлли, цепляясь за его ногу и стоя на цыпочках, чтобы разглядеть. — Лимонные деревья. Так много лимонных деревьев. — Откуда ты знаешь? — удивлённо спросила она. — Откуда я знаю, что это лимонные деревья? — он кратко взглянул на неё с усмешкой. — Потому что под ними полно лимонов, Поппи. — О, но я этого не вижу! — Давай я помогу тебе, — предложила Гермиона, присоединившись к ним. — Можешь залезть на тот камень? — она указала. Кэлли бросилась к камню, схватила её руку и осторожно удерживалась другой, чтобы не упасть, забираясь на большой камень у тропинки. Она заглянула в сторону, на которую указывал Драко. Гермиона обернулась к нему, а он смотрел на неё с приподнятой бровью. — Что? — Не давай ей залезать на тот камень, Драко. Она поскользнётся и упадёт, — подражал он высоким голосом, а Скорп рассмеялся. Она закатила глаза. — На мелководье — да. Она отсюда не прыгает. — Мамочка, но я прям чувствую, что мне очень хочется прыгнуть, — воскликнула Кэлли, и Драко фыркнул. — Нет, держи меня за руку и спускайся так же, как залезла. — Хорошо, — согласилась она, не капризничая. Гермиона помогла ей спуститься, а Драко спросил: — Думаешь, можно подойти поближе и посмотреть на деревья? — Да, да, пожалуйста! — хором ответили Скорп и Кэлли. — Думаю, можно. Ведите нас, исследователи, — сказала она с улыбкой. Было настоящим облегчением снова уйти с солнца и идти под тенью благоухающих деревьев. Жара была невыносимой, температура намного выше той, к которой привыкли их английские организмы. По крайней мере, её, так как остальные трое, похоже, совсем не уставали. Здесь почва была гораздо мягче, чем на каменистой тропинке, по которой они шли раньше, а корни и плотные ветви вечнозелёных деревьев защищали её от солнечных лучей. Лимоны были разбросаны повсюду, крупнее, но менее ярко-жёлтые, чем те, что они видели в супермаркетах дома. Когда они добрались до сада, Драко опустил Скорпиуса, и он пытался поспевать за сестрой, но та была быстрее. — Можно собирать лимоны?! — спросила Кэлли, энергично бегая вокруг. — Только те, что упали на землю. Не лезь и не тянись за теми, что ещё на ветках, — сказала Гермиона. — Это считается воровством? — поинтересовался Драко. — Наверное да, но да ладно, как будто ты никогда не таскал фрукты у соседей, которые… Она замолчала, заметив выражение его лица. — Думаю… ты действительно этого не делал, да? Он фыркнул, и прежде чем успел ответить, приподнял бровь. — Только один, Поппи. — Один для меня, папочка, а другой для Скорпа, — сказала она серьёзно, и он кивнул, пытаясь взять один лимон у неё из рук. — Хорошо тогда. — А можно взять ещё два для Джеймса и Альбуса? — Нет, у них дома есть лимоны, милая. Давай поднимемся выше, чтобы не попадать под солнце, — предложил Драко, указывая на тропинку сквозь деревья. — Сможешь немного пройти сам, маленький принц? — спросил он, подняв бровь и на него тоже. Скорпиус заскулил, протягивая пухлые ручки, чтобы его подняли. Сначала он попробовал эту уловку Гермионе, но когда это не сработало, повернулся к Драко. — Вверх, папочка, вверх. Он вздохнул и собирался его поднять, но вмешалась Гермиона. — Папочка устал. Давай держаться вместе. Ты и Кэлли, ведите нас, — сказала она. Скорпиус нехотя шёл рядом с Кэлли, которая болтала о лимонах, апельсинах, яблоках и других фруктах, которые пробовала. Они держались у края сада, следуя по тропинке вверх, пока наконец не достигли вершины холма. Гермиона надеялась, что это конец, но крепость всё ещё не была видна. Она выдохнула и простонала. — Ещё долго идти? Можем просто аппарировать? Драко закатил глаза и сделал глоток воды из бутылки, которую она дала ему из своей бездонной сумки, теперь полной дополнительных напитков, еды с высоким содержанием белка и снаряжения для похода, потому что такова была теперь её жизнь. — Ты правда хочешь показать нашим детям, что магия — ответ на каждую мелкую проблему? Нет, конечно нет. — Эээ… да? Зачем страдать зря? — беззаботно пожала плечами она, а он снова закатил глаза. — Для опыта. Просто посмотри, как здесь красиво, — он сделал жест рукой вокруг. И правда. Было почти