В голове остался ветер

Я не знаю кто тут прав

И кого теперь винить

В голове остался ветер

Пуля вынесла мозги

      – Налево… А на какое? Юноша поднял взгляд с буклета. Посёлок “городского типа” Топи, честно говоря, своим названием оправдывал как своё местонахождение, так и свою неуместную запутанность. Все дороги и тропинки спутывались между собой, от одного ларька могло идти от пяти поворотов в любую сторону света, и, самое главное, ларьков тоже было много. Слишком много. И продавал каждый из них, по сути, одни и те же предметы сбыта. Кто-то подешевле, кто-то подороже. Казалось, что ещё немного, и какая-нибудь тётка за окошком - тётки тоже, кстати, были до жути одинаковыми, - решит отдавать товар за бесплатно. Но ладно, не об этом. Так какое, всё-таки, лево? Начало весны, а погода уже обещала быть тёплой, даже в такой поздний вечер. Главное, чтобы снова не подул ветер - во-первых, он холодный, а во-вторых, от него воняло болотом, в котором, по скромному мнению парня, разом сдох весь лес. Между прочим, посёлок должен был быть статным! Располагался он где-то под Покровкой, недалеко от местной столицы области, может даже немного дальше. Не то чтобы Макото было дело, ехал он сюда на пяти автобусах с пересадкой раз в два часа. Без сна не обошлось, от чего и следить за каждой дорожной табличкой возможности не было. Позволю себе добавить пару слов о человеке, который за последние 3 минуты уже накрутил около 20-ти кругов вокруг вышеупомянутых ларьков. Макото Юрьевич, в простонародье Макото “Юрич”, “Мякиш” или просто “Мариш”, как к Марине. Мать из Японии, отец, понятное дело, из России. На нормальном имени они так и не сошлись, и, пусть в документах фамилией стоит “Юки”, на паспорт Российской Федерации батька настоял на “Юриче”. Глупо, конечно, так переставлять отчество, но ему на тот момент данное действо казалось гениальным. Что же ему до этого сейчас? Да чёрт его знает! Буквально. И мать и отец погибли здесь, в Топях. Ушли на то самое болото и не вернулись. Вот, кажется, откуда и запах… И чем больше Макото об этом думал, тем больше ему хотелось поймать попутку и вернуться обратно за Урал.       – Эй! Чё круги шишляешь? Ты из этих, чтоле? Из мыслей парня вырвала одна из тёток за одним из прилавков. Проорала так громко и чётко, что слышно была даже из-за закрытого окошка. Которое она, собственно, только сейчас и открыла, мерзко прищурившись и будто с хрустом наклонившись к нему поближе.       – Наушники сними, я с кем разговариваю, - прошипела она, не успев даже установить с парнем зрительный контакт. Между прочим, сработало. Макото дрожащей рукой стянул потрёпанные жизнью наушники от “Соли”, - Нариков понабежало, вот понабежало, даже карту выдали, чтоб не разбежались… Нету тут прикопов, вали давай!       – Я…       – Ан-ну кыш кому говорю! Макото впервые в жизни впал в такой ступор, который врагу пожелать было бы страшно. Он даже приехать не успел, а местные уже уличили его в самом худшем грехе для таких мест из возможных. Людей в Топях живёт мало, слухи разбегутся быстро и от них будет не избавиться, да и выглядел он действительно как солевой. Худой, бледный, патлатый, одетый в какое-то старое довоенное пальто бурого оттенка поверх мятой футболки, а штаны с ботинками вообще другой разговор. Прямо со стройки - переодеваться с подработки было лень. Дело говно, но объясняться надо. Кое-как втянув побольше воздуха в лёгкие и признав для себя факт того, что его нервная система почти проиграла накричавшей на него тётке, Макото проглотил комок в горле и, как настоящий мужчина, промямлил: – …Я заблудился. Помогите дорогу найти, пожалуйста. Верно. Прямо как дедушка учил - не глядя в глаза оппоненту, а то вдруг ещё чего заметят. Желание расплакаться, например. Однако такой приём действителен лишь против таких вот тёток. По легенде, они сразу видят в своей жертве побеждённого лоха, неспособного выдерживать их выкидоны. Как только это происходит, они сразу становятся добрыми и милыми. Почему? Не ясно. Честно, знать не хотелось. Легенда, между прочим, сработала. Тётка смешно ойкнула и высунулась в окошко. Честно, лучше бы она этого не делала. Теперь свет падал ей на затылок, полностью игнорируя лицо. И вот, называется, Макото думал, что его уже ничто напугать не в состоянии… Но именно сейчас было необходимо держать зрительный контакт. Чёрт бы его подрал, только от кошмаров избавился. Существо под кодовым именем “Продавщица ларька” выхватило у парня весь буклет разом и с неприятным щелчком… Наверное, стула, откатилось обратно в свои владения. Натянув очки, оно внимательно прошелестело всеми пятью страницами и кинуло их к окошку, между тем откуда-то достав ручку.       – Сюда иди, один раз показываю. Макото смиренно сделал полшага вперёд, только чтобы удержаться от неимоверного желания отскочить на пару метров назад, когда тётка прямо у него перед лицом стукнула ручкой по странице с картой посёлка. Так и уверовать недолго… Она, видимо, почувствовав страх, звонко усмехнулась перед тем как заговорить:       – В общем, тебе тут никакие круги крутить не надо, а то ещё грунт обвалится, - щёлкнув ручкой, она обвела в кружок какое-то здание посреди дороги, - Сюда тебе. Оттуда уже направо шлёпай. А меня ты извини, хочешь, “колу” бесплатно дам в качестве компенсации? По тому, что ручку с буклета тётка так и не убрала, Макото уловил, что отдавать его она пока что не собиралась. Вместо попыток отобрать своё же, он нервно поднял на продавщицу взгляд. Худая, лет за 55. Судя по выражению лица, наверняка преподавала в школе. Интересно, они тут все сёстры? Ай, нет, даже знать не хотелось.       – …А можно я… Завтра, например, к вам зайду? - промямлил парень в ответ, на этот раз осмелившись звучать малость уверенней.       – ХА! - Зря, блять, зря он осмелел, - На диете, чтоль? Да, конечно, я тут с утра до ночи сижу. Заглядывай! Не перепутай только… Тётка с загадочным видом убрала ручку обратно… Куда-то. Видимо, в какое-то своё тёмное измерение. Макото разбираться в этом не хотел и просто рванул буклет подальше от окошка, выдав в ответ не менее испуганное “конечно”. Попятился назад, пока тётка самостоятельно не оборвала зрительный контакт, после чего выдохнул. Люди в этих местах говорят, что за Уралом жить страшно, так вот, они нагло пиздят. Страшнее этой тётки в этом ебучем посёлке уже ничего не будет, даже ехать далеко не надо. Парень на каблуках развернулся на 180, отошёл метров на 10 и всё-таки взглянул на буклет. Так, дойти до моста, прямо по Берёзовой… Всё бы хорошо, если бы не топографический кретинизм наравне с юношеским дебилизмом и вечерней усталостью, и плевать на многочасовой сон в автобусе. Интересно, а столовые ещё открыты..? Должны быть помечены где-то… Да! Вот, две столовые на посёлок. Казалось бы, слишком много, но Макото понимал, что одна из них, - если не обе, - работают через жопу. Увы, возможность узнать появится только завтра. Было слишком поздно. Юки натянул наушники. (тут в теории из наушников лупит Masafumi Takada - Investigation) Сверяться по табличкам каждые несколько метров - дело муторное, стоило признать, однако ничего иного не оставалось. Себя парень знал, если позволит хоть раз забить на такой муторный процесс, то точно дотопает то края поселения, если не хуже. Ну, хоть ветра нет… Музыка резко остановилась. Темно. “Ночь”. Уже?       – …Да ну... Не успел? Правда так долго шатался вдоль Берёзовой? В последнее время понимание времени отошло на третий план… Макото нехотя поднял взгляд на небо. Луна светила одновременно очень ярко и слишком тускло, как бы странно это не звучало. Ещё страннее - звёзды погасли, будто в космосе ничего, кроме Луны, и не осталось. Жуткое зрелище, с которым парень успел свыкнуться. Плоды собственного больного разума иногда следует просто принимать, не выёбываясь походами по врачам и местным лекарям. Ну и что, что данный глюк происходит на регулярной основе где-то в районе полуночи? Макото научился засыпать раньше. Ночь пройдёт - наступит утро ясное. Парень мотнул головой и стянул наушники, всё равно от них смысла больше не было - электроника работать перестала. Да, темно, но есть снег, а снег, как известно, отражает свет. Нет-нет, но куда идти разглядеть было можно. А вот деревья посреди дороги… По факту, тоже хороший ориентир, но подходить к ним было боязно. Эти деревья - люди. Где-то там, глубоко под тёплой корой, дышат, а сердца их бьются. Юки как-то удосужился увидеть процесс превращения человека в дерево… С того момента и начал избегать это явление всеми правдами и неправдами. Хруст плоти, костей, шелест листьев… Фу. Причём деревья были разными. Из кого-то могла вырасти берёза, из кого-то - молодой дуб. Парень потупил взгляд на месиво из снега и грязи под ногами. Это всё не важно. Сейчас самое главное - дойти. Дойти и не напугать своей шизой. Да, определённо приоритет. Последующий путь был простым. Здание общежития очень сильно выделялось на фоне редких хрущёвок и одноэтажек, пусть и было достаточно невысоким. Всего три этажа, зато какая архитектура! Арки, столбы, красный