Асарат

Нергал, то же время. Каритас Ритан.       Толстая в окалинах и потеках свеча затрепетала и погасла. Комната погрузилась во мрак и только свет полной луны проложил серебряную дорожку сквозь неплотно задернутые шторы. Человек в кресле потянулся, с раздражением кинул надоевшее перо стилуса на не дописанный отчет. Останутся кляксы, но ему стало безразлично. Устало протерев лицо, он встал, отодвинул тяжелую портьеру. Сел на подоконник, распахнув раму по шире. Красивая ночь. Из-за яркой луны звезд почти не видно. Он запрокинул голову, высматривая невидимое. Звезды были его единственные спутники и собеседники долгие годы.       С начала трюм работорговца. Южные плантации Садида. Побег и скитания в компании каперов. Почти 15 лет его кидало, как оторванный лист по дальним берегам. Он смог. Он вернулся. С разочарованием обнаружив, что его никто не ждет. Теренс Трикс, граф Ривен посмертно и почетно забыт, похоронен, оплакан сослуживцами. Назад дороги не было. Да и оставалась тайна. Кто организовал похищение будущего наследника Мариона на посту главы Тайной Канцелярии? Претендентов в соперники было немало. Поэтому прежним именем он не мог пользоваться. С его опытом и нелегальными связями состряпать подложные документы не составило проблем. Не все из нынешних "псов" знали его настоящее имя. Еще меньше видели его в лицо. Носить личины уже не было смысла. Стойкий загар южных морей, приобретенный акцент, выгоревшие под солнцем Садида волосы и годы передряг сделали немолодого уже мужчину не узнаваемым, даже близкими, друзьями и коллегами. Зная всю кухню конторы, проникнуть в ее ряды было просто. Пару рекомендаций и пост куратора в столице ему обеспечен. Так появился Каритас Ритан, офицер из южной провинции.       Семью, как он думал, свою, он видел издалека. И старого верного друга, обхаживающего его жену. При воспоминании о доме стало больно. Его сын рос без него. Сын! Даже на расстоянии он продолжал думать о нем. Не имея права открыться, сжать его в объятьях. Для семьи он стал чужим. Лишним. Пусть его благоверная крутит амуры с дружком, но сына он им не отдаст. Он узнал, куда его пропихнул Берк, и готовил почву для воплощения своих планов на Коула. Уже были готовы бумаги на перевод его на новое место службы.       От грустных размышлений его отвлекла суета внизу. Он выглянул на улицу, но тревожные голоса уже пропали в недрах конторы. Закрывая ставни, Ритан собирался спать. Прямо здесь в кабинете у него стояла за ширмой кровать. Он усмехнулся, вспомнив старика Мариона. В год его похищения тот умер. В одиночестве. В своем кабинете. Всю жизнь отдав Псам и императору, остался один. Ни друзей, ни наследников. Похоже, Ритана ждет та же участь.       Шум из глубины коридоров поднялся на второй этаж. Стало интересно, отчего переполох. Ритан сдержал порыв подняться и узнать. Но когда мимо его двери стали бегать, позвякивая амуницией Псы, он не выдержал, подхватив камзол пошел выяснять причину. Оказалось на одно из поместий напал, кто бы подумал, асарат! Невиданное нахальство. Шум подняла прислуга коттеджа, обнаружив хозяина мертвым. Вызвали стражу, а уж те в свою очередь нашли непреложные доказательства участия в этом ассасинов. По крайней мере видели одного. Дама Ливрет долго доказывала, что случайно проходила мимо. Асараты давно не забирались так далеко в глубь материка. Небыло смысла. А сейчас скандал посреди ночи. Быть такого не может. Или может? Единственный асарат, которого знал Ривен на много лиг от столицы - была его собственная жена с запечатанной памятью. «Эцио!» Набатом в душе зазвучали забытые чувства.       