закатное солнце, и если они успеют добраться до этой чёртовой крепости совсем скоро, вид на город и пляж оттуда будет просто потрясающий. Она обвила его сзади руками, прижав своё тёплое лицо к его ещё более тёплой спине и глубоко вдохнула. Он пах летним воздухом — солью, солнцезащитным кремом и потом. — Не так красиво, как красив ты, — пробормотала она. Драко развернулся с улыбкой, наклонившись для долгого поцелуя. Его руки и тело были тёплыми, но губы холодные от воды, которую он только что выпил. Он посмотрел на неё и ухмыльнулся. — Хорошая попытка, дорогая, но мы всё ещё идём пешком. Она выдохнула. — Или бегом, — добавил он, глянув на детей. — Кто хочет побежать с папой? — Я! — Я тоже хочу бегать! — Хорошо тогда, но предупреждаю, — он драматично покачал пальцем. — Я бегаю дольше, чем вы двое живёте. — Потому что ты такой старый? — немедленно спросила Кэлли. Гермиона фыркнула, а он потёр затылок. — Да… да, именно поэтому… ну да. Ладно, пошли, — заикнулся Драко, качая головой и глядя на неё. — Никто не может так подколоть тебя, как твои собственные дети, — сказал он. — Могут родители. Он задумчиво кивнул. — Верно. Ну что ж, — сказал он, хлопнув в ладоши и потирая их. — Встаньте здесь. Вот так. Хорошо. Мама будет считать. — Окей, на счет три. Раз… два… три! Они продолжали бегать и идти ещё десять-пятнадцать минут, пока наконец не достигли крепости, казалось, всего за несколько минут до заката. Вид был захватывающим. Они могли увидеть район, где находился их отель, и Драко показывал разные пляжи, которые они посещали, гавань и рестораны, где они обедали. Гермиона бродила вокруг, фотографировала и читала несколько табличек об истории этого места. Толпы не было, лишь несколько человек здесь и там, так что ей удалось сделать несколько прекрасных снимков. Она огляделась, ища других туристов, которые могли бы им помочь сделать семейное фото, но вокруг никого не было. Тогда она с помощью палочки подняла камеру в воздух перед ними и сделала несколько незаметных кадров. — Мамочка, — протянула маленькая командирша, копируя тон отца, как будто ругая её. — Но ты же говорила, что нельзя использовать магию на улице. Они установили это правило в основном из-за неё. Впервые она решила продемонстрировать свои магические способности (не считая Гермионы) на дне рождения одного из детей из детского сада всего несколько месяцев назад. Торт и украшения были все синие и с машинками, но когда Гермиона показала на торт и спросила: «Тебе нравится? Мы могли бы сделать что-то похожее для твоего дня рождения», Кэлли покачала головой, указала на торт и радостно заявила: «Я хочу розовый!» И вот так маленькая мисс «Обожаю-всё-розовое-и-блестящее» превратила его торт в кремовый розовый трехъярусный шедевр с посыпкой, слишком большим количеством свечей и даже с пускателем пузырей сверху. Неудивительно, что нескольким сотрудникам Министерства пришлось потрудиться над серьёзным исправлением памяти у бедных магглов. Гермиона также обнаружила, что заклинания на память плохо действуют на детей, особенно таких маленьких, что могло объяснять всех воображаемых друзей и другие вещи, в которые верят дети, пока не повзрослеют. Позже она провела исследование, и это оказалось по-настоящему увлекательно. — Да, но вокруг никого нет, так что… только на этот раз. — Ладно, мамочка. Если ты так говоришь. — Видишь тот большой красный корабль там? — сказал Драко, подняв Скорпиуса на короткую каменную стенку, чтобы он лучше видел, и тот кивнул. — Завтра после завтрака мы возьмём этот корабль, затем отправимся к пещерам и, может быть, увидим дельфинов. — Прямо как твой па… па… патронус, мамочка! — громко прошептала Кэлли и кивнула. Драко удалось вызвать свой первый осязаемый патронус незадолго до её первого дня рождения, используя воспоминание о её неуверенных первых шагах к нему в гостиной. Это был тюлень, а Гермиона подозревала, что её патронус изменился примерно в то же время, ведь он всё ещё оставался выдрой, пока она была беременна. Оба ребёнка радостно закричали, и она улыбнулась своей семье… своему убежищу. Оказалось, что здесь