даже в такой темноте кирпич! Сразу видно, во что ушли деньги на ремонт дорог… Свет внутри, конечно же, не горел, но он будто бы и не был нужен. Окна на первом этаже были слишком большими, что позволяло Луне беспрепятственно освещать как минимум половину приёмного холла. Макото со вздохом осмотрелся. Никто его, конечно же, не встречал, и слава Богу. Зато на полностью чистом столике, как он понял, ресепшена, располагалась небольшая кучка бумажек. Подошёл, и, верно, договор на проживание. Парень огляделся и, как только понял, что рядом никого - ни людей, ни деревьев, - нет, лёгким движением поставил свою подпись на самый нижний листок. Читать, а тем более вчитываться, в такие условности смысла особого не было. Во всех общагах так или иначе висит свод правил, незачем выискивать их раньше времени, ещё и зрение портить.       – Эй! Ты кто? Женский голос откуда-то из темноты холла. Настороженный, но звонкий. Однако неожиданный - Макото на секунду растерялся. Как-то слишком много женщин за последний час… Так и теперь надо было вести себя нормально, будто ничего не происходило. Парень убрал руки в карманы в попытке не показать, как сильно нервничал.       – Ученик. - Начал он, вложив все силы в поддержание голоса достаточно ровным. Мало ли ситуация у ларька повторится, этого ему не хотелось. Чётко и по делу. - Теперь живу здесь. Вот, на бумагах моя подпись.       – На каких бумагах? - Недоверчиво прозвучало в ответ. Макото махнул рукой на стойку слева от себя, будто приглашая подойти и посмотреть. Заодно, если повезёт, увидит, с кем разговаривает.       – Вот на э… - Ресепшн был абсолютно пуст. - …Тих. О как. Так. Спокойно. Может, упали? Юки “между делом” вытянулся и выглянул за стойку. Ничего. Показалось, что ли? Да нет, вот, ручка лежала там же, куда он её и положил. А где тогда? А общался ли сейчас он вообще? Может, настолько сильно головой двинулся? Блять, нет, без лишней паники. Прочистить горло, притвориться дураком. Не просто дураком - полнейшим инфантильным идиотом, не читавшим книги.       – …Которые у меня в сумке. Забыл, что убрал, извини. Устал. Вот. Достаточно уверенно, пусть и безэмоционально. С последним Макото ничего сделать не мог, увы, такова его ноша на последующие 5-10 лет жизни. Больше этого он на планете находиться не претендовал, может и к лучшему. В ответ последовало молчание. Однако собеседница не ушла. Стояла и смотрела, то ли поражаясь услышанному и увиденному, то ли готовя план побега. Это ведь совмещённое общежитие, верно? По крайней мере, если Макото всё ещё не разучился читать… Девушку было даже немного жалко. Наверняка, ждала кого-то нормального, раз аж вышла встретить, а ей попался опездал вроде Юки, единственной жизненной целью которого был поиск самого дешёвого майонеза. Хорошо, что она пока об этом не знала. Молчание из необходимой превентивной меры превратилось в неловкое затишье. Макото это, надо признаться, даже немного раздражало. Собственно, он, как мужчина, которым дедушка всегда учил его быть, ловким движением плеча переместил сумку с плеча в ладонь. И не важно, что это стоило ему… Определённо чего-то. В плече что-то хрустнуло и, вроде как, заболело. Но терять темп было запрещено. Иначе станет стыдно. Выдох. Чётко и уверенно.       – И так, мне ку-…       – ФИО, дата рождения.       – …Куда…       – ФИО. Дата рождения. И не кудахтай. Это пиздец. Дед дурак. Видимо, это и была та самая взрослая жизнь, которой Макото так пугали другие депрессивные взрослые. Менее чем за час его дважды перебила женщина, которая даже не являлась ему родственницей. Да даже знакомой! Страшно, нервно и попросту не приятно. Ну и плевать на наставления, у Макото своя голова на плечах есть, и он это понимал, но не хотел ей пользоваться. Лишние нервы тратить, а их и так немного осталось. Он вздохнул.       – Макото Юки. 22 июля 93-его.       – А, так это ты тот из леса? - голос девушки неожиданно приободрился. Странно. Искала, над чем можно было бы в будущем посмеяться? Макото проглотил гримасу.       – Да, я. Кивнул бедолага и хотел было добавить что-то ещё, но ему помешал ослепляющий свет. Ёбанный насрал, ну вот зачем в общежитии ставить такие яркие лампочки? Хоть “Ночь”, кончилась, и на том спасибо. Жаль, действительно жаль, что пришлось быстро собрать себя в руки, а не, аки наркоман, попялить пару минут на пустые обои. Пришлось поднести руку к переносице, будто голова резко заболела, пришлось прочистить горло и на всякий случай оглянуться, выглянуть в окно. Редкие люди ходили, фонари светили, из наушников полился саундтрек из старой японщины, остановившийся с началом сего явления. Юки быстро прожал на плеере “паузу” и поднял взгляд. Надо ведь понять, что это за общежитие? Надо. Холл представлял собой огромный зал, разделённый на три условных сектора. Тот, что находился справа от входной двери, что-то вроде зоны отдыха: диваны, столик, книжный уголок, специальное место для чтения прямо под окном, перегородки ближе к центру и дешёвый телевизор, вроде, с DVD. Дальше по эту же сторону обеденный стол, барная стойка и проход, видимо, на кухню. Слева же от входной двери - ресепшн, ящики под почту и, охренеть, компьютер. А подключен ли он? Хер его знает, потом проверит. Сейчас беспокоило другое: в общежитии было просторно и слишком… Обжито. Будто чей-то дом, а не государственное место сожительства (не коммуналка ТМ). Напротив же располагалась лестница наверх, там и стояла его собеседница. Девушка примерно его возраста, по виду только что проснувшаяся - особенно об этом кричала комбинация из помятой футболки небесного цвета и спортивок. Русые волосы до плеч, карие глаза, вроде как приятные черты лица, небольшой рост - Макото был уверен, что она ниже него. Среднестатистическая следящая за собой девка. И вот она уверенно стояла у нижних ступенек в стойке, похожей на боевую, но никакого ужаса, конечно же, даже близко не вызывала. А вот пистолет в руке… Блять, ПИСТОЛЕТ? Который она тут же куда-то спрятала, видимо, под футболку. Макото решил, что о таком лучше не спрашивать. Спорил как-то его дедушка с женщиной с пистолетом…       – Меня Юля зовут, - тут же выдала девушка. Пыталась замять инцидент, очевидно. - Я зам управляющей. Слишком нервный голос. Может, это её обычный тембр… Но парню это не нравилось. Может, воришка, кто знает? Ещё и полазила по личным делам студентов между делом... Вот кто так делает?       – А где управляющая?       – Э-э-э, уф, хм, ну-у, - Этого простого сочетания звуков было достаточно, чтобы парень понял, что она сейчас нагло ему напиздит, - Она вернётся скоро. У неё своих дел полно, чего только тут ошиваться…       – Вот как… Неловкая тишина. Наверное, следовало бы вызвать полицию, а не стоять и считать квадратики на кафеле. Просто так, на всякий случай - не должно же быть у школьников доступа к огнестрельному оружию. И документы забрать из этой шарашки, да поехать обратно. На стройке хотя бы платят за взаимодействие с неуравновешенными. Жаль, что для звонка в органы правопорядка нужно было им действительно звонить, а не просто думать о том, каким бы он был крутым, сдай он хулиганку с поличным. – …Устал, значит… Пошли, я твою комнату покажу. - Неожиданно подала голос Юля, на этот раз более спокойно. В попытке преуменьшить ситуацию? Да чёрт этих сельских девок знает. - Завтра она придёт и всё тебе расскажет. “Не противодействуйте человеку с оружием, беспрекословно выполняйте все его приказы, даже если у вас хотят забрать телефон или документы. Терпите.”. Так получилось, что единственным свободным местом на одном из автобусов - самом первом, - было то, вид из которого открывался на пометку о терроризме в транспорте. Прямо впритык, даже без возможности выглянуть в окно. Это был знак. Юки закинул сумку обратно на плечо и двинулся за девушкой. Конечно, не без опаски. Контур пистолета очень явно давал о себе знать с каждым движением ткани футболки. А поликлиника в Топях, кстати, есть?.. Его комната располагалась на втором этаже в самом конце коридора. Удобно - меньше запоминать. Но одновременно и ужасно - отсюда до лестницы как от Москвы до Китая. А Макото себя знает на отлично. Знает, что отныне будет проводить в комнате максимальное количество времени за неимением достаточных моральных ресурсов для двух дополнительных шагов. Юля, тем временем, успела удалиться. Никаких вопросов, никаких разговоров, только по делу. Ладно, может быть, парень зря на неё наехал. Утром узнает наверняка. Комната. Небольшая, но в ней было всё необходимое: шкаф, какие-то полки, кровать, раковина, стол… Ещё один шкаф. И телевизор. Дорого-богато, даже притрагиваться первое время было страшно. Ну, как, первое время. Первые минуты две, пока Макото решал, на какой из двух подоконников ему в будущем будет не лень скидывать свою сумку. Решил, кстати, остановиться на том, что был ближе к раковине. Так быстрее, и по комнате меньше ходить. Пальто на кровать, ботинки у входа, проигнорировать вешалку на стене, открыть окно и спать. Остальное - буквально, всё, - успеет разгрузить завтра. Может быть. Если не забудет.