Потребовав оружие, дожав кого надо, он вылетел в ночь с дежурным отрядом псов. Про то, что Эцио и есть «Объект 17» знало трое человек. Остальные причастные видели только девушку под номером, как объект. Марион умер, а через пол часа выяснилось, теперь этой информацией обладает только он. Проведя пол минуты у остывающего трупа Сорена, он сделал роковые выводы. Она вспомнила. Блок в памяти нарушен. Эцио сбежала! «…Я вас ненавижу. И если удастся мне вырваться на свободу, предупреждаю, оглядывайтесь. В каждой тени вас будет ожидать смерть…» Пусть в этом обещании была угроза смерти, он был, черт побери, очень рад. Он бы обшарил все щели, чтобы встретить ее. Даже если это была бы последняя их встреча. Рассекая испуганную тишину ночи дробью копыт, его нес вышколенный жеребец улицами спящего города. Он понимал, напрасно. Для всех он умер много лет назад, но безумная надежда, что судьба одумается, вернет ему долги, гнала его вперед. Он хотел найти свою сбежавшую асаратку. *** Эцио       Рассвет разбудил ее криками торговцев под ратушей. Торговая площадь в Серебряном майоре просыпалась рано. Ночью, вернувшись в пустую башню к оставленным вещам она плакала. Когда иссякли слезы, просто лежала на куче прелого хлама. Она вспомнила все. Дом, семью, остров. Трагическую смерть отца. И то, что обучалась, как воин. Странное сокращение от Олбертина - "Бэт" - растаяло вместе с ночной прохладой. Она - Эцио и асаратка. В годы юности она показывала свои способности на равных в поединках со сверстниками парнями. Другого отец бы не потерпел. Но, когда решался вопрос, кто отправится на материк за жизнью Трикса, ее жестко осадили. Напрасно. Как дочь своего отца, Эцио не искала простых решений и подчинятся в угоду ордену не стала. Побег на материк, скитания по империи были для нее логичным выбором. Сейчас, имея собственного сына, она понимала, сколько горя принес ее поступок матери.       Теренс Трикс виновен в предательстве и смерти ее отца, нарушив свои обещания и вероломно напав на делегацию асаратов во время мирных переговоров. Он виновен в потерянных ею годах, в разлуке с семьей. Но, он же являлся отцом ее сына. Коул стал для нее всем миром. Объект 17. Ее заставили забыть себя. Но зачем? Подлый и жестокий Гончий Пес, ищейка канцелярии, влюбился в дочь врага? Она была в его власти. Взять силой пленницу не было чем-то позорным для него. Зачем такие сложности? Игры с памятью? Сын? Ему… им нужен Коул? Не выйдет! Уже не вышло.       Эцио понимала, ее в первую очередь будут искать рядом с ним. Поэтому, как не рвалось сердце ее в Палетто, где располагался кадетский корпус, туда пока путь заказан. Остается Оплот - таинственный остров асаратов. Ей нужно домой. Много времени прошло с ее побега, отыскать путь назад она смогла бы, если бы вернулась по своему пути на побережье. Был и другой путь. Найти асаратов здесь в империи. Но как? Империя кишит ищейками, а попадать в руки конторы снова она не собиралась. Сначала нужно разведать обстановку здесь. Дальше будет видно.       Переодевшись в одежду простолюдина Эцио под видом Берта спустилась в низ. Под ратушей ее затянул поток горожан, снующих между торговых рядов. Купив молока и мясной пирог, она села в сторонке у пустой коновязи перекусить. Богатые матроны и служанки сновали мимо по своим делам, не обращая внимания на невзрачно одетого паренька. — Берт! Малец! Возле нее остановился старик-погонщик из обоза Саваша. Он обвешан был связками овощей и рядом поставил мешок с овсом. — Тани! Вот это встреча. — Эцио искренне обрадовалась, увидев знакомое лицо. — Ты что ж, на улице? Не признал тебя дядька? — Дядька помер. — Эцио скривила скорбную мину. — Дык куда ты теперь? — Да не пропаду, не боись. — Ищешь работу? Знаешь, Саваш погнал Карена с его шайкой, мож с нами? А? — Нее, Тани, я пока тут осматриваюсь. — Ага, ну лады, а я пошел. Потихоньку Саваш назад собирается, мог бы тебя взять. Погонщик вздохнул, грустно посмотрел на мешок. — Тебе помочь? — А? — С мешком помочь, говорю. — Ну подкинь. Зараза. Как раз лошадей расковали, на себе припасы таскаю. Эцио легко спрыгнула с бревна, на котором устроилась, отряхнув руки от крошек, допив молоко, закинула увесистый мешок себе на плечи. Дорогу показывай, дружище. — Оть! Ты что? А, малец. Ну лан, пошли. Недалече тут будет.       Выйдя с торжища, они пошли рядом. Довольный погонщик не умолкал ни на минуту. Эцио кивала, одобрительно поддакивая, но не слушая его болтовню. На одном плече висел чехол с луком в котором кроме стрел скрывались латиры, на другом — мешок овса, который приходилось держать двумя руками. Улица шла под уклон, поэтому идти было не так тяжело, да и свободнее чем по базару.       