ещё ходит небольшой туристический поезд от города до этих мест, привозя новых туристов, о чём Драко «удобно» забыл упомянуть. Когда Гермиона бросила ему выразительный взгляд, он лишь пожал плечами: — Я не был уверен, когда он отходит и куда едет, — сказал он спокойно. — Но папочка, — вставила Кэлли, дергая его за шорты, — когда ты спросил у того человека с забавными волосами на пляже, он сказал… Гермиона снова подняла на него бровь, а он снова пожал плечами. Ну что ж, если он собирается так играть… — Ладно, вы двое, — сказала она, опустившись на уровень детей. — Как насчёт того, чтобы прокатиться на этом милом маленьком поезде, сходить на пляж и съесть мороженое перед ужином? — Да! — Отличный план, мамочка! Драко, однако, выглядел явно недовольным. — Это нечестно, правда? — Я измотана, Драко, и немного проголодалась тоже. Он выдохнул и закатил глаза в знак смирения. Они нашли свои места в одном из маленьких уютных открытых вагончиков как раз перед тем, как поезд отправился обратно. Скорпиус сразу же прыгнул к ней на колени, а Кэлли сняла свой крошечный рюкзачок, набитый рисунками, раскрасками, блестящими маркерами и наклейками, прежде чем уютно устроиться рядом с Драко. Он снял с неё шляпку и поправил волосы, заплетённые Гермионой в две аккуратные косы «рыбий хвост», чтобы не мешали. У неё были заколки-бабочки, которые можно было зачаровать так, чтобы они порхали, что бесконечно её забавляло. Кэлли забралась ему на колени и прижалась к груди, пока он терпеливо отвечал на каждый её вопрос о деревьях, машинах, домах, цветах и… Кэлли росла, напоминая одновременно и Гермиону, и Драко. Её волосы были темнее, чем у Драко, но светлее, чем у Гермионы, и падали красивыми, нежными волнами, особенно если позволить им высохнуть естественным образом. Солнце придало им золотистый отблеск, и она была почти так же загорела, как Гермиона. Она была также выше среднего для своего возраста и всё больше походила на Драко, несмотря на его постоянные утверждения, что, каким бы ни был её внешний вид, она явно дочь Гермионы. — Мамочка, — позвал Скорпиус, повернувшись к ней. — Да, дорогой? — Я хочу… — начал он неуверенно, затем жестом попросил её наклониться к нему своими пухленькими руками. — Да? — Я хочу шоколадное мороженое, — прошептал он, показывая пальцами. — Три шарика. — Конечно, — прошептала она в ответ и улыбнулась. — Три шарика мороженого. — Шоколадного. — Да. С другой стороны, Скорпиус был настоящим маленьким Драко. Светлые волосы, но такие же золотисто-карие глаза, как у его сестры. Он был невероятно привязчивым, точно так же, как Нарцисса описывала Драко в младенчестве. Гермионе приходилось изрядно повозиться, пытаясь отлучить его от грудного вскармливания. У него была кроватка в их спальне и подготовленная постель в комнате, которую он должен был делить с сестрой, но он настаивал на том, чтобы спать в их кровати. Он отказывался оставаться с кем-либо, если Гермиона или хотя бы Драко не были рядом, а период адаптации в магловских яслях, куда они оба ходили, казался бесконечным. Нарцисса питала слабость к обоим, особенно к Скорпиусу, разумеется, поэтому Гермионе приходилось вмешиваться всякий раз, чтобы не позволить ей их избаловать. С Драко она сталкивалась чаще, чем могла сосчитать, споря о том, стоит ли уступать всем их капризам, но теперь они более-менее нашли общий язык. Лёгкий ветерок освежал их, пока они шли по городу, любуясь домами с пышными садами, полными цветов и фруктовых деревьев. Ещё в поезде Гермиона незаметно достала из сумки большой зонт и два пляжных полотенца. — Мамочка? Мой динозавр? — спросил Скорпиус, и она быстро кивнула. Она тихо вытащила его маленький рюкзачок из сумки и передала ему. Он был украшен, к неудовольствию Драко, маленькими футбольными мячами по всему периметру, а на передней стороне — его инициалы, SHM, благодаря блестящим серебряным наклейкам, которые Гермиона закрепила заклинанием. Скорпиус с нетерпением открыл его и достал маленькую игрушку-динозавра, которой он был очарован, особенно когда они зачаровали вещицу, чтобы та ревела дома. Когда они прибыли, и