Она не сразу заметила патруль. Но когда заметила — похолодела. Не обычный патруль. Псы, особая каста охотников на ее народ. Они изучали их. Повадки, родословную, методы противодействия. Идти к ним навстречу ей не хотелось. Одна надежда на маскарад. Вдруг, сердце ёкнуло и понеслось вскачь. Среди молодых холеных псов выделялся один, высокий загорелый офицер намного старше своего окружения. Что-то неуловимо знакомое было в нем. Казалось, тот портрет ее мужа из кабинета ожил. Если бы хоть раз она увидела его в черном мундире гончего, он мог бы выглядеть так же. Сквозь усталость и отрешенность просачивалась мрачная уверенность в своих силах. Словно сжатая пружина он готов был к любым неожиданностям. Она остановилась, перекинула мешок на левое плечо, по верху туда же взяла чехол с луком, освободив полностью правую на всякий случай, но патруль со своим офицером прошевствовал мимо. — Тяжел мешок, Берт? — обеспокоился Тани. — Да нет, рука затекла, — ответила она негромко. Пронесло, но пока были слышны шаги патруля ее не покидало неприятное ощущение напряженного взгляда между лопатками. ***Ритан За ночь он не сомкнул глаз. Безрезультатно мотаясь от заслона к заслону, просто не мог позволить себе спать. Он измотал лошадь, до нервного тика довел дежурных офицеров и тревожный отряд. Соратники удивлялись такому рвению, но сдерживали возмущение. Человеку с такими покровителями не перечат. А Ритан опять вспоминал Мариона, используя его механизмы давления на других. Утром он пошел с патрулем в город. Зеленые юнцы! На счету этих ребят не одно успешное задание, но хватка не та. Не было в них азарта, присущего его прежней команде в звездный час. Усталость брала свое. Он уже склонялся к мысли бросить бесцельное хождение и вернутся поспать. На одной из улиц по дороге к ратуше его взгляд привлек паренек, скромно одетый провинциал. Чем привлек, Ритан не смог понять, только пристально посмотрел ему в след. Все. Спать! Ему на миг показалось, что его профиль напоминает ему Бэт. Нет. Она бы не смогла вот так пройти спокойно мимо. Спутник паренька, как он слышал, назвал его Бертом. Ритан сдался. Теряет хватку. Ищет призраков там, где их нет. Спать! ***Эцио       Тани привел ее к дому кузнеца, того самого, о котором упоминал Саваш. Травас оказался невысоким, крепким, почтенным стариком. Ласково улыбаясь в густую бороду, он предложил разделить трапезу с его семьей. Эцио не сопротивлялась. Слабого перекуса ей не хватило. Осоловев от потрясающе вкусной домашней пищи ее потянуло в сон. Ночка была богата на события, поэтому Эцио согласилась на предложение щедрого кузнеца, поспать на верху в гостевой комнатке под крышей. ***Ритан       Казалось, он только положил голову на подушку, и тут же подорвался, ругаясь, в гневе на самого себя. Виной тому был сон. Взглянув на старые часы в нише кабинета, он понял, что 4 часа, срок достаточный, чтобы отдохнуть. Но если его подозрения — правда, то он рискует опоздать. Умываясь, приводя себя в человеческий вид, он вспоминал подробности сна, так его взбудоражившего.       Сон один в один повторил событие на дороге в ратушу. Паренек с мешком. Подсознание напомнило то, что он упустил из-за усталости. Вот он зыркнул из-под лохматой челки, а через минуту, переложил мешок и кожаный чехол на другое плечо. Зачем? Правая рука в широком рукаве большой, не по размеру рубашки. Он сделал легкое движение кистью, словно отряхиваясь, поправляя рукав. Тогда Ритан решил, что просто разгоняет застывшую от тяжести кровь, но во сне он заметил складочку у локтя. Рубашка зацепилась, за что-то надетое на предплечье. Это не все. Сапоги парня. Добротные, прилично изношенные, но слишком дорогие по сравнению со всей одеждой. Почему-то они так похожи на те, которые он снимал с ножки Эцио. И последнее. Походка. Несмотря на тяжелый мешок, он шел выпрямившись, хотя легче и логичнее было нагнутся, переместив нагрузку на спину. Почему он не задумался раньше об этих мелочах? Усталость? Нет. Та же ошибка, что и 15 лет назад. Одежда. Люди видят то, что хотят увидеть. Он искал женщину, позабыв, что однажды ошибся уже в ней. Один раз она провела всех переодевшись парнем, что ей мешает повторить трюк? — Карба кат… суроти гао! — выругался от на сади*. Она была так близко, а он ее не узнал. Не просчитал. Даже имя, которое назвал спутник паренька, старик. «Берт» — «Бэт» Созвучно, слишком похоже.       