поезд остановился у пристани, они направились на городской пляж. Драко отвёл детей за мороженым, а Гермиона расстелила их полотенца и поставила зонт. Пляж был не песчаным, а покрытым мелкой галькой, открывая вид на крошечный остров с очаровательной церковью, спрятанной среди сосен и скал. На второй или третий день их пребывания они видели пару с гостями, направлявшихся на остров на маленькой лодке для свадебной церемонии. Это выглядело как волшебное место, чтобы начать совместную жизнь. Возможно, и они однажды смогут найти такое же чудесное место дома и обновить клятвы. Было бы здорово. У них никогда не было настоящей свадьбы, но если бы Гермиона могла выбирать, она хотела бы, чтобы она была где-то на природе, на открытом воздухе. Сад Малфоев был прекрасен, но тогда это не ощущалось как настоящая свадьба. Фотографы теперь доставляли меньше хлопот, так что что-то подобное было бы вполне управляемо. Она на мгновение задумалась. Если бы Рон не вспомнил о тех фотографах и о Скитер на дне рождения сына на прошлых выходных, Гермиона могла бы полностью забыть, насколько они всех раздражали в первый год. В последний раз они упоминали Риту, когда она заменила шумные улицы Лондона на Маркет-Дрейтон в Шропшире. Её резкий и, для публики, довольно шокирующий уход из «Пророка» и новая работа в тихом садоводческом журнале как раз произошли после того разоблачительного материала, который она написала о скандальных похождениях Гермионы на Косой Алллее, когда Кэлли ещё была младенцем. Но это, конечно, никак не касалось Гермионы… или Драко… или его дорогой юридической команды, которая вскоре после этого, возможно, составила внушительное досье с помощью Гермионы, детализирующее неоплаченных или недоплаченных стажёров, неурегулированные счета и некоторые офшорные счета, связанные с главным редактором и несколькими сотрудниками, включая Скитер. Нет, это совершенно не имело к ним никакого отношения. Якобы. Гермиона разделась до бикини и огляделась, ища остальных. Драко держал Скорпиуса на одной руке, а другой держал Кэлли за руку. Группа молодых женщин, мимо которых они проходили, подталкивала друг друга, показывала пальцами и хихикала, разглядывая его, и, о Боже, он действительно выглядел как те горячие папы из фильмов и журналов. — Это тебе, мамочка, — сказал Скорпиус, протягивая ей рожок мороженого, который, очевидно, уже кто-то лизнул. Гермиона подняла на него бровь, а он только захихикал и сделал вид, что ни в чем не виноват. Они сели на свои полотенца, болтая о планах на завтра. Как только они доели мороженое, они рванули в воду. Золотой час окрасил всё вокруг в красивый свет, и Гермиона фотографировала их в воде, прежде чем попросить кого-то поблизости сделать несколько снимков, когда она присоединилась к ним. Жаловаться особо не на что — день действительно был идеальным. Единственное, что температура делала её сонной, вдобавок она была голодной, а голодная Гермиона всегда немного раздражительна, но она обязательно заставит Драко извиниться за то, что он заставил её ходить целый день, когда дети уснут и у них наконец будет немного личного времени в душе. — Знаешь, что я только что видел по дороге сюда, после того как мы купили мороженое? — спросил он, сидя в мелкой воде и наблюдая за играющими детьми через несколько минут. — Что? — Плакаты нового фильма «Сумерки». Она улыбнулась. — Ах да, «Сумерки: Рассвет — Часть вторая». — Да, кажется, написано, что он выйдет в ноябре. — Да. Скорпиус поковылял к нему и передал несколько маленьких камешков, чтобы тот их приберёг. — Спасибо, милый. Надо будет сходить, когда он выйдет в кинотеатре дома, — предложил Драко. — И устроить это как вечер свидания. Она кивнула и положила голову ему на плечо. — Знаешь, четыре… то есть, теперь пять фильмов, а я всё ещё не могу понять, на кого этот Эдвард похож. Гермиона снова кивнула. — Да, я тоже не знаю, но, должно быть, мы видели его в каком-то другом подростковом фильме. Кэлли закричала так громко и с такой радостью, что могла бы разбудить морских чудовищ ото сна. — Задница гоблина! — Кэлли! — сразу окликнула