Ритан быстро ел остывший обед, оставленный адъютантом, планируя свои действия. Она попала в столицу недавно. Нужно поговорить со стражей ворот. И на торжище, расспросить купцов. Хотя, имея описание и имя будет сложно найти паренька среди приезжих, но гончий пес взял след и не остановится, пока не добьется результатов. ***Эцио       Освещенная закатным солнцем комнатушка на чердаке была самым уютным местом на свете. Она наконец выспалась, впервые за время ее побега. Тело нежилось, свободное от одежды под легким одеялом. Отдохнувшая голова наполнялась прекрасными планами. Кузнец. Сам он уже не стоял у очага. Но держал кузню. Из разговора за едой она помнила, что его профиль — оружие. Столица полна военных, горожан способных приобретать дорогие, качественные клинки. Ей предстоит дорога через половину империи. Попадать так в передрягу, как в обозе Саваша ей не хотелось. Значит нужно узнать, нет ли сейчас набора в рекруты или как там могут называться отряды, следующие на границу, охранять пределы империи. Одна неувязка. Ее латиры, слишком дорогое и бросающееся в глаза оружие, кроме того, двуручный мастер для ее возраста и шкурки провинциала — редкость. Вот бы уговорить Траваса помочь ей сделать сабли не узнаваемыми. Для этого придется тащить их сюда. Предстоит снова сходить в ратушу, в тайник. А значит, не время залеживаться.       Спускаясь по узкой лестнице, в низу она столкнулась с младшей дочерью кузница. Девушка несла стопку высохшего белья и что-то напевала под нос, поэтому не услышала ее шагов. Да и Эцио тоже хороша, с прекрасным настроением, отдохнувшая, сбегала по ступеням в низ, не глядя под ноги. — Ой! Выстиранное белье рассыпалось белыми лепестками, когда на повороте лестницы девушка и «не настоящий» парень столкнулись. — Извините гесса. — сказала, смутившись Эцио, добавив корявый крестьянский выговор в голос, спохватившись помогать поднимать вещи. — Ох, да что вы, гесс. Прошу, не надо. Девчонка, только достигшая совершеннолетия, залилась румянцем, поправляя одной рукой идеальную косу, бросала на смазливого паренька с пушистыми, как у девочки ресницами, кокетливые взгляды. «А вот это лишнее» мысленно усмехнулась Эцио. У ее маскарада оказался неожиданно неприятный побочный эффект. Флирт другой девушки. — Ну что вы, гесса, я совсем не заслужил обращение гесс. — ответила она девушке, как можно грубее. Неловко наступив ей на ногу, пробурчав «звиняйте», плюхнув ей на руки, что успела собрать, асаратка, давясь смехом от курьеза ситуации, понеслась дальше. От горничной Эцио узнала, где найти хозяина, и она же сообщила, что гесс Саваш еще не вернулся.       Дом кузнеца тянул на немалое городское поместье зажиточного ремесленника. Кузнецом, скорее всего, называли его только близкие друзья, по старой памяти. Добротная мебель, без излишеств. Прислуга, хозяйство и несколько цехов, позволяли процветать семейству Траваса. Сам хозяин нашелся во дворе у ворот. Приехал очередной поставщик и активно шло обсуждение сделки. Тем не менее, Травас отвлекся на появление паренька. Согласно кивнув на пожелание отлучиться, настоятельно просил посетить его вечером для важного разговора. Ну что ж. Это совпадало с ее целями. Поэтому, попрощавшись, она направилась к ратуше в отличном настроении. ***Ритан       Активность последние пару часов была похожа на пробивание лбом стены. Никто из стражников не мог вспомнить описанного им паренька. Поиски среди приезжих обозов тоже оказались безрезультатны. Пришлось сделать перерыв в ближайшей таверне по пути. Ритан не стал одевать мундир. Простая, ничего не говорящая посторонним, одежда. Щербатая кружка кислого вина напомнила прошлое. Идут годы. Рождаются, умирают люди. Плетутся, разрываются нити судеб, только в замусоленных столах и посуде местной забегаловки все остается по-прежнему. — Да я раздавил бы его, как блоху! Громкое восклицание за соседним столом бородатого детины сбило старого гончего с мысли. — Ну да, эту блоху еще надо было поймать. — Уймись Карен. Всю башку проел Бертом своим. «Совпадение?» — Из-за него мы потеряли непыльную работку, Ург. — Сами виноваты. Разбойникам не смогли отпор дать.       Далее Ритан услышал историю, которых полно можно услышать в кругу пьяных наемников. Мистика, суеверие, намек на тех, о ком стараются не упоминать в слух. «Как интересно» — А что, уважаемые, недавно в столице? Высокий, статный, горожанин в цивильном костюме, обратился к компании, подвинув табурет к занятому наемниками столу. — Че надо? … По объедкам на столе и одинокому кувшину он понял, с деньгой у них туго. Это ему на руку. — Да вот, думаю, не угостить ли хороших людей хорошим ужином? Один из компании двинул соседа локтем и стал ему что-то нашептывать. Ясное дело, приняли его за нанимателя. — Ну угощай, коли звенит копейка… Подавальщица, ушки которой уловили волшебное «угостить» уже пробиралась между столами к ним. — Паркис. — представился щедрый незнакомец, протянув руку к ближайшему к нему мужику. Их имена он не запоминал, кроме горластого Карена. Потихоньку, все что ему нужно, они выложили, как на духу. Он в деле! Только тот, кто изначально знает, где и на что обращать внимание, мог из разрозненных кусочков собрать целую картину. Он нашел ее! Напал на четкий след. Нюх гончего громко выл, предвкушая результат. Девочка выросла. Во что выросла? Дай бог ему не узнать. Она обвела вокруг пальца купца и дюжину мужиков, притворяясь хилым пацаном. Это в ее годы! Радость от скорой встречи и гордость за его малышку переполняли Ритана. Что до ее угроз. Время многое меняет. Сейчас он готов был сделать то, что было только в мыслях много лет назад. Забыть прошлое свое и ее. Послать к чертям империю и орден. Уехать, забрав сына, туда, где нет ни псов, ни асаратов. Нужно только заставить ее выслушать.       Следующий шаг. Купец Саваш. Он нашел его в деловой части города, в компании таких же как он торговцев. Они уже окончили деловые разговоры, стол был заставлен пустой посудой. Ритан вовремя успел. Худой высокий купчина собрался освежиться. Там они и встретились. Во внутреннем дворе ресторации. — Гесс Саваш, я полагаю? — Может и так… — Мне рекомендовали вас как надежного компаньона. — Все может быть. Простите гесс… я не услышал вашего имени. — Паркис, Вильям Паркис, - представился Ритан выдуманным находу именем. — Приятно, гесс Паркис. Так чем я могу быть полезен? — У меня товар, скажем, особый. Могли бы мы встретится в более подходящей обстановке? — Да, безусловно. Но не сегодня. — Прекрасно, я вас не тороплю. Могу заехать за вами. Посетим склад и пообщаемся? — Откуда вы знаете, что ваш товар меня устроит. Может он не мой профиль? — Устроит. Не волнуйтесь. Я навел справки. — Я могу узнать имя того, кто вам меня рекомендовал? — Можете… «Черт! Прокол!» - Ритан понял, что поторопился, был не готов к подозрительности осторожного купца. — Гесс Бертран. Его дядя вчера познакомил нас. Он очень хорошо о вас отзывался. — Бертран? Не знаю такого. Саваш внутренне напрягся положил руку на дверь, собираясь сбежать от навязчивого знакомства. — Ну как же, он приехал с вами в обозе. Берт, паренек такой мелкий. Худое бледное лицо купца стало еще бледнее. Вежливая улыбка сползла, меняясь на холодную сдержанность. — Гесс Паркис, я прошу не беспокоить меня больше вашими предложениями. Я не имею дел с лжецами. Всего доброго.       Перед носом Ритана хлопнула дверь. Купец сбежал, как и запланировал. В чем-то нюх гончего подвел старого офицера, но не отбивал желание продолжать. «Ну что ж. Отсутствие результата — тоже результат. А вот врать, уважаемый, тоже надо уметь. Черным по белому он покрывает мою Бэтти. С чего бы это? Он же стар. Хотя… подозреваю, что ее маскарад не всех убедил. Придется следить за купцом».