Гермиона, оглядываясь вокруг. — Не кричи… такое! Это довольно невежливо! Драко рассмеялся от души, и она игриво шлёпнула его. — Не поощряй её. — Это твоя вина, — поддразнил он с усмешкой. — Я же говорил, что не стоит оставлять Тео с детьми. Блейз уверен, что он уже научил Луку и Софию нескольким ругательствам на итальянском, а сам он даже не говорит по-итальянски. С этим она не могла спорить. Тео был невероятно усерден. В первый раз, когда Кэлли выдала «блядь», когда упала, они сразу поняли, кто виноват — предупреждали же их Блейз и Кьяра. С самого раннего детства они старались следить за речью, ведь дети впитывали всё, как губка. Драко уже предупредил Тео, что в случае, если Кэлли усвоит ещё одно плохое слово от него, его ждёт пожизненный запрет на посещение дома, но он лишь закатил глаза и сказал: «Ладно, буду креативен». И, похоже, он это сделал. — Прости, мамочка, но смотри! — нетерпеливо указала Кэлли на что-то на пляже. По песку ходил мужчина, продавая огромные пускатели мыльных пузырей и привлекая толпу детей. Она прыгнула ему на руки. — Папа, можно нам один, пожалуйста? Пожалуйста, можно нам один? Мне нужен один, для больших пузырей, пожалуйста! Она знала, что маму лучше не просить о такой ерунде. Вместо этого она широко раскрыла свои умоляющие глаза перед папой, маленькая змейка. Драко драматично вздохнул, как будто это было самое сложное решение в жизни, и согласился исполнить каждое желание дочери. — Ладно. Пошли, Поппи. Гермиона покачала головой и наблюдала, как они уходят, пока Скорпиус не вернулся с горстью свежих камешков и не устроился у неё на коленях. — Куда мы идём? — спросил он. — Никуда. Они пошли покупать ещё пузыри. Тебе нравятся пузыри, да? Он сонно кивнул, а Гермиона убрала влажные волосы с его тёплого лица. Он моргнул и тяжело вздохнул от усталости, прижимаясь к её груди. Когда они вернулись, Драко был занят тем, что выдувал пузыри с помощью большого пускателя, а Кэлли прыгала, стараясь их поймать. — Хочешь присоединиться к ним? — спросила Гермиона у Скорпиуса. Он крепче прижался к ней и покачал головой. Он почти заснул. — Ладно, милый, — сказала Гермиона, находя полотенце, чтобы укрыть его. — Я люблю тебя, мой маленький коала.

***

Примерно через неделю, уже дома, она нахмурилась, глядя на коробку с нераспакованными тампонами, пока чистила зубы в ванной, и тут же холодный пот выступил у неё на спине. Она закончила и в небольшом паническом состоянии позвала Драко. Он помчался в ближайшую аптеку и через пять минут вернулся с тремя разными тестами на беременность. Он ждал в ванной, пока она проходила их все. Когда всё было готово, Драко взглянул на неё и на три положительных теста. — Ну… — сказал, пожав плечом. — Мы же это обсуждали, не так ли? — Только в теории. И что теперь нам делать? Он снова пожал плечами, хотя на этот раз выглядел немного задумчивым. — Ну, мы могли бы… завести ещё одного ребёнка? — осторожно предложил он, внимательно наблюдая за ней. — Или… не заводить. А ты чего хочешь? Гермиона прислонилась к раковине, нервно постукивая ногой. — А ты чего хочешь? — Я хочу того, чего хочешь ты, — сказал он дипломатично. — Драко. Он поднял руки в знак капитуляции. — Не перекладывай это на меня. А если я скажу: «Конечно, давай заведём ещё одного», а ты не хочешь? Или если я не хочу, а ты хочешь? — он потрогал затылок. — Просто… как ты думаешь, на каком ты сроке? — У меня была последняя менструация в прошлом месяце. В этом месяце её не было, — ответила она. — Хорошо, значит… что бы ты ни решила, ещё не поздно для любого варианта, верно? — Верно. Она не была уверена, как всё осмыслить. Они уже говорили о том, чтобы завести ещё детей. После рождения Скорпиуса в Мунго, практически без проблем благодаря всей магии и зельям, и с ещё более быстрым восстановлением, она подумала, что сможет сделать это снова. У них было достаточно поддержки и ресурсов, так что они точно справятся. То, что её первой реакцией не было срочно бежать назначать аборт… значит, она действительно хочет ещё одного ребёнка… верно? — Хочешь спросить детей? — спросил он, и она бросила на него взгляд. — Шучу, — добавил Драко, подходя ближе и осторожно положив руки ей за шею. — Эй, — сказал он через мгновение, приподнимая её подбородок, чтобы она встретилась с его глазами. — Что бы ты ни решила, я с тобой. И… — он откашлялся. — Какой бы выбор мы ни сделали сейчас… может быть, стоит подумать о постоянном решении для, знаешь… — он неопределённо указал вниз. — Моих маленьких Малфоев. Она рассеянно кивнула. — Есть… новое зелье на рынке, которое должно быть столь же эффективным, как те, что используют ведьмы, но с меньшими побочными эффектами. — Правда? — Да. Оно пока на экспериментальной стадии, но… Она посмотрела на него и покачала головой. — Не глупи, ты не будешь принимать непроверенное зелье. Ты можешь сделать вазэктомию. — А? Что это такое? — Это медицинская процедура. Она перекрывает путь сперматозоидам в твоей сперме. — О, понятно. И… как это делают? Она пожал плечами. — Я точно не знаю, но, думаю, это связано с разрезанием и запечатыванием трубочек, по которым… — Стоп, стоп, стоп, — перебил Драко, откидываясь назад, как будто пытаясь уйти от разговора. Он неловко рассмеялся. — Разрезание? В прямом смысле? Я думал, это просто фигура речи, — сказал он с необычно высоким голосом в конце фразы. Гермиона закатила глаза. — Да ладно тебе, Драко, не будь таким ребёнком. Мужчины делают это постоянно. — Да? Правда? — переспросил он, скрестив руки и приподняв брови с недоверием. — Потому что я слышу об этом впервые. — О, извини, — парировала она. — Ты регулярно обсуждаешь свой пенис с маггловскими мужчинами? Он нахмурился и долго смотрел на неё. — Насколько… это безопасно? — Почти так же безопасно, как если бы я рожала твоих детей. Дважды, — сказала она с прицельным взглядом. — А может быть, и трижды. Драко выдохнул с раздражением. — Знаешь, мне совсем не нравится, когда ты разыгрываешь эту карту. — Тогда не заставляй меня, — сказала она, отворачиваясь, чтобы выбросить тесты в мусор и привести раковину в порядок. Он заговорил через мгновение. — Хорошо. Мы разберёмся, когда пойдём в больницу на твой приём… что бы ты ни решила. У нас есть время всё обдумать. Гермиона снова повернулась к нему. — Нет, думаю… мне не нужно время. Я хочу это сделать, — сказала она, выпрямившись. — Да, давай заведём ещё одного ребёнка, — сказала она просто и пожала плечами. — Ты уверена? — Ну… да. — Ты выглядишь не слишком уверенной. — И что? Я же плакала, когда мы узнали про Кэлли. — Да, но с ней… было иначе, — сказал он, снова сокращая расстояние между ними. — Нам пришлось её создать, — сказал он, нахмурившись при воспоминании. — Мы решили, что хотим Скорпа, а это… мы не планировали. Ты абсолютно уверена? — Да, точно, — ответила она с большей решимостью. — Но на этом всё. После этого я завязываю, — твёрдо заявила она. — Трое детей — это… знаешь, нормально. Достаточно. Он кивнул и улыбнулся. — Да, мне нравятся дети, но я не хочу, чтобы мы выглядели как Уизли. Она закатила глаза и улыбнулась. — Давай… пока держать это в секрете. Кэлли не смогла бы хранить тайну, даже если бы от этого зависела её жизнь, а я не уверена, что Скорп вообще поймёт. — Поймёт, — сказал Драко, склоняясь, чтобы поцеловать её в лоб, а потом обнял её, и она растаяла в его объятиях, глубоко вдыхая. — Каждый раз, когда он видит Джинни, он говорит: «Малыш?» и просто пялится на её живот. Честно, у него больше догадок, чем у Альбуса. Не слишком умный, правда? — пробормотал он. — Эй, ты говоришь о нашем крестнике, — сказала она. — Но, думаю, он просто немного ревнует. Это синдром среднего ребёнка и… О, Скорп будет средним ребёнком, — добавила она с ещё одним вздохом, потирая лоб. Он уже был так привязан к Гермионе, а тут ещё один ребёнок… — Мы можем ещё всё обдумать, — предложил Драко. — Нет, — сказала она, качнув головой. — Я… я скучаю по беременности и… по тому, чтобы оставаться дома и… Он ухмыльнулся и отступил. — Повтори? Ты говоришь, что планируешь использовать весь год декретного отпуска, трудоголик? Она снова закатила глаза. — Возможно. — Отлично, — сказал Драко с улыбкой, снова её поцеловав. — Я люблю тебя. — Я тоже тебя люблю.

***

После анализа крови она записалась на приём к тому же врачу в клинике. — Ах, Мальфои! — воскликнул он, когда их увидел. — Я как раз догадывался, что увижу вас снова. Тем не менее, приятно было увидеть ваше имя в карте пациента. Он тепло пожал им руки, прежде чем сесть за свой стол. — Приятно вас видеть. Как дела? — Очень хорошо, — ответил он, отмахиваясь от любых забот. — Занято, как всегда. Итак, я вижу, что в семье будет пополнение, — сказал он с улыбкой. — Да, — твёрдо сказала Гермиона. Эта идея окончательно сформировалась за последние несколько дней. Они определённо ждут третьего ребёнка. Она уже была в восторге, и Драко, похоже, разделял её энтузиазм. Его пальцы переплелись с её на коленях, пока они сидели напротив врача. — Но, думаю, на этом наши «вклады» заканчиваются. После этого он сделает себе вазэктомию, — сказала Гермиона. Врач кивнул, немного отвлекаясь, сосредоточившись на результатах её анализа крови на компьютере. — Я бы порекомендовал доктора Кейна для этого. Старый мой коллега, настоящий профессионал. — Здесь, в клинике, или…? — Да, да. Урология на третьем этаже. — Спасибо. Мы зайдём туда сразу после приёма, — сказал Драко, звуча не слишком вдохновлённо и с некоторой нерешительностью. Процедура проводится под местной анестезией, и он, вероятно, будет дома уже через полчаса, но наверняка будет устраивать сцены с пакетом льда на своих «частях» неделю после процедуры, король драмы. — Отлично. Итак… — врач поправил очки и проверил результаты на компьютере. — Да, как вы уже знаете, вы беременны. Давайте ответим на несколько вопросов, хорошо? Гермиона отвечала на вопросы, которые почти знала наизусть, а Драко бродил по кабинету, разглядывая фотографии и модели детей на разных стадиях развития, а также стол с фотографиями детей, которых врач принимал при родах. Во время беременности и Каллиопой, и Скорпиусом она находилась под наблюдением того же врача, но Гермионе пришлось придумать оправдание, почему она не рожала во второй раз в больнице здесь. — Итак, дорогая, вы знаете процедуру… — врач искал свои разные пары очков. — Можете проходить туда… — он расплылся в жесте в сторону кушетки для осмотра. — Посмотрим… Как малыши? — О, они великолепны, — весело ответила Гермиона, готовясь к приёму. — Каллиопе четыре с половиной, а Скорпиусу исполнилось два в мае. — О? Правда? Уже два? М-м, как летит время, — заметил он. Она устроилась на кушетке, стараясь максимально расслабиться, пока врач готовил датчик для УЗИ. Он провёл им по её животу, и изображение наконец появилось на экране. — Вот ваш… милый маленький малыш, — прошептал врач, не отрывая глаз от монитора. Теперь они оба знали, куда смотреть. Драко сжала её руку, чтобы поддержать, когда он тоже увидел это, улыбка его была тёплой и гордой. — И… вот ещё один милый малыш. Их улыбки исчезли одновременно. — Подождите, что? — в шоке спросила Гермиона. — Да, — улыбнулся врач. — У меня… близнецы? Он кивнул. — Вы… вы шутите? — заикнулся Драко. — Вы серьёзно? Врач озадаченно посмотрел на них. — Разве вы не знали? Гермиона резко села. — Как, чёрт возьми, мы могли знать? — Ой, извините, — смущённо сказал врач. — Я просто предположил… что вы знаете, или… кто-то вас информировал. Ваш уровень ХГЧ настолько высок, что мы обычно думаем… Драко смотрел на неё в шоке. — А я… я думала, что высокий уровень просто значит, что у меня срок больше, чем думала, — сказала Гермиона, и её голос невольно прозвучал выше обычного. — А не то, что там двое малышей, — добавила она, неуверенно показывая на живот. О, Боже, близнецы. Два ребёнка?! Ещё два ребёнка?! — Хорошо, давайте посмотрим ещё раз. Лягте, пожалуйста, — сказал врач. Да, наверное, всё же лучше было лечь. Близнецы? Близнецы! Она станет вдвое больше, чёрт возьми. Драко продолжал смотреть на врача, хотя его выражение стало более сдержанным. Он одарил её невинной улыбкой и непринуждённо пожал плечами. Она закатила глаза и покачала головой. — Ты и твоё… магическое семя! — почти закричала она, пытаясь его шлёпнуть, но он увернулся. — Не могу дождаться, когда перекроют поставку, — прошипела она. Он мельком посмотрел на врача в поисках реакции. — Магическое семя, — повторил он и слегка рассмеялся. — Хорошо сказано. — Ладно, давайте ещё раз посмотрим, — сказал врач, проводя датчиком по животу Гермионы и проводя пальцем извилистую линию на экране. — Видите это? Здесь шейка матки, ведущая в матку. А… этот малыш, — он указал на чёрный кружок с крошечной фигуркой внутри, — назовём его «ребёнок А», так как он ближе. А теперь, когда я перемещаю датчик… — он сдвинул его, и на экране появился ещё один чёрный кружок. — Ага, видите? Это совсем другой мешочек… с совсем другим ребёнком. Это было… это определённо было так. — Ребёнок Б… — пробормотал Драко, разинув рот и уставившись на экран. — Да, ребёнок Б. Не волнуйтесь, мы тщательно всё проверим, чтобы убедиться, что других спрятанных малышей нет, — сказал врач легко, но Гермиона всё ещё была в шоке. — Пожалуйста, сделайте это. Он несколько секунд водил датчиком по её животу. — Да… думаю, это всё. Только близнецы. Драко тихо усмехнулся, наслаждаясь моментом. — Но да, дорогая, их двое. Давайте попробуем поместить их обоих в один кадр, — сказал врач, настраивая датчик для первой совместной фотографии. — Ага, вот так! — сказал он, улыбаясь результату. — Вот ваши два малыша. Гермиона уставилась на экран, где изображение близнецов было безошибочно чётким. Врач мельком посмотрел на Гермиону и Драко, который выглядел… довольным, хотя старался сдерживать волнение ради неё. — Эм… — начала она, быстро моргая, но врач её перебил. — Вот, — сказал он, протягивая несколько салфеток. — Я оставлю вас на пару минут, — добавил он и вышел из комнаты. Она вытерла живот и села на кушетку, громко выдохнув. — Так… значит, мы всё-таки будем как Уизли, — осторожно усмехнулся Драко. — Ты в порядке? — спросил он, подходя к ней. — Нет, Драко, это… — почти простонала она, потирая виски. — Я не знаю, как мы с этим справимся… готовы ли мы? Справимся ли мы? Он пожал плечами. — Блейз и Кьяра прекрасно справляются. — Да, но у них только близнецы. А у нас уже двое, — сказала Гермиона, потирая лоб. — Эй. — Он сразу взял её за руки. — Мы справимся. Ты и я можем всё, если мы вместе. Она снова выдохнула, глядя в его голубые глаза, ища хоть тень страха или неуверенности, но… не нашла ничего. Поэтому она выдохнула и выпрямила спину. — Нам определённо придётся нанять больше помощников в этот раз. Драко кивнул. — Мисси будет на седьмом небе от счастья. — Она и кто-то ещё. И я точно возьму полноценный декретный отпуск. — Я тоже. После тебя, с тобой, или оба вместе, как угодно. Я просто найму больше людей. Это пойдёт на пользу экономике, — сказал он с подмигиванием. — Как думаешь, нам нужен новый дом? — спросил он спустя мгновение. Она пожала плечами. — У нас же три спальни. — И… шесть человек. — О Боже, — Гермиона закрыла лицо руками. — Нам ещё и переезжать, ко всему прочему?! — Нет, нет, нет. — Он снова взял её за руки. — Не обязательно. Чердак всё равно пылится. Представь, как здорово лежать там под этим большим окном на крыше, когда идёт дождь, — сказал Драко, становясь между её ног и целуя её руку. — Ты и я. Одни. Пока… четыре домашних эльфа заботятся обо всём остальном. Она усмехнулась, слегка отчаянно. — Или… мы могли бы переехать, — предложил он. — Но не сейчас. Им слишком рано иметь свои комнаты. — Говорит человек, который имел своё крыло в детстве, — пробормотала она. — В любом случае, — продолжил он, не обращая внимания на её замечание. — У нас ещё куча времени, прежде чем нужно будет об этом думать. — он откашлялся. — Я всегда мог бы попросить маму о помощи, но она просто… Гермиона перебила его, покачав головой. — Испортит их до невозможности. Нет, спасибо. Мисси умеет поддерживать дисциплину и правит домом железной рукой, — она выдохнула. — Нам придётся платить ей больше… Намного больше. — Конечно. — Драко поднял её подбородок пальцами и поцеловал её в лоб. — Мы справимся. Его слова окутали её словно тёплое одеяло. — Обещаешь? — Обещаю, — сказал он, быстро поцеловав её. — Я люблю тебя. — Я тоже люблю тебя, — тихо ответила она. Несколько минут спустя доктор вошёл, обошёл стол и сел на своё место, а они вернулись на свои стулья. Драко сжал её руку и пробормотал: — Итак… мы действительно это делаем? — Да, — твёрдо сказала она. — Определенно. Драко кивнул и улыбнулся. — Ты уверена? — Уверена, — Гермиона сжала его руку в ответ и улыбнулась. — На сто процентов.